Цзи Му посмотрел на гроб и не удержался от догадок:
— Быть похороненными в одном гробу... К тому же в этой комнате нет других выходов, неужели нам придется уходить через гроб?
Шэнь Сянь только-только пришел в себя после божественного пинка невесты, а услышав это, чуть не рухнул от ужаса:
— Уходить через гроб?! Мы что, должны лечь внутрь?!
Цзи Му кивнул:
— Похоже на то. Не бойся, я залезу первым и разведаю путь.
Однако Шэнь Сянь тревожно сжался внутри и машинально ухватился за полу его одежды. Цзи Му обернулся и только было собрался его успокоить, как подал голос Цун Нань:
— Вы можете зайти вдвоем.
Шэнь Сянь торопливо закивал:
— Верно. На записке было написано: законный сын семьи Чжан и законная дочь семьи Ли. Наверное, это подсказка о том, что механизм активируется, только если в гроб лягут двое.
Услышав это, Цун Нань внезапно поднял взгляд на камеру видеонаблюдения в углу потолка.
В то же самое время в мониторной.
Лянь Бай заказал доставку еды как раз перед тем, как они начали. Он ел и одновременно следил за монитором, а время от времени слушал вопли Шэнь Сяня, что весьма неплохо пробуждало аппетит.
Вдруг Цун Нань встретился с ним взглядом через объектив камеры.
Лянь Бай не придал этому значения, лишь бросил мимолетный взгляд, после чего снова опустил голову и продолжил уплетать свою малагутан.
Какая же вкусная эта вредная еда.
В следующую секунду Лянь Бай внезапно замер, перестав пережевывать то, что было во рту.
Потому что он почувствовал, как пара ледяных рук сквозь тонкую рубашку медленно скользнула ему на талию...
Цун Нань: Запрещаю есть вредную еду!
Лянь Бай не шевелился, застыв в прежней позе — с лапшой во рту и глазами, устремленными на экран монитора. Спустя мгновение те руки замерли.
Глаза Лянь Бая медленно повернулись и уставились на маленькое зеркальце, стоявшее на краешке стола...
В зеркале отражался он один.
Лянь Бай: !
Мягкий бок под ребрами внезапно кто-то ущипнул.
Лянь Бай: ......
Все тело Лянь Бая оцепенело, но он по-прежнему не двигался. Что, если в зеркале ничего не видно, а стоит только опустить голову, как можно будет разглядеть чью-то неведомую хрень, которая прямо сейчас зажимает ему талию?
Сделав вид, будто ничего не происходит, он молча опустил голову и снова откусил порцию лапши...
Те руки ущипнули его еще раз. Не сильно, но в этом почему-то чувствовался карательный подтекст.
Лянь Бай: ......
Он глубоко вздохнул, отложил палочки, вытер руки салфеткой, а затем с бесстрастным выражением лица взмахнул рукой —
Хлоп.
Лянь Бай без церемоний отшвырнул эту руку и с откровенным брезгливым выражением на лице бросил:
— Что за хрень? Не видишь, я ем тут?
Тайная комната.
Цун Нань вдруг тихо рассмеялся, отвел взгляд от камеры и перевел его на остальных двоих. Цзи Му к тому же уже уселся в гроб и, протянув руки, обхватил Шэнь Сяня за талию, напрямую затаскивая того внутрь.
Цун Нань подошел ближе, захлопнул крышку гроба, прислонился к нему спиной и принялся мысленно вести отсчет. Спустя мгновение он снова бросил взгляд на монитор, а затем резко развернулся и с грохотом откинул крышку гроба.
Наблюдавший за этой сценой Лянь Бай в мониторной невольно проникся завистью: какая же у него силища!
На экране монитора в гробу не было ни души.
Лянь Бай бегло глянул на это, не придав значения, а затем переключился на трансляцию из соседней комнаты...
Никого?
Он снова переключился на предыдущую картинку и присмотрелся: в гробу действительно пусто. Неужели те двое до сих пор бредут по тайному проходу и еще не вышли?
Лянь Бай мысленно представил перепуганное до слез лицо Шэнь Сяня и подумал, что такое вполне возможно. Наверное, Цзи Му сейчас изо всех сил тащит его за собой наружу по этому лабиринту.
На экране Цун Нань тоже залез в гроб и закрыл за собой крышку.
Минуту спустя в соседней комнате по-прежнему никого не было.
Через три минуты Лянь Бай отложил миску и палочки.
Спустя пять минут Лянь Бай потерял усидчивость, поднялся с места и вышел.
Лянь Бай помнил, что на дне гроба имелся потайной ход: если пробраться по нему наружу, можно обнаружить маленькую дверцу, толкнув которую, оказываешься в соседней комнате. Возникни подобная заминка раньше, он, пожалуй, так бы и подумал — мол, дверца не открылась или в трансляции из соседней комнаты задержка.
Но теперь...
В голове Лянь Бая снова всплыли те три силуэта. Он покачал головой, силясь выкинуть это зрелище из головы, широким шагом дошел до двери и уже собирался открыть ее, как вдруг вспомнил, что не взял ключ. Он раздраженно цыкнул, поленившись возвращаться, и решил просто пробраться через гроб — заодно и проверить, что там происходит.
Он дошел до первой комнаты, куда вошли те трое. Свет там горел, так что он прямиком забрался на кровать невесты, нырнул в потайной ход и быстро добрался до второй тайной комнаты.
Лянь Бай подошел к гробу, приподнял крышку обеими руками, и не успел он заглянуть внутрь, как чья-то рука резко схватила его за запястье —
— !
Застигнутый врасплох, Лянь Бай рухнул внутрь гроба. Первой его мыслью было, что он снова встретил призрака, второй — что лежащая под ним вещь чертовски твердая и причиняет боль ребрам. Сразу после этого обзор полностью погрузился во мрак: его заперли в этом гробу.
Он еще не успел прийти в себя, как услышал приглушенный стон, и лишь тогда Лянь Бай сообразил, что свалился прямо на какого-то человека.
— Прости, прости... Слушай, сильно болит?
Тот человек тихонько усмехнулся. Голос его звучал мягко, но Лянь Бай мгновенно уловил знакомые нотки:
— Это ты?
Голос Цун Наня был очень нежным:
— Это я.
Лянь Бай опешил. Он-то думал, что все трое исчезли, и никак не ожидал, что в гробу осталась одна ускользнувшая рыбка, поэтому поспешно спросил:
— Ты не знаешь, куда делись те двое?
Неожиданно для него Цун Нань ответил не сразу, а вместо этого переспросил:
— Разве ты не только что спрашивал, больно мне или нет? Чего это ты вдруг так быстро начал переживать о других?
— ......
Хотя лица Цун Наня Лянь Бай разглядеть не мог, ему почему-то казалось, что тот человек сейчас не слишком доволен.
— Я... да нет же. Так у тебя болит или нет?
— Болит... — тихо протянул Цун Нань, слегка растягивая окончание, но в этом не было ничего противного — напротив, звучало мягко и капризно, словно он ластился.
Лянь Бай неожиданно для себя растерялся.
— Где болит? Прости меня... я же не специально свалился на тебя, это ты меня схватил... Хочешь, я помогу тебе помассировать?
http://bllate.org/book/27780/3370292
Готово:
