2 Предначертано судьбой
Хэ Юй покинул комнату небесного ранга и направился в главный зал трактира, чтобы поесть.
Весь трактир был забит до отказа. Хэ Юй уже раздумывал, не попросить ли слугу принести еду прямо в номер, чтобы поужинать вместе с Инь Цзили, как вдруг заметил, что посетители за столиком у окна поднялись, расплатились и ушли.
Хэ Юй, радуясь такой удаче, поспешил к освободившемуся месту и сел. Подошедший слуга начал убирать посуду и попутно спросил:
— Господин, что желаете заказать?
Хэ Юй вырос в богатой семье, денег у него было в достатке, и раз уж он наконец выбрался в Леду, то, разумеется, хотел отведать чего-то изысканного. Он заказал восемь блюд, один суп и кувшин отменного вина, единолично заняв целый стол, и принялся с аппетитом уплетать угощение.
Пока он ел, до его слуха доносились стихи и рифмованные строки, которые декламировали ученые за соседними столиками. Вид у них был преисполнен самолюбования, вот только содержание их творений не выдерживало никакой критики. Хэ Юй мысленно усмехнулся: хорошо, что Инь Цзили не пошел с ним, иначе, чего доброго, придумал бы, как подшутить над этими напыщенными книжниками, и нажил бы неприятностей.
В этот момент на лестнице показались двое мужчин. В отличие от местных ученых, эти двое выглядели как отпрыски богатых семей из Леду: один в черном, другой в индигово-синем. Оба были одеты в парчовые халаты, подпоясаны дорогими поясами, а качество тканей сразу выдавало их высокое происхождение.
Слуга, подобострастно кланяясь, указывал им путь:
— Молодой господин Юань, какой вы сегодня гость!
Хэ Юй, расслышав издалека фамилию Юань, поднял голову. Неужели это тот самый злой рок Инь Цзили? Впрочем, он всегда был точен в своих предсказаниях, и это было большим везением, что Инь Цзили не пришел сюда обедать, а то и впрямь довелось бы встретиться.
Те, кто явились в трактир, были не кем иными, как братьями Юань Ле и Юань Ло. Поднявшись на второй этаж, Юань Ле нахмурился и сказал брату:
— Народу полно, свободных мест нет.
Юань Ло огляделся и заметил, что во всем зале лишь за столом Хэ Юя есть свободные места. Стол был большой и круглый, а Хэ Юй сидел там один, так что двое вполне могли уместиться. В Башне Сяоюнь подавали лучшую еду и вино во всем Леду, особенно Юань Ло любил здешнее старое вино, поэтому он потянул Юань Ле в сторону Хэ Юя.
Юань Ле не очень-то хотелось делить стол с незнакомцем, но он всегда баловал своего младшего брата и, зная о его любви к вину из этой башни, уступил.
Юань Ло подошел к столу и спросил:
— Уважаемый, не возражаете, если мы подсядем?
Хэ Юй кивнул и жестом пригласил их садиться, а сам продолжил трапезу. Юань Ло занял место и помахал брату:
— Старший брат! Сюда!
Юань Ле, вздохнув, сел рядом с ним, и к ним тотчас подбежал услужливый официант.
Хэ Юй был немного наслышан о четырех великих семьях Леду и, судя по манерам этой пары, понял, что это братья Юань. Тот, что в черном — должно быть, прославленный Юань Ле, то есть тот самый бог неудач, о котором твердил Инь Цзили. Хэ Юй мельком взглянул на него: Юань Ле был поистине мужественным и статным, такой человек запоминался с первого взгляда. Рядом с ним Юань Ло казался совсем заурядным, такого в толпе и не приметишь.
Хэ Юй и Инь Цзили дружили с самого детства, жили по соседству и вместе учились, а их семьи поддерживали крепкие дружеские узы — оба они были из городка Цинъюнь.
Семья Инь была самой богатой в городке, старик Инь умел вести дела и славился ученостью: он открыл сад Инь, где обучил многих талантливых молодых людей. Инь Цзили был единственным сыном, старик обрел его лишь после сорока лет, поэтому берег его как зеницу ока.
Инь Цзили с детства был одаренным, считался первым талантом Цинъюня, и помимо литературного дара обладал способностью предсказывать судьбу. Никто не знал, сам ли он этому научился или же это было врожденным, но его предсказания всегда сбывались с поразительной точностью. В городке его называли Божественным Инем, и люди из соседних уездов и округов специально приезжали к нему за советом.
Семья Хэ из поколения в поколение занималась медициной. Его отец был известен в кругах воителей как Царь Лекарств, а сам Хэ Юй с юных лет слыл божественным лекарем и при этом отлично владел боевыми искусствами.
Друзья росли неразлучными, оба были горазды на проказы: если уж ввязывались в неприятности, то вместе, и наказания тоже делили на двоих, поэтому между ними не было секретов. Хэ Юй знал всё об Инь Цзили — тот вечно твердил о своей странной одержимости тем, что Юань Ле — его злейший рок, и стоит им встретиться, как случится беда. Потому-то он и бегал от него, как от чумы.
В эту поездку в Леду Инь Цзили ехать не хотел, но его прижали к стенке отец и учителя: первый требовал продолжения рода, вторые — сдачи экзаменов на государственную службу, словом, не давали ему спокойно читать книги. Как раз в это время Хэ Юю понадобилось по делам в столицу, и Инь Цзили увязался за ним. Хэ Юй был даже рад: у того был талант к гаданию, а ему самому еще предстояло решать свои вопросы, так что помощь друга была кстати.
Юань Ле, ожидая заказ, от нечего делать машинально взглянул на сидящего напротив книжника. Тот обладал ясным взором и крепким сложением, судя по всему — владел боевыми искусствами. Юань Ле удивился: ученые обычно хилы, а этот — явно не из слабых, интересно, кто он такой?
Юань Ло, наливавший чай, заметил, что брат пристально разглядывает юношу, и, посчитав это неловким, слегка пнул его под столом. Юань Ле очнулся и отвел взгляд, но тут же заметил лежащий рядом с книжником белый кошель. Работа была тонкой: на белой ткани белым шелком был вышит иероглиф, который при солнечном свете казался призрачным. Похоже, это было Инь.
При виде этого иероглифа сердце Юань Ле екнуло. Он до сих пор помнил долговую расписку, которую заставил подписать того юношу: увидишь человека по фамилии Инь — беги прочь…
Юань Ло, держа в руках чашку, увидел, как брат сначала уставился на книжника, а потом на его кошель, и, тоже заметив иероглиф Инь, в удивлении присмотрелся к юноше. Тот был бледнолицым, с тонкими бровями, на редкость хорош собой. Неужели это и есть тот самый книжник, о котором говорил Юань Ле?
Подумав об этом, Юань Ло пнул брата еще раз, стрельнул глазами в сторону Хэ Юя и вопросительно приподнял бровь: он?
Юань Ле покачал головой: вряд ли. Хоть прошло много лет, он отчетливо помнил внешность того юноши. Этот книжник, конечно, был красив, но с тем было не сравнить. Особенно хорошо он запомнил родинку в уголке глаза — её он помнил отчетливо.
Кошель рядом с Хэ Юем принадлежал Инь Цзили. Денег у Инь Цзили было много, но он не умел их беречь: стоило увидеть книгу — тут же покупал, и через пару дней в кармане не оставалось ни монетки, зато телега была забита книгами. Зная за собой этот грешок, он отдал все свои сбережения Хэ Юю, чтобы тот присматривал за ними.
Хэ Юй только что заметил выражение лица Юань Ле и, найдя это забавным, решил проверить, помнит ли тот Инь Цзили. Он подозвал слугу:
— Эй, любезный, принеси еще четыре блюда, суп и кувшин хорошего вина, отнеси нашему гостю по фамилии Инь, который живет со мной.
— В комнату небесного ранга? — уточнил слуга, записывая заказ.
Хэ Юй заказал еду и не преминул добавить:
— Да, тому книжнику с родинкой в уголке глаза.
— Слушаюсь! — улыбнулся слуга. — Помню, тот самый, что всё лицо платком закрывает?
— Точно-точно! — кивнул Хэ Юй, украдкой поглядывая на Юань Ле.
И действительно, брови Юань Ле слегка дрогнули.
Хэ Юй мысленно усмехнулся: значит, помнит! Он посидел еще немного, доел закуски и в полном удовлетворении удалился.
Как только Хэ Юй ушел, Юань Ло дернул Юань Ле за рукав:
— Эй, брат, тот человек говорил о книжнике по фамилии Инь. Это не тот, кого ты ищешь? Ты же сам говорил, что у него родинка в уголке глаза.
Юань Ле, не будучи уверенным, покачал головой:
— Не может быть такого совпадения.
— Пойдем проверим! — Юань Ло вскочил и хотел было броситься следом за Хэ Юем, но Юань Ле удержал его:
— Оставь.
— Нет, а вдруг это он?! — Юань Ло, не слушая, бросился вдогонку.
Юань Ле вздохнул, чувствуя смутную тревогу. Он терзался мыслями: если тот человек действительно жив, если он не демон и не оборотень, то что ему делать? Поблагодарить за спасение жизни? Или избить, чтобы выпустить пар? В конце концов, он так много лет жил, не находя покоя…
Подумав об этом, Юань Ле встал и решил, что лучше уйти, чем участвовать в этом балагане.
Тем временем Инь Цзили дремал на кровати. Он ворочался с боку на бок и в конце концов погрузился в сон… Во сне он видел цветущую персиковую рощу, и от порыва ветра все лепестки осыпались на землю.
Тук-тук-тук… Раздался стук в дверь.
Инь Цзили вздрогнул и сел на кровати. Сидя так, он склонил голову набок, размышляя: сон про персики? Что-то не так.
Он быстро прикинул по пальцам и в ужасе вскрикнул — беда! Злой рок приближается!
В этот момент за дверью снова постучали:
— Господин Инь?
Инь Цзили замер:
— Кто там?
— Ваш друг велел принести вам угощение, — ответил слуга.
Инь Цзили прищурился. Он с детства знал Хэ Юя — тот обожал сеять хаос, и Инь Цзили почувствовал недоброе.
— Он один ел? — спросил он слугу. — С ним кто-нибудь сидел?
— О, да, — улыбнулся слуга. — Два молодых господина из семьи Юань.
— Ох… — Инь Цзили перехватило дыхание. Поняв, что дело пахнет керосином, он сбросил одеяло и начал поспешно одеваться.
— Господин Инь? — слуга, держа поднос с четырьмя блюдами и вином, начал уставать. — Ваши вещи…
— Погоди, я сейчас переоденусь, — сказал Инь Цзили, оглядывая комнату. Спрятаться было негде, и он устремил взгляд на окно.
Он подошел к нему и распахнул створки. Оказалось, что это второй этаж, не так уж высоко. Карниз первого этажа выступал далеко вперед, если зацепиться за него и спрыгнуть, то травм быть не должно.
Подумав об этом, Инь Цзили уже перелез через подоконник. В отличие от Хэ Юя, он был единственным сыном в роду, и старик Инь его так баловал, что и слышать не хотел о том, чтобы сын тренировал боевые искусства. Инь Цзили и сам не любил воителей: по его словам, если бы никто в мире не владел оружием, не был склонен к насилию, не обижал слабых, то и войн бы не было! Поэтому он категорически отказывался учиться, хотя, по словам Хэ Юя, всё дело было в обычной лени.
Инь Цзили вылез из окна и повис на карнизе. Он думал, что сможет немного передохнуть, но, наступив на крышу, понял, как скользит глазурованная черепица. Нога соскользнула… Он был кабинетным ученым, кроме кисти ничего тяжелее не держал, и, не удержавшись, сорвался вниз.
Как раз в этот момент подошел Хэ Юй. Увидев слугу с подносом, он удивился:
— Чего стоишь? Почему не входишь?
— Господин Инь сказал, что переодевается… — не успел договорить слуга, как изнутри донеслось «хлоп», а затем испуганное: «Ай!»
Хэ Юй поспешно распахнул дверь, увидел открытое окно и пустую комнату. В ужасе он бросился к окну.
Юань Ле в спешке вышел из трактира, чувствуя смятение. Неужели это был тот юноша? Интересно, как он теперь выглядит? Он хотел его увидеть, но в то же время страшился встречи. Пока он мучился сомнениями, раздалось это «Ай!».
Юань Ле был мастером высокого уровня и мог различить даже звук летящей иглы, но этот возглас заставил его замереть. Голос был до боли знаком! Как только он понял, что именно так звучал голос того юноши, сверху прямо на него что-то упало.
Юань Ле отпрянул, желая уклониться и поймать падающего, но, подняв глаза, увидел перед собой юношу, вцепившегося ему в плечи. Их взгляды встретились, и Юань Ле настолько опешил, что забыл увернуться и повалился на землю вместе с ним.
Инь Цзили тоже увидел Юань Ле. Падая, он понял, что снизу кто-то есть, и даже порадовался: человек крепкий, похож на воина, послужит живой подушкой. Но, подняв голову, он едва не прикусил язык от ужаса.
Юань Ле лежал под ним, долго не мог прийти в себя, глядя на Инь Цзили. Инь Цзили хотел закрыть лицо, но было поздно. Глядя, как Юань Ле открывает рот, явно собираясь что-то сказать, Инь Цзили, не зная, что делать, в отчаянии ударил его кулаком в переносицу.
Инь Цзили не владел боевыми искусствами, но Хэ Юй научил его этому приему: если ударить в ямку между бровями и переносицей, это самое болезненное место, человек на мгновение теряется, глаза застилает пелена — самое время бежать.
Юань Ле, ошеломленный встречей, был совершенно не готов к такому повороту. Удар пришелся точно в цель. Подумать только, прославленный непобедимый полководец — и вдруг получил кулаком от слабого книжника! От боли в глазах у него потемнело.
Инь Цзили вскочил и бросился наутек. Юань Ле показалось, что тот пробежался прямо по его животу — хорошо хоть, книжник был легким.
Наверху Хэ Юй видел всё через окно. Увидев, как Инь Цзили скрылся в переулке, а Юань Ле всё еще тряс головой, пытаясь прийти в себя, он глубоко вздохнул, медленно закрыл окно, повернулся, присел и… расхохотался во весь голос.
Юань Ло, последовавший за Хэ Юем, осторожно заглянул в незапертую дверь. Он хотел было тихонько посмотреть, что происходит, но едва подошел к порогу, как услышал оглушительный смех.
…
Инь Цзили, не выбирая дороги, бежал и проклинал Хэ Юя за то, что тот накликал на него такую беду. Злой рок — это не шутки! Этот Юань Ле был его проклятием, и стоило им связаться, как в жизни Инь Цзили начиналась сплошная полоса неудач.
Петляя по переулкам, Инь Цзили бежал, пока не выбился из сил, и прислонился к стене, чтобы передохнуть. Оглянувшись и убедившись, что погони нет, он перевел дух.
Только отдышавшись, Инь Цзили осмотрелся и обнаружил серьезную проблему: где он вообще находится?
Блуждая по переулкам, он наконец вышел к шумной улице. Подойдя к углу, он осторожно выглянул, чтобы посмотреть, нет ли там Юань Ле, но понял, что это совсем другая улица, а не та, что перед трактиром. Он свернул не туда.
Он хотел было погадать, как добраться обратно и не встретить Юань Ле, но пошарил по карманам — пропала его погремушка. Он потратил столько сил, рисуя на ней диаграммы, и если она потерялась… Может, выпала, когда он бежал? Инь Цзили хотел вернуться на поиски, но, обернувшись, краем глаза заметил величественную усадьбу.
Какая роскошная постройка!
Инь Цзили сам вырос в богатом доме, но не смог сдержаться, чтобы не полюбоваться. Его отец как раз собирался строить новый павильон, и Инь Цзили невольно вышел из переулка, чтобы рассмотреть усадьбу получше и запомнить детали для чертежа.
Он расхаживал перед воротами, задрав голову, пока наконец не запечатлел в памяти все детали крыши. И только тогда заметил вывеску под карнизом, на которой размашистым почерком было выведено: Поместье Юань.
…
Увидев эти два иероглифа, Инь Цзили почувствовал, как голова пошла кругом. В то же самое время за спиной послышался холодный голос:
— Нравится?
http://bllate.org/book/28196/3409886
Готово:
