Мужчины не могут забеременеть!
А? Правда, что ли?
Мо Жун не успел обрадоваться, как вдруг вспомнил, что находится в мире ужасов. А что, если… что, если здесь это все же возможно?
Система в этот момент молчала, лишь про себя ворча: даже если бы и могли, еще неизвестно, кому именно пришлось бы вынашивать.
— Истинный дурак. Ты сейчас переживаешь за других, как бы самому не влипнуть так, что пути назад не будет.
Мо Жун совсем запутался. Он на мгновение прикрыл глаза, чувствуя головокружение, как вдруг чья-то рука сжала его за затылок. Подушечки пальцев, покрытые легкой огрубевшей кожей, с нажимом прошлись по его гладкой и нежной коже. Он инстинктивно втянул голову в плечи, издав жалобный всхлип.
Однако человек, державший его жизнь в своих руках, не выказал ни капли сострадания. Его хватка не ослабла, а напротив, стала лишь крепче.
— Лежа со мной в одной постели, ты все еще смеешь витать в облаках? — Чжай Хао с интересом разглядывал мальчика под своей рукой и с некоторой долей садизма добавил: — Как думаешь, если я прямо здесь, на этой кровати, сделаю с тобой что-нибудь эдакое, какова будет их реакция?
— М? Мой милый маленький помощник.
Мо Жун невинно распахнул глаза и с опаской уставился на Чжай Хао, который был совсем близко.
— Ч-что ты собираешься делать?
Чжай Хао издал низкий смешок:
— Конечно же, заняться тем, что приносит удовольствие.
Мо Жун, не понимая, в чем дело, с недоумением прикусил губу. В этот момент, когда лица двоих уже почти соприкасались, раздался холодный голос:
— Не вздумай шутить с ним.
Оба парня на верхней койке одновременно обернулись. Е Мяо стоял снаружи у перил с мрачным, словно грозовая туча, лицом. Его выражение лица было таким, будто он вот-вот покроется инеем — то ли из-за отвращения к увиденному, то ли по какой-то иной причине.
Пока Мо Жун размышлял, не разозлился ли Е Мяо, Чжай Хао первым подал голос, небрежно бросив:
— Оу, разве ты обычно не равнодушен к чужим делам?
Услышав это, Е Мяо слегка нахмурился, но не стал продолжать спор с Чжай Хао, а перевел взгляд на Мо Жуна:
— Ты ведь хотел спать? Почему до сих пор не лег?
Мо Жун хотел было сказать, что сон как-то прошел, но, столкнувшись с недобрым взглядом Е Мяо, почувствовал, как у него задергалось веко.
Лучше послушаться главного героя.
В конце концов, расследование держится на нем.
Обдумав все, Мо Жун счел этот довод разумным и, повернувшись к Чжай Хао, серьезно произнес:
— Я устал, хочу спать.
Сказав это и заметив, что человек перед ним не двигается, Мо Жун надул губы и протянул руку, чтобы отодвинуть его. Раз, два… но с места сдвинуть его не удалось.
Мо Жун почесал затылок и, вынужденно применив свой мягкий, вкрадчивый голос, жалобно добавил:
— Я правда хочу спать.
Чжай Хао отозвался коротким — Оу. — Я не запрещаю тебе спать, мы можем поспать вместе.
— Но кровать недостаточно большая! — выпалил Мо Жун, округлив глаза.
Если они будут спать вдвоем, ему придавят его маленький хвостик.
Чжай Хао смотрел на юношу, чье лицо освещал свет лампы сверху, подчеркивая красоту его длинных загнутых ресниц.
Поддавшись порыву, он протянул руку и ущипнул его за красивые щеки. Они были мягкими, как аппетитное пирожное.
Так и хотелось откусить кусочек.
Однако вокруг были люди, а он предпочитал наслаждаться такими вещами в одиночестве.
— Ммм-мм, — щеки Мо Жуна оказались зажаты в чужой ладони, он не мог пошевелиться и издать внятный звук, поэтому лишь сердито мычал, словно первобытный человек.
Тем не менее, его голос был настолько мягким и нежным, что доносившиеся из горла звуки вовсе не пугали, а, напротив, напоминали просьбу маленького зверька о ласке.
Сердце Чжай Хао будто кто-то царапал острыми коготками, и этот зуд разжигал в нем нестерпимое пламя страсти.Но в следующее мгновение внутренний жар был потушен влагой, упавшей на тыльную сторону ладони. Чжай Хаo слегка замер, а затем встретился взглядом с влажными глазами юноши. Даже его ресницы были мокрыми, и он выглядел так, будто его обидели — выражение лица казалось просто до слёз несчастным.
Настоящая неженка.
Чжай Хао про себя вздохнул и временно отпустил его.
Ничего страшного, впереди еще много времени, у него еще вдоволь возможностей.
— Спи.
В ушах раздался голос, звучавший словно милостивое повеление. Мо Жун, почувствовав себя так, будто с его плеч свалился тяжкий груз, тут же забился под одеяло, укутавшись с головой так, что не оставалось ни единой щелочки.
Увидев это, Чжай Хао не знал, плакать ему или смеяться. Он протянул руку и слегка оттянул край одеяла:
— Ты что, задушить себя хочешь?
Лишь когда ему стало тяжело дышать, Мо Жун запоздало высунул наружу маленькую макушку и принялся мелко-мелко вдыхать воздух комнаты.
Чжай Хао уже не смел больше дразнить его, смертельно боясь, что тот отчебучит еще какую-нибудь потрясающую вещь.
Поэтому он отступил к своей собственной кровати.
Примерно через час в комнате воцарилась абсолютная тишина.
Верхний свет погасил последним забравшийся в постель Е Мяо, и всё вокруг мгновенно погрузилось во мрак.
Первая ночь Мо Жуна в игре прошла сравнительно гладко.
Однако на следующий день ему уже не так повезло.
В воскресенье днем Мо Жун, воспользовавшись тем, что в общежитии никого не было, продолжил разглядывать вещи Е Мяо, чтобы выполнить новый круг заданий: [Мания коллекционирования] и [Вуайеризм].
Немного порывшись в ящике письменного стола Е Мяо, он успешно извлек… колпачок от ручки.
— Это же колпачок от ручки Е Мяо, это ведь должно считаться выполнением задания?
[Ты вообще помнишь, что ты извращенец?]
[То волосы подбирает, то колпачки от ручек. Почему мне кажется, что ты не извращениями занимаешься, а мусор собираешь ради доброго дела?]
Мо Жун надул губки и с возмущенным видом произнес:
— Я стянул у Е Мяо колпачок, из-за чего ему теперь нечем закрыть ручку, и он потеряет целый предмет — разве это не злодейский поступок?
— Неужели ты никогда не испытывал то тоскливое чувство, когда пытаешься что-то найти, но так ничего и не находишь целую вечность?
Например, когда в животе урчит, а съесть совершенно нечего.
Так думал Мо Жун.
[.] Система беспомощно вздохнула: [Только не говори, что ты сейчас сравниваешь это с тем, как ты пытался найти еду, но так ничего и не нашел.]
Мо Жун: Ого, неужели она догадалась.
[Дзинь! Задание «Мания коллекционирования» выполнено.]
Ола, отправляюсь дальше фоткать.
Мо Жун с радостным видом направился к выходу. Сейчас уже стемнело, он просидел в общежитии целый день и ждал вечера намеренно.
Поскольку сегодня вечером в классе намечался банкет, и все одноклассники должны были собраться вместе, ему как раз представилась бы возможность порыбачить в мутной воде и сделать парочку снимков.
Вот только организатор банкета — староста класса — его вовсе не приглашал!
Это была еще одна причина, по которой Мо Жун остался в общежитии: ему оставалось лишь пробраться туда тайком.
У-у-у, в наши дни быть извращенцем чертовски трудно, над ним еще все норовят дискриминировать.
[.] Каким бы красивым ни был извращенец, он всё равно извращенец.
Мо Жун вильнул своим скорбным хвостиком, немного привел себя в порядок, а затем собрался выходить.
[Дзинь! Получено побочное задание три: пойти на банкет в маленькой юбке. Можно получить золотые монеты: 5.]
Услышав о новом побочном задании, Мо Жун слегка широко раскрыл глаза.
В следующее мгновение прямо перед его глазами из воздуха возникла подарочная коробка.
Открыв её, он обнаружил там короткую розовенькую юбочку.
Ужас!
Да её же бесплатно дают!
[Что-то у тебя фокус внимания довольно специфический.]
Глаза Мо Жуна изогнулись полумесяцами:
— Халявные золотые монеты грех не взять.
[Но ведь это мужская школа.]
— М? — Мо Жун слегка поджал губы. — И что с того, что мужская школа? Разве парням не разрешается носить маленькие юбки?
[Ничего.] Главное, чтобы на него не запали какие-нибудь волки в овечьих шкурах.
Десять минут спустя Мо Жун, переодевшись в красивую юбочку, вышел из общежития.
Стоило ему спуститься на первый этаж, как он столкнулся с Хэ Цзыгуем, который как раз собирался подняться наверх.
Мо Жун на миг замер на лестнице, поднял на него свои прекрасные глаза и тихонько, мягким голоском спросил:
— Ты тоже не пошел?
http://bllate.org/book/28452/3439647
Готово:
