Определенно, я как-то не так открыл глаза.
Мо Жун высунул голову из-за плеча Е Мяо, и два стеклянных шарика-глаза уставились в упор на дерево, призраком возвышающееся прямо перед ними.
— Это дерево… — зубы Мо Жуна слегка постукивали, а пальцы рефлекторно впились в воротник Е Мяо.
Е Мяо бросил взгляд на подрагивающие пальцы юноши у себя на шее и бесстрастно произнес:
— Этому дереву здесь не место.
— Значит… в этой школе и правда есть… призраки? — Мо Жун сглотнул слюну и закончил фразу едва ли не в лихорадке.
Но, вспомнив о задании, он воспользовался тем, что рядом находился Е Мяо, набрался храбрости и принялся внимательно разглядывать дерево.
Правда, обнаружил, что хоть дерево на вид и странноватое, но той жуткой, всепоглощающей паники, что накатывала на него у входа в общежитие, оно не вызывало — тогда казалось, что его шкакала рассудка падает до нуля.
— Возможно.
Мгновение спустя Мо Жун услышал, как Е Мяо обронил эти слова донельзя будничным тоном, отчего его сердце, висевшее на волоске, подскочило еще выше.
Е Мяо почувствовал, как Мо Жун снова уткнулся головой ему в плечо, и его горячее дыхание щекотало кожу на шее. Мужчина на секунду замер, отвел взгляд от дерева и прежним, ни холодным, ни жарким голосом спросил:
— Испугался?
— Разве, когда ты целыми днями преследовал меня, твоя смелость не была куда больше? — в этом вопросе, в отличие от прежних, сквозила не ледяная отстраненность, а личные эмоции.
— Э-э… — Мо Жун от такого упрека лишился дара речи и осмелился лишь тихонько пробормотать: — Разве это одно и то же… Ты ведь человек…
— … — Е Мяо ничего не ответил.
Через мгновение Мо Жун бессознательно сильнее обвил руками шею Е Мяо:
— Можно мы придем сюда завтра? Я… самую капельку боюсь.
Тут Е Мяо шевельнулся:
— У меня сел телефон.
— А?
Е Мяо продолжил:
— Сфотографируй-ка это дерево для меня, мне нужны материалы.
— Ох-ох.
Мо Жун нашарил свой телефон, но стоило ему включить экран, как батарея мигнула красной рамкой и аппарат автоматически выключился.
Он на миг растерялся, вспомнил, что у него с собой еще есть камера, и тут же вытащил ее, принявшись вовсю щелкать уродливое дерево впереди.
Убрав камеру, Мо Жун вспомнил, что он так и не сделал фотографию Е Мяо, поэтому безо всякой задней мысли щелкнул его со спины, прямо по затылку.
[Дзинь! Задание по фотографированию для склонности к вуайеризму: 5/5. Сегодняшнее задание по вживанию в роль выполнено, всего заработано золотых монет: 2.]
Хе-хе-хе, золотые монеты.
Звук падающих в карман монет звучал прекрасно. Мо Жун с довольным мурлыканьем качнул хвостом и медово-сладким голосом произнес:
— Я всё сфотографировал.
Голос был сладким, будто обсыпанным сахаром. Е Мяо на миг замер, затем выдал короткое «угу» и, продолжая нести Мо Жун на спине, зашагал дальше в сторону общежития.
По дороге обратно Мо Жун только и думал, что о том задании на десять золотых монет, исподтишка подсчитывая время тесного контакта с Е Мяо.
Как он ни крутил, оставался, пожалуй, лишь один вариант, который ранее предлагал Маленький лис: лечь с Е Мяо на одну кровать.
Двенадцать часов. Если не хватит одной ночи на двоих — будет две.
Мо Жун тщательно всё рассчитывал, но Е Мяо казался человеком, с которым чертовски трудно сойтись, — как же затащить его в постель?
[Только и думаешь о еде, глупый лис.]
Маленький лис, который не думает о еде — плохой лис!
Мо Жун фыркнул, продолжая размышлять о том, как заманить Е Мяо в постель, и сам не заметил, как они добрались до общежития.
Стоило им переступить порог, как атмосфера в комнате стала жутко давящей.
Хотя на месте были все четверо, царила такая мертвая тишина, будто в комнате никого не было, но при этом вокруг разливался могильный холодок — скорее уж казалось, что там и тут витают призраки.
Мороз продрал до костей, плечи Мо Жуна передернуло, и в следующее мгновение Е Мяо опустил его на кровать.
Поскольку Мо Жун спал на верхней полке, Е Мяо усадил его на его собственную кровать.
Едва присев, он поймал на себе два тяжелых взгляда. Один принадлежал соседу по койке Хэ Цзыгую, который смотрел на него с совершенно бесстрастным лицом. Второй…
Мо Жун приподнял голову и заметил, что Чжай Хао высунулся из-за защитной перегородки на верхнем ярусе. Их взгляды встретились: один слегка растерялся, а второй с невозмутимым видом убрался обратно.
Что это с ними?
Не успел Мо Жун толком удивиться, как отчетливо почувствовал, что кто-то сжал его за щиколотку. Вздрогнув, он опустил глаза и понял, что это Е Мяо держит его за ногу.
— Не двигайся, сменю повязку.
— Ага. — Услышав это, Мо Жун послушно замер, позволяя Е Мяо, присевшему на корточки перед ним, обрабатывать рану.
— Хм.
Откуда-то донесся насмешливый фырк.
Мо Жун озадаченно почесал затылок, но придавать этому значения не стал: от прикосновений Е Мяо по телу разливалось приятное покалывание, а кровь в жилах закипала.
Настройки, внедренные в его тело, управляли его восприятием, и, чего уж греха таить, он страшно, безумно наслаждался ласками Е Мяо, так и норовя тут же обернуться маленьким лиском и зарыться мужчине в объятия.
Такой дебафф был просто пыткой.
Мо Жун стыдливо покраснел и чуть ли не спрятал лицо между колен.
— Сможешь забраться по лестнице?
Услышав неожиданный вопрос Е Мяо, Мо Жун уже собирался ответить, как его перебили сверху:
— Это мой прихвостень, я сам о нем позабочусь, тебе не нужно лезть. — В голосе Чжай Хао сквозило сдерживаемое раздражение.
Отношения в этом общежитии явно далеки от гармоничных.
Подумал Мо Жун.
Неужели они подерутся?
[.] — многозначительно отозвался Маленький лис. — [Вполне возможно.]
Мгновение спустя сидевший наверху Чжай Хао с раздражением и едва ли не скрежетом зубовным бросил Мо Жуну:
— Ты долго еще собираешься торчать на кровати Е Мяо?
[Дзинь! Уровень благосклонности Чжай Хао упал до 66.]
Тут Мо Жун перепугался не на шутку, тут же соскочил с кровати Е Мяо и торопливо бросил:
— Я полетел наверх!
Е Мяо ничего не сказал, лишь отступил на шаг, освобождая проход, и стал смотреть, как Мо Жун сначала поставил на ступеньку одну ногу, а затем с трудом подтянул наверх другую.
Мо Жун вцепился обеими руками в перекладины лестницы, смертельно боясь сорваться. Однако стоило ему сделать пару движений, как чья-то сильная рука без малейших усилий втащила его наверх.
— И почему ты такой легкий?
Это Чжай Хао поймал его, сопроводив этот жест недовольным бурчанием неопределенного тона, и надежно уложил на его собственную постель.
Оказавшись в своей уютной кроватке, Мо Жун мгновенно почувствовал сонливость. Он потер глаза и уже собирался рухнуть без чувств, как матрас под ним яростно качнуло, и в следующее мгновение чей-то силуэт заслонил ему свет.
Чжай Хаo перекинул ногу через бортик и забрался к Мо Жуну на кровать, уперевшись руками в матрас по обе стороны от парня. Он загнал его в ловушку в собственных объятиях, сократив расстояние до предела.
— Ч-что случилось? — Мо Жун медленно перевел глаза и ошеломленно уставился на нависшего над ним человека.
Тот подался вперед и шепнул прямо на ухо:
— А ты помнишь, что мне обещал?
Мо Жун в тревоге скомкал крошечное одеяло: его обнаженные голени были надежно прижаты коленом устроившегося сверху юноши, так что пошевелиться не было никакой возможности.
Не дождавшись ответа, Чжай Хаo тихо усмехнулся:
— Из-за того, что ты вечно вот так туда-сюда виляешь, мне приходится очень несладко.
— Хоть я и понятия не имею, какими путями ты ухитрился покорить даже такого типа, как Е Мяо, но… — Он принялся тереть пальцами покрасневший кончик уха мальчика, словно играя с каким-то зверьком, а затем чуть понизил голос, перейдя на шепот, слышный только им двоим: — Но раз уж ты первым заигрывал со мной, то изволь нести ответственность до конца.
О-ответственность?
Белоснежное лицо Мо Жуна залилось краской. неужели он имеет в виду то самое?
Если рассуждать с точки зрения их животного мира, то за беременность одной стороны должен отвечать партнер.
Мо Жун робко опустил взгляд ниже, на шею Чжай Хаo: из полураспахнутой рубашки виднелись рельефные кубики пресса, хоть их и было чуть меньше, чем у Хэ Цзыгуя, но… тоже вполне себе загляденье.
Ой-ой, нет-нет, он вообще-то не за этим сюда смотрит.
Мо Жун опустил взгляд еще чуть ниже, но к несчастью, живот был скрыт рубашкой, никаких следов разглядеть не удавалось, и ему оставалось лишь уныло гадать про себя —
Неужели он… забеременел?
Если так, это же просто ужасно.
Неужели у Чжай Хаo родятся маленькие лисята?
При одной этой мысли Мо Жун почувствовал себя одновременно безумно смущенным и виноватым.
Пока он ворочался с боку на бок, подал голос Маленький лис:
[Балбес.]
http://bllate.org/book/28452/3439646
Готово:
