Готовый перевод Wedding Invitation (High-Ranking Official) / Свадебное приглашение: Миллиардер в космосе: Глава 9

Цю Шаосян стоял неподвижно, словно пережил страшнейший удар. Е Тан недовольно произнес:

— Умоляю, сходи купи мне одежду?

— Экономика Планеты Вадан отсталая, ты проработал там всего месяц, как ты мог накопить на мой залог?

Мозг Цю Шаосяна наконец пришел в норму и способность соображать вернулась.

Е Тан пожал плечами и сказал:

— Я продал свое сердце и взамен поставил себе хрустальное. Скажу тебе, отличная штука!

Слушая это, Цю Шаосян посмотрел на него мягким взглядом.

Похоже, этот парень был глубоко тронут.

— На самом деле ничего страшного. Как только выйдешь, мы вместе всё хорошенько обдумаем — как сотрудничать дальше. Когда мы срубим кучу бабла, я планирую купить планету, а потом парочку межзвездных кораблей. Если получится, даже слетаем на Землю пару кругов нарезать, покажем народу зрелище — пусть посмотрят, что такое настоящие НЛО!

Е Тан говорил без умолку, но блеск в глазах Цю Шаосяна угасал с каждой секундой. Не веря своим ушам, он спросил:

— Ты продал сердце просто ради денег?

— Почти.

— А я?

— Что ты?

— Ты меня тоже ради денег выпустил под залог?

— Хочешь услышать правду?

— Да, правду.

— Когда я впервые увидел тебя по телевизору, мне показалось, что у тебя лицо бога богатства!

Цю Шаосян лишился дар речи!

Проклятый космический терминал перекодировал его Е Тана в какого-то заурядного меркантильного типа!

Месть! Это абсолютная месть за его отставку!

Оплакивая свою судьбу без слез, Цю Шаосян посмотрел на полуголого Е Тана, от которого исходил странный запах, и сказал:

— Сначала иди в душ, а я пойду куплю тебе одежду.

— Кошелек там, захвати с собой, когда пойдешь. Гляжу, у тебя в карманах вовсю гуляет ветер. Тьфу, надо же быть таким тупицей, чтобы отдать все деньги своему любовнику! Вот дурень!

Шаги Цю Шаосяна замерли.

Как же ему было горько!

Это определенно Е Тан, но у него помрачился рассудок. Есть ли еще надежда?

Как ему исправить этого ядовитого скрягу?

Умывшись и надев халат, Е Тан вызвал в номер обслуживание. Планета Кэнтин была просто прелесть — здесь имелось великое множество изысканной еды.

Когда Е Тан, чинно восседая во главе стола подобно королю, разрезал ножом и вилкой стейк, Цю Шаосян вошел в комнату: в одной руке он держал несколько пакетов с одеждой, а другой вел на поводке тяжело дышавшего поросенка.

Какого чёрта! Е Тан почувствовал, что вкус изначально нежного и сочного мяса изменился.

Он стал отдавать свининой!

— Ты болен? Откуда ты приволок эту свинью? Вы, инопланетяне, выгуливаете свиней на улице?

Стоило Е Тану увидеть что-то, что ему категорически не нравилось, как в нем неизбежно просыпался командный нрав босса!

Цю Шаосян совершенно проигнорировал этого скверного мужика перед собой!

Он безумно тосковал по своему нежному и доброму Е Тану.

Если перевести бушующие в душе Цю Шаосяна мысли на человеческий язык, это звучало так: в Линь Дайюй вселилась свирепая жена Гуаньдуна, какое же это наказание!

— Эта свинья мне пригодится.

— Хочешь свинины — я попрошу кого-нибудь приготовить!

— Когда я говорил, что хочу свинины?

— Тогда зачем ты притащил свинью? Для красоты что ли?

Честно говоря, хорошая внешность действительно дает огромные преимущества.

Даже если Цю Шаосян в своем черном плаще затаскивал в комнату свинью, выглядело это так, будто он вел на поводке породистого золотистого ретривера!

Цю Шаосян положил купленную для Е Тана одежду на кровать, а затем со свиньей на руках скрылся в ванной.

— Ты что, собрался мыться вместе со свиньей? — крикнул ему вслед Е Тан.

Цю Шаосян даже не удосужился ему ответить!

Поддавшись жгучему любопытству, Е Тан последовал за ним и обнаружил, что Цю Шаосян закинул поросенка в раковину, а затем извлек из кармана плаща шприц и крошечный пузырек с лекарством.

— Зачем ты таскаешь с собой наркоманские причиндалы? — не унимался Е Тан со своей болтовней! Ему было жутко тревожно, казалось, он пригрел у себя сумасшедшего!

Подняв пузырек с лекарством, Цю Шаосян произнес:

— Это я умыкнул из медицинского пункта изолятора — инъекция против побега.

— Что ты задумал? Неужели хочешь вколоть мне укол?

Е Тан настороженно прижался к полую халата: если ему поставят укол, он действительно окажется с Цю Шаосяном в одной упряжке!

С бесстрастным лицом Цю Шаосян открыл пузырек, набрал в шприц лекарство, выпустил воздух, ловко прижал поросенка и принялся делать ему укол...

Под пронзительный визг свиньи Е Тан подумал, что этот Цю Шаосян невероятно жуткий тип!

Он наконец всё понял!

— Ты хочешь проверить, не умрет ли кто-нибудь от удушья из-за этого препарата? И поэтому используешь для эксперимента свинью? Хотя свинья — млекопитающее, но она все-таки не человек! А вдруг свинья не сдохнет, а человек загнется... Погоди! Ты что, не собираешься ждать суда? Хочешь сбежать с Планеты Кэнтин? Почему?

Е Тан чувствовал, что план Цю Шаосяна в пух и прах расходится с его собственными радужными надеждами!

Его собственный план состоял из залога, команды адвокатов, судебного процесса и оправдательного приговора!

Затем Цю Шаосян возвращается на свой высокий пост, а сам он гребет деньги лопатой и правит Землей!

Но Цю Шаосян теперь хочет сбежать?

Вытащив иглу из свиньи, Цю Шаосян сказал:

— Будь добр, взгляни на газету, которую я купил, там есть подробности моего дела.

— Я не умею читать! Что ты имеешь в виду? Ты действительно устроил серийный Реймонд ни в чем не повинных людей?

Е Тан посмотрел на Цю Шаосяна презрительным взглядом и еще крепче запахнул халат!

Цю Шаосян слегка прищурил глаза.

Космический терминал сущее зло: он использует его любимого человека, чтобы наказать его!

— Я никого не подвергал Реймонду, но улики по делу неопровержимы, и справедливого суда мне тоже не видать.

— Разве вы, инопланетяне, не высокоразвитое цивилизованное общество? Откуда у вас судебные ошибки?

— Как бы ни развивались технологии и цивилизация, это не изменит темную сторону природы живых существ. Когда-то я публично отстранил от должности финансового чиновника Планеты Кэнтин и поддержал проведение новых реформ, должно быть, это задело интересы многих сильных мира сего.

Закончив колоть свинью, Цю Шаосян мыл руки и попутно спокойно давал пояснения.

Словно человек, которого несправедливо обвинили, был вовсе не он — такая выдержка определенно заслуживала уважения.

Но Е Тан не знал, радоваться ему или горевать!

— И каков твой план побега? Неужели всё начнется с экспериментов на бедной свинье?

Е Тан сильно сомневался: изначально он планировал втянуть человека в долю, а теперь сам угодил в ловушку пиратского корабля!

Абсолютно убыточная сделка...

— Мм, переодевайся давай. Я купил тебе билет на космический корабль для получасовой обзорной экскурсии вокруг Планеты Кэнтин. Возьмешь свинью на руки и полетишь. Если свинья подохнет от нехватки кислорода, придумаем что-нибудь другое.

— Что? Ты заставляешь меня тащить свинью на орбитальный облет всей планеты?

— Это так трудно? — во взгляде Цю Шаосяна промелькнуло недовольство, он не привык работать с людьми низкой исполнительности.

Е Тан разозлился еще больше: всегда он сам помыкал другими, с какой стати кто-то стал командовать им?

— Если не хочешь — как хочешь, тогда я больше не смогу раздобыть тебе денег. Больших, очень больших денег...

Не пробыв с Е Таном и секунды тет-а-тет, Цю Шаосян снова опустился на стул, привязал поросенка к водопроводному крану, оттолкнул Е Тана и принялся уплетать заказанный тем стейк.

Словно тому, кому грозила смертная казнь за серию преступлений в стиле Реймонда, был вовсе не он!

Ладно! Терпения тебе не занимать! Ты же точно рассчитал, что я поставил на кон собственное сердце, а проигрывать я не умею!

— Идёт! Раз надо — пойду, но сначала скажи, сколько у нас осталось денег?

Цю Шаосян отложил нож и вилку, пошарил по карманам и извлек билет на экскурсионный корабль:

— После покупки этого билета осталась лишь мелочь. Еще я купил твои любимые белые шоколадки марки Синьбик.

С этими словами Цю Шаосян извлек из кармана изящно упакованную коробочку шоколада.

Вечно расчетливый Е Тан почувствовал легкое головокружение, ему казалось, что он столкнулся с самым страшным существом во Вселенной — транжирой!

— Ну конечно, бывший финансовый чиновник, привык тратить народные деньги направо и налево, рука даже не дрогнула, да? Раз ты спустил все деньги, кто будет платить за этот номер в отеле?

— Мы же собрались бежать, какая разница, кто заплатит за номер, дурачок! — лучезарно улыбнулся Цю Шаосян, принимаясь разворачивать обертку шоколада. Протянув кусочек Е Тану, он произнес: — Попробуй кусочек, глядишь, и вспомнишь что-нибудь из прошлого?

— Не пытайся со мной сближаться! Нет у меня с тобой никакого прошлого! Сколько себя помню, с трех лет не встречал таких людей, которые тратят деньги партнера без тени угрызений совести, нуль коммерческой этики!

— Ладно, раз не хочешь — как хочешь.

Цю Шаосян с невинным видом спрятал шоколад обратно в карман, полностью проигнорировав упреки Е Тана.

Всё это происходило вовсе не по вине Е Тана, во всем был виноват космический терминал.

Влюбиться в кого-то — это всегда так: как бы сильно этот человек тебя ни бесил, во всем виноваты небеса...

— Что нужно сделать, чтобы ты повеселел?

— Деньги! — прямота Е Тана просто поражала воображение. — Разве для побега не нужны дорожные расходы?

— Ого, оказывается, ты всё-таки заботишься обо мне. Не переживай, насчет денег я что-нибудь придумаю, я заранее приобрел Галактический вестник наград!

Цю Шаосян развернул лежавшую под рукой газету, пестрившую заманчивыми объявлениями о высокорисковых авантюрах, ждавших смельчаков, готовых рискнуть головой.

Высокий риск сулил высокие доходы, но в то же время означал трату кучи времени и снаряжения — например, экспедицию за редкими лекарственными травами на Планету Вадан, которая уже погрузилась в период зимней спячки.

Пропустив подобные предложения, Цю Шаосян принялся искать путь к обогащению в мелких рекламных объявлениях на полях приложений.

Внезапно его глаза загорелись. Опустив газету, он встал и заявил:

— У меня есть способ раздобыть деньжат, но ты должен пообещать мне: как только деньги окажутся у нас, ты возьмешь Пирга и отправишься на нем в обзорный полет.

— Пирг? Ты даже этой свинье дал имя?

— Он скоро умрет, перед смертью он заслуживает иметь имя.

— Надо же, какая у тебя жалостливость, прямо палач, читающий заупокойные молитры.

Сдерживая раздражение, Цю Шаосян отдал приказ:

— Быстро переодевайся, идем добывать деньги.

— И сколько же там?

— Пятьдесят тысяч буни!

Целое состояние! Е Тан наконец соизволил сдвинуться с места. Посмотрев на оставленную на кровати одежду, он спросил:

— Откуда ты знаешь мой размер?

— Я же говорил, каждая твоя черточка мне знакома!

Уголки рта Е Тана задергались.

Оба обитателя этого номера отчетливо понимали, что нормальной жизни им больше не видать!

Выйдя из отеля, Цю Шаосян зашагал широким шагом, а на городских перекрестках бормотал себе под нос: «Хоть бы успеть!»

— Куда мы вообще направляемся? — обреченно вздохнул Е Тан, вынужденный таскаться вслед за Цю Шаосяном по переулкам.

— В художественную галерею.

— Зачем? Неужели ловить похитителей произведений искусства?

— Ого, дорогой, а у тебя фантазия разыгралась!

— И не думай, что я не понял твоих шпилек!

Е Тан жутко утомился. Цю Шаосян лишь легко улыбнулся и, указав на мраморное здание с барельефами напротив, пояснил:

— Галерея на втором этаже, никаких воров там нет, проводится оценка антиквариата.

— Оценка антиквариата! В этом я мастак! — Е Тан был абсолютно уверен в собственном глазомере!

— Серьезно? Дорогой, ты же даже читать не умеешь, какая тебе оценка?

— В смысле?

— Напротив, в галерее Дарсона, выставлены две абсолютно одинаковые работы — Спальня в гостиной кисти Ваньера. Говорят, разница между ними кроется в тончайших нюансах. Чтобы определить подлинность, сначала нужно изучить сотню дневников покойного Дарсона в поисках подсказок, а каждая его тетрадь толщины вот с такой палец!

Цю Шаосян прикинул пальцами толщину — ого, какая толстенная!

Да этот художник Ваньер просто с жиру бесился, нормальных картин не писал, только и делал, что дни напролет строчил дневники! Настоящий вредитель!

Нагло ухмыльнувшись, Е Тан предложил:

— Значит, ты берешь на себя чтение дневников, а я займусь поиском различий между картинами!

Он никому не позволит умалить его достоинство!

Чувство собственного достоинства для землян превыше всего!

Он просто обязан показать себя перед Цю Шаосяном с лучшей стороны! Пусть Цю Шаосян наконец уяснит, кто в доме настоящий хозяин!

http://bllate.org/book/28351/3427752