Готовый перевод Four Male Bugs Captured by Rebels / Пленники Башни: Четыре жемчужины Империи: Глава 12

Сун Линьцзэ, дойдя до этого места, даже не удержался и слегка похвастался:

— Он действительно невероятен. Ты не видел, но несколько десятков элитных бойцов были повержены им в одиночку, я сам до сих пор не верю, что такое под силу Трутню. Правда, он сказал, что действовать под личиной Трутня неудобно, поэтому сейчас он замаскировался под Самку и впредь будет появляться на людях исключительно в таком образе.

Хэ Лань слушал рассказ Сун Линьцзэ об Синь Тине, и его взгляд невольно слегка изменился.

Неужели среди Трутней тоже бывают такие особи? И что это вообще значит?

Трутень, чуждые мирской суете, вдруг решил заглянуть на огонек и прочувствовать жизнь презренной Самки?

В уголках губ Хэ Ланя промелькнула насмешливая улыбка, однако в этот самый момент Синь Тин, до этого сидевший в углу и опустивший голову над документами, словно почувствовав его взгляд, неожиданно поднял голову и встретился с ним глазами.

Хэ Лань был вынужден признать, что у собеседника было весьма примечательное лицо: не столь мягкое, как у обычных Трутней, но столь же изысканное и даже несущее в себе оттенок остроты.

Но как бы тот ни выглядел, Хэ Лань не испытывал к Трутням ни малейшей симпатии.

Заметив, что тот направляется к нему, Хэ Лань чуть приподнял веки и с трудом изобразил нечто вроде вежливой улыбки:

— Приветствую.

— Приветствую, — ответил Синь Тин, пожал ему руку и назвал своё имя.

На этом их светские любезности быстро подошли к концу.

Сун Линьцзэ стоял рядом, наблюдая за своим другом и своим Трутнем, и на мгновение озадаченно нахмурился, пытаясь что-то сказать.

Но не успел он раскрыть рта, как Синь Тин, в упор глядя на Хэ Ланя, тихо, но веско произнес:

— Господин Хэ Лань, я старший брат Жуань Сюя. Скажите, пожалуйста, как Жуань Сюй привыкает к жизни в вашем доме последние пару дней?

Хэ Лань крепко сжал губы, не спеша отвечать на вопрос.

Этот Трутень по имени Синь Тин — противник, с которым нелегко справиться, и Хэ Лань понял это с первого же взгляда.

В этом человеке было что-то такое, от чего ему невольно хотелось проявить осторожность. Другие, пожалуй, не смогли бы точно оценить это и сочли бы такую манеру лишь мягким нравом, и только такая искушенная в лицемерии Самка, как Хэ Лань, могла без колебаний разглядеть суть, поскольку чувствовала исходивший от него аромат подобной себе натуры.

Разумеется, раз сам Хэ Лань распознал этот запах, он ни капли не сомневался, что собеседник точно так же раскусил его маскарад.

Тц, ну и надоедливый тип.

Хэ Лань не позволил эмоциям отразиться на лице, лишь улыбнулся, пожимая руку Синь Тиню, и произнес:

— О, кажется, он вполне привык. Хотя мы познакомились совсем недавно, наши феромоны идеально подходят друг другу.

Упомянув Жуань Сюя, он непринужденно заговорил об их совместной жизни, а на его лице проступила ровно та доля баловства, что подобала молодоженам — Самкам, которые с неизбывной радостью вспоминают о своих Трутнях.

Поведение Хэ Ланя выглядело естественным и неподдельным. Стоявший рядом Сун Линьцзэ услышал это и изумленно протянул:

— Подумать только, какая редкость! Неужели и на тебя нашлась управа? Раньше-то ты больше всех ненавидел Трут...

Хэ Лань на мгновение нахмурился и, не давая Сун Линьцзэ сболтнуть лишнего при Синь Тине, намеренно перебил его:

— Тогда я еще не встретил Жуань Сюя, поэтому мой кругозор был ограничен.

Сун Линьцзэ услышал это и повеселел, искренне радуясь переменам в друге:

— Вот именно! Наконец-то ты, сорванец, научился заботиться о Трутнях.

Хэ Лань с улыбкой отозвался:

— Он очень чистый и наивный Трутень, о нем так и хочется заботиться.

Темные глаза Синь Тина по-прежнему были прикованы к Хэ Ланю, и тут он произнес:

— Жуань Сюй — самый младший Трутень в Высокой Башне, с детства избалованный, он многого не понимает. Спасибо, что закрываете глаза на его незрелость и уделяете ему внимание.

Хэ Лань кивнул:

— Он мой Трутень, и я обязан о нем заботиться.

Сун Линьцзэ согласно закивал рядом и обратился к Синь Тиню:

— Точно так же, как я забочусь о тебе.

Синь Тин молча перевел взгляд на Сун Линьцзэ.

Сун Линьцзэ почему-то сник, и его голос сразу потерял былую уверенность:

— Ну ладно... тебе, кажется, это и не нужно.

Перебросившись еще пара фразами, они наконец завершили беседу. Видя, что остальные участники уже заняли свои места и совещание вот-вот начнется, Синь Тин перед тем, как повернуться, напоследок сказал Хэ Ланю:

— Кстати, с тех пор как Жуань Сюй покинул Высокую Башню, я не могу связаться с ним через Звёздную сеть. Скажите, с его Терминалом что-то случилось?

Хэ Лань, давным-давно конфисковавший Терминал Жуань Сюя, и глазом не моргнув, ответил на этот вопрос:

— Да, по дороге домой он случайно повредил его, я уже отдал аппарат в ремонт, так что скоро все починят.

— Вот и хорошо. — Синь Тин слегка опустил взгляд и завел речь о грядущем через полмесяца торжественном вечере Нового Альянса Насекомых — празднике, устроенном в честь основания организации. Тогда все лидеры и высшие чиновники Альянса Насекомых должны были явиться вместе с семьями. Синь Тин осведомился: — К тому времени Жуань Сюй ведь тоже сможет присутствовать, верно? Надеюсь, он поделится с нами забавными историями о своей новой жизни, я с нетерпением жду этого.

На губах Хэ Лань по-прежнему играла улыбка, а в глазах светилась ни капли не фальшивая радость:

— Разумеется, я тоже жду этого.

Конечно же, он прекрасно понимал: Синь Тин не поверил ни единому его слову.

Просто в силу ряда обстоятельств Синь Тин не мог сейчас лично явиться к нему домой для проверки, а приглашение на церемонию было не чем иным, как предупреждением со стороны Синь Тина.

Он предупреждал Хэ Ланя, что спустя полмесяца увидит Жуань Сюя целым и невредимым.

Хэ Лань с легким сердцем принял эти слова, после чего проследовал на свое место согласно рассадке. И лишь когда он благополучно устроился за столом и в поле его зрения больше не осталось фигуры Синь Тин, он постепенно погасил улыбку, а во взгляде проступила тяжелая мглистость.

За полмесяца у него найдется масса способов подвергнуть того пыткам, чтобы это унижение навсегда впечаталось в кости Жуань Сюя, лишив его даже надежды вырваться из-под его контроля.

Даже если этот Трутень в будущем выйдет в свет, его участь останется прежней — им по-прежнему будут управлять.

Во время совещания Хэ Лань безупречно справлялся со своими обязанностями и четко распределял задачи, за которые отвечал.

И все же в промежутках между выступлениями других его мысли невольно улетали за окно, вновь и вновь возвращаясь к тому Трутню, что ждал его дома. Он был вынужден признать, что вчерашняя близость пробудила в нем распробованный вкус: под влиянием феромонов Трутня образ Жуань Сюя то и дело сам собой, в любое время и в любом месте, всплывал в его голове.

http://bllate.org/book/28020/3392879