Готовый перевод A Kitten Pops Out of My Phone / Мой кот из смартфона: цифровой небожитель: Глава 10

Сюй Синъе теперь уже безо всяких стеснений свирепо трепал маленького котенка от макушки до хвоста, прогладив его буквально с головы до ног.

Нин Няньнянь безвольно мяукал. В ушах звучал мягкий голосочек крошечного котенка, а от несильных движений рук Няньнянь почти не сопротивлялся — лишь горячие мягкие подушечки лап то и дело легко и ненавязчиво нажимали на его руку.

Сюй Синъе увлекся еще сильнее. Интуитивно уставившись на кошачий животик, он так и норовил зарыться в него лицом. Однако Система не предоставляла ему такую услугу, как погружение головы внутрь, поэтому Сюй Синъе оставалось лишь с сожалением бросить еще пару взглядов, после чего, отступив на второй план, он накрыл кошачий живот своей большой ладонью и принялся яростно накручивать круги.

Нин Няньнянь от такого тисканья совершенно растерялся и уже не мог говорить, лишь бессмысленно издавал жалобные звуки, пытаясь вернуть Бессмертного из состояния внезапного безумия.

Вдоволь насытившись, Сюй Синъе убрал с лица чересчур широкую улыбку и слегка кашлянул, словно снова превращаясь в прежнего мягкого Бессмертного. Но Сюй Синъе знал: стоило ему ощутить мягкость котенка, как обуздать собственную природу станет уже куда труднее.

С улыбкой он помог подняться обмякшему на ковре котенку и заметил, что пучки светло-красного пушка у Нин Няньняня стали будто бы немного темнее. Осторожно разгладив их и заново одев малыша, он нежно спросил: Няньнянь, ты ведь не ушибся только что?

Сюй Синъе впервые в жизни чувствовал себя настоящим зверем в человеческом обличье: он ведь явно сдерживал силу, когда тискал кота, и прекрасно знал, что причинить боль малышу не мог, но после всего всё равно изобразил фальшивую заботу и задал этот вопрос.

Однако у Няньняня не было столь глубоких и сложных мыслей, как у Сюй Синъе. Растерянно поднявшись на ноги и тряхнув головой, он уставился на свою взъерошенную шерстку и остолбенел.

— Н... нет?

Сюй Синъе снова протянул руку. Нин Няньнянь даже не стал уворачиваться: он лишь смотрел, как рука Сюй Синъе медленно опускается ему под шею, сгребая шерстку то слабее, то сильнее.

Нин Няньнянь невольно замурчал, а круглые глазенки сузились в щелочки.

Прежде Сюй Синъе никогда вот так не тискал кошек — он лишь видел, как другие точно так же присаживались на корточки во дворе и гладили бродячих котов, а тем, судя по виду, это безумно нравилось. Вот он и попытался поухаживать за Няньнянем, а обнаружил, что способ и впрямь невероятно действенный: от удовольствия котик перенес весь вес своего тельца прямо на запястье Сюй Синъе.

Долгое время рука Сюй Синъе уже начинала ныть от напряжения, но Няньнянь всё никак не хотел отрываться и, ластясь, просил Сюй Синъе погладить его еще немного.

Сюй Синъе изначально собирался потакать желаниям Няньняня, но его движения вдруг замерли. Передумав, он изобразил на лице затруднение и произнес:

— Но ведь это помешает Няньняню усердно заниматься культивацией. Неужели Няньнянь больше не хочет продвигаться в практике культивации?

Нин Няньнянь широко распахнул глаза и выдал:

— Мяу!

Он ведь еще так хотел продолжать практику культивации, как же всё могло стать настолько серьезно.

Уголки губ Сюй Синъе чуть приподнялись, но он тут же поспешил их опустить, хотя и знал, что Няньнянь не видит его выражения лица:

— Так что теперь Няньнянь может играть со мной в эту игру только самую капельку в день... И к тому же никому другому нельзя позволять трогать Няньняня, иначе это помешает практике культивации!

Зловеще запугав котенка со скрытым умыслом, Сюй Синъе испугался, что переборщил со страшилками, и тут же добавил:

— Пойти, что ли, приготовить Няньняню еду? Что скажешь? Сегодня попробуем то, чего ты еще не ел.

Стоило заговорить о еде, как Нин Няньнянь тут же выбросил все страхи из головы и с безумным предвкушением закивал.

Сюй Синъе испытывал угрызения совести и направился на кухню с мыслью хоть немного искупить вину.

Теперь Нин Няньнянь тоже можно было считать вставшим на путь культивации, и его физические данные заметно укрепились. Тем не менее Сюй Синъе по-прежнему не осмеливался давать ему крупные куски мяса, смертельно боясь повторения острого гастроэнтерита.

Сначала Сюй Синъе отварил куриную грудку, затем оглядел кухню, скользнув взглядом по сухому молоку — разводить его для котенка он не собирался, — взял два яйца, одну морковку и прихватил листик зелени, после чего вернулся к разделочной доске готовить ингредиенты.

Сюй Синъе разобрал куриную грудку на волокна, смешал с яичным желтком, мелко нарезанной половинкой морковки и добавил зелень. В итоге получилось очень полезное на вид кошачье блюдо.

Проверив температуру и убедившись, что еда не обжигает, Сюй Синъе передал порцию котенку.

Нин Няньнянь уже давно потерял терпение, но боялся уйти и разминуться с Бессмертным, поэтому послушно стоял на том самом новом коврике, от скуки пытаясь поймать собственный хвост.

Однако в эту игру нельзя было играть долго: даже у такого обладателя мягкого нрава, как Няньнянь, забава быстро вызывала раздражение на самого себя. Яростно взмахнув хвостом и уставившись на эту шевелящуюся часть тела, он разозлился еще больше, вцепился зубами в кончик хвоста и принялся его покусывать.

Эту сцену как раз застал вернувшийся Сюй Синъе. Он с умилением понаблюдал пару секунд, а в глазах его плескалось чистейшее веселье.

Впрочем, любоваться таким котенком Нин Няньнянь позволил недолго, так как сам уже почувствовал на себе взгляд Бессмертного. Понемногу разжав челюсти и опустив хвост, он поспешил восстановить свой образ в глазах Бессмертного.

— Мх... мх, Бессмертный, это моя техника культивации!

Сюй Синъе бросил взгляд на потемневшую красную шерстку котенка и не стал разоблачать обман, вместо этого с воодушевлением выдав:

— Наш Няньнянь и правда такой старательный комочек шерсти!

Нин Няньнянь одновременно смутился и рассердился:

— Мяу!

Видя, что Няньнянь готов сорваться с места, Сюй Синъе поспешно замолчал, но веселые искорки в глазах еще долго не гасли.

— Иди сюда, Няньнянь, попробуй, понравится ли тебе на этот раз.

Нин Няньнянь был котиком, которого легко задобрить — стоило появиться вкусняшке, как обида испарялась, и он умоляюще уставился на еду:

— Бессмертный, давай побыстрее.

Больше не дразня его, Сюй Синъе переслал только что приготовленную, еще теплую кошачью еду.

Нин Няньнянь наклонил голову и принюхался. Пахло не так соблазнительно, как жареное мясо, но тоже очень аппетитно. Впрочем, сильного голода Няньнянь сейчас не чувствовал, а потому принялся трапезничать неторопливо и с поистине королевской грациозностью.

С тех пор как Сюй Синъе получил возможность прикасаться к котенку, он не отрывал бы от него рук ни на секунду. Видя, как послушно малыш уплетает еду, он снова не удержался и начал гладить котенка, начиная с макушки.

Нин Няньнянь тихонько заурчал, самостоятельно подставляя голову под ладонь Бессмертного.

Наевшись досыта, Нин Няньнянь начал клевать носом, но уходить ему не хотелось, поэтому он по-прежнему сидел на коврике, качая головой. Вскоре сон сморил его окончательно, тело качнулось, и он завалился набок прямо на мягкий ковер.

Сюй Синъе собственными глазами наблюдал, как котенок рухнул набок — к счастью, коврик оказался достаточно мягким.

Он уже было собрался разбудить котенка, чтобы тот вернулся спать в пещеру, как вдруг заметил редкое зимнее солнце, лучи которого падали на землю, окрашивая великолепную шелковистую шерстку малыша в золотистые тона. Тот выглядел донельзя пушистым и теплым.

На губах Сюй Синъе медленно проступила улыбка, и будить котенка он передумал. Для зимы погода стояла просто великолепная, так что котику пойти на пользу погреться на солнышке.

Еще немного понаблюдав за позой спящего котенка, Сюй Синъе с тяжелым сердцем вышел из системы.

Этим вечером у них в общежитии намечалась небольшая вечеринка. Двое соседей по комнате уходили на стажировку, и времени собираться вместе в будущем почти не останется, поэтому прощальный ужин назначили на сегодня.

Сюй Синъе слегка привел себя в порядок, взял телефон и вызвал такси до ресторана.

Чжан Жуйгуан уже прибыл на место и вовсю изучал меню. Заметив фигуру Сюй Синъе, он поспешно поднялся и замахал рукой:

— Шашлычки! Подойди, глянь, что еще заказать?

Сюй Синъе взял меню, но заказывать сразу не стал, окинув взглядом стол:

— А те двое еще не пришли?

Чжан Жуйгуан покачал головой:

— Наверное, в пробке застряли. Давай сначала зажарим чего-нибудь, к их приходу как раз будет готово.

Это заведение работало по полуавтоматической системе: мясо можно было жарить самостоятельно. Все знали, что готовить Сюй Синъе мастер, поэтому ответственное поручение спихнули на него.

Сюй Синъе опустил взгляд:

— Тогда давайте для начала поджарим немного, а когда они подойдут, дозакажем то, что они захотят.

Чжан Жуйгуан усердно закивал.

Сюй Синъе заказал небольшую порцию шашлычков и теперь держал их в руках, точно контролируя жар. Пока он переворачивал шампуры, мысли его уже унеслись к котенку.

Время в игре шло быстрее, и неизвестно, проснулся ли уже Няньнянь. Если он еще не проспался, ночевать на улице — плохая идея, так и простудиться недолго.

Размышляя об этом, Сюй Синъе снова перевернул шампуры в руке и приподнял их проверить: мясо снаружи уже покрылось аппетитной корочкой, внутри оставаясь нежным, а поверхность сверкала капельками золотистого жира. Жар был выставлен идеально.

Сюй Синъе взял со стола зиру с перцем и равномерно присыпал мясо. Не успел он выложить готовые шашлычки на тарелку, как подоспела и остальная парочка.

Сюй Синъе всё еще сидел, уткнувшись в телефон, но после того, как он поджарил для них мяса, друзья были готовы признать его своим отцом на месте — разве станет кто-то возмущаться, что Сюй Синъе пару минут поглазел в экран вместо того, чтобы усаживать их за стол?

Правда, Чжан Жуйгуан проявил жгучее любопытство. Укусив шашлык, он едва не обжегся брызнувшим соком — невероятно ароматным и горячим, — но выплевывать кусок не стал, а, судорожно втягивая ртом воздух, проговорил с набитым ртом, обращаясь к Сюй Синъе:

— Ты опять в ту свою игру залипаешь?

Сюй Синъе кивнул, и Чжан Жуйгуан тут же повернулся к остальным двоим:

— Парни, говорю вам, Сюй Синъе за последние пару дней словно с цепи сорвался — играет в какую-то тамагочи-игру, растит питомца, да еще и мне не показывает!

Сидящие напротив было собрались высмеять Чжан Жуйгуана за выдумки, как вдруг с их стороны стола раздался незнакомый голос. Прислушавшись, они поняли, что говорит Сюй Синъе, и дружно уставились на него с отвисшими челюстями.

Сюй Синъе как раз сюсюкающим тоном произнес:

— Няньнянь, умница, иди спать внутрь, на улице же простудишься.

Чжан Жуйгуан отреагировал первым и торжествующе заявил:

— Я же говорил!

Услышав этот жуткий приторный тон, остальные двое едва не заглянули Сюй Синъе в рот, пытаясь рассмотреть, кто издает такие звуки:

— Охренеть, у тебя и такой навык есть? Голосовой модулятор?

Сюй Синъе бросил на них косой взгляд и отмахнулся, отправляя за шашлыками:

— Я кота спать уложил. Давайте жарьте следующую партию, а пока ешьте холодные закуски.

Те хихикнули и растащили последние шампуры.

Нин Няньнянь пытался затащить в пещеру новое пушистое покрывало, но, видимо, из-за того, что только что проснулся, котенок всё еще покачивался, а ноги разъезжались. Какое уж тут утаскивание покрывала, которое было в несколько раз больше него самого и которое Сюй Синъе изначально планировал постелить у себя дома!

Тогда Сюй Синъе снова принялся уговаривать:

— Няньнянь, давай это покрывало останется снаружи, ладно? Тогда Няньняню будет где поваляться, когда он выйдет погреться на солнышке!

Нин Няньнянь еще размышлял над предложением, однако трое соседей Сюй Синъе синхронно передернули плечами. Чжан Жуйгуан потер собственные плечи, словно по его телу побежали мурашки:

— Терпеть не могу этого Сюй Синъе!

— Раньше и не замечал, что Сюй Синъе бывает таким мягким и терпеливым.

— Да ну нахрен, с девчонками он вообще сущий чурбан, забыл что ли?

http://bllate.org/book/28872/3491363