Гребаный мерзавец: [Ты бежишь, я преследую, от меня тебе не улететь, я обязательно тебя верну].
Вэнь Юйнянь побрезговал испачкать телефон и решил продезинфицировать его чуть позже: [...]
Гребаный мерзавец снова выждал паузу и прислал новое сообщение: [Похоже, тебя тут придержал какой-то братец, раз ты даже не соизволил заехать домой].
Вэнь Юйнянь не хотел больше ждать, у него даже ноги затекли: [Перестанешь вести себянормально — тогда я вернусь].
Гребаный мерзавец: [Хорошо, когда вернешься?]
Вэнь Юйнянь быстро ответил: [В следующей жизни].
Сказав это, он погасил экран телефона и спрятал его в щель между нижним и верхним бельем.
Закончив с туалетом и умыванием, Вэнь Юйнянь направился в источающую аппетитные ароматы столовую.
Се Юй, переодевшись в повседневную одежду, сидел за мраморным столом и задумчиво смотрел в телефон. Напротив него стояли сэндвич и стакан молока — это был завтрак, приготовленный для Вэнь Юйняня.
В его воображении Се Юй должен был с одиноким видом смотреть на экран, тщательно подсчитывая, чем же именно он умудрился разозлить Вэнь Юйняня, и дни напролет изучать его повадки лишь для того, чтобы разгадать загадку этой мятущейся души.
Однако, подойдя ближе, он заметил, что уголки губ Се Юя слегка приподняты, а настроение явно на высоте.
Вэнь Юйнянь почувствовал, что всё идет совсем не по его сценарию:
— У брата сегодня есть съемки? Кажется, ты в хорошем настроении.
Се Юй совершенно забыл о тех сомнениях, что терзали его душу посреди ночи, и непринужденно ответил:
— Твоя мамочка болтал со мной.
На лице Вэнь Юйняня всё же промелькнуло удивление:
— Он тебя похвалил?
— Нет, он сказал... — Се Юй сделал легкий глоток из чашки, — что и в следующей жизни останется со мной.
— Пф-ф! — Вэнь Юйнянь не успел проглотить молоко и прямо-таки выплеснул его на Се Юя, да так, что сам зашелся в жутком кашле.
— Кхе-кхе-кхе!
Се Юю же досталось по полной программе: белые брызги молока залили его одежду и долетели до бровей.
Се Юй не стал сначала приводить в порядок себя, а, вытащив влажную салфетку, принялся хлопать его по спине и вытирать рот:
— Поаккуратнее.
Вэнь Юйнянь выхватил у него салфетку и, едва не кубарем катясь, вбежал в туалет.
Включив кран, он плеснул в лицо холодной водой:
— Совсем сошли с ума, все с ума сошли.
Затем Вэнь Юйнянь уставился на зеркало, его взгляд наполнился решимостью:
— Это наверняка проверка, нельзя терять самообладание.
Заодно он еще пару раз вымыл руки, прижался спиной к двери уборной, глубоко вздохнул, и спустя пять минут, снова отворив дверь, уже сиял невозмутимой улыбкой.
Се Юй тоже успел оттереть брызги молока и переоделся в то, что было больше похоже на его вчерашний наряд для интервью:
— Что с тобой только что было?
Вэнь Юйнянь попытался изобразить нужную эмоцию и, подняв глаза, сморгнул слезинки:
— Ничего, просто я так растроган.
Он жеманно потыкал себя пальцами в щеки:
— Не ожидал увидеть столь гармоничное общение между братом и мамочкой.
Се Юй, словно насквозь видя его насквозь, выделил интонацией:
— Правда?
Вэнь Юйнянь поспешно перевел тему:
— У брата сегодня съемки? Я вижу, ты переоделся в уличную одежду.
Се Юй не стал допытываться и холодно бросил:
— Да, нужно снимать новую рекламу Oxind.
Он был глобальным амбассадором Oxind — этот французский бренд с долгой историей славился на весь мир и относился к числу ультралюксовых. Накануне выхода новинок бренд всегда приглашал первыми именно Се Юя для рекламной кампании.
— Мне тоже ехать? — спросил Вэнь Юйнянь.
Ему совсем не хотелось, но нельзя было показывать это слишком явно, приходилось делать вид, что он проявляет заботу.
Се Юй перебросил мяч обратно:
— А ты хочешь?
— Нет.
— Я не вернусь к обеду.
— Во сколько выезжаем?
Вэнь Юйнянь неизвестно откуда извлек маленькую белую сумочку, повесил ее через плечо и в мгновение ока нахлобучил пушистый капюшон и надел перчатки.
Готовить некому, так что придется тащиться за Се Юем. У него самого кулинарные навыки хромали на обе ноги, к тому же заказывать доставку в этот загородный особняк было небезопасно — слишком приметно, так и спалиться недолго.
К тому же сэндвичи у Се Юй получались вполне сносными, так что он мог мысленно, хоть самую капельку, его похвалить.
Вэнь Юйнянь весело напевал себе под нос, сидя в быстро несущемся автомобиле.
Мелодия была легкой и чистой, напоминая беззаботный отдых с друзьями в тенистой аллее университетского кампуса жарким летним днем.
Рабочая машина Се Юя прошла ремонт, и теперь, затерявшись в потоке транспорта, она едва ли привлекла бы внимание папарацци.
Вел машину сын Лао Чжоу — Сяо Чжоу. Сидя без работы дома, он пришел подменить отца.
Се Юй пролистывал почту на компьютере, разбирая рабочие файлы:
— Что за песня?
— Хочешь знать?
— Хочу.
— У меня сегодня хорошее настроение, так что раз уж ты спросил, я из милосердия подскажу... эм... — Внезапно он застрял на полуслове, склонил голову набок, круглые глаза сделали полный оборот, но ничего дельного в голову не пришло. — Не знаю.
Се Юй неожиданно усмехнулся и остановил пальцы на тачпаде:
— Я ее слышал.
С этими словами он тихонько пропел оставшуюся часть мотива. В песне слышался легкий носовой оттенок, и стиль был совсем не таким, как у Вэнь Юйняня — в нем сквозила едва уловимая тоска и ностальгия.
Вэнь Юйнянь с каменным лицом отвернулся к окну:
— Ладно, понял я, что ты хорошо поешь.
Атмосфера в машине заставила Сяо Чжоу несколько раз прибавлять температуру на печке.
Пока они вдвоем хранили молчание в замерзшем салоне автомобиля, общественное мнение исподволь набирало обороты, и главная страница Sanfi уже пестрела целым рядом горячих тем.
Глава 12
Когда Вэнь Юйнянь, неторопливо семеня следом за Се Юем, появился в съемочном павильоне, все взгляды сотрудников мгновенно устремились на них.
Шепотки, доносившиеся из-за закрытой двери, оборвались в ту же секунду, как они переступили порог.
Хотя лицо Вэнь Юйняня скрывала медицинская маска, а натянутая до бровей кепка прятала большую часть лица, было ясно: взгляды работников далеки от обычных.
Сначала — удивление, затем — любопытство, и в конце концов — суровость.
Причем вся эта буря эмоций обрушилась вовсе не на самого Вэнь Юйняня, а на шагавшего рядом с ним Се Юя.
Се Юй, очевидно, тоже что-то почувствовал и первым делом направился к представителям бренда:
— Здравствуйте, я Се Юй.
Представитель бренда выглядел несколько смущенным. Бросив косой взгляд по сторонам, он произнес:
— Прошу прощения, учитель Се, сегодняшние съемки придется отложить на пару часов.
Се Юй приподнял веки:
— Могу я узнать причину?
Представитель взял у ассистента планшет:
— Взгляните сами, руководство сейчас как раз заседает и принимает решение.
Се Юй опустил взгляд и пробежал текст глазами:
— Хорошо, я подожду в гримерке.
Вэнь Юйнянь вытянул шею у него за спиной, пытаясь разглядеть экран, но разглядел лишь желто-белый интерфейс поисковых трендов.
— Брат, я в туалет, — он дернул Се Юя за край одежды.
Се Юй указал ему направление:
— Сам дойдеешь?
— Без проблем. — Вэнь Юйнянь развернулся и ушел.
Заперевшись в кабинке, он вытащил из тайника телефон и сразу же открыл список трендов Sanfi.
#Се Юй зазвездился#
#Ого! Всплыл единственный черный пиар Се Юя#
#Се Юй отказался дать фанатке автограф, фанатка: рыдает#
#Фанаты Вэнь Юйняня: кто понимает это кайфовое чувство, когда весь мир ненавидит того, кого ненавидишь ты#
Заметив в топе и собственное имя, Вэнь Юйнянь понял, что он с Се Юем теперь связаны по рукам и ногам.
Он кликнул по первой строчке тренда. Наверху красовалось видео от какого-то крупного блоговода, снятое прямо в больнице.
Судя по всему, события разворачивались сегодня утром — чернуху стряпали с невероятной скоростью.
Ролик начинался с того, как девушка просила автограф:
— Братец Се, вы не могли бы дать мне автограф?
— Я подписываю только для фанатов, — равнодушно бросил Се Юй.
— Но я же ваша фанатка! — сорвалась на крик девушка.
Затем шла склейка: Се Юй заходит в лифт.
Между этими кадрами вырезали одну фразу, которую девушка успела бросить вслед: Се Юй, ты пожалеешь, что потерял меня.
Ракурс съемки был довольно странным, но картинка не дрожала — сразу видно было, что скрытая камера установлена заранее.
Вэнь Юйнянь вспомнил игрушку-пандаку, висевшую на воротнике той самой девушки — точно, это была она!
В комментариях творилось нечто еще более впечатляющее:
[Давно говорила, что он погорит, а мне не верили. Кто поверит, что за столько лет у него ни единого темного пятна?]
[Ходишь по краю — ноги замочишь, в шоу-бизнесе все одним миром мазаны.]
[Я верю, что Се Юй невиновен. Этот ракурс какой-то стремный, тот, кто шпионил, изначально неправ, разве нет?]
[Раньше мне доводилось работать с киноактером Се. Сначала он казался холодным, но на самом деле с ним неплохо общаться. В прошлый раз на съемочной площадке актер получил травму, так он первый бросился к нему, да еще и помог договориться о лечении у лучших врачей.]
[Сколько вам платят за комментарий? Давайте зарабатывать вместе.]
Редкие нейтральные комментарии, в которых люди пытались заступиться за Се Юя, тут же подвергались травле: [Не прячьтесь под чужими личинами, фанатики.]
Оборонительные редуты, выстроенные фэндомом Се Юя, рушились на глазах.
Их можно было понять: в последние годы Се Юй набирал бешеные обороты, и теперь, когда он падал с пьедестала, каждый норовил пнуть его, плюнуть вдогонку, разорвать на части его репутацию, чтобы в итоге превратить в выброшенную за ненадобностью игрушку шоу-бизнеса.
— Почему его брат до сих пор с этим не разобрался? — пробормотал Вэнь Юйнянь.
Что любопытно, кадры с входом в лифт были заметно приближены — оттуда специально вырезали фигуру Вэнь Юйняня, так что на видео его словно вовсе не существовало.
Обновив ленту комментариев еще пару раз, Вэнь Юйнянь наткнулся на очевидца: [Я был на месте, всё было совсем не так.]
Но слабый голос одиночки никто не слушал, и запись быстро утонула под потоком других сообщений.
Подумав немного, Вэнь Юйнянь всё же кликнул по строчке со своим именем —
#Фанаты Вэнь Юйняня: кто понимает это кайфовое чувство, когда весь мир ненавидит того, кого ненавидишь ты#
Сяонянь — так называли себя фанаты Вэнь Юйняня.
Там царили сплошные смайлики с хлопающими в ладоши человечками и радостными рожицами.
Никнейм одного из пользователей с десятками тысяч подписчиков показался ему смутно знакомым: Хочу готовить с Вэнем до скончания веков.
В памяти Вэнь Юйняня мелькнула девушка, встреченная им в лифте — кажется, ее звали Цзяцзя?
Она расписала всё по полочкам: от грандиозных сражений на фэндомных площадках во время выхода их трехлетней давности шоу до многолетней кражи Се Юем рекламных контрактов, завершая текущим скандалом.
В тексте отчетливо читалось упоение: [Спустя три года битва Вэня против Некоего Лица завершилась полной победой Вэня!]
На прикрепленном скриншоте лицо Се Юя было тщательно заретушировано.
Фанаты дружно упражнялись в сарказме: [Мы имя Некоего Лица даже не упоминаем, а его фанатикам нечего делать в нашей теме.]
У Вэнь Юйняня от этого зрелища запульсировало в висках. Он, безусловно, был благодарен фанатам за поддержку, но на душе скребли кошки, и в груди поднималось какое-то смутное, неопределенное чувство.
http://bllate.org/book/28384/3430820
Готово:
