Готовый перевод Heartbeat Irregularity / Аритмия чувств: Кот из Наньлогусян: Глава 2

— Садись в машину, сначала в отель.

Агент занял место на пассажирском сиденье рядом с водителем, поэтому Линь Чэню пришлось открыть дверь и забраться на заднее, где он оказался в тесноте рядом с Се Чубо.

Се Чубо, услышав шум, приподнял веки. Его глубокие, узкие глаза метнулись к Линь Чэню, а слегка приподнятые уголки глаз придали взгляду остроты и высокомерия — словно лев, которого потревожили во время сна.

Они встретились взглядами на несколько секунд, но почти мгновенно Се Чубо погасил эмоции в глазах, снова закрыл их и не произнес ни слова.

Давящая, агрессивная атмосфера тут же рассеялась.

Линь Чэнь с облегчением выдохнул. Он тихонько отодвинулся к окну, вытащил из кармана беспроводные наушники, но как только собрался их надеть, услышал, как У Юйгуан окликнул его:

— Линь Чэнь.

Линь Чэнь поднял голову. У Юйгуан смотрел на него через зеркало заднего вида с полуулыбкой:

— Тебе стоит как следует ухватиться за этот шанс. Сможешь ли ты выбраться из грязи в князи благодаря популярности трех своих товарищей по группе — зависит только от того, как ты себя покажешь.

— …Мгм.

Хорошо быть «грязью»…

Линь Чэнь небрежно отозвался и тут же надел наушники, давая понять, что не хочет продолжать разговор с У Юйгуаном.

У Юйгуан от возмущения едва не задохнулся. Он хотел было отчитать его, но побоялся потревожить покой Се Чубо, поэтому промолчал.

Через полчаса машина остановилась у черного хода отеля.

Место было безлюдным. Агент сначала вышел, осмотрелся, убедился, что за ними не следили папарацци, и лишь тогда успокоился. Он подал знак, приглашая их выйти.

Линь Чэнь приподнял поля кепки, и как раз в тот момент, когда он положил руку на дверную ручку, чья-то ладонь перехватила его запястье.

Не успел Линь Чэнь среагировать, как услышал низкий голос Се Чубо:

— Подожди.

Линь Чэнь замер, опустив взгляд на руку Се Чубо.

У него были красивые руки: длинные пальцы, слегка изогнутые, тонкие костяшки цвета слоновой кости, на тыльной стороне ладони проступали вены. На запястье, в том месте, где заканчивался рукав, виднелись серебристо-серые металлические часы, излучавшие холод.

— Прости.

Се Чубо отпустил его руку.

Линь Чэнь ответил:

— …Ничего.

На запястье, которое сжимал Се Чубо, еще чувствовалось остаточное тепло. После пары слов в машине снова воцарилась тишина.

Линь Чэнь проследил за взглядом Се Чубо и выглянул наружу: агент, по-видимому, что-то заметил и теперь, настороженно стоя перед машиной, жестом просил их подождать.

Линь Чэнь незаметно размял запястье. Когда странное ощущение окончательно исчезло, он опустил взгляд и поправил манжеты, делая вид, что ничего не произошло.

Подняв глаза, он, чтобы отвлечься, перевел взгляд на кружку водителя.

В наполовину пустой чашке плавали красные ягоды годжи.

Ягоды годжи, сладкие и нейтральные по своей природе, питают печень и почки, насыщают ци, обогащают кровь и обладают множеством других полезных свойств, включая замедление старения.

Бывший пожилой богач Линь Чэнь, которого в прошлой жизни измучили болезни, — не на шутку разволновался.

Он не удержался, подался вперед и, пока У Юйгуан был снаружи, понизил голос:

— Водитель, уважаемый.

Линь Чэнь был родом с юга, голос у него был мягким, и даже сквозь маску в нем слышались чистые, нежные нотки, располагающие к себе.

Водитель не сразу отреагировал, и лишь когда Линь Чэнь еще раз обратился к нему, пришел в себя.

— Вы… вы мне?

Линь Чэнь наклонился ближе, и его глаза под полями кепки изогнулись в улыбке:

— Да, уважаемый. У вас еще есть ягоды годжи?

Водитель решил, что ослышался, и машинально потянулся за своей кружкой, чтобы протянуть её Линь Чэню.

Линь Чэнь не сдержал улыбки и пояснил:

— Я имел в виду сухие, которые еще не заваривали.

Водитель понял, неловко усмехнулся и вытащил из-под сиденья маленькую баночку — в ней оставалось еще около половины порции.

— Продайте мне эту половину.

Глаза Линь Чэня загорелись.

Водитель замахал руками:

— Не нужно, не нужно! Копейки же стоят, забирайте так, дарю.

Линь Чэнь не стал спорить, поблагодарил его и спрятал баночку, отметив про себя доброту водителя. Он уже собирался откинуться назад, как агент постучал по стеклу:

— Можно выходить.

С самого начала поездки этот человек без умолку болтал, но Линь Чэнь так и не мог вспомнить, как его зовут, что невыносимо его раздражало.

Он еще больше понизил голос:

— А, кстати, раз уж мы здесь, как зовут того, снаружи?

Как только прозвучал этот вопрос, даже Се Чубо поднял глаза и посмотрел на него со странным выражением.

Видимо, терпение лопнуло.

Се Чубо произнес:

— Линь Чэнь, у тебя амнезия?

Амнезия…

Уголки губ Линь Чэня дернулись, но, к счастью, маска скрывала его лицо, так что неловкости никто не заметил.

— Нет.

Линь Чэнь снова удобно уселся и на ходу придумал оправдание:

— Давно не было выездных мероприятий, не видел агента, вот и вылетело из головы…

Оправдание звучало натянуто, но Линь Чэнь говорил глухо и подавленно, что почему-то вызвало у Се Чубо чувство некой горечи, меланхолии и обиды.

Се Чубо: «…»

Помолчав, он тронул уголком губ:

— У Юйгуан.

Линь Чэнь понимающе кивнул:

— О-о-о, так вот оно что, фамилия У. Спасибо.

Се Чубо: «…»

Ему всё казалось, что сегодня с этим парнем что-то не так — он словно изменился, но в чем именно заключалась эта перемена, Се Чубо сказать не мог. Очень странное чувство.

Отель был пятизвездочным, одним из лучших в Яньши. К счастью, компания соблюдала равенство, поэтому, не побрезговав тем, что Линь Чэнь был «непопулярным», сняла два президентских люкса на двоих.

Вот уж ирония.

Линь Чэнь и Се Чубо снова поселились вместе.

Слово «снова» было уместно, потому что в бытность стажерами, хотя Се Чубо был невероятно популярен, Линь Чэнь, благодаря своей ослепительной красоте, тоже не оставался в тени. После одного из выступлений по правилам соревнований они оказались в одном двухместном номере.

Из-за этого у них даже появились фанаты их пары.

Линь Чэнь давно забыл название этого пейринга, но тогда ходили слухи, что он тайно влюблен в Се Чубо…

Позже, когда они дебютировали, компания предоставила каждому из четверых отдельные номера, и они с Се Чубо жили напротив, через коридор.

Но Се Чубо дебютировал как центр группы, обладал мощными семейными связями, и едва начав карьеру, был завален предложениями от брендов, участием в шоу и мероприятиями, поэтому в общежитии почти не появлялся.

За два года Линь Чэнь почти не видел его в общежитии.

В те редкие моменты, когда они сталкивались, они лишь обменивались короткими кивками, и их отношения стали до крайности холодными.

Люкс находился на двадцать первом этаже. Когда они вышли из лифта, управляющий отеля уже ждал их. Увидев Се Чубо, он с улыбкой протянул ему ключ-карту.

— Господин Се, номер 2114.

Се Чубо взял карту:

— Спасибо.

Сделав пару шагов, он внезапно остановился, оглянулся и задержал взгляд на Линь Чэне, но тут же перевел его на У Юйгуана:

— Брат У, тебе не обязательно идти с нами, мы с Линь Чэнем сами приведемся в порядок.

Мероприятие было назначено на шесть вечера. У Юйгуан взглянул на часы — сейчас было чуть больше часа дня, времени как раз хватит на душ и сон.

— …Ладно. Приведите себя в порядок. Сяо Сун и Хэ Е уже в пути, через два часа я пришлю визажистов, чтобы вас накрасили.

Это было первое полноценное воссоединение бойбенда Dazzle за полгода, дел предстояло много. У Юйгуан не стал задерживаться и вместе с управляющим спустился на лифте вниз.

Коридор был пустым. Линь Чэнь снял кепку и взъерошил волосы, которые примял за долгий путь, но из-за неловкости лишь окончательно растрепал свои каштановые пряди.

Се Чубо посмотрел на него, но промолчал. Он направился к двери 2114, приложил карту, раздался звуковой сигнал, и он первым вошел внутрь.

Линь Чэнь, таща чемодан, специально выждал пару секунд, прежде чем войти следом.

Президентский люкс такого уровня был одним из самых роскошных во всем Яньши. Просторная и светлая гостиная выходила на огромный балкон с прекрасным видом, откуда сразу открывался обзор на самую знаменитую достопримечательность города — Восточную жемчужину.

Именно там и должно было пройти празднование второй годовщины.

Но для Линь Чэня, который десять лет прожил жизнью «пожилого богача», всё это было сущими пустяками. Ведь у того старого человека было столько роскошных особняков, что хватило бы жить в каждом по одному дню в году.

Осмотревшись, Линь Чэнь переодел тапочки и потянул чемодан в комнату, когда внезапно столкнулся с Се Чубо, который как раз собирался идти в ванную.

Тот стоял босиком на мягком ковре, две верхние пуговицы его темной рубашки были расстегнуты, открывая острые, тонкие ключицы.

Линь Чэнь бросил мимолетный взгляд и отвел глаза.

На лице — ни тени эмоции.

Се Чубо же, промолчав, вдруг произнес:

— Прости.

Линь Чэнь лишь беспечно махнул рукой:

— Ничего страшного, иди принимай душ.

Се Чубо больше ничего не сказал. Он снимался всю ночь, а потом, не успев отдохнуть, его сразу потащили на мероприятие. Не считая двух часов сна в самолете, он уже очень давно не спал.

Сейчас ему срочно нужно было смыть усталость и поспать.

Только так у него хватит сил и энергии для встречи с толпами журналистов и фанатов вечером.

Дверь ванной захлопнулась, вскоре зашумела вода. Се Чубо стоял под душем, закрыв глаза и запрокинув голову, позволяя теплым струям стекать по лицу и далее по ключицам.

Он думал о взгляде и голосе Линь Чэня.

Пресно, холодно, будто сквозь легкую дымку.

Разложив вещи, Линь Чэнь взял баночку с годжи и зашел в гостиную. Стакана он не нашел, зато обнаружил бокалы для красного вина.

За десять лет богатой жизни, чтобы лучше вжиться в роль «пожилого человека», Линь Чэнь привык к определенным ритуалам — например, держать в руках бокал вина и молча смотреть из окна на море огней и поток машин внизу.

Только так можно было показать глубину и хладнокровие «старого человека».

Впрочем, сейчас дорогие вина не вызывали у него ни малейшего интереса.

Линь Чэнь насыпал около двадцати ягод в бокал и залил их кипятком. Наблюдая, как сморщенные плоды постепенно наполняются влагой, а вода приобретает красноватый оттенок, он почувствовал, как на душе становится спокойнее.

http://bllate.org/book/28310/3422059