Хуан Уцзи уже развязали, и теперь он с холодным упрёком глядел на упрямство Ван Цзиньбао. На сердце у него немного отлегло, и он махнул рукой, приказав:
— Уведите в Восточный дворец.
— Есть!
— Подождите.
— …Ваше Высочество, вы?
Хуан Уцзи подошёл ближе и холодно бросил:
— Отпустите.
— Слушаюсь.Обхватив Ван Цзиньбао за талию одной рукой, Хуан Уцзи с бесстрастным лицом отдал распоряжение:
— Если Император спросит, скажите, что Наследный принц уже во всём разобрался и дальнейшие разбирательства не нужны.
Парящий личный кар — Ван Цзиньбао сидел в таком впервые. Охваченный любопытством и восторгом, он вцепился в руку Хуан Уцзи мёртвой хваткой; стоило ему на секунду разжать пальцы, как он тут же снова вцеплялся в неё изо всех сил.
— Не нервничай.
Хуан Уцзи чувствовал, как от этой хватки его рука начинает ныть, но отстраняться ему вовсе не хотелось. Глядя на пухленькое, удивленное и радостное лилыцо сиявшего беременностью юноши, он даже поймал себя на том, что в глубине души у него поднимается какое-то странное чувство — Сердечный импульс.
Опустив взгляд ниже, на округлившийся животик юноши, который выглядел месяцев на пять-шесть, Хуан Уцзи поймал себя на том, что находит эти прекрасные округлые линии донельзя притягательными.
Генетическая совместимость подтвердилась, быть может, этот ребёнок и впрямь от него!
Стоило ему подумать об этом, как в самом сокровенном уголке души Хуан Уцзи не осталось и следа прежней растерянности и шока — их сменило… странное, едва уловимое ощущение счастья!
Как такое возможно?
Он и сам не понимал, откуда у него взялись эти чувства!
Этого не должно было быть.
С Ван Цзиньбао его связывал лишь один-единственный день знакомства, промелькнувший пять месяцев назад. Ван Цзиньбао был красив и хил, и Хуан Уцзи, найдя его забавным, немного подразнил юношу, никак не ожидая, что это породит столь порочную кармическую связь.
— Я слышал, как они все называют тебя Наследным принцем. Ты и правда Наследный принц?
Заглядевшись на живот Ван Цзиньбао, Хуан Уцзи опомнился, слегка покраснел, перевёл взгляд и произнёс с серьёзным видом:
— Да, это так.
— Значит, тогда ты соврал, когда сказал, что ты генерал со Звезды Дихуан?
Лицо Хуан Уцзи снова покраснело, он кивнул и ответил:
— Да, верно.
— … — Ван Цзиньбао поджал губы, склонил голову набок и посмотрел на Хуан Уцзи чистым, доверчивым взглядом. — Хуан Уцзи, скажи мне, неужели ты думал, что я пришёл сюда специально, чтобы содрать с тебя деньги?
Хуан Уцзи опешил и ничего не ответил. На лице Ван Цзиньбао промелькнула лёгкая, горькая обида, от которой у Хуан Уцзи болезненно сжалось сердце — накатило странное… тоскливое чувство.
— На самом деле всё не так. Я просто пришёл выяснить, чей же всё-таки ребёнок у меня в животе. Я не могу родить малыша в неизвестности. — Ван Цзиньбао моргнул, и из глаз брызнули слёзы.
— Когда я уходил, я сказал отцу и папе: если я найду этого человека, я забью его до смерти!
У Хуан Уцзи дернулся угол рта. Сохраняя холодное и надменное выражение лица, он молчал.
— Но если это ты, то я не стану.
— …Почему? — уголки губ Хуан Уцзи незаметно дрогнули в подобии улыбки.
Ван Цзиньбао обхватил ладонями лицо Хуан Уцзи и, набравшись храбрости, потянулся вперёд, прижимаясь губами к его губам. Это соприкосновение заставило их сердца забиться в растерянной и сладостной тревоге.
Разъединение губ вовсе не означало, что их души перестали тереться друг о друга.
— Ты мне нравишься. Когда ты украсил меня цветами на Горе Моря Облаков, мне так захотелось тебя поцеловать. Но я не посмел, испугался, что ты разозлишься.
Хуан Уцзи приоткрыл рот, но так ничего и не произнёс — он просто не знал, что говорить в такой момент. К тому же, учитывая его врождённую брезгливость, его даже не затошнило, что было просто невероятно.
— Ты знаешь, сколько обид и боли скопилось у меня в душе, пока я два месяца пробирался на Звезду Дихуан и побирался по дороге? Я всего лишь выругался на тебя у ворот академии, чтобы выпустить пар, а ты велел своим людям избить меня до полусмерти. Ты понимаешь, каково мне было?
Ван Цзиньбао потёр синяки и багровые кровоподтёки на лице, морщась и шипя от боли, а затем оттянул красную рубашку с вышитыми перчиками, которую ему дал Ли Лантин, обнажая ключицы и шею. Там всё еще виднелись следы побоев, а под ними скрывалось множество других шрамов. Хуан Уцзи уже видел их раньше, но еще никогда прежде он не испытывал такой жгучей вины.
— Я изо всех сил носил под сердцем твоего ребёнка, мучаясь от боли в спине и во всём теле, а ты приказал меня избить. Чтобы защитить живот и уберечь малыша, я даже не смел сопротивляться, вытерпев столько ударов палками и кулаками. Мне было так… больно! Телу больно, а на душе еще больнее.
В душе Хуан Уцзи шла ожесточенная борьба — слушая каждое слово, каждое признание этого паренька, он был готов отвесить себе пару пощёчин!
— Сколько тебе?
Ван Цзиньбао изрёл озадаченное «а», поднимая взгляд на непонятный взор Хуан Уцзи, и переспросил:
— Чего?
Хуан Уцзи заправил за ухо прядку волос, упавшую на глаза Ван Цзиньбао, обдавая его лицо горячим дыханием, и произнёс:
— Сколько тебе лет в этом году?
— Восем… восемнадцать, — лицо Ван Цзиньбао покраснело, запылало, и он совершенно растерялся.
Хуан Уцзи ему нравился. Ему хватило всего одного дня совместного проведения времени, чтобы проникнуться к этому мужчине чувствами. Этот человек был красив, обладал приятным голосом, и хотя держался обычно холодно и надменно, с ним явно умел быть нежным. Всё это покорило сердце деревенского паренька с бедной планеты.
— А, мне двадцать семь, — Хуан Уцзи снял перчатку и чистыми подушечками пальцев легко коснулся ушибленного места на щеке Ван Цзиньбао, сохраняя совершенно серьёзный вид. — Ты еще не достиг законного возраста для брака, давай для начала обручимся.
— …Об-ручимся? — Ван Цзиньбао совершенно растерялся. Этот мужчина еще недавно во всём сомневался и хотел проводить повторный тест на генетическую совместимость, а теперь собирается делать ему предложение?
Он… он что, спит?
Читайте самые свежие главы на сайте.
Генетическая проверка, повторный тест — результат остался прежним.
— Ребенок у тебя в животе действительно от меня. Не переживай, я буду отвечать за тебя и за малыша. В следующем месяце мы обручимся.
Ван Цзиньбао тупо уставился на привычно холодное, красивое лицо Хуан Уцзи. Тот говорил о свадьбе так уверенно, чётко и безапелляционно — до чего же он был хорош! Как же сильно он ему нравился!
Ухватив Хуан Уцзи за воротник, Ван Цзиньбао резко дернул его вниз и с громким чмоканьем впился зубами в подбородок мужчины.
— Хозяин! С этой минуты ты — мой мужик! Что скажешь, то и будет, я во всём буду тебя слушать!
http://bllate.org/book/27946/3386022
Сказали спасибо 0 читателей