Молодой мужчина обладал внешностью, которую невозможно забыть, стоило лишь взглянуть на него хоть раз. Резкие линии лица, глубокие черты — казалось, каждый штрих был тщательно выточен самим небом, являя собой несравненную, ослепительную красоту.
Маленькая родинка под уголком губ служила идеальным завершающим штрихом, до предела усиливая его чувственность и излучая смертоносное притяжение.
Парню было от силы двадцать четыре-двадцать пять лет, но его аура подавляла невероятно. Всё его тело окутывала опасная, внушающая страх аура, из-за которой присутствующие в зале не смели даже вздохнуть полной грудью.
Сюань Чжо большими шагами направился к трону, и его ледяной, пугающий взгляд легко скользнул по всему залу. Те, на ком задерживался этот взгляд, без исключения покрывались холодным потом.
Поравнявшись с Цзин Хэном, Сюань Чжо остановился, и его пронизанный колоссальным давлением взор упал прямо на Цзин Хэна.
Цзин Хэн опустил голову, его тело слегка подрагивало — казалось, он смертельно боялся этого человека.
Однако в следующее мгновение крупная ладонь ухватила Цзин Хэна за подбородок, заставляя его поневоле поднять голову.
Встретившись с глубоким и ледяным взглядом Сюань Чжо, Цзин Хэн отразил в своих чистых, иссиня-чёрных глазах растерянность и беспомощность.
— Из какого ты дворца? Почему я раньше тебя не видел? — Сюань Чжо слегка приоткрыл тонкие губы, и низкий, чарующий голос зловеще разнёсся по тишине.
Судя по этим словам, Сюань Чжо принял Цзин Хэна за какую-то наложницу из гарема.
Выражение лица Цзин Хэна на миг замерло, в сердце мелькнуло убийственное намерение, но он тут же подавил его.
Не дожидаясь его ответа, старый евнух Чан Си, следовавший по пятам за Сюань Чжо, уже тихонько доложил:
— Император, это старший императорский принц Государства Фэнъюань, принц Цзин Хэн, он размещен во Дворце Цинлэ.
— Цзин Хэн? Вырос-то как, а я уж думал, новенький в императорских покоях. — Сюань Чжо пару раз погладил Цзин Хэна по лицу, после чего легко фыркнул, отпустил его и продолжил путь к трону.
Лицо Цзин Хэна по-прежнему оставалось безмятежным, однако спрятанные в рукавах ладони уже сжались в кулаки, а на тыльной стороне рук вздулись вены.
Этот негодяй Сюань Чжо прекрасно знал, кто он, и сказал это намеренно!
Перепутать принца вражеской державы с гаремной наложницей — несомненно, это было величайшим унижением для Цзин Хэна.
Было ли это проверкой или извращённой шуткой, но одно можно сказать наверняка: Сюань Чжо сделал это нарочно.
Заняв свой трон, Сюань Чжо не стал обращать внимания на людей из Государства Линъюнь — его взгляд снова приковался к Цзин Хэну.
Когда этот старший принц Фэнъюаня прибыл сюда три года назад, он едва доставал ему до груди, а черты лица были совсем детскими, выглядел он сущим ребренком. Сюань Чжо тогда не испытывал ни малейшего интереса к нему, но кто бы мог подумать, что за три года он так сильно изменится.
Спустя мгновение Сюань Чжо, казалось, наконец вспомнил о присутствии посланников из Линъюня. Он взмахнул рукой, официально открывая этот праздничный пир.
Слуги один за другим начали подавать яства, а танцовщицы и музыканты приступили к представлению.
Потягивая вино, Сюань Чжо без всякого интереса наблюдал за извивающимися в танце артистками, после чего снова перевёл взгляд на Цзин Хэна.
Цзин Хэн заметил это, но сделал вид, будто ничего не видит. Он очень послушно ел стоявшую перед ним пищу, изредка поднимая глаза, чтобы взглянуть на выступление, но тут же испуганно опускал голову — будто опасаясь, что наряды танцовщиц слишком откровенны и смотреть на них дольше непозволительно. Он усердно уплетал еду, и вид у него был до нелепого послушный.
От этого вида... невольно хотелось поддаться дурным помыслам и поиздеваться над ним.
— Император, что вы думаете насчёт нашего недавнего предложения о заключении брачного союза? — подал голос линьюньский посол Чжао Хо.
Целью этой поездки было именно сватовство. Ещё в первый день по прибытии они завели об этом разговор с Сюань Чжо, но сейчас тот даже не собирался поднимать эту тему. Как же Чжао Хо было не тревожиться?
Стоило прозвучать этим словам, как аура вокруг Сюань Чжо мгновенно похолодела.
Разве он не заводил об этом речь потому, что они сами не понимали намёков?
Заводя разговор о браке при всех, неужели Чжао Хо всерьёз думал, что перед лицом стольких людей Сюань Чжо не посмеет уронить лицо Линъюня и потому непременно согласится?
Сюань Чжо бросил на него один взгляд, и Чжао Хо с сотоварищами тут же покрылись холодным потом.
— Я считаю это никудышным предложением, — холодно бросил Сюань Чжо, не оставляя и следа учтивости.
Тяньцюань, стоя во главе трёх великих держав, вовсе не нуждался в том, чтобы считаться с чьим-либо мнением.
— Женщины, которых вы прислали, даже рядом не стояли с красотой старшего принца Фэнъюаня. О чём вы хотите, чтобы я подумал? — продолжил Сюань Чжо.
— ... — Чжао Хо открыл рот, но не нашёлся что ответить.
Сидящая рядом Принцесса Цзинъюнь тоже помрачнела в лице.
Сюань Чжо осмелился сравнить её с каким-то мужчиной! Разве это не прямое оскорбление в её адрес?
Сказав это, Сюань Чжо вновь перевёл взгляд на Цзин Хэна.
Поймав его взор, Цзин Хэн смущенно моргал, а затем потупил взор, словно не ожидая, что в это дело втянут и его, и теперь не зная, как на это реагировать.
Глядя на то, как он тушуется, словно испуганный крольчонок, Сюань Чжо изогнул губы в усмешке, отчего крошечная родинка стала казаться ещё более соблазнительной.
Однако Сюань Чжо не видел одного...
Опустив глаза, Цзин Хэн надёжно скрыл за ними вспыхнувшее убийственное намерение.
Назвать мужчину красивым — разве это комплимент? Да это чистой воды издевательство и насмешка со стороны Сюань Чжо!
Будь обстоятельства иными, обладай Сюань Чжо менее хлопотным статусом, посмей он изрыгать столь наглую чушь — Цзин Хэн давно бы переломал ему ноги!
Но сейчас ещё не время расправляться с Сюань Чжо.
Когда нужда в маскараде отпадёт, он непременно вырвет Сюань Чжо язык!
Чтобы эта паршивая собака больше не смела нести такую отвратительную чепуху при каждом раскрытии рта!
Пусть лицо Чжао Хо исказилось от досады, сдаваться он не собирался и заговорил вновь:
— Император, как бы хорош ни был старший принц Фэнъюаня, он всё же мужчина! Разве может он идти в сравнение с женщиной? Простите, но Линъюнь не может принять подобный довод. Принцесса Цзинъюнь ни в чём не уступит любой другой девице, Император, вы...
— Похоже, у Государства Линъюнь слишком много самоуверенности, — зловещий и ледяной голос Сюань Чжо оборвал Чжао Хо на полуслове. — Вы хотите брачного союза, так что же, мне теперь обязательно жениться? А если я откажусь — что тогда сделаете, раз принять отказ не в силах? Вы что, слишком долго жили в мире и покое и теперь ищете неприятностей на свою голову?
После этих слов в главном зале воцарилась абсолютная тишина. Чиновники Тяньцюаня дышали через раз, прекрасно зная, что это верный знак императорского гнева. При переменчивом, хладнокровном и безжалостном нраве их правителя линьюньским посланникам не стоило ждать ничего хорошего!
— Н-нет, вовсе нет, Император! Мы ни в коем случае не хотели проявить к вам неуважение и тем более не помышляем о войне! Напротив, мы жаждем лишь мира, дружбы и сближения между нашими государствами, именно поэтому мы предложили этот союз. Он просто слишком заторопился и сболтнул лишнего! — испугавшись худшего, Линь Цзинъюнь тут же вскочила со своего места и рухнула на колени перед Сюань Чжо, пытаясь исправить положение.
http://bllate.org/book/28061/3396706
Готово:
