Это место — обитель Секты Ваньчэнь. Секта Ваньчэнь, великая секта с тысячелетней историей, также поддерживала тесную связь с вершиной Куньлунь, где собирались все бессмертные семьи, и смертные культиваторы всем сердцем стремились сюда.
На горе Бусянь, на главной вершине Тяньду, величественно возвышалось здание с многоярусной двускатной крышей. Именно здесь Секта Ваньчэнь решала всевозможные дела, и это место называлось Дворец Возвращения в Прах.
Вы кто… что это за цирк? — произнесла Гун Дуин, первая женщина-глава Секты Ваньчэнь, культиватор Стадии Великой Сягнувшей. Сейчас она сидела в легких паланкине в белых одеждах, а ниже колен у нее ничего не было.
Сюань Цюн и Мин Юй промокли насквозь с головы до ног: они угодили через массив Гуйсюй прямо в горячие источники на задней горе и были пойманы с поличным старейшиной Дан Чэнем, который как раз напевал песенку, принимая ванну.
Старейшина Дан Чэнь был без памяти влюблен в Сюань Цюна и вечно думал о том, как бы переманить старшего ученика главы к себе в ученики. Он тут же бросился преследовать их обоих, даже не утрудив себя тем, чтобы одеться.
Напуганные до смерти Сюань Цюн и Мин Юй что есть мочи побежали ко Дворцу Возвращения в Прах и нос к носу столкнулись с собственной наставницей.
— Наставница… сейчас не до этого, лучше взгляните-ка на это. — Сюань Цюн с помощью Магической Силы высушил свою и Мин Юя одежду, а затем достал из-за пазухи Камень Заточения Демонов.
Гун Дуин сняла печать, и из Камня Заточения Демонов выплыли два демонических создания, зависнув в воздухе.
Гун Дуин внимательно их осмотрела, и ее брови сошлись на переносице.
Черная лисица была уже абсолютно мертва, а вот рыжая находилась без сознания. На их телах виднелась еле заметная бледно-красная нить, которая тянулась от межбровья наружу и постепенно блекнула.
Гун Дуин легко коснулась этой нити, и та, слегка дрогнув, рассеялась.
— Наставница, что-то не так? — спросил Мин Юй. К тому времени он уже переоделся в мужскую одежду, и только сейчас стало заметно еще не до конца исчезнувшее юношеское выражение на его лице.
— Нити причинно-следственной связи рассеялись. — Гун Дуин с некоторымдратичным раздражением закрыла глаза. — Мин Юй, принеси бумагу и кисть.
Мин Юй протянул «о» и лукаво подмигнул Сюань Цюну.
Сюань Юй кивнул, после чего шагнул вперед и придержал легкий паланкин Гун Дуин.
— Наставница устала?
— Все в порядке, — вздохнула Гун Дуин. — Сюань Цюн, помнишь ли ты, какие вещи не связаны узами причинно-следственной связи?
Сюань Цюн практически сразу же подумал об ответе.
— Это призраки.
Причем такие призраки, которые могут переродиться.
……
Менее чем много веков назад, когда небо и земля пребывали в хаосе, из них родился Паньгу. Он разделил чистое и мутное, сотворил небо и землю, разграничив шесть миров.
Божества обитали в высших сферах, вкушая дым благовоний и оберегая четыре стороны света. Бессмертные стремились к долголетию, живые существа обретали Дао и, преобрачившись, возносились в ранг бессмертных. Людей сотворили боги. Демоны же — это творения природы и всех вещей, обожествленные небесами, одновременно праведные и злые, в чьих намерениях трудно отличить добро от зла. Что до магов, то они падали падшими, поддавшись Внутреннему Демону.
Все упомянутые пять рас являлись живыми существами, и каждое живое существо несло на себе нити причинности, что свидетельствовало об их связи с небом и землей.
Лишь те существа пяти миров, чей жизненный путь угас — то есть призраки, — для перерождения и новой жизни были обязаны свести счеты с кармой нынешнего существования. Когда все кармические узы обрывались, они получали возможность переродиться.
……
— Призраки? Невозможно, я же отчетливо касался их в облике Фуяо… — Сюань Цюн повернулся к зависшим в воздухе лисицам и с удивлением заметил, что та рыжая лиса вовсе не спала, а испустила дух. — Это…
— Наставница, я своими глазами видел, какая злоба вырвалась из черной лисы в момент ее смерти, это пронзающее небеса ожесточение… Как такое может быть не связано с причиной и следствием?! А те люди, что пропали по всей стране, ведь все они угодили к ним в брюхо… — Сюань Цюн с недоверием смотрел на двух лисиц.
— Не спеши, подобное случается далеко не впервые. — Гун Дуин спрятала лисиц обратно в Камень Заточения Демонов и небрежно швырнула его стоявшему рядом мальчику-слуге, чтобы тот разобрался.
— Три года назад те две злобные змеи-демоны, что безобразничали в Цзиньлине, были пойманы Сектой Хуацзянь, и результат оказался точно таким же.
Сюань Цюн перевел взгляд на Гун Дуин, ожидая продолжения.
— Возможно, тут есть нечто общее, но ситуация и впрямь странная. Одолеть ее силами лишь нас двоих вряд ли удастся.
— Наставница, бумага и кисть готовы! — Мин Юй вернулся с письменными принадлежностями и с уважением преподнес их Гун Дуин.
Гун Дуин подняла руку и указала на несколько мест на книжной полке в западной части Дворца Возвращения в Прах. Оттуда вылетела Талисман Призыва Бессмертных с высеченными на нем двумя иероглифами: Бусянь.
— Передай это старшему соученику. Сюань Цюн, составь послание и отправь Синюю Птицу на Куньлунь, пусть пригласят бессмертного.
*
Вершина Куньлунь являлась вратами в небеса и местом культивации бессмертных. Разумеется, помимо вершины Куньлунь, существовали и другие горные вершины и гроты-небеса, где обитали бессмертные, однако обычным смертным путь туда был заказан.
Нынче на вершине горы Куньлунь царила куда более прохладная и отрешенная атмосфера, чем обычно. Хозяин этого места, Лу У, отослал всех мальчиков-служителей и лично принимал тигриного бессмертного Бай Цзэ с Северного Материка и генерала Чэн Е, защитника Северного Материка.
— Брат Лу, давно не виделись.
Человек этот был облачен в безупречные белые одежды и накинутую поверх белую шубу, а его пояс из зеленой парчи украшал розовато-белый нефритовый кулон. Черные волосы небрежно рассыпались по плечам, уголки глаз оттеняли три изящные золотые полоски, а на лице играла улыбка, от которой на душе становилось тепло, словно от весеннего ветерка.
Перед гостями предстал бессмертный белый тигр с Северного Материка, Бай Цзэ.
Рядом с Бай Цзэ стоял еще более рослый бог войны с мощной фигурой и широкой грудью. Его волосы удерживала серебряная корона с инкрустированными темно-зелеными нефритами, а сам он облачился во все черное. Лицо его казалось холодным, как лед, и суровым.
Это был генерал Царства Сюаньу, Чэн Е, по имени Сюань Мин.
— Брат Бай, маленький генерал, — кивнув, приветствовал их Лу У.
Первый с улыбкой ответил на приветствие, второй лишь слегка кивнул головой.
Лу У лично налил им чай, и все трое уселись за стол.
Не успели они толком предаться воспоминаниям, как Сюань Мин неизвестно откуда извлек пучок красных нитей, наглухо стянутых золотыми шнурами, и выложил их на стол из бараний жира нефрита.
— Это… — начал Лу У.
— Нити причинно-следственной связи, — произнес Сюань Мин. — Несколько дней назад я получил молитвы от жителей Северного Материка: люди умоляли защитить их близких, пропавших без вести при странных обстоятельствах. В последнее время подобных просьб стало необычайно много, и я как раз собирался ниспослать благословение, чтобы заодно усмирить поднявших голову демонов.
Лу У и Бай Цзэ уставились на Сюань Мина.
— Но молитвы внезапно исчезли, — продолжил Сюань Мин.
— Молитвы могут исчезнуть лишь по двум причинам: либо молящийся перебрался под покровительство другого божества, либо сам молящийся погиб. Но самое странное то, что в тот день увядших прошений набралось ровно пятьдесят четыре.
Лицо Лу У выражало крайнее изумление: — Какая странная история, чтобы за один день погибло столько людей…
Сюань Мин отхлебнул чаю и продолжил: — И это погибли только те, кто возносил молитвы, а что насчет тех, кто не молил о защите?
http://bllate.org/book/28533/3449254
Готово:
