Женщина, казалось, хотела что-то сказать, но холодный воздух, пробравшийся в грудь и легкие, заставил её пару раз закашляться. Вид её был хрупким и жалостным.
— Нюню, сестра только что погорячилась, не бери в голову, — просипела она. — Я просто слишком сильно переживаю за тебя, боюсь, что ты натворишь глупостей.
Ты моя единственная младшая сестра, я не могу просто смотреть, как ты попадаешь в беду. — Она протянула руку и попыталась выдавить из себя улыбку. — Твоя рука случайно не обожжена маслом? Сестра посмотрит...
Ян Лэ внезапно встала, взяла посуду и вернулась на кухню, где молча принялась мыть её, стоя к ней спиной.
В комнате царила тиящая удушливая тишина. Шумно журчала вода, а стоявший на краю горшка сциндапсус радовал глаз свежей зеленью — от этого блеска у Ян Лэ рефлексивно защипало в глазах.
То, на что обычно уходило одно нажатие дозатора моющего средства, Ян Лэ на этот раз решила мыть дольше обычного: выдавила целых два нажатия, тщательно пройдясь по каждому уголку и краю, а заодно протерла раковину и разделочную доску.
Закончив возиться, она отжала тряпку и повесила её на край раковины. Позади долгое время стояла тишина. Постояв немного, Ян Лэ обернулась.
Глаза у сестры были светло-карего цвета, а слова и поступки неизменно сопровождались едва заметной улыбкой. Выглядела она всегда очень приветливо и мягко, но при этом оставалась какой-то непостижимой, словно скрытой за пеленой легкого тумана.
Сейчас эта пелена, казалось, немного рассеялась, обнажив чистую, отчетливую скорбь.
— Сестра просто переживает за тебя.
Ян Лэ ничего не ответила.
Женщина плотнее запахнула воротник и слегка опустила голову, её волосы прядями спадали с плеч на грудь.
— Мне еще нужно успеть на автобус, так что... я пошла. — Она направилась к выходу.
— Сестра, — неожиданно подала голос Ян Лэ.
— Давай больше никогда не будем видеться.
День рождения
Три года назад Ян Лэ исполнилось восемьнадцать лет.
До дня рождения оставался еще целый день, а дядя уже заказал торт. Ответив на сообщение со словами благодарности, она вышла из чата с дядей, обновила страницу три-четыре раза, но так и не увидела новое сообщение от того самого знакомого контакта.
Она вздохнула про себя, снова прокрутила вверх-вниз прежнюю переписку, вчитываясь в каждое слово — кажется, уже могла бы повторить её наизусть.
— Сестрица Лэ! — какой-то парень по привычке закинул руку Ян Лэ на плечо и придвинулся ближе. — В игры играешь?
Она мгновенно погасила экран и недовольно приподняла плечо.
— Отвали, тяжелый!
— Какая ты нервная, — пробормотал парень, но руку не убрал.
Столпотворение после окончания уроков в конце недели: у школьных ворот полно родителей, пришедших за детьми, сплошное людское море. Они болтались и толкались, двигаясь вместе с потоком людей.
Вдруг Ян Лэ замерла, уставившись в каком-то направлении.
— Я выиграл!
Парень еще не успел понять, что с ней что-то не так, как она оттолкнула его с такой силой, что он чуть не шлепнулся носом в грязь.
— Эй!
Ян Лэ уже ничего не слышала. Словно добыча, попавшаяся на паутину, она без всякого сопротивления шла вперед, влекомая этим взглядом.
Толпа стала невыносимым препятствием, пусть даже до встречи оставались считанные минуты.
Позднее осеннее солнце палило вовсю, на лбу выступил пот. Она не удержалась, встала на цыпочки, вытянула руку и принялась вовсю махать ею, громко крича:
— Сестра!
Стоявшая в тени деревьев женщина повернула голову, и на её поначалу холодном лице медленно расцвела мягкая улыбка.
Она смотрела на бегущего к ней человека, её губы слегка шевелились.
Протолкнувшись сквозь толпу, Ян Лэ подбежала к ней широким шагом, тяжело дыша от усталости. Собеседница была одета в молочно-белое платье без рукавов и оказалась очень высокой — оказавшись перед ней, Ян Лэ могла только по-дурацки задирать голову вверх.
— Что, уже и не узнала? — спросила та.
Только тогда Ян Лэ пришла в себя и глупо хихикнула.
— Сестра! Почему ты вдруг приехала? Почему не предупредила? Я бы встретила тебя!
— Захотела сделать тебе сюрприз. Ну как, рада?
— Рада! Безумно рада!!
— Нюню, — Чэнь Хуэйчжэнь достала салфетку и вытерла ей пот. — Сестра же никуда не убежит, чего ты так спешила.
Ян Лэ послушно задрала лицо, со смешком сощурив глаза.
— Я испугалась, что обозналась, или что сестра уйдет, если не заметит меня, вот и забеспокоилась капельку.
— Всего капельку?
— Ну... ладно, я сильно испугалась. — Вытерев пот, Ян Лэ обняла её за руку и яростно потерлась щекой: — Сестра, я так соскучилась!
Чэнь Хуэйчжэнь перевела взгляд на стоявшего рядом смущенного парня.
— Это одноклассник моей сестры?
— А? Ой, угу, ага!
Парень тут же отвел глаза, принявшись ерошить волосы, чесать затылок и теребить пальцы, разглядывая то небо, то землю, то пустоту.
Ян Лэ выразительно зыркнула на него.
Тот сообразил что к чему и, на ходу придумав какую-то отговорку, быстро ретировался.
Чэнь Хуэйчжэнь заметила всё это.
— Парень?
— Да с чего бы?! — Ян Лэ едва не подпрыгнула от возмущения. — Одноклассник из параллельного класса! Мы сидим за соседними партами, поэтому и общаемся, мы вообще не близко!
— Ладно-ладно, — Чэнь Хуэйчжэнь машинально обняла её и слегка покачнулась вместе с ней. — Я же шучу, не сердись.
— Сестра приехала специально ради меня?
— И да, и нет.
Они зашагали в направлении, совершенно противоположном дороге домой для Ян Лэ.
— Сестра устроилась на работу в Наньти, буду работать в том самом здании.
Проследив за направлением её пальца, Ян Лэ увидела одну из высоток среди чащи небоскребов и восторженно выдохнула:
— Как близко.
— И правда. Нюню рада?— Здорово! — Ян Лэ снова повисла на ней, словно коала. — Теперь я смогу часто видеть сестру!
— Будет ещё кое-что получше.
Чэнь Хуэйчжэнь привела её к небольшому жилому комплексу в нескольких кварталах от школы, зарегистрировала данные Ян Лэ у вахтёра и поднялась на лифте на пятый этаж.
Квартира была старой, в лифте даже слышался неприятный скрип, а голосовое управление освещением в подъезде сломалось. Чэнь Хуэйчжэнь открыла дверь ключом, а Ян Лэ озиралась по сторонам, и на душе у неё скребли кошки.
Она прижалась лбом к спине сестры и обняла её за талию.
— Сестра, ты такая худая.
Она отчётливо почувствовала, как тело в её объятиях на мгновение замерло, а затем услышала тихий, едва подрагивающий смех, идущий из груди Чэнь Хуэйчжэнь.
В отличие от спартанской обстановки снаружи, внутри квартира оказалась двухкомнатной, с гостиной, кухней, ванной и небольшим балконом. Первоначальный ремонт был неплохим: деревянный пол и белые стены, но в гостинойгромоздилось множество чемоданов и коробок с доставкой — с первого взгляда было понятно, что здесь ещё ничего не успели разобрать.
Ян Лэ бросила ранец и засучила рукава, но Чэнь Хуэйчжэнь её остановила.
— Посиди пока сама поиграй, сестра быстро всё уладит.
— Нет, — покачала головой Ян Лэ. — Если мы сделаем это вместе, то справимся очень быстро.
— Тогда сначала поедим, а о делах поговорим после еды.
— Я ещё не голодна.
Говоря это, Ян Лэ уже принялась за уборку. Стоило ей распаковать какой-нибудь симпатичный маленький предмет, как она тут же звала Чэнь Хуэйчжэнь посмотреть. Она щебетала без умолку и носилась по всей квартире, полная энтузиазма, отчего Чэнь Хуэйчжэнь только улыбалась.
— Вау! Что это? Какая красота!
— Музыка ветра, кажется, называется «Мандала», — объяснила Чэнь Хуэйчжэнь.
Ян Лэ погладила гладкий хрусталь, приподняла и слегка качнула его — раздался мелодичный звон. Она нашла самое светлое место и повесила вещицу, и комнату тут же заполнили разноцветные солнечные блики.
— Нюню, хочешь жить со мной?
— А?
— Я уже говорила с твоим дядей. Отсюда близко до школы, и здесь есть свободная комната, так что тебе будет очень удобно учиться, если ты поселишься у меня.
— Я, конечно, хочу, но не знаю, согласится ли дядя.
— Он ещё не ответил, — Чэнь Хуэйчжэнь забрала у Ян Лэ метлу. — Ладно, для начала хватит и лёгкой уборки. Наверное, уже проголодалась? Сестра угощает тебя обедом.
Поблизости было много забегаловок. Чэнь Хуэйчжэнь плохо ориентировалась в этих местах, поэтому Ян Лэ отвела её в небольшой ресторанчик домашней кухни. После обеда, по дороге домой, они завернули в супермаркет, и Чэнь Хуэйчжэнь купила ей предметы первой необходимости, а также сменную одежду и обувь.
Ян Лэ послушно следовала за ней по пятам, но в какой-то момент обернулась, и Чэнь Хуэйчжэнь чуть на неё не наступила.
— Нюню, поаккуратнее.
Даже в октябре в Наньти было жарко до безумия. Чэнь Хуэйчжэнь вся вспотела, но при этом она не произнесла ни слова в духе «отойди от меня подальше», а наоборот, всё это время таскала за собой этот хвостик, неспешно прогуливаясь по дороге домой.
Мимо с ревом проносились машины, да и городские ночи не отличались тишиной.
Прижавшись к сестре, Ян Лэ спросила:
— Ты приехала работать в Наньти из-за меня?
Чэнь Хуэйчжэнь не стала отпираться.
— Да.
Заметив, что младшая сестра молчит, Чэнь Хуэйчжэнь опустила голову и заглянула ей в лицо.
— Что? Растрогалась?
Девочка надула губы, её ресницы задрожали, и она, казалось, вот-вот расплачется. Чэнь Хуэйчжэнь поспешно переложила пакеты в другую руку и обняла её.
— Чего ты плачешь? Сестра ведь не только ради тебя старается, эта работа вполне хорошая.
Ян Лэ молча кивнула и обняла её в ответ.
— Я просто слишком счастлива.
— Вот и хорошо, не плачь. Теперь ты сможешь часто видеться с сестрой. Если что-то понадобится, просто говори напрямую, не стесняйся.
Чэнь Хуэйчжэнь приподняла голову Ян Лэ, смахнула влажные капли с её ресниц, легонько ущипнула за нос и тихо сказала:
— Плакса.
Другая комната изначально предназначалась для Ян Лэ, но после душа она забралась с подушкой на кровать Чэнь Хуэйчжэнь. Увидев это, когда та закончила умываться, ей оставалось лишь смиренно вздохнуть.
Взяв фен, Чэнь Хуэйчжэнь сказала:
— Сначала высуши волосы, потом спать.
Высушив волосы, Чэнь Хуэйчжэнь ушла заниматься работой. Ян Лэ немного посидела в телефоне, но быстро сочла его скучным, поднялась и притаилась у приоткрытой двери, подглядывая за тем, кто находился в гостиной.
Волосы Чэнь Хуэйчжэнь были собраны, открывая гладкий лоб, а черты лица казались идеальными. В оправе из белого металла её очки отражали свет экрана компьютера, а выражение лица было совершенно спокойным.
— Ещё не спишь?
Ян Лэ пришла в себя и нервно затеребил косяк двери. Она хотела что-то сказать, но не знала что. Странное чувство вновь заставило её суетливо запустить пальцы в волосы, и, что-то буркнув в ответ, она послушно легла обратно.
Прошло неизвестно сколько времени. Ян Лэ уже засыпала, свет погас, и место рядом с ней просело под чьим-то весом; она инстинктивно прижалась ближе.
— Жарко? Сделать температуру чуть ниже? — Чэнь Хуэйчжэнь коснулась её лица.
Сонным голосом Ян Лэ ответила:
— Не жарко... Так в самый раз.
Уже погружаясь в сон, она услышала, как кто-то шепнул ей на ухо: с днем рождения.
На следующий день Ян Лэ разбудил телефонный звонок — звонил дядя.
http://bllate.org/book/28611/3458403
Готово:
