Глава 14. Зомби, размышляющий над невероятно важным вопросом
Что будет, если он это съест?
Не ядовито ли оно?
Время ожидания — самое томительное, а от этого зависело дальнейшее выживание Су Ляня, так что он проявлял крайнее нетерпение. Его чересчур пылкий взгляд, очевидно, был истолкован тем человеком совершенно иначе.
Доев ту лесную землянику, тот сделал вид, будто причмокивает губами, словно распробуя вкус. Заметив выражение лица Су Ляня, он ухмыльнулся, затем взял Су Ляня за руку и указал на место, где росла земляника. По его виду было непонятно: то ли он просил Су Ляня нарвать ещё для него, то ли предлагал Су Ляню поесть самому.
Не разобравшись, что именно имеет в виду этот тип, Су Лянь решил прикинуться дурачком, потому что в данный момент ему не хотелось выполнять ни то, ни другое. Он жаждал узнать лишь одно — какая будет реакция на эту ягоду.
— Рр-р! — в капюшоне торопливо зарычали, но как бы тот ни старался, Су Лянь оставался неподвижен.
Взгляд зомби метнулся туда-сюда, выказывая некоторую растерянность. Однако в следующее мгновение он подавил это замешательство, подхватил Су Ляня, взвалил себе на плечо и зашагал в прежнем направлении.
Добравшись, судя по всему, до вчерашнего места, он опустил Су Ляня на землю и повторил те же действия, что и накануне. Смысл сводился к тому, чтобы тот не вздумал убегать.
Один раз — случайность, два — привычка, тем более когда речь шла об общении с помощью столь простейших жестов. Стоило Су Ляню взглянуть, как он всё понял, однако недоумевал: зачем тот снова заставляет его оставаться на месте? Неужели для культивации? Но, подняв голову и окинув взглядом небо, он заметил, что луна ещё даже не взошла. Он прекрасно помнил, что вчера те существа занимались культивацией именно при лунном свете!
Впрочем, это замешательство рассеялось довольно быстро. Убедившись, что Су Лянь послушно сидит на месте, человек в капюшоне отошёл от него шагов на дню, слегка затих на мгновение, а затем затянул:
— Рр-р! Рр-р!
Рычание звучало очень ритмично. В нём не было тех ярких эмоций, с какими он обычно общался с Су Лянем; напротив, это был величественный и размеренный рокот. Порычав так несколько раз подряд, обладатель капюшона умолк. Но даже прекратив рычать, он не повернулся к Су Ляню, а продолжал смотреть прямо в некую сторону, причём желтоватое свечение в его глазах разгоралось всё сильнее.
Шур-шур, тук-тук, шлеп-шлеп...
То ли из-за царившей тишины, то ли по какой-то иной причине малейшие звуки стали невероятно отчётливыми, тем более что и сами они были довольно громкими. Су Лянь слегка нахмурился, прислушиваясь к шуму, внезапно доносившемуся со стороны, куда был устремлён взгляд существа в капюшоне. Звуки продолжались недолго — от силы минуты две, — а затем слились в чёткий, мерный стук.
Звук прыжков? Эти звуки казались какими-то знакомыми!
Су Лянь посмотрел на того, кто был в капюшоне: сейчас он словно забыл о существовании пленника и не оборачивался. Су Ляню пришлось напрячь память. С момента перемещения в этот мир он контактировал исключительно с этими самыми «людьми».
Точно, эти самые «люди»! Он вспомнил: эти прыжки явно издавали те существа, что были вчера вместе с фигурой в капюшоне.
Глаза Су Ляня блеснули, и он довольно подумал про себя.
Шур-шур... — раздался звук раздвигаемых кустов, за которым последовало полное энтузиазма, но при этом безупречно слаженное рычание: — Рр-р!
И впрямь те самые существа! Но где же они все ночевали? Стоило только позвать, как они смогли собраться в полном составе.
— Рр! — окинув взглядом толпу и убедившись, что никто не опоздал, обладатель капюшона удовлетворенно кивнул и издал гортанный звук.
— Рр-р! — хором отозвались остальные.
— Рр! Рр-р-р!
Когда все затихли, человек в капюшоне принялся издавать короткие и длинные звуки в причудливом ритме, а те существа время от времени поддакивали ему, но чаще просто молча внимали.
Если бы не тот факт, что их рычание было совершенно непонятно, эта картина до боли напоминала школьную линейку из его прошлой жизни, где директор отчитывает огромную толпу учеников!
Вот только поди пойми почему, но когда директора заменили на существо в капюшоне, а школьников — на вот это вот всё, от увиденного по спине побежали мурашки.
Су Лянь набрался терпения и послушал ещё немного. Какими бы длинными или короткими, высокими или низкими ни казались эти звуки, для него они оставались всё тем же монотонным рычанием. Он ничего не понимал, а от долгого прослушивания лишь нарастало раздражение. Мысленно досчитав примерно до шести сотен (прошло от силы минут десять), он решил больше не ждать. При внимательном осмотре выяснилось, что у существа в капюшоне не наблюдалось никаких признаков недомогания, а значит, лесная земляника должна быть неядовитой. К тому же сейчас эти создания явно игнорировали его присутствие. Делать всё равно было нечего, и разве не идеальный момент настало время для того, чтобы набить желудок?
При этой мысли Су Лянь стряхнул с себя подавленное, но упорное раздражение, огляделся вокруг и, заметив, что остальные по-прежнему заняты исключительно своими делами, напрямик направился к заветным кустикам земляники.
Кто знает, может, из-за того, что страх перед ядовитостью ягод улетучился, но сейчас, при воспоминании о том, как человек в капюшоне вгрызался в сочную и нежную мякоть, у него во рту обильно заделилась слюна. Он хотел есть. Безумно хотел есть. Подгоняемый этим желанием, Су Лянь невольно ускорил шаги и быстро добрался до полянки с земляникой.
***
В то же самое время обладатель капюшона и его подчиненные общались в самый ответственный момент. У их расы было одно достоинство: берясь за дело, они отдавались ему целиком и полностью, не отвлекаясь ни на что. Впрочем, это можно было трактовать и так, что объёма их мозговых клеток хватало ровно на одну задачу, а попытка выполнять две сразу привела бы к перегрузке и помешательству.
Поскольку он в данный момент проводил утреннее совещание со своими подчиненными (не стоит недооценивать Труп-демонов Мэйши: у их рода имелась великая и древняя история, а утренние планерки были наилучшим проявлением этой традиционной наследственности, ха-ха. Так что догадки Су Ляня на самом деле оказались верными), а также потому, что вчерашнее поведение Су Ляня было признано примерным, оставив его на земле, вождь просто-напросто выбросил пленника из головы. Разумеется, его ничуть не волновало, куда это Су Лянь отправился перекусить! Кхм, вернемся к сути.
Когда Зомби-один — тот самый, что с лестивым видом приволок Су Ляня, — робко поинтересовался, не пора ли им возвращаться в старое логово, вождь погрузился в молчание.
Однако в их роду, когда лидер уходил в себя, подчиненные испытывали лишь тревогу, а не человеческое двуличие вроде фальши на поверхности и тайных замыслов внутри.
Чем дольше длилось его молчание, тем сильнее нервничал заговоривший Труп-демон Мэйши. Подтолкнутый кем-то из сородичей сзади, он боязливо выдавил:
— Вождь... я что-то не то спросил?
— Нет, ничего, я просто размышляю! — последовал ответ.
После этого он задействовал весь свой максимальный умственный потенциал, чтобы поразмыслить над крайне донимавшим его вопросом.
Как «Труп-демонам Мэйши» (кхм, проще говоря — зомби), им выживалось далеко не так просто, как воображали обычные люди. Хотя считалось, что при отсутствии несчастных случаев они не стареют и не умирают, в то же время новое поколение появлялось на свет крайне редко! Труп-демоном Мэйши нельзя было стать сразу после смерти человека: для этого требовалось идеальное стечение обстоятельств, благоприятная география, поддержка людей, а главное — долгие годы духовного становления и закалки разума. Чем яснее и чище был разум, тем выше оказывались способности.
Сам он не был старейшим представителем своего рода. Просто в силу того, что он отличался от остальных сородичей и ещё при обращении обзавелся разумом, какого не было у рядовых зомби, соплеменники и возвели его в ранг вождя.
Новые члены племени давались тяжело, отчего существующие ценились на вес золота.
Но это была не единственная их проблема. Главными врагами являлись даосы, бравшие на себя милость истреблять нечисть. Вождь не знал, сколько всего даосов в этом мире, но прямо неподалёку, на горной тропе, располагался даосский монастырь Секты Чунмао, где подвизалось больше тысячи человек, а мастеров с глубоким пониманием даосских искусств и вовсе счесть было невозможно. Эти даосы, вместо того чтобы ловить демонов, только и делали, что без конца шныряли по их землям с облавами. После каждой такой зачистки погибало как минимум одно-два создания их вида.
Чем меньше оставалось собратьев, тем слабее становились их ряды. И хотя уцелевшие члены племени кипели от ярости, он, как старейшина, мог учить их лишь одному — терпению. А чтобы родичи могли жить более-менее безопасно, они сидели по своим норам и носа не казали наружу.
И вот на этот раз Сяо И (первый зомби, ласковое прозвище, ха-ха), Сяо Эр и Сяо Сань вышли наружу лишь потому, что он почувствовал: впервые за сотню лет в окружении неожиданно объявился ещё один сородич. Обнаружение новорожденного собрата не могло не радовать. Чтобы неокрепшего новичка прямо на месте не уничтожили едва ли не в два счёта, они рискнули выйти, несмотря на все угрозы.
Однако они никак не ожидали, что вместо нового собрата найдут это странное создание (Су Ляня). И хотя лидер считал, что тот вполне сойдёт за домашнего питомца, старое логово оставалось их последним убежищем. Обнаружь его чужаки — и весь род неминуемо постигнет гибель.
Но судя по тому, с какой регулярностью Секта Чунмао проводила облавы — каждые десять дней, — оставаться на месте было нельзя.
Возвращаться было нужно непременно, но как именно? И стоит ли брать с собой этого питомца? Вопрос оказался чертовски сложным.
Покрутившись так и этак, он с досадой понял, что ни к какому решению так и не пришёл. В этот самый момент он заметил, что несколько подчиненных начали проявлять беспокойство! Это его неприятно задело: с каких это пор, пока он не объявил о закрытии собрания, подчиненные смеют выказывать подобное неповиновение? Похоже, их стоило хорошенько проучить.
— Вождь, ваш питомчик, кажется, ведет себя как-то неладно! — с легким беспокойством произнес Сяо И.
Неладно?
Он перевел взгляд и лениво бросил сородичам, что на сегодня всё. Дождавшись, пока те разойдутся, он повернулся туда, где должен был находиться Су Лянь, — разумеется, сейчас там никого не было!
Куда он запропастился?!
Вождь недовольно зарычал, обвел окрестности взглядом и с удивлением обнаружил, что Су Лянь распластался на том самом месте, где недавно собирал для него угощение. Тот лежал неподвижно, изредка издавая какие-то слабые стоны. Хотя вождь не понимал значения этих звуков, слова подчиненного о том, что происходит что-то неладное, заставили его насторожиться!
Неужели всё из-за попытки нарвать ему той самой травы?
Непонятно почему, но в его голове вдруг зазвучали нотки крайнего удовольствия.
С этими мыслями он быстрыми шагами направился туда, где находился Су Лянь.
http://bllate.org/book/27830/3375401
Готово:
