Он думал, что метод обратной психологии не сработал и Чжао Цянь снова вернулся к гедонистическому прожиганию жизни, но оказалось, что он недооценил решимость этого молодого господина защищать семейное имущество. Неизвестно, где тот подзарядился, но теперь он снова с гордым и своенравным видом шёл в атаку.
Довольно мило, подумал Цзинь Хуайфэн, неудивительно, что председатель Чжао страдал избытком родительской любви, избаловав Чжао Цяня до такой степени.
Впрочем, испорченным тот был не слишком сильно. Он бегло просмотрел личное дело Чжао Цяня: Чжао Цзинчэн вовсе не занимался самообманом и говорил ему чистую правду. Чжао Цянь напропалую развлекался на стороне, но к тому, к чему прикасаться не следовало, не лез вовсе — просто страдал бездельем. Впрочем, кто бы упрекал его, если родной отец богат, а финансовое состояние позволяет целыми днями заниматься праздностью и ни к чему не принуждать себя.
Цзинь Хуайфэн усмехнулся, но в курилку так и не пошёл. Отказавшись от лифта, он поднялся на один пролет пешком и вернулся в свой кабинет.
Сотрудники проектной группы Группы Канъи должны были приехать после обеда на совместное совещание. Это была подготовительная встреча, главной целью которой являлось распределение зон ответственности между двумя компаниями.
И хотя это называлось распределением обязанностей, обе стороны, разумеется, стремились забрать себе наиболее выгодную часть работы, а всю грязную и тяжёлую рутину спихнуть на партнёра, так что без долгих препирательств и маневров обойтись было нельзя. Это предстояло очень утомительное совещание.
Опершись спиной о рабочее кресло, Цзинь Хуайфэн погрузился в раздумья, мысленно перебирая одного за другим людей из руководства Группы Канъи.
Соперники поднялись на продаже сомнительных биологически активных добавок, и кто бы мог подумать, что они разрастутся до таких масштабов. Теперь они регулярно получали награды, то и дело мелькали в финансовой хронике и даже могли урвать свой кусок от государственных проектов.
При этой мысли Цзинь Хуайфэн холодно усмехнулся, придвинул стоявший на столе стакан и сделал глоток воды, как вдруг в дверь кабинета постучали.
— Войдите, — мягко произнес Цзинь Хуайфэн, поворачивая голову к выходу.
Дверь кабинета отворилась, и Чжао Цянь, с недовольным, застывшим лицом и вздернутым подбородком, вошел внутрь и уселся на стул напротив его рабочего стола.
Цзинь Хуайфэн пока отложил дела, касающиеся дневного совещания, посмотрел на Чжао Цяня и спросил:
— Есть дело ко мне?
— Есть дело, — тон Чжао Цяня тоже звучал надменно и капризно. По-прежнему задрав подборку и избегая смотреть Цзинь Хуайфэну в глаза, он немного поблуждал взглядом по сторонам, после чего снова заговорил: — Отец велел мне вместе с тобой вести этот проект... как его, дома престарелых. Если чего-то не буду знать — спрашивать тебя.
Не дожидаясь ответа Цзинь Хуайфэна, Чжао Цянь свирепо добавил:
— И даже не думай мне отказывать, не то я пойду жаловаться отцу, и тебе мало не покажется!
Включить Чжао Цяня в работу над проектом комплексного пансиона для пожилых людей предложил сам Цзинь Хуайфэн. Наблюдая за воинственным видом Чжао Цяня, он шевельнул пальцами и протянул две папки с документами, лежавшие на столе:
— Как раз вовремя: во второй половине дня приедут люди из Группы Канъи на совещание, пойдешь со мной.
В фантазиях Чжао Цяня, хотя Цзинь Хуайфэн и упоминал, что Чжао Цзинчэн велел им вести проект вдвоем, этот подлый и коварный тип наверняка будет лицемерить и делать всё наоборот. Стоит ему сунуться в проектную группу, как Цзинь Хуайфэн непременно начнет ставить палки в колеса и чинить препятствия. Именно поэтому, отправляясь к Цзинь Хуайфэну, он заранее проиграл в голове множество сценариев на случай отказа и приготовил несколько вариантов отповеди. Он никак не ожидал, что Цзинь Хуайфэн так легко согласится, и теперь невольно подозрительно уставился на него, подозревая какой-то подвох.
Но Цзинь Хуайфэн обладал слишком высоким уровнем: вручив Чжао Цяню папки, он уткнулся носом в другие бумаги и продолжил работать, даже не взглянув на него. Чжао Цянь просидел так добрую половину дня, но ничего подозрительного не заметил.
Он заявился сюда с таким грозным видом, а в итоге ударил кулаком по вате — внутри всё так и закипало от обиды.
— И это всё? — вытерпев пару минут, не выдержал Чжао Цянь. — Больше тебе нечего сказать?
Цзинь Хуайфэн торопливо расписался на каком-то документе и лишь после этого поднял глаза на Чжао Цяня. Скользнув взглядом по его меланжевому свитеру с V-образным вырезом и меховым воротником, он добавил:
— Ах да, на дневное совещание нужно приходить в деловом костюме, переоденься.
Чжао Цянь: «!!!»
Зря он вообще завел этот разговор!
Сжав зубы, Чжао Цянь схватил документы и решительно зашагал к выходу. Добравшись до дверей кабинета Цзинь Хуайфэна, он внезапно вспомнил о своей истинной цели, резко развернулся, направился к гостевому дивану, гневно рухнул на него и без всяких церемоний закинул ноги в ботинках в рабочем стиле на журнальный столик:
— Я буду сидеть здесь, так мне будет удобнее у тебя консультироваться.
Когда молодой господин брался за учебу, известить об этом весь белый свет требовалось как минимум трижды. Цзинь Хуайфэну показалось, будто он смотрит на двоечника, который в самый последний день летних каникул выкладывает в соцсети пост о том, что наконец-то сел за уроки.
Он отложил бумаги, набрал внутренний номер и велел секретарю принести горячий чай и сладости, отрегулировал температуру кондиционера и только потом подошел к дивану:
— Тебе помочь разобраться?
Столкнувшись с его пренебрежительным взглядом сверху вниз, Чжао Цянь — возможно, из-за того, что сам замышлял недоброе, — без всякой причины почувствовал себя неуверенно. Он снял ноги со столика и принялся с шумом листать бумаги, но, поразмыслив пару секунд, решил отказаться и свирепо зыркнул на Цзинь Хуайфэна:
— Не нужно!
Цзинь Хуайфэн вернулся за свое рабочее место.
Вскоре секретарь принес чай и закуски, расставив их на небольшом столике рядом с диваном.
Сидя на диване, Чжао Цянь куда больше ел, чем вчитывался в документы, а торчащие уши держал востро, неотрывно прислушиваясь к каждому движению Цзинь Хуайфэна.
Участие в проекте, учеба и консультации — всё это было лишь поводом. Он пришел сюда, чтобы найти компромат на Цзинь Хуайфэна, а для начала требовалось выяснить, чем тот занимается целыми днями.
Жуя хрустящее печенье с крабовой начинкой, Чжао Цянь сосредоточил всё свое внимание на Цзинь Хуайфэне.
За весь утренний час Цзинь Хуайфэн, не считая работы с бумагами, сделал всего три звонка — и все по рабочим вопросам своим подчиненным. Один из них, к тому же, предназначался секретарю: он приказал внести Чжао Цяня в список участников дневного совещания. Ни малейшего шанса зацепиться хоть за что-нибудь!
Чжао Цянь за полдня не перевернул ни единой страницы. Скосив глаза на Цзинь Хуайфэна, он внутренне изумлялся: неужели эти документы один скучнее другого, и впрямь нашёлся человек, способный все утро провести за честной работой? Как у него это получается?
Стояли холода, и Цзинь Хуайфэн, в отличие от прежних месяцев, когда он неизменно облачался в рубашки, жилетки и костюмы-тройки, теперь носил в офисе лишь тонкий кашемировый джемпер с закатанными до локтей рукавами. Это подчеркивало его удивительно широкие плечи, а открытая часть мускулистых рук имела идеальные линии. Судя по многолетнему опыту Чжао Цяня в оценке мужской красоты, он с первого взгляда понял, что фигура у Цзинь Хуайфэна более чем выдающаяся.
И как он этого добился...
Чжао Цянь слегка нахмурился и машинально потрогал собственный живот.
Он тоже регулярно посещал тренажерный зал, но преследовал там исключительно простые цели — цеплял красивых качков. Из-за этого карт в различных фитнес-клубах центра города у него было на оформлено немало, но толку от тренировок не наблюдалось, и его собственная неплохая внешность целиком держалась на природной генетике родителей.
Погрузившись в мысли и совершенно забыв прикрываться документами, он гадал о количестве кубиков пресса у Цзинь Хуайфэна, сделал глоток горячего чая из стоявшей рядом чашки и не успел даже проглотить его, как внезапно столкнулся взглядом с неожиданно обернувшимся Цзинь Хуайфэном.
— Кхе-кхе-кхе-кхе!
Чжао Цянь захлебнулся совершенно неожиданно, заходясь оглушительным кашлем. Он колотил себя в грудь, пытаясь восстановить дыхание, и при этом не забывал перекладывать вину на другого:
— На что ты уставился?!
Цзинь Хуайфэн прекрасно понимал, что Чжао Цянь явился сюда с целью придраться, однако молодое господин просидело все утро тихо, не устроив ни единой каверзы. Это даже несколько удивило его, поэтому теперь, когда Чжао Цянь яростно на него прикрикнул, Цзинь Хуайфэн, напротив, почувствовал себя в своей тарелке.
Он подошел ближе и протянул Чжао Цяню несколько салфеток:
— Гляжу, аппетит у тебя отменный, за все утро целую тарелку печенья умял.
Проявив гордость, Чжао Цянь наотрез отказался брать предложенные салфетки. Обогнув протянутую руку Цзинь Хуайфэна, он схватил со стола чашку и влил в себя остатки чая, чтобы унять кашель. Услышав слова Цзинь Хуайфэна, он бросил взгляд на кофейный столик — на тарелке от угощений секретаря остались лишь крошки.
Впрочем, винить Чжао Цяня не стоило: за последние три дня он только и делал, что шлялся повсюду с Цзян Чжао, выпивая немало спиртного, тогда как нормальную еду ел лишь однажды — в виде утренней порции еды и миски куриных вонтонов, которыми его угостил Цзо Минюй.
— Словно компания целиком твоя, — съязвил Чжао Цянь. — Жалеешь еды для гостя, удавиться готов?
Чжао Цянь капризничал, но Цзинь Хуайфэн не собирался спорить с ним. Пододвинув пустую чашку Чжао Цяня, он заново налил туда теплой воды:
— Ну а на обед-то пойдем?
Обедать, разумеется, следовало вместе: Чжао Цянь намеревался строго охранять подходы к Цзинь Хуайфэну.
Однако полчаса спустя, увидев направляющегося к ним с подносом Чжао Цзинчэна, Чжао Цянь искренне пожалел о своем решении составить компанию Цзинь Хуайфэну за обедом.
То, что Цзинь Хуайфэн обедает в столовой, он еще мог понять. Но какого черта сюда приперся его отец?!
Куда делся личный помощник отца? Почему в обеденный час он не забронировал для шефа столик в нормальном ресторане, заставив председателя корпорации тащиться в столовую для рядовых сотрудников?!
Пусть здесь и работало окно с блюдами на заказ, но ведь это обычная столовая!
Ковыряя палочками тушеную говядину с картошкой в тарелке, он испытывал крайне противоречивые чувства. То ли переел печенья, то ли сказывалось что-то еще, но аппетит пропал начисто.
Чжао Цзинчэн, напротив, пребывал в отличном расположении духа. Уплетая еду, он заговорил с Цзинь Хуайфэном о предстоящем совещании:
— Этот генеральный директор Чжан из Канъи — тертый калач. Ну как, уверен в силах на сегодняшней встрече?
— Мы же договариваемся о сотрудничестве, а не конкурируем, — улыбнулся Цзинь Хуайфэн. — Чжао... пап, вам не о чем беспокоиться.
— Я и не беспокоюсь. Просто ты еще молод, не стоит действовать опрометчиво, понимаешь?
Чжао Цзинчэн со значением похлопал Цзинь Хуайфэна по плечу и добавил:
— С тех пор как ты пришел мне помогать, мне стало гораздо легче. Всё это благодаря тебе.
За столом сидели всего трое, но они словно общались загадками. Чжао Цянь, ничего не смыслящий в этих замысловатых намеках, закатил глаза и снова принялся ковырять мясо в своей тарелке.
Сам он ничего не понял, но Цзинь Хуайфэн прекрасно уловил смысл слов Чжао Цзинчэна. Кивнув, он ответил с изрядной долей скромности:
— Я понимаю, пап.
Чжао Цзинчэн не стал продолжать наставления и перевел взгляд на сына:
— Тебе тоже стоит поучиться у Хуайфэна... у своего брата.
В голове Чжао Цяня мгновенно пронеслась длинная строка язвительных комментариев. Криво ухмыльнувшись Чжао Цзинчэну, он с показной готовностью отозвался:
— Учусь, учусь, учусь... Только вот интересно, чему именно меня научит мой дорогой «братец».
Он с явным нажимом выделил слово «братец», презрительно скривив уголки губ.
— Разумеется, тому, как управлять компанией, а чему же еще? — поучал сына Чжао Цзинчэн, одновременно постукивая палочками по краю его тарелки. — Это свиная печень, ты ее не ешь. Переложи ко мне в тарелку, а говядину ешь сам.
http://bllate.org/book/28442/3438293
Готово:
