К парадоксам и пересудам за своей спиной Нань Сицзю давно привык, да и слухи, долетавшие до его ушей, волновали его мало. Вот только Ху Ли, услышав их, когда бегал по поручениям и забирал нужные вещи, остался недоволен.
Он впервые осознал, что его новоиспеченный наставник пользуется дурной славой, привлекая к себе куда больше внимания, чем он сам, какой-то там демон-лисенок.
Ловкий Маленький демон-лисенок, искусный в искусстве скрытности, ловко ускользнул от нескольких учеников и принес в зубах сверток с чаем, который так был нужен Нань Сицзю.
В последние дни Нань Сицзю учил его грамоте и время от времени передавал основы духовных техник. Ху Ли немного боялся его и Бай Юя: хотя последнего он в глаза не видел, Бай Юй вечно использовал язык Нань Сицзю, чтобы всех вокруг отчитывать и подкалывать.
— Они так о вас говорят, неужели вы станете терпеть? — едва вернувшись в хижину, Ху Ли обернулся человеком и протянул обеими руками мешочек с чаем. — Я же слышал, какими скверными словами они вас ругали!
Бай Юй в Море Сознания и Нань Сицзю ответили в один голос:
— Пустяки.
Нань Сицзю слегка растерялся, а Бай Юй усмехнулся:
— Я так и знал, что ты это скажешь. Ничего неожиданного.
— Тогда можешь угадать, что я скажу дальше.
— Держу пари, твоя следующая фраза будет: не обращай на них внимания, я лишь ищу душевного покоя. — Бай Юй недовольно фыркнул: — Лучше бы о культивации так думал! Я по восемьсот раз на дню тебя гоняю, самому-то не надоело?
Нань Сицзю не поддержал его шутку и ответил:
— Через несколько дней.
Бай Юй:
— Что?
— Спущусь с Горы Наньшань, заберу одну вещь.
— Спускаться с горы? Зачем?
Ученикам Врат Южной Горы без крайней необходимости запрещалось покидать обитель.
Зачем Нань Сицзю понадобилось что-то, ради чего нужно спускаться с горы?
Может, это связано с янтарным кулоном у него на шее?..
Нань Сицзю легко кашлянул и произнес:
— Не гадай понапрасну, скоро сам все узнаешь.
— …
Бай Юю не нравилось это чувство неведения, ведь неизвестность всегда пугала больше всего.
Но он знал характер Нань Сицзю: если тот решил молчать, вытянуть из него хоть слово бесполезно, а вот вконец измотать себя бессмысленными спорами — запросто.
Поэтому Бай Юй предпочел замолчать и просто ждать спуска с горы.
Неожиданно оказалось, что у Ху Ли и впрямь есть талант к культивации. Раньше наставник упомянул об этом скорее ради красного словца, но мальчишка схватывал все на лету.
Еще через несколько дней толки в секте окончательно утихли — людям наскучило толочь воду в ступе. Нань Сицзю обучил Ху Ли новому приему, велел упражняться самостоятельно и стал собираться в дорогу.
В Башне Летящего Журавля Нань Шанчао, как водится, разбирался с делами секты. Увидев снова появившегося Нань Сицзю, он подумал, что тому опять нечем заняться и он пришел поискать хлопот, но услышал заявление о намерении покинуть гору.
— Ты собрался вниз? — Нань Шанчао приподнял голову и прищурился. — Зачем?
— Кое-что забрать.
— Отправь за этим учеников.
— Нельзя.
— Тебе обязательно нужно идти самому?
Лицо Нань Шанчао помрачнело еще сильнее; Бай Юй впервые видел его по-настоящему разъяренным.
Прежде этот глава секты хоть и любил поворчать и побранить всех вокруг, по-настоящему Нань Сицзю никогда не ограничивал. Было очевидно, что их братские узы никуда не делись.
Нань Сицзю ответил предельно лаконично:
— Да.
Глас Нань Шанчао прозвучал еще суровее и зловеще:
— Я запрещаю.
Нань Сицзю без малейших колебаний сложил руки в приветственном жесте:
— Благодарю главу секты, прощайте.
Выходило, что этот парень явился вовсе не за разрешением, а просто поставить перед фактом — его чужое мнение не волновало от слова совсем.
Но и поведение Нань Шанчао казалось странным: разве он не корил вечно Нань Сицзю за праздность и отсутствие стремлений? Почему же он так уперлся именно сейчас, запрещая тому спускаться с горы?
— Ты…! Паршивец! — Нань Шанчао в гневе вскочил на ноги, но тут же опустился обратно. — Ладно, прекрасно! Сдохнешь где-нибудь там, посмотрю я, кто рискнет забрать твое тело!
Пусть уровень культивации Нань Сицзю был разрушен, он все еще оставался на Стадии Золотого Ядра, к тому же в Мешке Цянькунь хранилась гора артефактов. Чего же добивался Нань Шанчао?..
Мысли Бай Юй прекървал голос Нань Сицзю:
— Я плохо знаю дороги у подножия горы, побеспокою Сяо Бая — пусть укажет верный путь.
— …Ладно, пошли. Помогать ему — значит помогать себе, Бай Юй не стал жаловаться: в конце концов, это можно было считать предварительной платой за услугу.
Каменные ступени, ведущие с Горы Наньшань, вились извилистой змейкой, уходя куда-то в туманную даль. Бай Юй тут же понял, почему ученики так редко покидали обитель: пока доберешься вниз и вернешься обратно, половину жизни оставишь.
Но у Нань Сицзю имелся Талисман Перемещения. Стоило извлечь бумажный лист и напитать его духовной энергией, как они в мгновение ока очутилась у подножия.
Этот человек действительно возвел лень в абсолют.
Бай Юй наконец смог полюбоваться другими пейзажами — виды на Горе Наньшань, при всей своей прелести, со временем успели изрядно надоесть своей монотонностью.
— О, а здесь целый лес. Глянь-ка, впереди, кажется, какое-то селение? Пойдем-пойдем.
Бай Юй мысленно подгонял Нань Сицзю вперед.
Его собственный дом когда-то тоже стоял в шумном, оживленном торговом городке, и в детстве Бай Юй никогда не скучал.
…Но десять лет назад родной дом превратился в кровавое море, родители и братья нашли свою гибель в том кошмаре, и оживленный некогда городок, надо полагать, тоже не избежал бедствия.
— Раз уж выпал редкий случай спуститься, — произнес Нань Сицзю, — почему бы и не прогуляться. Решай сам, куда пойдем.
Опомнившись и отогнав мрачные, гнетущие мысли, Бай Юй отозвался:
— Еще бы! Конечно пойдем, тебя ли спрашивать.
У подножия Горы Наньшань царило оживление, хотя указателей здесь отродясь не водилось. Местность подчинялась Вратам Южной Горы, и простые люди жили здесь по заветам обители — тихо и мирно, не ведая мирской суеты.
На ярмарке шумно и пестро: торговцы всех мастей наперебой зазывали покупателей, предлагая диковинные игрушки и лакомства.
— Уважаемый бессмертный, не желаете ли палочку засахаренных боярышников? Рецепт передается из поколения в поколение уже несколько десятков лет! Ягоды выращиваем сами, наши сладости ни у кого не найдете!
— Ступай отсюда, кислятина твоя зубы сводит! Уважаемый бессмертный, взгляните лучше на мои нефритовые украшения! Восприняли чистейшую духовную энергию небес и земли, они станут отличным подспорьем в культивации!
— Да это же обычные булыжники, и не стыдно так врать!
Одеяния и манера держаться выдавали в Нань Сицзю человека необыкновенного. Местные торговцы сразу приняли его за богатого аристократа из клана заклинателей, надеясь урвать свою долю.
Нань Сицзю перевел на них взгляд, и оба забияки, заметив его безжизненные серо-белые глаза, разом осеклись.
Этот бессмертный… слеп?
http://bllate.org/book/27832/3375541
Готово:
