— На этом закончим, ложись спать пораньше, завтра поговорим!
Сайт-источник: www.xswh.com
Сун Ланьцинь был одновременно рассержен и взволнован. Кое-как ответив пару фраз, он сбросил вызов и приготовился продолжить битву с хейтерами.
В этот момент в дверь постучали.
Квартира площадью сто тридцать квадратных метров не казалась особенно большой, и его сердитый голос вполне мог разбудить крепко спящих родителей.
— Цинцинь, сынок, что такое?
Когда дверь открылась, мать Сюй Ни увидела, что у сына покраснели глаза, и тут же окончательно проснулась.
С самого детства сын любил плакать — слезы текли ручьем, и их невозможно было остановить, вот только после поступления в университет такого уже не случалось, и сегодня вечером это произошло впервые.
Сайт-источник: www.xswh.com
Сун Ланьцинь знал, что у него снова обострилась старая привычка плакать, и торопливо затряс головой:
— Ничего, мам, ложись спать, я виноват... буду вести себя тише.
— Наш малыш плачет, как же тут мама уснет.
Ухоженное лицо Сюй Ни озарилось исполненной нежности улыбкой, и она поспешно стерла слезы Сун Ланьцинь пальцами с аккуратным маникюром.
— Расскажи маме, что произошло?
Мама всегда очень мягко поддерживала его, но папа вечно хотел, чтобы он сначала нашел стабильную работу и только потом занимался рисованием.
Сайт-источник: www.xswh.com
Сун Ланьцинь не хотел рассказывать домашним о том, что творится с мангой, и легко подтолкнул ее в плечи:
— Правда ничего! Иди скорее спать, из-за бессонницы появятся темные круги под глазами!
Сюй Ни оставалось только вздохнуть и потрепать его розовые волосы:
— Ты тоже ложись пораньше, не доводи себя до болезни, а о любых трудностях поговорим завтра.
— Знаю, знаю. — Сун Ланьцинь вытолкал ее за дверь, нарочито изобразив улыбку.
Видя, что сын упорно не желает ничего рассказывать, Сюй Ни не стала настаивать, еще раз ущипнула его за щеку и неспешно направилась вглубь коридора к главной спальне.
Глядя матери в спину, Сун Ланьцинь торопливо закрыл дверь.
Сайт-источник: www.xswh.com
Стоило ей скрыться из виду, как он прислонился спиной к двери, шумно выдохнул, задрал голову к потолку и изо всех сил замигал глазами, прогоняя подступающую пелену.
Тоже мне великая проблема, из-за чего тут расстраиваться!!
Подумав так, Сун Ланьцинь опустил голову, побрел к кровати и с глухим стуком рухнул на постель. Повернувшись набок, он уставился на освещенный экраном телефона полумрак потолка, и в груди у него снова закипела обида.
Сайт-источник: www.xswh.com
Сун Ланьцинь все еще не смирился: отложив в сторону компьютер, он взял телефон и продолжил сражение лежа.
Тупицы — прямо как тараканы: стоить прихлопнуть одного, как набегает целая стая.
В девять часов утра аккаунт Сун Ланьциня заблокировали на двадцать четыре часа за нарушение правил общения.
В то же время его произведение «День перезагрузки» было снято с публикации по жалобе из-за подозрений в нарушении правил.
Звонок Ли Цюаня раздался как раз в этот момент.
Сайт-источник: www.xswh.com
Поскольку Ли Цюань принял лекарство, а до этого пролежал без сна всю ночь, после возвращения домой с помощью ассистента он сразу же заснул.
Здоровье у него было отменное, и, проснувшись ранним утром, он уже пылал энергией: с одной стороны, увлеченно строил грандиозные планы на будущее, а с другой — ждал, пока истечет время.
Едва пробило девять, решив, что человек уже проснулся, он нетерпеливо схватился за телефон.
Только вызов соединился, в трубке раздался истошный вопль Сун Ланьциня:
— Ли Цюань, чтоб тебя —!
Голос Сун Ланьциня срывался от отчаяния:
— Не звони мне на этих днях, исчезни! Исчезни —!
Ли Цюань от неожиданности чуть не выронил телефон из рук, но прежде чем успел что-то ответить, вызов сбросили.
Тут он по-настоящему запаниковал: забыв про все свои великие планы, он переоделся и выбежал из дома. Он жил в апартаментах в самом центре города, которые купил специально потому, что оттуда до жилого комплекса Сун Ланьциня было меньше десяти минут езды на машине.
Вскоре после того, как Сун Ланьцинь повесил трубку, в дверь его гостиной громко и требовательно постучали.
Сайт-источник: www.xswh.com
— Цинцинь!!
Голос Ли Цюаня прозвучал прямо сквозь закрытую дверь.
Сун Ланьцинь подскочил с кровати, вылетел из комнаты и тут же резко замер.
Он уставился на дверь гостиной, сдвинув брови к переносице.
Произошедшее не имело никакого отношения к тому, что Ли Цюань «завалил» его работу донатами, во всем были виноваты те идиоты, которые засыпали его отрицательными отзывами — это был результат перепалки с ними, но если бы не манипуляции Ли Цюаня, ничего подобного вообще бы не случилось.
Однако Ли Цюань руководствовался благими намерениями и даже сделал подарок.
Сун Ланьцинь понимал, что срывать злость на человеке некрасиво, оттого ему становилось только тоскливее: раз уж тот пришел, нельзя же оставлять его ждать на пороге!
— Цинцинь, открой дверь!
Голос Ли Цюаня раздался снова, и лежавший в спальне телефон тут же завибрировал в такт.
Сун Ланьцинь опустил голову — словно лишившись души, он покорно побрел в прихожую.
Стоило двери открыться, как перед глазами Ли Цюаня предстал совершенно изможденный вид Сун Ланьциня.Ли Цюань был выше него на целую голову. Заметив покрасневшие глаза в тени, он растерянно замер на месте и беспомощно произнес:
— Что с тобой? Я что-то сделал не так...
— Зачем ты пришел... — голос Сун Ланьциня звучал крайне подавленно. Редактор платформы бросил лишь дежурное «сходи посмотри», а на дальнейшие вопросы отвечать перестал.
Его произведение вот так запросто заблокировали.
Видя, что тот вот-вот заплачет, Ли Цюань отбросил все сомнения, торопливо перешагнул порог и заключил его в объятия.
— Злишься — бей меня, только не плачь.
В прошлом бывало так же: у Сун Ланьциня были очень близко к сердцу слезы, он легко расстраивался из-за любых неприятностей. Когда он оставался один, то мог реветь в голос, и от каждого его всхлипа у Ли Цюаня сжималось сердце.
— Я еще и не плачу! — Сун Ланьцинь сквозь зубы втянул щеки. Желая сохранить лицо, он вцепился в чуткую одежду, пытаясь оттолкнуть его.
Ли Цюань обнял его еще крепче и, совсем как в школьные годы, ласково заговорил:
— Расскажи мне, что случилось. Я ведь не чужой человек.
Сун Ланьцинь не смог его оттолкнуть, но эти слова прозвучали так тепло, что он в конце концов опустил руки и яростно потер покрасневшие глаза о ткань на его плече:
— Это не твое дело! Мою мангу кто-то натравил заблокировать и снять с публикации, кучка идиотов!
Мозг Ли Цюаня работал быстро: он тут же вспомнил вчерашние донаты и, наслаждаясь моментом, продолжил обнимать его, успокаивающе шепча:
— Не злись. Пустяки, я во всем разберусь.
Сун Ланьцинь тут же оживился, поспешно оттолкнул его, задрал подбородок, и его глаза засияли:
— У тебя есть способ?
Ли Цюань заранее знал, что долго удерживать его в объятиях не удастся. Подавив легкое разочарование, он утвердительно хмыкнул:
— Я пойду позвоню.
Не успели затихнуть его слова, как он развернулся и вышел.
Только теперь Сун Ланьцинь вспомнил, что статус его бывшего соседа по парте изменился. Знакомых у того наверняка полно, возможностей больше, чем у него самого. Быть может, ему удастся отыскать кого-то из администраторов или редакторов платформы.
Однако он даже не подозревал, что этот звонок Ли Цюаня обладал силой, далеко превосходящей все его ожидания.
Ли Цюань первым делом позвонил матери и прямо выложил ей суть дела. Само имя Сун Ланьциня имело большой вес: сын согласился уехать за границу во многом именно из-за него. Выслушав рассказ, мать Ли Цюаня набрала номер генерального директора головной компании комикс-платформы и мягким тоном произвела:
— Сяо Сяо, ты занят? Загляни ко мне в кабинет, посидим.Сун Ланьцинь не знал, что директора платформы забрали на беседу, а Ли Цюань после возвращения лишь бросил, что всё улажено, и велел подождать.
Два экрана были закреплены на стойке один над другим. Сидя за столом и глядя на панель управления, Сун Ланьцинь по-прежнему испытывал страшную тревогу. Утром редактор уже отчитала его на все корки, и он хотел лишь одного — чтобы всё скорее разрешилось.
Ли Цюань отыскал веер, который забыли забрать вчера, придвинул еще один стул, сел рядом и начал легонько обмахивать его:
— Прошло всего десять минут, на один разговор уходит куда больше времени. Займись чем-нибудь другим.
Сун Ланьцинь смертельно устал и не хотел заниматься ничем другим. С потухшим взором он покачал головой, опустил веки и принялся ковырять ногти.
Заметив его изнурение и тревогу, Ли Цюань смягчил голос:
— Ты ел? Я велю кому-нибудь что-нибудь купить, а ты вздремнешь.
— Не хочу, — еще более уныло отозвался Сун Ланьцинь.
У Ли Цюаня не оставалось выбора. Сложив веер и пододвинув стул вплотную к нему, он слегка развернулся боком, притянул Сун Ланьциня к себе и сказал:
— Тогда обопрись о меня и посиди так немного.Раньше, когда ему было плохо, всё происходило точно так же: Ли Цюань всегда укладывал его животом вниз и позволял выплакаться. Теперь, когда он уже стал взрослым, это казалось несколько неуместным, но он устал настолько, что ему было лень ломать голову. Прислонившись к Ли Цюаню, он молчал.
Видя, что тот не шевелится, Ли Цюань склонил голову набок и не удержался — поднял левую руку, отводя в сторону пряди волос, закрывавшие глаза Сун Ланьциню. Из-за этого движения Сун Ланьцинь приподнял веки.
Их взгляды встретились.
На Ли Цюане была свободная черная рубашка в китайском стиле, его слегка завитые волосы по-прежнему были собраны сзади, а растрепанные короткие пряди небрежно падали на брови. Из-за полуприкрытых глаз его взгляд казался необычайно ленивым.
Возможно, из-за того, что тот помог ему, Сун Ланьцинь смотрел на него, и чем дольше смотрел, тем больше тот ему нравился. Зависть, ревность и обида испарились — осталось лишь ощущение, что это лицо невероятно красивок, прямо как главный герой из манги, которую он рисует.
Под таким прямым взглядом Ли Цюаня жар от макушки бросило в самый низ живота.
Его дыхание стало тяжелее, и он отвел взгляд.
Сун Ланьцинь не заметил этой тонкой перемены, перевел взгляд обратно и, сонно опуская веки, лениво перебирал на запястье Ли Цюаня чётки из намукового дерева.
http://bllate.org/book/28178/3407687
Готово:
