Только что их близкие и естественные движения ускользнули от чужих глаз, но ускользнуть от ее взгляда не смогли.
Она как раз собиралась завести разговор и выспросить кое-что, как кто-то рядом опрокинул бокал, и багровое вино залило весь стол.
Полный бокал быстро растекался по столешнице, колени Нань Чжи уперлись в журнальный столик, назад отпрянуть не получалось, а поднять ноги казалось неприличным.
В растерянности Чжун Юньцзин взяла салфетку, загородила ей ноги и промокнула пролитое вино.
Все принялись наводить порядок, и всего через несколько минут стол выглядел как прежде.
Чжун Юньцзин опустила взгляд, чтобы осмотреть ноги Нань Чжи и убедиться, что на них не попали брызги, и лишь тогда успокоилась.
Опомнившись, она встретилась взглядом с Сюй Сыцяо и уловила в ее глазах догадку.
— Сыграем в игру? — спросила та.
Чжун Юньцзин незаметно бросила взгляд на Нань Чжи.
— Можно.
— Проще простого — кости. — Сюй Сыцяо принесла стаканчик для игральных костей. — Выпито и так немало, на этот раз сменим наказание.
Чжун Юньцзин приподняла бровь:
— Какое?
Сюй Сыцяо немного подумала:
— Если я выиграю, ты выполнишь одно желание Нань Чжи.
Нань Чжи, к которой неожиданно обратились, выпрямилась и снова замерла, но, вникнув в смысл сказанного, с легким удивлением посмотрела на Сюй Сыцяо.
— Мне тоже обязательно играть?.. — Нань Чжи указала на себя, она совершенно не привыкла к тому, что все вокруг обращают на нее столько внимания.
— Не нужно, сегодня я тебя защищаю. — Сюй Сыцяо поманила ее рукой, подзывая к себе, а затем снова перевела взгляд на Чжун Юньцзин. — Ну как?
Чжун Юньцзин посмотрела на Нань Чжи, которая быстро подбежала и уселась прямо напротив нее, и без малейших колебаний ответила:
— Идет.
В обычное время, при уровне Чжун Юньцзин, все остальные в комнате к концу вечера валялись бы пьяными.
Но сегодня, с легкой руки Сюй Сыцяо, казалось, что абсолютно все встали на сторону Нань Чжи.
Не говоря уже о баффе новичка, который был у Нань Чжи.
Играли до двух побед из трех, и Чжун Юньцзин выиграла лишь в первом раунде.
Настроение Нань Чжи полностью передалось остальным, и она уже не чувствовала себя скованно, как в тот момент, когда только вошла.
Все пили вовсю, и Нань Чжи тоже опрокидывала рюмку за рюмкой.
Чжун Юньцзин смотрела, как она осушает стакан за стаканом, ее взгляд потемнел, но останавливать подругу она не стала.
Щеки Нань Чжи раскраснелись, и в голове уже промелькнула мысль, что она немного перебрала.
— Садись обратно, — позвала ее Чжун Юньцзин.
Нань Чжи поднялась и, покачиваясь, словно от головокружения, опустилась рядом с Чжун Юньцзин. Ее качнуло, но женщина вовремя поддержала ее за плечи.
— Ты проиграла… — прищурившись, Нань Чжи придвинулась вплотную к женскому уху. — Я все видела…
— Домой поедешь? Ты напилась. — Чжун Юньцзин подала ей диванную подушку, чтобы та могла устроиться поудобнее.
Нань Чжи выскользнула из ее рук, ухватила женщину за предплечье и прижалась щекой к ее плечу.
Чжун Юньцзин тут же приобняла ее, позволяя устроиться с большим комфортом.
В отдельной комнате по-прежнему шумели, темы сменяли одна другую, и этот эпизод быстро замяли из-за заснувшей Нань Чжи.
Конечно, все закончилось только благодаря твердому слову Чжун Юньцзин.
Иначе сегодня вечером ей вряд ли удалось бы выйти из кабинета.
Чжун Юньцзин то и дело поглядывала на часы. Манжет ее рубашки намок, и она осторожно приподняла голову Нань Чжи, с досадой стирая с ее губ следы слюны.
Если она вернется слишком поздно, ее наверняка отругают.
Раньше, когда Нань И критиковала Нань Чжи, та вечно бегала в Семью Чжун жаловаться Чжун Юньцзин.
Совсем как сейчас: даже уснув, умудряется пустить слюну.
Люди в кабинете постепенно расходились, и Нань Чжи проснулась от снов.
Чжун Юньцзин помогла ей выйти из бара, а Сюй Сыцяо следовала за ними по пятам:
— Я не пила, давайте я вас отвезу.
Вот уж вредина: знала ведь, что она ведет с собой Нань Чжи, поила ее целыи вечер в компании других девчонок, а сама ни капли в рот не взяла.
— Если я напьюсь, на следующий день не встану, в баре сейчас горячая пора, завтра нужно прийти пораньше, — Сюй Сыцяо качнула в руке ключами от машины, и они направились к парковке.
— Ты случайно не мимо Лонъяньского района поедешь? — спросила Чжун Юньцзин.
Лонъяньский район состоял из старых многоэтажек, именно там Нань Чжи снимала жилье.
— Ага. — Сюй Сыцяо взглянула на сонной и растерянной Нань Чжи. — Ты не садишься?
— Мой дом рядом, в другой стороне, мне не по пути, я сама доберусь.
В голове у Нань Чжи все плыло, но соображала она еще сносно и прекрасно поняла слова Чжун Юньцзин.
Она обняла Чжун Юньцзин спереди, уткнувшись лицом ей в грудь, и замерла безмолвно.
— Пусть Цяо Цяо отвезет тебя домой, ладно? — мягко спросила Чжун Юньцзин. — Доедешь — позвони мне.
Нань Чжи избегала смотреть женщине в глаза, но когда та аккуратно приподняла ее за подбородок, смогла лишь растерянно переспросить:
— Что?
— Я говорю, пусть Цяо Цяо отвезет тебя домой, — повторила Чжун Юньцзин.
— Что… — Нань Чжи изобразила на лице выражение крайнего, как ей казалось, изумления и непонимания.
Я ничего не слышу.
Я вообще ничего не слышу.
— Опять прикидываешься глухой. — Чжун Юньцзин первой забралась в машину. — Садись, я поеду с тобой.
Нань Чжи, не раздумывая, устроилась на заднем сиденье.
— Теперь расслышала? — Чжун Юньцзин не преминула поддразнить ее.
Когда машина тронулась, из носа Нань Чжи вырвался демонстративно пренебрежительный и тихий фыркающий звук.
В салоне стояла абсолютная тишина, и Чжун Юньцзин отлично все расслышала, но спорить с ней не стала.
Этот нехитрый трюк Нань Чжи проделывала перед ней с самого детства: притворяться глухой и немой она умела мастерски — стоило ей чего-то не захотеть, как она делала вид, будто ничего не слышала, а если не желала отвечать, просто умолкала.
— Голова болит? Впервые пьешь — и сразу столько, — Чжун Юньцзин нашла мандарин, очистила его от кожуры и засунула дольку ей в рот.
— Не болит, — Нань Чжи зажала мандарин зубами, от кислинки у нее скривилось все лицо. — Ужасно кислый…
— Специально кислый купила, чтобы протрезветь, — уговаривала ее Чжун Юньцзин. — Съешь еще один.
— Больше не буду… — Нань Чжи отпрянула назад, уворачиваясь от женской руки. — Я не люблю кислое!
Чжун Юньцзин прихватила ее за затылок, пресекая любые попытки вырваться, насильно разжала ей зубы и впихнула дольку обратно.
— Не боишься, что тетя на тебя рассердится? — с улыбкой в голосе поинтересовалась Чжун Юньцзин.
Нань Чжи собиралась уже выплюнуть мандарин, пока Чжун Юньцзин не смотрит, но, услышав это, благоразумно подавила кислоту во рту и проглотила дольку.
Если она вернется домой такой пьяной, Нань И живьем с нее шкуру спустит и уши оторвет.
Сюй Сыцяо в зеркало заднего вида наблюдала за ними обоими и неожиданно снова столкнулась взглядом с Чжун Юньцзин.
В ее глазах читался вопрос — совсем не такой, как во время веселья в кабинете.
И на этот раз Чжун Юньцзин отвела взгляд, не став, в отличие от прежнего раза, подыгрывать ее насмешкам.
В отдельной комнате обсуждали многое, и сплетен вокруг крутилось предостаточно.
Но за все это время о личной жизни самой Чжун Юньцзин не прозвучало, казалось, ни единого слова.
Окно машины было распахнуто больше чем наполовину, и холодный ветер постепенно протрезвлял голову Нань Чжи.
Она-то думала, что сможет послушать байки о сердечных делах Чжун Юньцзин.
А узнала лишь то, что зря наговаривала на ту женщину из ее дома.
Оказалось, то вовсе была не возлюбленная, а всего лишь сталкер.
Не услышав того, что так страстно желала узнать, Нань Чжи осталась разочарована.
Она вспомнила ту игру в кости — раз уж Сюй Сыцяо присутствовала при этом, следовало бы воспользоваться моментом и задать вопрос.
В конце концов, Сюй Сыцяо вроде бы была на ее стороне.
— Только что… — пробормотала Нань Чжи.
Чжун Юньцзин тут же повернулась к ней.
— Ты сказала, что выполнишь мое желание — это правда?
Внимание Сюй Сыцяо тоже сосредоточилось на пассажирах сзади.
Обычная застольная игра, затеянная лишь ради веселья — стоило покинуть застолье, как о ней все забывали.
Люди предпочитали выборочно стирать память, чтобы в следующий раз спросить друг с другом за невыполненные обещания, и так по кругу.
Вопрос Нань Чжи не стал для Чжун Юньцзин неожиданностью.
В таком возрасте как раз свойственно принимать любые обещания за чистую монету.
Разумеется, Чжун Юньцзин и на этот раз не стала ее разочаровывать и тихо произнесла:
— Правда.
————————
Сестрица Чжун: Своих детей можно только баловать.
Чжицзы: Нарезает круги~~~
Огромное спасибо всем за поддержку, я буду стараться дальше!
Глава 9
Получив удовлетворительный ответ, Нань Чжи явно повеселела куда сильнее, чем когда только села в машину.
Она спокойно пристроилась в объятиях женщины, беззастенчиво наслаждаясь теплом.
Чжун Юньцзин прикрыла щели в автомобильных окнах, опасаясь, что Нань Чжи продует, а пакет с мандаринами так и остался лежать у нее в руке.
В дороге телефон Нань Чжи пару раз завибрировал.
Это была Нань И.
Она сонной истомой приоткрыла глаза, и от прочитанного призыва к возвращению по спине побежали мурашки.
Нань Чжи умоляюще уставилась на Чжун Юньцзин, надеясь, что та поможет ей придумать приличное оправдание.
Но если она выдаст Чжун Юньцзин, а домой заявится пьяной, Нань И узнает обо всем и, пожалуй, впредь запретит ей даже видеться с Чжун Юньцзин.
Пускай алкоголь туманил рассудок, но стоило зайти речи о Чжун Юньцзин, как мысли в голове Нань Чжи начинали крутиться с бешеной скоростью.
Она собрала волю в кулак и быстро напечатала ответ Нань И: мол, она гуляет с друзьями и уже почти подъезжает к дому.
Время, строго говоря, было еще не столь поздним, но наглеть до бесконечности Нань Чжи тоже не могла, иначе Нань И и впрямь установила бы для нее комендантский час.
Вот если бы придумать ловкий план, чтобы Чжун Юньцзин прикрыла ее с тыла!
Хотя Нань И вечно твердила, что запрещено утруждать Чжун Юньцзин по пустякам, стоило той замолвить словечко, как Нань И неизменно уступала.
http://bllate.org/book/28391/3431578
Готово:
