Ключ в Долине Царя Лекарств.
Даос Хаоцзюнь — могущественный и высокомерный практикующий. Он никогда не ставил нынешнего Цинь Цзюэ ни во что, и ему даже в голову не приходило, что ключ нужно носить с собой.
Этот факт заставил их обоих приободриться.
Сюй Юйчуань проявил больше энтузиазма: он обнял Цинь Цзюэ за плечи и с усмешкой произнёс:
— Жди. Остальное я беру на себя.
Рано или поздно он изучит расположение Долины Царя Лекарств, одновременно разыскивая ключ и подыскивая подходящий путь для побега.
Взгляд Цинь Цзюэ на мгновение потускнел, и он тихо проговорил:
— Нет, это слишком опасно.
У Сюй Юйчуаня всего одна жизнь, и она не выдержит подобных рисков.
Следом Цинь Цзюэ назвал несколько мест, где вероятнее всего мог храниться ключ и где при этом была не самая строгая охрана — если Сюй Юйчуань отправится туда, это не вызовет подозрений.
Сюй Юйчуань охотно кивнул, полагая, что Цинь Цзюэ, дольше находившийся здесь, лучше знает Долину Царя Лекарств.
— О чём ты думаешь? — спросил Цинь Цзюэ, заметив его нерешительность.
— ... — Сюй Юйчуань достал из-за пазухи книгу. — Я взял её в книгохранилище. Посмотри, может, пригодится.
Цинь Цзюэ перевёл взгляд на обложку, но выражение его лица стало тяжёлым и холодным.
Сюй Юйчуань провёл большим пальцем по подписи на книге, затем поднял палец, указывая на три иероглифа:
Цинь Вэйюэ.
На самом деле он уже успел ознакомиться с содержанием. В книге было записано, как жители двух областей страдали от эпидемии, а после появления этого человека Семнадцать массивов изгнания духов помогли искоренить болезнь и злых сущностей.
Внутри было немало восхвалений и песен в его честь — в этом Даос Хаоцзюнь не солгал.
В глубине души у Сюй Юйчуаня зародилась смелая догадка: что, если человек, создавший этот массив, и есть Цинь Цзюэ...
Но если он создал столь спасительную технику, как он может быть злодеем, который сговорился с Демоническим Существом и убивает людей?
— Это я, — Цинь Цзюэ слегка изогнул губы, но в его глазах не было улыбки.
Сюй Юйчуань затаил дыхание:
— Как же так...
— Я был учеником Бессмертных Врат Облачной Горы, но однажды по ошибке упустил Демоническое Существо. Оно убило семью смертных, не обладавших никаким уровнем культивации. Все решили, что виноват я, и уничтожили мой Даньтянь, лишив меня всей культивации, накопленной за жизнь.
Увидев, что Сюй Юйчуань долго молчит, Цинь Цзюэ опустил взгляд, и в темноте его глаза стали совсем тусклыми.
— Не правда ли, это звучит до абсурда смешно? — с насмешливой горечью прошептал он.
— Нет, я верю тебе! — воскликнул Сюй Юйчуань, и в его глазах вспыхнул яркий свет.
Даос Хаоцзюнь не раз марал руки в крови, и Сюй Юйчуань ни на грош не верил его бредням. Он и сам хотел услышать всё из уст Цинь Цзюэ.
Теперь на душе у Сюй Юйчуаня стало ещё тяжелее.
Цинь Цзюэ обладал выдающимся талантом и не раз, не жалея себя, спасал людей, но в итоге из-за одной ошибки его обвинили во всех грехах и пригвоздили к позорному столбу.
Неужели в этом мире совсем не осталось справедливости?
Цинь Цзюэ молча слушал его, глядя на свою руку, которую сжимал Сюй Юйчуань. Затем он сам осторожно перехватил ладонь Сюй Юйчуаня.
Спустя два дня, в один из послеобеденных часов, в Пилюльной комнате прогремел взрыв. Было разбито немало сосудов с лекарствами, и все присутствовавшие там ученики и слуги занервничали.
Даос Хаоцзюнь отличался переменчивым нравом и мог в любой момент начать отыгрываться на окружающих.
Когда Даос Хаоцзюнь вышел наружу, его лицо было перепачкано пеплом, полы халата местами прогорели, а края опалило пламенем.
— Вышло, получилось... — Даос Хаоцзюнь расплылся в безумной улыбке, от которой веяло жутковатой нервозностью.
Впрочем, настроение у него действительно было превосходным.
Потому что Пилюля Духовной Росы Девяти Изгибов была готова.
Сюй Юйчуань почувствовал неладное, но виду не подал. Он проследил за выражением лица Даоса и подошёл, чтобы забрать пилюлю.
— Не спеши, — холодно ответил Даос Хаоцзюнь и убрал лекарство в парчовую шкатулку.
Сюй Юйчуань, встретившись с его тяжёлым, давящим взглядом, почувствовал, как сердце ушло в пятки.
Этот старый хрыч снова что-то задумал?
Его рука застыла в воздухе — и убрать её было нельзя, и идти дальше некуда.
Спустя долгое время послышался неспешный голос Даоса:
— В эту Пилюлю Духовной Росы Девяти Изгибов я добавил несколько ингредиентов. Помимо укрепления основы, она позволяет практикующему совершить прорыв на следующую ступень, но проявиться это может только при испытании на живом практикующем.
Услышав это, Сюй Юйчуань опешил.
В оригинальной истории, как бы искусно ни варили пилюли, они давали лишь резкий скачок в уровне культивации, а прорыв в новую ступень должен был происходить самостоятельно — таков был закон Небесного Пути.
Даос Хаоцзюнь что, с ума сошёл?
И к тому же, кто из уважающих себя практикующих согласится рискнуть жизнью, чтобы испытывать его снадобья...
— Дитя, как ты считаешь, что нам теперь делать? — холодный блеск в глазах Даоса Хаоцзюня пронзил Сюй Юйчуаня внезапным вопросом.
Сюй Юйчуань сделал вид, что растерялся, и приоткрыл рот. Даже осознавая, что у того на уме нечто иное, он всё равно не мог догадаться об истинных намерениях.
Даос Хаоцзюнь презрительно посмотрел на него:
— Ты до того глуп? С этого дня больше подкармливай эту нечисть целебными средствами, ухаживай за ним как следует. Как только Даньтянь восстановится, немедленно возвращайся и докладывай.
— ...
Из всех людей, находившихся здесь, Даос выбрал именно Сюй Юйчуаня, что явно скрывало какой-то зловещий умысел.
Даос Хаоцзюнь и впрямь не бросал слов на ветер: испытания на людях прекратились, и он велел Сюй Юйчуаню каждый день ходить за лекарствами в зал трав.
Поначалу Сюй Юйчуань сомневался, боясь, что лекарства отравлены. Но Цинь Цзюэ понял, что это за снадобья — они предназначались для восстановления меридианов и подпитки Даньтяня.
Цинь Цзюэ долго молчал.
Он не мог понять: устроил ли Даос Хаоцзюнь ловушку или действительно решил создать пилюлю для прорыва. Но выбора у них не было — им оставалось лишь рискнуть.
Приняв пилюлю, Цинь Цзюэ сохранял прежний вид.
— Ну как? — подождав немного, спросил Сюй Юйчуань.
— В меридианах действительно есть движение, более отчётливое, чем прежде.
Сюй Юйчуань выдохнул с облегчением:
— Значит, это всё-таки нормальное лекарство.
Он не стал углубляться в раздумья, решив, что Даосу Хаоцзюню просто взбрело в голову поэкспериментировать, что вполне соответствовало характеру высокомерного одержимого алхимика.
http://bllate.org/book/28659/3465488
Готово:
