Фан Ханьчжан увидел, что девушка смущенно покраснела, и переспросил:
— До бартера дело всё-таки не дошло?
Девушка присела на корточки и достала из черно-коричневой сумки несколько круглых, покрытых ржавчиной... монет?
— Подойдут?
Фан Ханьчжан взял их, повертел в руках — хм, незнакомые.
— Если бы ты прибыла из тысячелетней давности, это еще можно было бы назвать антиквариатом, они стоили бы немало. — Фан Ханьчжан беспомощно вздохнул. — Но ты же из будущего! Что это, валюта будущего?
Девушка нерешительно произнесла:
— Я слышала, чтобы здесь выжить, нужно хотя бы несколько тысяч юаней в месяц.
— Если брать по минимуму: будешь ночевать на улице, поедишь маньтоу по юаню за штуку — три штуки в день, запивать станешь из-под крана... Не переживай, вода точно чище, чем в твоем апокалипсисе. Прожить месяц можно всего на девяносто юаней, и это будет куда комфортнее, чем твоя жизнь в конце света.
Говоря это, Фан Ханьчжан вдруг сообразил, что что-то не так.
— Стоп, от кого ты это слышала? Ты что, еще кого-то похитила?
— Угу.
Фан Ханьчжан почувствовал, как от этой мысли начинает болеть голова.
— Что ты с ними сделала?
— Задала пару вопросов.
— А потом?
— Оглушила.
— ......
— Ты ведь всё время была в маске?
— Угу.
— Ничего у них не взяла?
— Нет. Что, у них развиты способности к преследованию?
Девушка была весьма уверена в своих методах зачистки улик.
— Существует такая штука — называется камера видеонаблюдения.
— Что это?
— Устройство для записи видео. Если они заявят в полицию, копы смогут запросить видеозаписи. Как бы это объяснить... Короче, они смогут увидеть всё, что произошло в тот момент.
Девушка широко раскрыла глаза.
⊙▽⊙
— Какие они сильные.
Фан Ханьчжан попытался мысленно поставить себя на их место: если кто-то на улице схватит тебя и начнет расспрашивать про какой-то там номер зоны выживших, наверное, решишь, что перед тобой психопат или это какой-то перформанс.
Если она задала всего пару вопросов, стал бы он заявлять в полицию?
Неизвестно. Может, и стал бы, а может, из страха перед хлопотами решил бы, что лучше лишний раз не связываться.
В конце концов, Фан Ханьчжан хотел лишь спокойной жизни.
А если бы и заявил, его поймали бы, он бы во всем искренне раскаялся, отделался бы небольшим штрафом, и всё?
Фан Ханьчжан тут же схватил телефон и вбил в поиск: как квалифицируется прекращение похищения.
Наказание за добровольное прекращение похищения: при причинении вреда — смягчение наказания на срок от пяти до десяти лет лишения свободы; если вреда нет — освобождение от ответственности.
Слава богам!
Фан Ханьчжан перевел дух.
Заметив перемену в его выражении лица, девушка не удержалась от вопроса.
— Что такое? Сейчас ситуация очень опасная?
— Ничего страшного, просто впредь не нападай на людей попусту.
— Угу. — Девушка кивнула.
С тюремным сроком вопрос был решен, но если её разыщут компетентные органы, происхождение этой особы будет крайне трудно объяснить.
Толку рассуждать понапрасну не было, и Фан Ханьчжан снова заговорил о деньгах.
— Девяносто юаней заработать легко.
— Угу. — Глаза девушки засияли, в них промелькнуло какое-то предвкушение.
И правда, простое имя легче прокормить.
Фан Ханьчжан покачал головой и указал на слегка заваленный стол.
— Но в таком случае тебе точно не видать тех вкусняшек, что ты ела только что.
В глазах девушки промелькнуло сожаление.
— Ничего страшного.
— Как раз страшно. Раз уж ты попала в эту эпоху, почему бы как следует не прочувствовать всю её прелесть?
Фан Ханьчжан замолчал и неуверенно добавил:
— А вдруг через несколько лет и правда настанет конец света?
Настанет ли конец света — это тот еще вопрос.
То, что гусеница считает концом света, мы называем бабочкой. Быть может, по мнению Бога, если люди погибнут, Земля станет только красивее?
Размышлять о том, придет ли апокалипсис, было куда менее продуктивно, чем думать, где спать сегодняшней ночью.
Одна комната, одна гостиная, кухня и санузел — финансовая свобода, но не сказать чтобы полная, стандартный набор одичавшего холостяка.
Фан Ханьчжан разложил диван-кровать.
— Эту ночь придется перекантоваться так.
Девушка послушно последовала указанию и аккуратно легла.
Перекантоваться?
Да это же роскошь!
Если только что её пушистая одежда казалась ей завернутой в облака облаком, то теперь девушка чувствовала себя так, будто лежит прямо на облаках.
Разве это называется просто перекантоваться?
В сердце девушки зародилось жгучее любопытство к этому миру. Всё происходящее выходило за рамки её воображения, и она чувствовала себя тем самым невежественным крестьянином, который гадал, капает ли император землю золотой мотыгой.
Самый прекрасный из ее снов не мог сравниться с этой ночью.
Укрывшись с головой теплым одеялом, девушка постепенно забилась в самый уголок, пока наконец целиком не скрылась внутри, сосредоточенно наслаждаясь ощущением мягкости, словно облако.
Прямо над ее головой раздался мягкий голос:
— Если ты не против, я мог бы дать тебе имя. По правде говоря, твое имя для этой эпохи звучит очень странно.
Девушка высунула наружу пол-лица, аккуратно придерживая руками верхний край одеяла. Ее большие глаза хлопали, а изящный носик слегка выдавался вперед.
Она чуть кивнула, ее курносый кончик носа забавно потерся о край одеяла, а голос прозвучал так, будто его укутало облако.
— Угу.
Убийственно мило!
И это та самая девчонка, что меня похитила?
Верно говорят, внешность бывает обманчива!
— В Лунь Юй сказано: раз уж прибыл — успокойся. Раз уж ты пришла, тебе нужно найти здесь душевный покой.
Фан Ханьчжан вытащил лист бумаги, написал на нем несколько изящных иероглифов и протянул девушке:
— У тебя будет фамилия Ли, так что зовись Ли Аньчжи.
Заметив, что девушка прикрывает глаза, засыпая, Фан Ханьчжан улыбнулся:
— Наверное, ты очень устала. Отдыхай, спокойной ночи.
— Угу.
Щелк.
Фан Ханьчжан выключил свет.
За окном мириады огней уже погасли, и весь город погрузился в тишину.
Безмолвие ночи было подобно глубокой лампаде, в которой Млечный Путь горел живым пламенем.
http://bllate.org/book/27813/3373467
Готово:
