И Цзимин был актёром.
Не звездой.
Между этими понятиями не было особой разницы в плане хорошего или плохого, для И Цзимина это просто означало разную сферу деятельности.
Играть в кино было его работой, а попадать в тренды — нет.
Что же до анализа причин, почему он внезапно взлетел в тренды, того, как это произошло, хорошо это или плохо для его будущей карьеры и как на всё это реагировать — это уже была работа менеджера и команды пиарщиков.
Все должны заниматься своим делом и выполнять свои обязанности, только тогда в обществе будет царить порядок.
Сделав в душе столь идеальный вывод, И Цзимин поднялся с места, собираясь попрощаться с менеджером, чтобы не отвлекать того от работы.
— Мне, случайно, еще не стоит сказать тебе спасибо? — сквозь зубы процедил менеджер и с силой, которой никак не должно было быть у этого изнеженного и хрупкого на вид существа, переломил пополам карандаш. Настоящий хардкорный манерный гей, до чего же свирепый!
— Не стоит благодарить, — серьезно ответил И Цзимин.
Менеджер около минуты колебался, раздумывая, стоит ли придушить свою курицу, несущую золотые яйца, но в конце концов разум возобладал над чувствами, и он предпочел скрепя сердце отпустить И Цзимина.
Младший ассистент проявил крайнюю инициативу и настоял на том, чтобы проводить И Цзимина вместо своего босса. По крайней мере, он довел его до самого лифта. Убедившись, что босс этого не увидит, помощник осмелился украдкой показать И Цзиimину большой палец, выразив восхищение герою-драконоборцу, который отважился противостоять великому демону:
— Брат Мин, отличная работа!
И Цзимин широко раскрыл глаза, чуть склонив голову набок, и даже когда зеркальные двери лифта медленно закрылись перед его носом, так и не понял, что же именно он такого сделал.
В декабре в городе Б. бушевал шумный северный ветер, принося с собой сибирский холод.
И Цзимин был одет в верблюжье пальто, его высокая стройная фигура и прямая спина выделялись настолько, что даже просто стоя без дела, он казался прямее зимних деревьев на газоне. Это было под стать его характеру: упорно трудиться, жить осознанно. Он стоял на склоне у заднего выхода из офисного здания компании и покорно ждет, пока личный помощник подъедет на машине. Из-за некоторых происшествий в молодости И Цзимин до сих пор не умел водить автомобиль.
И Цзимин выдохнул в сухой воздух, и среди рассеивающейся белой дымки он увидел черный автомобиль, который медленно приближался издалека.
Куллинан, верно, это его машина.
Когда И Цзимин устроился на заднем сиденье и пристегнулся ремнем безопасности, он внезапно осознал, что далеко не каждый черный Куллинан на свете является его машиной.
Доказательством тому служил человек, сидевший на водительском месте, который ни капли не походил на его личного помощника Сяо Наня.
Это был дерзкий юноша с сигаретой в зубах, каждая клеточка тела которого, казалось, кричала о его скверном характере. На парне были надеты темно-фиолетовые солнцезащитные очки, закрывавшие почти половину лица, открывая лишь полоску тонких губ и подбородок, но даже этой крошечной видимой части было достаточно, чтобы понять, насколько ослепительной может быть внешность молодого человека.
В такой ситуации обычный человек почувствовал бы себя неловко из соображений вежливости.
Но не И Цзимин.
Если говорить точнее, из-за некоторых событий в прошлом за долгие годы жизни вне съемочной площадки он отвык испытывать сильные эмоциональные потрясения. Привычка стала второй натурой, выработав в нем совершенно естественное невозмутимое спокойствие.
— Простите, я сел не в ту машину, — произнеся это, И Цзимин уже собирался отстегнуть ремень безопасности и выйти.
Юноша поджал губы, нахмурился, эмоции прятались в его глазах, а глаза скрывались за темными очками, из-за чего было крайне сложно понять, о чем он думает. Лишь по его слегка раздраженному и резкому тону можно было уловить кое-какие нотки. У него был очень приятный голос, такой бархатный тембр, который заставлял прислушиваться еще внимательнее, вот только формулировка звучала почти как угроза:
— На твоем месте я бы не стал выходить.
Не успел он договорить, как откуда ни возьмись хлынула толпа журналистов. Они в мгновение ока окружили неприметный задний вход компании Future Entertainment так плотно, что не оставалось и прохода, а вспышки камер принялись неистово истреблять пленку.
Сейчас явно был не лучший момент для того, чтобы открывать дверь и выходить наружу.
Хотя внутри автомобиля с превосходной герметичностью и звукоизоляцией стоило только закрыть дверь, как оказываешься в совершенно другом мире, И Цзимин всё же мог по свирепым лицам папарацци, которые толкались и расталкивали друг друга в стремлении первыми заполучить сенсацию, примерно догадываться о царящем снаружи шуме.
Всё это вовсе не походило на тот ажиотаж, который был способен вызвать артист уровня И Цзимина, даже несмотря на то, что он только что попал в тренды.
И Цзимин перевел полный недоумения взгляд прямо на юношу, сидевшего за рулем.
— Сначала уедем отсюда, а обо всем остальном поговорим позже, идет?
Юноша, то ли от волнения, то ли от гнева, вложил в каждое произнесенное слово какую-то невыразимую силу, словно желая пригвоздить их на месте.
— Хорошо.
И Цзимин был едва ли способен изъясняться лучше юноши, однако совершенно не отдавал себе в этом отчета.
Он считал, что справляется просто великолепно.
Находясь рядом с незнакомцем и не имея рядом менеджера или личного помощника, способных сгладить углы, он сумел поддержать вполне гладкий диалог — это же просто грандиозный прогресс эпохального масштаба, за который он непременно должен наградить себя красной звёздочкой!
И тогда И Цзимин действительно достал телефон, с самым серьезным видом открыл заметки и аккуратно нарисовал напротив сегодняшней даты маленькую красную звёздочку для поощрения.
Парень водил превосходно, вел машину плавно и быстро. Даже маневрируя в тесном переулке так, будто собирался запустить свой спорткар в космос как летающую тарелку, он не доставил сильных неудобств И Цзимину на заднем сидендии. И Цзимин с легкой завистью посмотрел на мелькающие руки юноши, переключающие передачи, и в его черно-белых глазах промелькнуло самое понятное на свете чувство: как же всё-таки здорово уметь водить машину.
Позади их автомобиля уже неслись несколько машин папарацци, ощетинившись длинными объективами и настойчиво преследуя их по пятам.Устраивать погоню на столь запруженном центральном проспекте Б-си — затея явно не из умных. Ещё несколько лет назад в С-ской республике приняли новые суровые законы против опасного преследования на машинах, вплоть до реальной угрозы лишения журналистской лицензии. Ни одно уважающее себя СМИ не захочет, чтобы его засняли за подобными гонками посреди оживленной улицы.
Иными словами, стоило И Цзимину и молодому человеку вырваться на проспект, как они победили. А те папарацци, что плелись позади, ни за что не желая упускать сенсацию, изо всех сил пытались прижать их машину к обочине.
Это была бездымная война — безмолвная, напряженная, захватывающая, с непрерывным выбросом адреналина в кровь.
Молодой человек был полностью сосредоточен на вождении, его руки словно прилипли к рулю, и лишь чуть приподнятые уголки губ выдавали его приподнятое настроение — казалось, он вовсю наслаждался царившей скоростью.
И Цзимин же неторопливо и спокойно звонил своему личному ассистенту, чтобы сообщить, что он в порядке.
Сел не в ту машину. Ничего страшного, кажется, он неплохой человек. Не волнуйся. Я вернусь вовремя. Ты тоже береги себя.
Всего за один телефонный разговор молодой человек успел вовсю воспользоваться своим мастерством вождения, прорваться сквозь заслоны и благополучно разрешить опасную ситуацию. Преследователям, которые висели у них на хвосте, но не смели вести себя слишком нагло, оставалось лишь провожать взглядом удаляющуюся машину и сглатывать досаду.
Проехав еще немного в рамках дозволенной скорости, автомобиль окончательно оторвался от папарацци.
Стоило закончиться недавней смертельно опасной гонке, как атмосфера в салоне мгновенно застыла, снова погрузившись в неловкую тишину. Лишь легкий шлейф аромата кедра и гуаякового дерева, исходящий от И Цзимина, тихонько витал внутри машины. Сухой, элегантный, мягкий и ненавязчивый, он напоминал овеянного вековой историей благородного джентльмена, который озаряет всё вокруг чарующей улыбкой, отчего сердце начинает трепетать в нестерпимом, неукротимом волнении.
Молодой человек незаметно бросил взгляд через зеркало заднего вида на сидевшего прямо И Цзимина. Тот положил руки на колени, колени были согнуты параллельно друг другу, а верхняя половина туловища держалась идеально прямо — живое пособие по этикету, от которого веяло еще большим воздержанием именно из-за осознания всей запретности происходящего.
Гортань молодого человека слегка дрогнула, он невольно дернул за воротник рубашки и хрипло произнес:
— Тебе не жарко?
И Цзимин покачал головой:
— Температура в самый раз, спасибо.
— Где ты живешь, я подброшу.
Голос молодого человека по-прежнему звучал ровно, но по манере выражаться угадывалось, что он, судя по всему, привык отдавать приказания — властно и не терпя возражений. Видимо, сообразив, что разговаривать с незнакомцем в таком тоне слегка резковато, он с неожиданной готовностью добавил:
— В качестве компенсации за то, что втянул тебя в это. Те папарацци гнались из-за меня…
— Жилой комплекс Хуэйланьли возле Центрального парка на Первой авеню.
Четко назвав адрес, И Цзимин снова умолк и больше не произнес ни слова.
Молодой человек тоже больше ничего не говорил, только его точеные пальцы методично барабанили по рулю, выдавая бушующее в душе раздражение или, возможно, простую тревогу. Лишь когда охрана жилого комплекса подняла шлагбаум, позволив им беспрепятственно въехать на территорию элитного района с его строжайшим режимом секретности, парень наконец не выдержал:
— У тебя что, совсем нет чувства самосохранения? А если бы я оказался каким-нибудь злодеем с дурными намерениями? Ты вот так запросто позволил мне въехать?
— Но ведь это не так, — И Цзимин уже вышел из машины, стоял у опущенного стекла и беседовал с водителем. — Твоя машина стоит дороже моей.
Куринан — это не марка, а модель, полное название звучит как Rolls-Royce Cullinan.
— А вдруг я ее украл? — брови молодого человека сошлись на переносице так круто, что этого не смогли скрыть даже темные очки.
И Цзимин на мгновение замер, во взгляде мелькнуло раздумье, будто он и вправду поверил, и лишь спустя долгое время он неуверенно произнес:
— Ваша компания Пик Медиа что, обанкротилась? Раз уж главный любимец публики промышляет угоном машин?
— …Ты меня знаешь?
И Цзимин кивнул с самым естественным видом:
— Тебя зовут Хо Лоу, об этом знают все.
Хо Лоу — главная звезда шоу-бизнеса, невероятно популярный обладатель смазливой мордашки и бархатного голоса.
Настоящий мажор из богатой семьи, причем из очень богатой, чей отец то и дело мелькал в финансовых новостях. В те времена, когда фанаты обожали амплуа из серии если не добьёшься успеха, придется вернуться домой и стать генеральным директором, юный господин Хо ворвался на вершины рейтингов словно из ниоткуда. Словно шутя, за одну ночь поклонники вывели их дорогого Хо на первое место.
А этот год и вовсе выдался на редкость безумным, став поистине годом Хо Лоу. Переквалифицировавшись из певца в актера телесериалов, Хо Лоу выдал настоящий фонтан из проектов, и его рейтинги просмотров безраздельно царили с самого начала и до конца года. Его присутствие ощущалось повсюду — и в телевизоре, и на просторах интернета.
Сколь бы ни был лишен житейской проницательности И Цзимин, а Хо Лоу он знал; если быть точным, именно Хо Лоу менеджер ставил ему в пример чаще всего.
Ему все уши прожужжали наставлениями, надеясь, что он научится у такого новичка, как Хо Лоу, правильному подходу к работе в индустрии развлечений.
Не дожидаясь ответа, Хо Лоу бросил извиняющееся «прости» и, резко вывернув руль задним ходом, умчался. На залитой солнцем улице казалось, будто за ним по пятам гонится какое-то жуткое чудовище, и даже скорость была выше, чем когда он только что уходил от папарацци.
И Цзимин подумал про себя: ну и странный же тип.
Лишь вернувшись домой и ответив на звонок своего агента, И Цзимин понял, к чему были все эти бесконечные извинения Хо Лоу.
Хо Лоу — вот кто оказался главным виновником того, что И Цзимин угодил в тренды. Если говорить точнее, именно благодаря Хо Лоу И Цзимин и взлетел на вершину популярности.
Хэштег «Секретный аккаунт Хо Лоу»
Хэштег «Хо Лоу и И Цзимин»
……
Хэштег «Ясен ум и стоек дух, служить бы верой одному»
Хэштег «Хо Лоу фанатеет»
Пять из десяти главных трендов были так или иначе связаны с Хо Лоу; три из этих пяти косвенно затрагивали и И Цзимина; а строка, где упоминались имена их обоих, с невероятной скоростью взлетела с пятого места на второе, явно мецеля на первую строчку.
В этот день, независимо от собственного желания, И Цзимин превратился в самую яркую звезду всего социального интернета.
http://bllate.org/book/28458/3440394
Готово:
