В отличие от него, Цинь Вэнь был полной противоположностью. Проведя долгие годы в армии, он был неприхотлив в еде: вкусно — отлично, ну а если просто приготовлено — тоже сойдет. Он старательно выполнял все прихоти Шэнь Цзая: дома использовал 3418, вне дома подыскивал лучшие рестораны, а если условий не было, создавал их сам, лишь бы накормить Шэнь Цзая. Он вел себя как заботливая матушка, беря на себя роль мусорного ведра, доедая всё, что Шэнь Цзай не любил или не мог осилить, и всё это — лишь бы хоть немного откормить его.
Под такой заботливой опекой истощенный организм Шэнь Цзая начал понемногу восстанавливаться, однако до требований Цинь Вэня было еще далеко, поэтому он часто выслушивал ворчание и даже получил ярлык лентяя.
Услышав очередное замечание, он тут же перевел тему:
— Кстати, когда ты притворялся полицейским, ты сказал, что запрещено укрывать нелегалов — это правило действительно существует?
— Да, существует.
— Тогда не нарушаешь ли ты закон сам?
Цинь Вэнь откинулся на спинку дивана, развалившись с вызывающей, дерзкой уверенностью, и с довольной усмешкой ответил:
— Никто не осмелится меня арестовать.
Шэнь Цзай смел всё со стола, даже выпил бульон до последней капли, прежде чем завершить трапезу. Он вытер рот салфеткой и сказал:
— Тогда буду рассчитывать на твою защиту.
Он тоже откинулся на диван, прижал к себе подушку и поспешил насладиться короткими минутами покоя. Ведь вечером нужно снова идти на работу. Вскоре Шэнь Цзая начало клонить в сон. От сытости всегда клонит в дрему.
Цинь Вэнь сидел рядом, наблюдая за ним мягким взглядом. Время от времени он поддерживал его клонящуюся голову, а затем и вовсе уложил его на диван и укрыл одеялом. Шэнь Цзай сонно приоткрыл глаза, но большая теплая ладонь легла ему на тяжелые веки.
— Спи. Когда придет время, я тебя разбужу.
— М-м, — невнятно пробормотал он и, не дожидаясь ответа, провалился в сон.
Цинь Вэнь дотянулся до выключателя и приглушил свет, затем унес пустую посуду на кухню.
— Алло, это Цинь Вэнь. Хорошо, я заберу.
Вытерев руки, он подошел к Шэнь Цзаю, убедился, что тот не скинул одеяло, подхватил куртку со спинки дивана и вышел за дверь.
— Ты ужасно медленный, — с полушутливым недовольством проворчал Гу Буфань. — Нельзя ли проявлять побольше деловой этики?
— Ты тоже знаешь, что мы делаем бизнес? Жалуешься клиенту — больше не хочешь работать?
Цинь Вэнь бросил на Гу Буфаня косой взгляд, поднял воротник плаща и, прикурив, выпустил в сумрачный воздух красивое кольцо дыма. Его лицо в сизоватой дымке выглядело отстраненным.
— Информация получена?
Гу Буфань вытащил сигарету из пачки Цинь Вэня, попросил огня и ухмыльнулся:
— Какая именно? Про Бенберга? Или про того человека, что рядом с тобой?
Цинь Вэнь промолчал, прислонившись к летательному аппарату и глядя на черные силуэты высоких деревьев в тумане. Спустя мгновение он глухо спросил:
— Что ты нашел на него? Не забывай, на тебе лежит секретный приказ королевы.
— Я помню. Смерть моего отца — я не забыл ни на секунду.
— Его зовут Шэнь Цзай, его личность надежно защищена. Известно лишь, что он тесно связан с Союзом Свободы, глубже копнуть не удалось. Та самая Су Сюэтин, которую вы встретили в Хунту, — это засланный агент Союза Свободы. Если потребуется, ее нужно немедленно устранить.
Цинь Вэнь с горечью закрыл глаза, пепел с сигареты осыпался, оставляя бледный след на земле.
— Продолжай.
— Бенберг когда-то участвовал в проекте «Благородный вид» — программе генной модификации. Проект возглавляли твой отец и доктор Винсент из Лаборатории «Западная башня», они привлекли множество исследователей, включая мать Нин Фу. Но потом что-то случилось: проект закрыли и засекретили. Вскоре доктор Винсент погиб у себя дома, руководство и исследователи Лаборатории «Западная башня» сменились, а все, кто знал правду, один за другим либо исчезли, спрятавшись на других планетах, либо погибли. И все они хранили молчание. Я солгал Шэнь Цзаю, сказав, что Сесас сообщил мне, будто Амор — это охотник на змей, поэтому мы можем проверить его. На самом деле в Нандэньсине вообще нет человека по имени Бенберг: ни досье, ни адреса, ни записей о въезде.
— Ты пришел сюда, не наведя справок?
— Ты прекрасно знаешь характер Нин Фу. К тому же я сверил данные из Хунту: они подтверждают, что после отъезда оттуда он действительно вернулся в Нандэньсин.
— Значит, ты подозреваешь, что Бенберг и Амор — одно лицо?
Цинь Вэнь затушил сигарету в пепельнице и отряхнулся.
— Доказательств нет. Кстати, есть у тебя средство от змей? Дай мне пару флаконов.
Гу Буфань ошеломленно посмотрел на него и запричитал:
— Ты серьезно? Брат, Шэнь Цзай, скорее всего, подосланный шпион, а ты так печешься о нем? Ты не был таким даже с военнопленными. Не слишком ли глубоко ты вжился в роль?
Помолчав, Гу Буфань добавил с любопытством:
— Слушай, а если выяснится, что он действительно причастен, что ты будешь делать?
Цинь Вэнь недовольно цыкнул, наградив его взглядом в духе «много болтаешь», и сел на водительское место с мрачным лицом. Гу Буфань, поняв, что разговор не клеится, докурил на улице и уже собрался садиться в машину, как Цинь Вэнь его остановил:
— Выветри дым, прежде чем входить. У него слабое здоровье.
Последние слова прозвучали невнятно, но Гу Буфань их услышал.
Гу Буфань: ...
Цинь Вэнь принюхался к своим рукавам и воротнику: роса на улице была сильной, запах въедался легко, а Шэнь Цзай терпеть не мог табачный дым. Раньше, когда Цинь Вэнь пропитывался дымом на встречах, Шэнь Цзай запрещал ему заходить в свою комнату. С тех пор Цинь Вэнь всегда проверял себя перед встречей.
— Вернулся?
Шэнь Цзай проснулся и читал книгу, уютно устроившись на диване в мягком свете лампы.
— Принес тебе жареные бараньи ребрышки и рыбу.
Цинь Вэнь поставил контейнер на стол и открыл крышки. Аромат еды мгновенно заполнил комнату — в холодное время года такая еда была как нельзя кстати.
— Поешь, прежде чем идти, иначе опять всю ночь проголодаешь.
— Но тогда я сам буду пахнуть едой.
Несмотря на слова, Шэнь Цзай взял палочки, отправил кусочек ребрышка в рот и довольно зажмурился.
Цинь Вэнь подшутил:
— Наденешь ту свою одежду — она всё равно перекроет любой запах.
Лицо Шэнь Цзая тут же вытянулось, и вкус еды показался ему не таким уж приятным. Цинь Вэнь переложил ему самый нежный кусочек рыбы и достал из кармана несколько флаконов с лекарством.
— Это от змей. Будь осторожен.
Шэнь Цзай принял лекарство и продолжил есть, не заметив блеска в глазах Цинь Вэня.
В десять вечера по местному времени Шэнь Цзай прибыл в Долину Чифэн.
— Ты довольно пунктуален.
Амор пришел чуть позже, увидев его, он удивился, но тут же усмехнулся:
— И правда, деньги тебе дороже жизни.
Он бросил Шэнь Цзаю тот же комплект снаряжения, что и в прошлый раз, и они отправились ловить змей до самого рассвета. Вернувшись в переулок Черной Собаки, всё прошло по привычному сценарию: Шэнь Цзай собирал яд, а Амор, осыпав его насмешками, ушел.
Шэнь Цзай выждал немного, убедившись, что тот ушел, раскрыл пасть змеи и глубоко вонзил клыки себе в перепонку между большим и указательным пальцем. Он специально выбрал крупную, ярко-красную особь — такие змеи были сильнее остальных. В прошлый раз та, что поменьше, едва не лишила его сознания, что уж говорить об этом гиганте.
— Бах!
— Что происходит?
Амор вернулся и увидел, что Шэнь Цзай лежит на полу с посиневшим лицом и закрытыми глазами.
— Эй!
Амор потормошил его, но Шэнь Цзай не двигался. Он похлопал его по щекам, но реакции не последовало. Он заметил, что рука Шэнь Цзая в районе кисти стала сине-фиолетовой, а рядом извивалась толстая Чифэнская змея. Амор подхватил Шэнь Цзая и, спрятав в шкаф, ушел.
— Алло, можно перенести доставку на сегодняшний вечер? Нет, дело не в змеях, у меня есть кое-что особенное, вам точно пригодится, но цена выше. Пока не могу сказать, но готовьте деньги. Да-да, товар можно проверить, но расчет по факту: деньги — товар.
Повесив трубку, Амор в отличном настроении напевал себе под нос, убирая во дворе.
Шэнь Цзай слегка приоткрыл один глаз. Конечно, позволяя змее укусить себя, он подготовился: за поясом у него были сыворотка и антидот, чтобы нейтрализовать попавший в кровь яд. Флакон был крошечным, незаметным. Но сейчас было не время его использовать: он должен был выяснить, что задумал Амор.
Шаги и фальшивое пение затихли у шкафа. Шэнь Цзай поспешно закрыл глаза. Дверца отворилась, и Амор с довольной улыбкой посмотрел на свернувшегося внутри Шэнь Цзая.
— Не вини меня. Кто просил тебя быть нелегалом? Да еще и человеком! Ха-ха! Когда ты умрешь, никто не узнает и никто не будет горевать, а я смогу жить дальше. Продав тебя, я получу деньги, перееду в другое место и мне больше не придется бегать от погонь и допросов. И я смогу сменить это проклятое лицо! С меня хватит! Я больше не могу жить такой жизнью!
Боясь привлечь внимание, Амор лишь давился приглушенным смехом, его лицо исказилось в безумной гримасе.
http://bllate.org/book/28519/3447905
Готово:
