– Как же больно! – Дадли обиженно посмотрел на Снегга. Он ведь ничего такого не сделал, подумаешь, слегка пофлиртовал, зачем же сразу так злиться? В конце концов, они оба мужчины. (Этот прохиндей, очевидно, совершенно забыл о том, что еще недавно планировал свести Гарри и Драко вместе).
Снегг холодно опустил его на землю:
– Мистер Дурсль, полагаю, ваши силы действительно восстановились. И тем не менее, попрошу вас не строить никаких планов на счет моего крёстного сына.
Опять из-за этого! – Дадли чуть закатил глаза, но под ледяным взглядом мужчины поспешно ретировался. Ну надо же, какой жадина! Если бы он хотел подшутить, то сделал бы это сразу, стал бы он тянуть до последнего. Это же знак симпатии, просто симпатии! Им, извините, извилистым змеям из Слизерина, этого всё равно не понять. Хм!
В этот момент раздался необычайно мелодичный птичий крик. Трудно было описать словами этот звук, но слушать его было невероятно приятно.
Дадли с трудом повернул голову – воротник его одежды все еще находился в руке Снегга – и уставился на появившееся из ниоткуда прекрасное создание, горделиво взмахнувшее крыльями.
– Вау, какая красота!
Оливандер же выглядел несколько растерянным, его голос утратил прежнюю мягкость и зазвучал с заметным волнением:
– Ох, боже мой, да это же она, да. Мне следовало догадаться с самого начала, именно она. Феникс, от которого взято это перо, и тот, чье имя мы не называем, связаны одной птицей.
– Тот, чье имя мы не называем? Кто это? – с некоторой боязнью спросил Гарри, потому что в этот момент Оливандер отлепил пластырь с его лба, обнажив шрам в виде молнии. Мастер палочек оглаживал его своими тонкими длинными пальцами, и в его блеклых, мутных глазах отражалось лицо Гарри.
– Ох, ты не знаешь его? Ты серьезно его не знаешь?! Да он же оставил тебе этот шрам! – Оливандер выглядел крайне изумленным и перевел взгляд на Снегга.
Снегг отпустил Дадли, широким шагом подошел к Оливандеру и вперил в старика леденящий взгляд:
– Это не вашего ума дело. С вас сколько?
Подавленный грозной аурой Снегга, Оливандер автоматически ответил:
– По семь галлеонов за каждую.
Оплатив покупку, они тут же направились к выходу!
– Профессор, а кто этот человек? – Гарри чувствовал, что этот незнакомец имеет самое прямое отношение к его происхождению, и решил спросить человека, который с наибольшей вероятностью знал правду.
Снегг на мгновение замер. Он остановился, повернулся и сурово посмотрел на Гарри:
– Об этом тебе расскажут позже. – Говорил он медленно, веско и внушительно. – Однако прямо сейчас у меня абсолютно нет терпения нянчиться с великим Мальчиком-Который-Выжил. У меня полно дел, и нет ни малейшего желания околачиваться здесь вместе с вами. Если возможно, давайте покончим с покупками как можно быстрее. Так будет лучше для всех.
В итоге бедняга Гарри с треском проиграл, не выдержав ядовитых шпилек старого летучей мыши.
Дадли дернул за руку упавшего духом Гарри и придвинулся к самому его уху:
– Ничего страшного. Судя по всему, ты очень популярен, потом спросишь у Драко. Судя по виду, семья Малфой птицы высокого полета, они наверняка должны о тебе знать.
– Снегг меня просто терпеть не может, – уныло проговорил Гарри. За всю свою жизнь он еще никогда не сталкивался с таким явным неприятием.
– Вот как. – Дадли пододвинул к ним Драко: – Драко, а ты не в курсе дела насчет этого человека, чье имя нельзя называть?
Лицо Драко окаменело, а на детском личике промелькнул испуг:
– Он... он Темный Лорд, люди привыкли называть его Тот-Кого-Нельзя-Называть. Никто, кроме директора Хогвартса Дамблдора, не смеет произносить его имя вслух, говорят, Дамблдор – единственный, кого он боится. Десятки лет назад Тот-Кого-Нельзя-Называть развязал войну в мире волшебников, тогда погибло множество людей. А в ту ночь, когда он отправился убивать семью Джеймс Поттер, рядом никого не оказалось. Когда подоспели люди, Лили Поттер и Джеймс Поттер, то есть родители Гарри, были уже мертвы, а на месте остался лишь Гарри со шрамом в форме молнии на лбу. С тех пор Тот-Кого-Нельзя-Называть исчез без следа. Люди говорят, что именно Гарри победил его, поэтому Гарри стал Избранным в мире волшебников, им восхищаются очень многие. Но в то же время приспешники Тот-Кого-Нельзя-Называть тоже жаждут его смерти.
На этих словах на лице блондина проступила тень беспокойства.
Гарри тоже замер, и его румяные щеки заметно побледнели.
Видя, что напугал Гаррочку, Драко поспешил исправиться:
– Впрочем, тебе не о чем беспокоиться, разве Гарри не собирается в Хогвартс? Это самое безопасное место в мире, к тому же там есть Дамблдор, никто не сможет причинить Гарри вреда.
– Но я же не смогу вечно оставаться в Хогвартсе, – несмотря на бледность, Гарри заговорил вполне рассудительно.
Дадли остался очень доволен. Все эти годы, хоть он и помогал Гарри, он старался не приучать его к чрезмерной зависимости от себя. И хотя мальчик рос окруженный его заботой и опекой, Гарри вовсе не был плаксой, способным лишь капризничать: он рос добрым, умным, храбрым и решительным. И пусть порой он бывал излишне импульсивен, но его поступки никогда не были бездумными.
– Другими словами, я рано или поздно столкнулюсь с Тот-Кого-Нельзя-Называть лицом к лицу. Раз уж мне удалось непостижимым образом сокрушить его однажды, то может случиться и второй раз, поэтому, чтобы его коварные планы увенчались успехом, он непременно захочет устранить меня как помеху. Да и я сам не собираюсь отступаться от него, ведь он убил моих родителей.
В глубине души Гарри испытывал огромную тоску по родителям: хотя тетя Петуния и дядя Вернон относились к нему все лучше и лучше, видя, как они обращаются с Дадли, он все равно не мог избавиться от чувства зависти.
– Ладно, хорош киснуть и строить трагические физиономии. Даже если этот Тот-Кого-Нельзя-Называть еще жив, вряд ли ему приходится сладко, иначе бы он давно уже вернулся. У нас еще есть время, Гарри. Сейчас самое главное – защитить себя и стать сильнее. Раз уж люди даже имени этого Тот-Кого-Нельзя-Называть боятся произнести, значит, он невероятно силен и жесток. Если ты будешь недостаточно силен, то при первой же встрече он просто прихлопнет тебя на месте. К тому же, разве мы не с тобой? Мы сделаем все возможное, чтобы помочь тебе, правда ведь, Драко?
Драко окинул Дадли долгим взглядом, недвусмысленно давая понять, что раскусил его дешевые манипуляции. Затем он повернулся к Гарри:
– Угу, я тоже сделаю всё от меня зависящее.
Как только он это произнес, Снегг резко развернулся и уставился на Драко тяжелым взглядом. Мальчик смело выдержал глаза крёстного:
– Крёстный, я уверен в своих словах. Я помогу Гарри.
Дадли показал язык: нынешние дети просто невероятно проницательны. Надо же, раскусили его метод от противного! Впрочем, как бы то ни было, Драко уже увяз в делах Гарри, так что за семью Малфой можно больше не переживать. Ах да, его мозги определенно не созданы для размышлений над столь сложными вещами, впредь все вопросы планирования он переложит на Драко – в конце концов, это по его части.
Когда Снегг отвернулся, Дадли окликнул Драко:
– Эй, у меня еще вопрос: с чего это Снегг так взъелся на Гарри?
Гарри тут же навострил уши, устремив на Драко горящий взгляд.
Драко приоткрыл рот:
– Я... я не знаю, – удрученно ответил он. Заметив, как помрачнел Гарри, мальчик дал себе слово обязательно расспросить отца дома о том, с чем связано такое отношение крёстного к Гарри.
Дальнейшая часть поездки прошла куда проще. Они приобрели все необходимые принадлежности и обязательные учебники, а Дадли заодно набрал целую гору внеклассной литературы, чтобы коротать за ней время.
Прекрасная маленькая принцесса Хедвига по-прежнему принадлежала Гарри, а сам Дадли купил точно такую же породистую сову, назвав ее Бобо – тоже маленькая принцесса. Услышав это имя, Драко чуть не закатил глаза от такой вопиющей неэлегантности, сам же он приобрел огромного сокола по кличке, которая звучала крайне свирепо. Впрочем, в зоомагазине та еще задира, судя по всему, сейчас жестоко страдала под гнетом двух мелких принцесс его дома.
В конце концов на все покупки недовольному профессору Снеггу пришлось наложить уменьшающие чары, чтобы дети смогли дотащить их домой. Всю дорогу Дадли мысленно костерил Снегга за полное отсутствие джентльменства: заставлять двух детей тащить столько тяжестей и даже не попытаться помочь!
Вернувшись домой, Гарри попытался зазвать Драко в гости. К сожалению, прежде чем сияющий от радости Драко успел согласиться, профессор схватил его за шиворот, аппарировал, и след мальчика простыл, оставив Гарри в долгом разочаровании.
– Братец?
– М? – Дадли как раз листал Стандартные заклинания. Начальный курс. Для обычного человека магия представляла огромный интерес.
Гарри замялся, потихоньку подполз к Дадли и по привычке уткнулся головой ему в живот, устраиваясь на коленях.
– Что такое?
Такое поведение означало, что у малыша на душе скребут кошки и ему нужно сказать что-то очень важное, поэтому Дадли отложил книгу. Он нежно зарылся пальцами в его растрепанные, но мягкие волосы и участливо спросил:
– Чувствую себя немного напуганным. Тот-Кого-Нельзя-Называть, профессор Снегг, новая школа, этот титул Избранного... Я понятия не имею, что мне делать дальше. Ты же знаешь, я самый обычный парень, никакой я не Избранный. Я – это я... – Гарри уткнулся лицом в живот Дадли, и его голос прозвучал глухо.
Рука Дадли замерла на секунду:
– Давай-ка начнем с самого простого. Переживаешь, что в новой школе будешь отставать от программы?
Гарри кивнул.
– Завтра с утра расспросим Драко, а если уж совсем прижмет, попросим его подтянуть нас. Я тут пролистал учебники: по крайней мере, Чары кажутся вполне понятными, обучение тоже начинается с азов. Подумай сам, таких выходцев из непосвященных семей наверняка хватает, школа должна ко всем относиться одинаково, так что на этот счет можешь не переживать.
Гарри снова кивнул.
– Теперь насчет Снегга. Эту тему мы уже обсудили, и мне кажется, мои доводы вполне разумны.
Кивок.
– Ну и напоследок – Тот-Кого-Нельзя-Называть и этот твой статус Избранного. По сути своей, это две стороны одной медали. Раз уж ты должен стать Избранным, то просто обязан одолеть Тот-Кого-Нельзя-Называть, и наоборот: побеждаешь его – и автоматически становишься Избранным. В общем, с этим гадом вы теперь связаны кровными узами до конца, так что поднатужся и прикончи его. К тому же ты же не в одиночку воюешь: раз эта тварь настолько зла, наверняка найдется немало желающих дать ему отпор. Но я хочу, чтобы ты ставил перед собой цель просто уничтожить Тот-Кого-Нельзя-Называть, а на всякие там титулы Спасителя наплевать и забыть. Нечего брать в голову звание какого-то там Избранного, с чего вдруг развелось столько спасителей? Человек должен спасать себя сам, а вешать всю ответственность на плечи ребенка – как им самим-то не стыдно. Просто делай то, что должен.
– Хорошо. – Гарри повернул личико, сияющими глазами глядя на Дадли. Затем малыш приподнялся, обнял Дадли за шею и звонко чмокнул в щеку. Потеревшись своим лицом о щеку Дадли, он признался: – Мне сразу стало намного легче.
– Вот и славно, поздно уже, спать давай. – Хлоп! – звонкий шлепок пришелся ровно по детскому заду Гарри.
– Понял я, понял, – обиженно отозвался тот, прикрывая мягкое место руками. Эх, и когда это Дадли успел перенять этот прием у тетушки Петунии?
http://bllate.org/book/28566/3453406
Готово:
