Хватит! — Шэнь Шоуи стукнул тростью о пол и поднял взгляд на сына.
Шэнь Шэннянь сжал зубы, подавляя гнев, и снова опустился на стул.
Папа, ты должен защитить Сяо Ци! Он же старший внук семьи Шэнь, будущий наследник! Если он теперь останется в таком виде, что же станет с семьей Шэнь в будущем?
Жена Шэнь Шэнняня горько плакала в стороне и, глядя на Шэнь Юй, так и норовила броситься на нее и разорвать на куски.
Мама, не печалься, у тебя же есть я, — вовремя подбегла к Чжан Фан Шэнь Фэн и попыталась ее утешить.
Чжан Фан бросила взгляд на дочь и вздохнула: Но ты же бета, какая от тебя польза?
А что не так с бетами? Многие наследники влиятельных семей тоже беты! — возмутилась Шэнь Фэн.
По-вашему, я уже умер? Сплошное — наследник да наследник! Шэнь Шэннянь, ты тоже помер? — Шэнь Шоуи огрел сына тростью по ногам.
Кхе! — Шэнь Шэннянь судорожно втянул воздух, зыркнул на жену с дочерью, а затем перевел взгляд на отца, смиренно и подобострастно произнеся: Папа, не сердись, они просто перепугались до смерти, вот и мелют языком что попало!
Мелют языком то, что на самом деле думают? По-моему, вы оба сошли с ума! — по одному лишь знаку Шэнь Шоуи стоявший за его спиной помощник разложил на столе фотографии.
У вас еще хватает наглости жаловаться? Посмотрите, чем питаются Сяо Юй и ребенок из Семьи Гу? А Сяо Ци к тому же тайком сделал дубликат ключей от квартиры родной сестры — чего он добивается? Что он вообще творит? Совсем стыд потерял? Хочет опозорить всю семью Шэнь? Как на семью Шэнь посмотрит Семья Гу? Что подумает весь Ечэн? Кхе-кхе-кхе... — Шэнь Шоуи так разозлился, что под конец речи зашелся в яростном кашле.
Шэнь Юй оказалась сообразительнее и опередила Шэнь Шэнняня, шагнув вперед, чтобы похлопать старика по спине и помочь ему восстановить дыхание. Вид у нее был на редкость послушный.
Именно эти фотографии она ранее отправила Шэнь Шоуи, и теперь они принесли должный результат.
Дедушка, не сердись, во всем виновата я. Я не хотела ранить старшего брата, но тогда ситуация была критической, мой омега был смертельно испуган, руки в крови, и... меня старший брат тоже оглушил. Я даже не помню, как потеряла сознание и выпустила феромоны, это я во всем виновата, такая бесполезная...
Голос Шэнь Юй становился все тише, она опустила голову, не смея никому смотреть в глаза, и старалась держаться как можно скромнее. Каждая ее фраза звучала как раскаяние, но в то же время превращалась в скрытое обвинение.
Вы только послушайте, до чего вы довели ребенка! — трость Шэнь Шоуи постукивала по полу, пока Шэнь Шэннянь стоял с опущенной головой, вытирая пот.
Т-ты врешь! — Шэнь Ци дрожащей рукой указал на Шэнь Юй, уголки его рта исказились от напряжения. — Это ты... ты ранила меня...
П-правда, меня вырубили, а что было потом — я уже ничего не помню, — Шэнь Юй испуганно вжалась в плечи.
В тот день Шэнь Ци, чтобы провернуть свои грязные делишки, отключил в небольшой квартире даже электрощиток, и камера видеонаблюдения ничего не зафиксировала — сам вырыл себе могилу.
Когда на место прибыли полицейские, оба валялись без сознания, так что Шэнь Юй могла трактовать произошедшее как угодно — все равно никаких доказательств не осталось.
С учетом обстоятельств старик охотнее верил словам никчемной неудачницы, чем привыкшего к вседозволенности старшего внука: они оба полагали, что эта серая мышь слишком труслива, чтобы даже посметь солгать.
Как жаль, что Шэнь Юй не просто умела лгать — ее актерская игра была на высоте.
В конце концов, в прошлой жизни она пробилась с низов из детского дома и стала богачкой, каких только людей и передряг она не повидала?
Опусти руку. Ты и так уже в таком состоянии, а все не успокоишься? — старик бросил на Шэнь Ци суровый взгляд и небрежно бросил: Отправим его за границу, там условия лечения получше.
Шэнь Ци от удивления широко разинул рот: от него что, отказались?
Альфа с покалеченной базой культивации не стоил и ломаного гроша, а омеги и вовсе превосходили его; оставаться в Ечэне значило лишь позорить фамилию Шэнь.
Шэнь Юй чуть приподняла брови: богатые семьи и впрямь невероятно прагматичны и хладнокровны — стоило старшему внуку, в которого столько вложили, превратиться в калеку, как от него избавились, словно от ненужного мусора.
Это невольно вызывало легкую горечь.
Шэнь Шэннянь молча смотрел в пол, лицо его помрачнело, а Чжан Фан еще пыталась замолвить за сына словечко, но один взгляд деда заставил ее замолкнуть. Шэнь Ци был окончательно кончен, и все, что им оставалось — это хотя бы спасти ему жизнь.
Дедушка, не беспокойся, я буду стараться за двоих, внесу свой вклад в процветание семьи Шэнь и верну ей былую славу, я тебя не разочарую, — неожиданно выскочила вперед Шэнь Фэн, выражая преданность, а на ее лице играло странное, возбужденное выражение.
Один брат калека, вторая — абсолютная ничтожность, так что среди младшего поколения семьи Шэнь осталась лишь она одна, способная взять все в свои руки. Наконец-то настало ее время!
Хорошо, Шэнь Фэн — хорошая девочка. Впредь будешь вводить Шэнь Юй в дела компании, поддержишь ее и поможешь прочно закрепиться в высшем кругу — считай, что этим ты выполнила свой долг перед семьей.
Слова Шэнь Шоуивергли Шэнь Фэн в ледяную бездну: как бы усердно она ни старалась проявить себя, старшие никогда не обращали на нее внимания лишь потому, что она была бетой. Ха!
Генеральный Шэнь, вам международный звонок от старшей мисс, — помощник показал Шэнь Шоуи экран с входящим видеовызовом, тот слегка кивнул, и помощник принял вызов.
Отец. — У женщины на экране были серые глаза, типичные для омеги, но именно эта казавшаяся посторонним хрупкой и миниатюрной омега обладала железной хваткой, контролировала зарубежные рынки семьи Шэнь и обеспечивала жизненно важную финансовую артерию клана.
В мире, где альфы и омеги были неравноправны, Шэнь Юй искренне восхищалась тем, что омега смогла добиться такого.
Мм. Не переживай, с Шэнь Юй все в порядке. — На лице Шэнь Шоуи мелькнуло раздражение, но он постарался скрыть его: младшая дочь, хоть и была омегой, держала в своих руках все финансовые рычаги семьи.
Дай мне поговорить с Шэнь Юй. — Тон Шэнь Шэнмэй не допускал возражений.
Шэнь Шоуи махнул рукой, Шэнь Юй сразу поняла его без слов, взяла телефон, развернула камеру на себя и, изобразив на лице легкую робость, позвала в экран:
— Тетя.
Ты в порядке? Шэнь Ци не ранил тебя? — в отличие от прежнего тона, голос Шэнь Шэнмэй звучал мягче, в нем сквозила искренняя забота старших о младших.
Шэнь Юй покачала головой:
— Я в порядке, не заставляй тетю волноваться. — Она нарочно чуть приподняла камеру повыше, чтобы в кадр попал пластырь на лбу.
Ты ранена? Этот Шэнь Ци совсем распоясался! Как он смел тебя ударить! — Шэнь Шэнмэй рассердилась. — Пусть отправляется за границу и больше никогда не возвращается, санаторий здесь я уже договорилась забронировать.
http://bllate.org/book/28936/3505043
Готово:
