— Как ты вообще попал на романтическое шоу… В кладовую… А-а.
Вэнь Си издал легкий полувздох, только теперь сообразив, что Сяо Цзиньюй затащил его в чулан, где в воздухе висела легкая взвесь пыли. В крошечное оконце пробивался уличный свет, отчетливо подсвечивая пылинки в воздухе, и Вэнь Си, нахмурившись, уставился на этот луч.
Сяо Цзиньюй тоже мгновенно всё понял. Он снял собственную куртку и набросил ее прямо на Вэнь Си:
— Прости, братец, просто здесь единственное место без камер. Я слишком сильно переволновался и забыл, что у тебя брезгливость. Мы не виделись три года, я просто хотел с тобой поговорить.
Укутавшись в куртку Сяо Цзиньюй, Вэнь Си немного успокоился, и лицо его перестало быть таким бледным.
— Всё, что следовало сказать, было сказано еще три года назад, Сяо Цзиньюй.
Он отвернулся, избегая взгляда Сяо Цзиньюй.
— Братец, почему ты больше не зовешь меня золотой рыбкой? — Сяо Цзиньюй попытался увести разговор в сторону.
— Мы расстались, — в очередной раз напомнил ему Вэнь Си.
Одно лишь прозвище золотая рыбкасколыхнуло в памяти уплывшие на три года назад горькие воспоминания. Он думал, что они с Сяо Цзиньюй больше никогда не встретятся, но никак не ожидал, что небеса решат наказать его вновь.
— Ты и я — мы оба пришли на романтическое шоу в надежде найти подходящего человека и начать новую жизнь. Посмотри вперед, забудь обо мне. Мы не подходим друг другу, никогда не подходили.
Вэнь Си опустил голову, силясь отогнать те обрывки воспоминаний и заглушить бешеный стук в груди.
— Братец! — Сяо Цзиньюй перехватил руку Вэнь Си, явно собираясь сказать что-то еще.
— Я не стану спрашивать, зачем ты так грубо меня поцеловал, и не виню тебя. Я… я пойду на съемки.
Вэнь Си оттолкнул Сяо Цзиньюй, сам распахнул дверь и выскочил наружу.
— Черт, — Сяо Цзиньюй со злости врезал кулаком по стене и выругался про себя.
И это он-то не стал спрашивать зачем? А ведь Сяо Цзиньюй так хотел после трехлетней разлуки предстать перед Вэнь Си зрелым и солидным человеком! Но он жаждал его все эти три года, и теперь, когда любимый человек вновь оказался перед глазами, ему хотелось лишь прижать его к груди и целовать до беспамятства.
Природное влечение — неужто Вэнь Си, с его-то умом, этого не понимает?
— Ой! — едва выйдя за дверь, Вэнь Си нос к носу столкнулся с целым лесом камер, нацеленных на дверь кладовой. Объективы запечатлели каждую детальку: и раскрасневшееся лицо, и слезы на глазах выскочившего из укрытия парня.
Стоило ему показаться, остальные участники тут же уставились на него с живейшим любопытством.
— Вы что, знакомы?
— Тебя ведь зовут Вэнь Си? На тебе случайно не куртка Сяо Цзиньюй?
— Что вы делали там вдвоем? Вы что, и правда знакомы?
Вэнь Си растерянно отступил назад — он совершенно не умел справляться с подобными ситуациями. Нацеленные на него любопытные и пронзительные взгляды окружающих лишь усиливали его чувство вины. Столько людей ждет начала съемок, а он заперся в чулане с бывшим парнем и целовался.
По природе своей Вэнь Си был человеком замкнутым, и от одной этой мысли ему казалось, что окружающие уже насквозь видят его, хотя никто еще толком ничего и не сказал.
Под прицелом бесчисленных софитов Вэнь Си закусил губу. Лишенные помады губы казались еще ярче, лишь сильнее подчеркивая его беспомощность.
А толпа меж тем продолжала шуметь, перебивая друг друга.
— Режиссер, а это пустят в эфир?
— Боже, неужели уже в первом эпизоде будет такая затравка?
— Ну надо же, горяченькое пошло!
Кто-то из толпы внезапно вклинился в разговор, пытаясь выручить Вэнь Си:
— Ну, это смотря как он сам…
Речь оборвалась на полуслове: хрупкие плечи Вэнь Си вдруг обхватила пара горячих и сильных рук. Мгновение спустя он оказался прижат спиной к широкой мускулистой груди.
Вэнь Си ошеломленно задрал голову — это был Сяо Цзиньюй. Лицо у него было холодным и суровым, всем своим видом он давал понять, что шутить с ним не намерены.
— Что именно вы хотите узнать? — холодно бросил он.
Толпа мгновенно смолкла.
Заметив, что парень явно не в духе, режиссер подобострастно шагнул вперед под всеобщими взглядами.
— Ой, да мы же просто подогреваем интерес к шоу! Вы ведь понимаете, правда?
— Понимаю? Да плевал я на ваше понимание! — взорвался Сяо Цзиньюй.
Одной рукой придерживая Вэнь Си за плечо, он заслонил его собой от безостановочно щелкающих камер:
— Стоило мне отлучиться всего на пару минут, как вы тут же принялись его обижать…
— Мы просто знакомые! — Вэнь Си смертельно боялся, что Сяо Цзиньюй наговорит лишнего. Не дожидаясь, пока тот закончил, он поспешно вставил свое слово.
Выглянув из-за спины Сяо Цзиньюй, он робко обратился к режиссеру с пояснением:
— Мы не виделись несколько лет и никак не ожидали встретиться здесь. А только что он так сильно взволновался потому что… потому что…
Вэнь Си не умел лгать, заикнулся на полуслове и дальше продолжить не смог.
Сяо Цзиньюй смотрел, как тот от смущения теребит собственную ладонь, и сердце его сжималось от такой невыносимой нежности, что пришлось вмешаться и договорить за него:
— Я просто задолжал ему сто юаней, когда мы расстались, а потом потерял его контакты. Вот и испугался, что не смогу вернуть долг.
— Да, — кивнул Вэнь Си, отчаянно пытаясь придумать хоть что-то, чтобы придать этой лжи правдоподобности, но из этого ничего не вышло, и его лицо лишь залилось еще более густой краской.
Вылитый спелый персик.
Сяо Цзиньюй опустил взгляд, чувствуя, как во рту снова пересохло. Какой же славный этот персик — стоит лишь чуть-чуть надкусить кожицу, как хлынет сладкий сок, готовый брызнуть в разные стороны. Стоит вдохнуть этот аромат полной грудью, и кажется, будто весь мир вокруг принадлежит тебе одному.
Пока Сяо Цзиньюй предавался этим мыслям, он невольно провел языком по пересохшим губам.Ой, ну надо же, ладно-ладно, — режиссер вроде бы поверил, но, глядя на этих двоих, почучал неладное: потом обязательно нужно будет во всем разобраться.
Давайте-давайте, все в гостиную, сейчас все соберутся, познакомимся, — подзывая всех, второй режиссер вернулся на основную съемочную площадку.
Сяо Цзиньюй и Вэнь Си плелись позади всех. Вэнь Си закусил губу, наблюдая, как Сяо Цзиньюй крепко обнимает его за талию — на руках вздулись вены, сразу видно, что парень зря времени не терял и занимался тренировками.
Он выскользнул из объятий Сяо Цзиньюй:
— Кем ты только что собирался меня назвать?
Сяо Цзиньюй ответил не задумываясь:
— Парнем, конечно. По-моему, лучше сразу во всем признаться, чтобы всякие мухи вокруг тебя не влись. Но раз братец против, то ладно — я послушный, я во всем слушаю братца.
Он опустил голову, глядя на Вэнь Си, и прищурился в улыбке.
— М-м, не говори…
— Тогда назови мне причину, братец, почему мне нельзя об этом говорить? — Сяо Цзиньюй серьезно посмотрел на него. — Только не заикайся про расставание. После того как мы разошлись, у тебя никого не было, так что это место по-прежнему мое.
Он снова пустил в ход свои излюбленные приемы, и Вэнь Си нечего было возразить. Ему оставалось лишь отвести взгляд от серьезных глаз Сяо Цзиньюй:
— Когда преподаватель порекомендовал мне пойти на шоу, он сказал, что я одинок. Если ты заявишь такое, мне придется выплатить неустойку за нарушение контракта…
Сяо Цзиньюй молча смотрел на него какое-то время, а затем вдруг произнес:
— Братец, ты никогда не смотришь мне в глаза, только когда смущаешься или врешь. Раньше, когда ты говорил, то всегда по привычке устремлял взгляд на меня.
— Правда? Я как-то не замечал, — услышав его слова, Вэнь Си почувствовал, как к горлу подкатывает комок горечи. Он бессознательно прикусил кончик языка, чтобы взять себя в руки, и совершенно не знал, что ответить.
— Ну и ладно, все равно во что братец верит, тому и я верю, — Сяо Цзиньюй сам себя успокоил и даже протянул руку, чтобы поправить воротник на плече Вэнь Си.
Вэнь Си поджал губы и отстранился от его руки. Внезапно что-то вспомнив, он, посомневавшись, все же задал вопрос:
— Почему ты пробыл внутри так долго? Что случилось? Там было слишком много пыли, и у тебя начался ринит?
Однако Сяо Цзиньюй бросил взгляд на ушедших вперед людей и с озорной ухмылкой прижался к самому уху Вэнь Си. Горячее дыхание обдало щеку Вэнь Си, и тот мгновенно вспыхнул до самых корней волос.
— Братец так сильно меня завел там, внутри, что, если бы я не перевел дыхание перед выходом, главным поводом для сплетен на сегодняшнем шоу стал бы я, — он глубоко вздохнул. — От братца так вкусно пахнет.
— ! — Вэнь Си широко распахнул глаза и в полном неверии уставился на Сяо Цзиньюй. Этот наглец переходил все границы.
— Сяо Цзиньюй! Хватит нести всякую чушь! Здесь мы в лучшем случае просто друзья по съемочной площадке, — Вэнь Си запаниковал, это было уже чересчур. — Я… я пойду на съемочную площадку.
С этими словами он резко развернулся и убежал.
Сяо Цзиньюй проводил взглядом его удаляющуюся фигуру, и его прежняя развязанная улыбка тут же испарилась. Взгляд мгновенно помрачнел — от прежней послушности не осталось и следа. Он поднял руку и подушечкой пальца провел по нижней губе: там все еще оставался след крови от укушенного Вэнь Си языка и мягкое ощущение его прикосновения.
Он говорил правду, а братец ему не верил.
Когда Сяо Цзиньюй подошел к остальным, те уже устроились на диване и вовсю болтали. Все были взрослыми людьми и прекрасно понимали, зачем пришли на это шоу знакомств, поэтому сойтись им не составляло труда.
Сяо Цзиньюй сел на оставшееся свободным место прямо рядом с Вэнь Си, а его рука легла на спинку дивана за спиной Вэнь Си, образуя жест абсолютной защиты.
Вэнь Си несколько раз попытался отодвинуться, но не смог и в конце концов оставил попытки, лишь скрестил руки на груди, приняв совершенно оборонительную позу.
— Вы наконец-то пришли! О чем вы тут шептались? — первая проявила инициативу и заговорила с Вэнь Си миловидная девушка в желтом платьице.
Вэнь Си вежливо ответил:
— Привет, меня зовут Вэнь Си.
Его серьезное выражение лица рассмешило девушку, и она тоже представилась:
— Меня зовут Вэнь Итянь, я фотомодель. Мое имя не очень легко запомнить, можете просто звать меня Тяньтянь.
— Хорошо, Тяньтянь, — кивнул Вэнь Си, стараясь получше запомнить ее имя.
Сяо Цзиньюй же недовольно подвинулся ближе и шепнул ему на ухо:
— Братец, не называй ее так ласково, я буду ревновать.
Вести себя так бестактно прямо перед камерами… Вэнь Си бросил на него леденящий взгляд исподлобья, призывая вести себя прилично. Но с точки зрения Сяо Цзиньюй, это выглядело так, будто тот сидит с выпрямленной спиной и пай-мальчик пай-мальчиком, а этот робкий и полный смущения косой взгляд пронзил все его тело разрядом тока, доставив невероятное удовольствие.
Наступила его очередь. Он развязно закинул ногу на ногу с дерзкой и лихой уверенностью:
— Меня зовут Сяо Цзиньюй.
Вэнь Си нахмурился и шлепнул его по бедру, напоминая:
— Перестань, некультурно. Тут же девушки сидят.
— Ой…
Сяо Цзиньюй послушно, но с видимым неудовольствием убрал ногу, хотя в душе от восторга у него едва не подпрыгивали брови. Нагло окинув взглядом остальных, он подумал: оказывается, вот каково это — когда о тебе заботится жена. Черная дыра, пустовавшая в его сердце целых три года, наконец-то хоть капельку заполнилась.
Остальные не заметили махинаций Сяо Цзиньюй и тоже принялись наперебой рассказывать о себе.
http://bllate.org/book/28918/3498001
Готово:
