Вокруг раздавались смех и шутки.
— Черт, Ли Хунъи, мать твою, ты можешь хоть немного сдерживаться? Разве он съедобен? Дай мне тоже попробовать.
Чжоу Цьэсин сказал это и действительно полез к нему, но Ли Хунъи оттолкнул его пинком. Кто-то с глазастым взором заметил, что у мужчины даже ширинка на брюках расстегнута, и в воздухе раздался свист, полный насмешек.
— Злюка.
Ли Хунъи с наигранным недовольством бросил сердитый взгляд на эту компашку, с хохотом снял рубашку, набросил ее на плечи мужчине и шепнул ему что-то на ухо. Лицо мужчины покраснело от смущения, он даже не посмел поднять голову, чтобы взглянуть на них, и сбежал, словно спасаясь бегством.
Вокруг собрались одни друзья Шэн Цзинчжоу, и все как на подбор — ослепительно красивее друг друга, с мощнейшей аурой, то и дело отпускающие шуточки.
Чжоу Шиань стоял рядом с Шэн Цзинчжоу, бледный и испуганный, словно кролик, и чувствовал себя крайне неуютно.
Наконец кто-то перевел на него взгляд, словно только что заметил. Чжоу Цьэсин приподнял подбородок:
— Сменил партнера?
Чжоу Цьэсин какое-то время отсутствовал в Цзинчэне и ничего не знал.
Шэн Цзинчжоу бросил взгляд на Чжоу Шианя:
— Зовите его молодой господин Чжоу.
Чжоу Шиань послушно кивнул:
— Здравствуйте, молодой господин Чжоу.
Чжоу Цьэсин небрежно бросил дежурную фразу в ответ, явно ни во что его не став.
Когда все собрались, капитан завел мотор, и яхта вышла в открытое море. Красавицы в бикини покачивали бедрами в такт диджейской музыке.
Все присутствующие привели с собой спутников. Ли Хунъи взял бутылку шампанского, запрыгнул на стол, зажал горлышко пальцем и яростно потряс ее. Под визги и крики шампанское фонтаном окатило всех присутствующих, и атмосфера мгновенно накалилась.
Чжоу Шиань никогда прежде не видел ничего подобного и подумал, что гедонизм во всей красе выглядит именно так.
Шэн Цзинчжоу был в неплохом настроении и выпил вместе со всеми пару бокалов. Вот только Ли Хунъи с ног до головы залил его шампанским, и Шэн Цзинчжоу, больше не в силах это терпеть, прошел через зону отдыха к узкой лестнице, ведущей вниз, в каюты. В другую уборную Шэн Цзинчжоу заходил только что, но та оказалась заперта изнутри.
На этой яхте туалет был в каждой каюте, и на сей раз дверь открылась без труда. Шэн Цзинчжоу думал, что внутри никого нет, но, войдя, обнаружил там Лу Яна.
Лу Ян, должно быть, только что проснулся — он стоял на балконе гостевой каюты и курил. Увидев его, он приподнял бровь, и на его губах заиграла игривая улыбка:
— О, генеральный директор Шэн.
Шэн Цзинчжоу проигнорировал его и широким шагом направился в уборную.
Через несколько минут Шэн Цзинчжоу вышел, вытирая руки. Лу Ян по-прежнему стоял в той же позе, прикуривая вторую сигарету.
Шэн Цзинчжоу подошел ближе. От него пахло смесью нескольких видов парфюма — запах был не из приятных.
— Чего ты не поднимаешься наверх, а прячешься в каюте? — спросил Шэн Цзинчжоу.
Лу Ян стряхнул пепел и лениво прислонился поясницей к перилам:
— Простудился. Наверху слишком шумно.
Шэн Цзинчжоу скосил на него глаза, мол, раз уж заболел, какого черта продолжаешь шляться по вечеринкам.
Лу Ян, кажется, понял этот взгляд и тихо усмехнулся:
— Пришел один или со спутником?
Шэн Цзинчжоу не ответил.
Лу Ян цыкнул языком, догадавшись сам:
— Я слышал, ты снова ходил на несколько свиданий вслепую. Не хочешь обдумать мое прошлое предложение?
— Не собираюсь.
Шэн Цзинчжоу ответил категоричным отказом, точно так же, как и в прошлый раз.
Лу Ян приподнял брови и медленно выпустил струю дыма.
[Замечания автора]:
Шэн Цзинчжоу: Я отношусь к тебе как к брату, а ты хочешь затащить меня в постель?
Лу Ян: Если бы я не хотел затащить тебя в постель, с какого перепугу мне набиваться тебе в братья?
Старик Цзинь: 6
Глава 6
Чжоу Шиань не привык к подобным мероприятиям. Стоило ему на секунду отвлечься, как Шэн Цзинчжоу куда-то исчез. Лишившись его общества, он почувствовал себя овцой, брошенной волчьей стае, и весь съежился от неуютности, хотя на него никто толком и не обращал внимания.
— Хочешь перекусить?
Вернувшись, Шэн Цзинчжоу, похоже, наконец заметил затаившуюся в глазах Чжоу Шианя растерянность и бросил на ходу.
Лу Ян, шедший следом за ним, тоже посмотрел на них.
Шестое чувство подсказывало Чжоу Шианю, что Лу Ян его терпеть не может и даже люто ненавидит. Услышав вопрос Шэн Цзинчжоу, он уставился на парня еще более холодным взглядом, который острой бритвой полоснул по сердцу Чжоу Шианя, заставив его испуганно сжаться.
Чжоу Шиань покачал головой и заикающимся голосом произнес:
— Я... я не хочу есть.
Шэн Цзинчжоу не стал с ним церемониться, взял с подноса пару пирожных, протянул ему и вместе с Лу Яном устроился на диване.
Только тогда Чжоу Шиань взял одно пирожное и принялся откусывать маленькими кусочками. Возвращение Шэн Цзинчжоу немного успокоило его сердце, хотя генеральный директор Лу, пришедший вместе с ним, явно испытывал к нему антипатию.
— Лу Ян, ты наконец-то выспался! Говорили же тебе, сиди в нормальном отеле, нет, притащился сюда. Не тошно тебе в четырех стенах?
Чжоу Цьэсин, вдоволь набесившись, схватил стакан с алкоголем и осул его единым махом. Подняв глаза, он заметил Чжоу Шианя, сидевшего рядом с Шэн Цзинчжоу. Посчитав его помехой, он за шкирку вытащил парня с дивана и небрежно бросил:
— Эй, иди спой песню.
Чжоу Шиань от такого обращения опешил, его лицо мгновенно вспыхнуло, и он испуганно посмотрел на Шэн Цзинчжоу.
Шэн Цзинчжоу бросил на него успокаивающий взгляд:
— Выбери то, что умеешь петь.
Чжоу Цьэсин крикнул:
— Верно, Хунъи, найди ему что-нибудь из его репертуара.
Все присутствующие уставились на Чжоу Шианя с любопытством зевак.
Чжоу Шиань крепко прикусил губу и лишь спустя долгое время выдавил из себя:
— Тогда давайте песню Хайлай Аму Достаточно лишь встретиться.
Чжоу Цьэсин приподнял бровь:
— Хунъи, Хайлай Аму, Достаточно лишь встретиться.
Ли Хунъи показал знак ок.
Чжоу Шиань взял протянутый кем-то микрофон, и ладони у него вспотели еще до того, как он успел запеть.
Зазвучала музыка, и Чжоу Шиань затянул песню под мелодию. Только что гремели диджейские треки, и вдруг зазвучала столь глубокая, пронзительная композиция — все взгляды тут же приковались к Чжоу Шианю, чье лицо покраснело так сильно, будто он сварился на костре словно креветка.
Пел он, впрочем, не так уж плохо.
Чжоу Цьэсин, казалось, подсел на это исполнение и заставил Чжоу Шианя спеть подряд с десяток песен. Шэн Цзинчжоу молчал, а сам Чжоу Шиань не смел отказаться, поэтому ему пришлось продолжать петь с замирающим сердцем.
Зрители, поначалу жаждавшие зрелищ, постепенно потеряли интерес и вернулись к собственным забавам, атмосфера снова оживилась, и только Чжоу Шиань всё так же стоял на месте, продолжая петь, словно бродячий музыкант-певец.
Шэн Цзинчжоу сделал глоток из бокала и бросил косой взгляд на сидевшего рядом мужчину с недобрым выражением лица: было очевидно, что Чжоу Цьэсин намеренно издевается над Чжоу Шианем ради развлечения.
Подобная враждебность выглядела совершенно нелепо. И хотя Шэн Цзинчжоу было всё равно, выставлять это напоказ перед таким количеством людей казалось несколько неуместным.
http://bllate.org/book/28683/3467997
Готово:
