Готовый перевод Is It Hard to Conquer the Ruthless Dao Senior Brother / Трудности покорения ледяного мастера: Испытание чувствами: Глава 8

Фан Хаонин ничуть не усомнился в его словах, покачал головой и ответил: Правила запрещают пользоваться посторонними предметами, нужно подняться исключительно за счет собственных сил.

Уголки глаз Сун Ситин изогнулись, и он тихонько хихикнул.

Главный зал Дворца Чэнтянь.

Два старейшины Сект Меча восседали на возвышении в центре зала, а внизу собрались Внутренний ученик Сект Меча, во главе которых стоял Чэнь Чжэньду.

Посреди зала висел огромный веерообразный водяной экран, вода в нем искривилась и заиграла брызгами, а в переливающемся свете и тени отчетливо угадывались сцены испытания у подножия горы.

Чэнь Чжэньду до этого все время опускал веки, но в этот момент неожиданно поднял голову, и на экране как раз промелькнула чья-то знакомая фигура.

Между бровей у него снова едва заметно дёргнуло.

Сун Ситин то отставал, то нагонял, неотступно следуя за Фан Хаонином, но сейчас вдруг обернулся и окинул взглядом окрестности.

Солнце уже поднялось высоко, они забрались на немалую высоту, и с какой стороны ни посмотри, вокруг громоздились лишь величественные горные пики, однако стоило поднять голову, как перед глазами по-прежнему расстилалась бесконечная длинная лестница.

По пути многие уже сдались и были отправлены обратно в город.

Брат Чжао, на что ты смотришь, давай быстрее догоняй!

У Сун Ситин ныли ноги и болели ступни, и он плюхнулся прямо на землю: Я устал, передохну немного.

Фан Хаонин: …

Можешь меня не ждать, иди вперед, встретимся на вершине горы!

Лицо Фан Хаонина выражало всю гамму эмоций от фразы «какую чушь ты несешь».

Впрочем, его и Сун Ситин действительно не связывало особого знакомства — они сошлись случайно, пройти вместе отрезок пути было предначертано судьбой, а исчерпалась судьба — на то воля небес.

Сун Ситин посидел на каменных ступенях какое-то время, а мимо то и дело проходили люди, бросая на него странные взгляды.

Сун Ситин не скупился на добрые пожелания: Держись, брат, уже почти пришли! Преодолевший сто ли считает половину пути за девяносто! Не сдавайся и не отступай, и ты станешь сильнейшим культиватором Девяти Областей!

Да так испугал собеседника, что тот немедленно удрал, карабкаясь на четвереньках.

Сун Ситин посидел еще немного.

Вдруг какой-то Внутренний ученик Сект Меча подлетел на мече прямо к нему и спроил: Ты собираешься бросить испытание?

Я? — Сун Ситин указал на себя и слегка удивился. — Конечно, не собираюсь.

… — напомнил ему ученик Сект Меча. — Но ты сидишь здесь уже целый час!

Солнце уже почти село, а этот человек даже не сдвинулся с места!

Разве это похоже на прохождение испытания?

Сун Ситин поднялся, чтобы размять кости: Ой, простите-простите, увлекся и потерял счет времени.

Ученик Сект Меча подумал, что тот собирается продолжать карабкаться наверх, и покачал головой: даже если он не сдастся сейчас, взобраться на вершину до заката уже не успеет.

Однако Сун Ситин просто поднялся, нашел местечко поудобнее и снова плюхнулся на землю.

Ученик Сект Меча остолбенел: Ты…

Сун Ситин перебил его: Старший брат, умоляю, присмотри за моим телом.

Ученик Сект Меча еще не успел сообразить в чем дело, как Сун Ситин закрыл глаза.

Следом за этим тонкая нить души неторопливо выплыла наружу, а бренное тело Сун Ситин окончательно завалилось набок.

Успешно отделив душу, Сун Ситин пришел в неописуемый восторг!

Вселение в чужие тела и выход из плоти были для призраков излюбленным ремеслом. Сун Ситин сперва позабыл об этом и всё не пробовал применить навык, но никак не ожидал, что всё пройдет так гладко.

Ученик Сект Меча от испуга чуть не свалился с меча.

Ты! Как ты смеешь…

Ученик Сект Меча хотел было заявить, что тот нарушает правила, но, подумав как следует, вспомнил, что в правилах горных испытаний действительно не было запрета на технику выхода души!

Сун Ситин ловко воспользовался этой лазейкой.

Все равно стыда у него не было, а подобные грязные приемчики он использовал так искусно, будто всю жизнь только этим и занимался!

Он изобразил для ученика Сект Меча жест прощания.

Сун Ситин, подгоняемый ветром, безмятежно полетел к вершине горы.

К моменту сумерек Фан Хаонин еле-еле дотащился до вершины и без сил рухнул на землю.

Видя, как течет время, а следов Сун Ситин всё не было видно, он подумал, что тот, должно быть, уже выбыл, и в душе даже шевельнулось легкое сожаление.

Однако легкий ветерок пронесся мимо, и прямо над ухом раздался знакомый голос: Брат Фан, поздравляю, поздравляю.

Фан Хаонин: …Черт побери!

Но еще страшнее встречи с призраком было то, что он встретил призрака прямо на территории Сект Меча!

Фан Хаонин задрожал всем телом и выдавил: Б-брат Чжао? Как же это тебя угораздило насмерть залезть на гору?

Сун Ситин изобразил обиду: Я так устал, что у меня помутилось в голове и в глазах заискрилось, вот я и оступился, свалившись с горы!

Не забудь справить по мне поминки, а то помру с открытыми глазами!

Сун Ситин собирался придумать еще парочку шуток, чтобы подразнить его, как вдруг над головой вспыхнул золотой свет.

Огромная сеть рухнула вниз, накрепко загнав его в ловушку!

Мощные оковы лишили Сун Ситина возможности даже малейшего движения.

В тот же миг четверо учеников Сект Меча подлетели на мечах, сохраняя суровые лица: По приказу старейшины доставить этого человека в Небесную Тюрьму дожидаться допроса!

…А вот и они.

Сун Ситин не стал сопротивляться и тут же сдался на милость победителя.

Подняв голову, он перевел взгляд сквозь ряды четырех учеников и остановил его на стоявшем позади Чэнь Чжэньду.

У того было суровое лицо, а его безмятежный взгляд встретился с глазами Сун Ситин на расстоянии.

Спустя мгновение Сун Ситин согнул свои персиковые глаза, улыбнулся и поприветствовал его, прозвучав наивно и послушно: Старший братик-благодетель, смотри, я тоже научился летать, разве это не круто?

Секта Меча, Небесная Тюрьма.

Хотя это место и называлось тюрьмой, оно разительно отличалось от земных темниц.

Вероятно, чтобы подчеркнуть слово «небесный», пейзажи здесь изобиловали горами и чистыми водами, а трава зеленела и щебетали птицы, вызывая умиротворение и радость. Если бы не тяжелое бремя на плечах, Сун Ситин даже подумывал построить здесь хижину из соломы и провести остаток дней.

Душа и тело Сун Ситин были заключены туда вместе.

Он сам ничуть не переживал — судя по реакции того старшего брата, он действительно не нарушал запретов горного испытания.

А раз Секта Меча упрятала его в Небесную Тюрьму, то с огромной вероятностью лишь затем, чтобы выяснить, почему его душа способна покидать оболочку.

В этом вопросе Сун Ситин был невероятно уверен в своем умении пустить пыль в глаза.

К тому же, когда его схватили, он специально попытался завязать родственные узы с Чэнь Чжэньду прямо на глазах у всех. Если не ради монаха, так ради Будды — старейшинам Сект Меча придется взвесить это, что будет ему только на руку.

Сун Ситин вовсю строил хитроумные планы, совершенно не подозревая, что его лихорадочные попытки сочинить ложь уже давно попались на глаза Чэнь Чжэньду.

http://bllate.org/book/27696/3362897