— Этот парень только что защитил докторскую, учился долго, опыта в лаборатории у него хоть отбавляй... если тебя не смущает, что он уже в возрасте. К тому же он, как и ты, приехал из Китая...
— У этого очень прочная база теоретических знаний...
...
Гу Чжилань внимательно слушала, попутно делая предварительный отбор.
Когда презентация подходила к концу, Франсису позвонили. Обернувшись, он спросил Гу Чжилань:
— Мне нужно срочно спуститься в лабораторию, чтобы разобраться с небольшим вопросом, пойдешь со мной?
Поскольку её собственный финансируемый мини-проект находился в том же лабораторном корпусе, Гу Чжилань с радостью согласилась, и они вдвоем направились в соседнее здание.
···
Добравшись прямо до большой лаборатории на шестом этаже, Франсис отправилась заниматься своими делами, а к Гу Чжилань приставила студентку-помощницу, чтобы та провела для неё небольшую экскурсию.
Это была огромная комплексная лаборатория, способная одновременно вместить шесть исследовательских групп. Приближались летние каникулы, поэтому здесь не было привычной суеты — работали всего три или четыре группы.
Помощница провела Гу Чжилань вокруг, сделала краткий обзор и перекинулась парочкой слов с руководителями профильных рабочих групп.
После этого девушка отвела её в зону отдыха:
— Это наша общая зона отдыха, здесь абсолютно всем можно пользоваться без ограничений.
Зона отдыха выглядела скромно: помимо кулера с водой и холодильника, здесь стояли лишь два простеньких обеденных стола да комплект мягкой мебели, чтобы сотрудники могли передохнуть. Наверное, для того, чтобы люди лучше расслаблялись, фоном играла легкая музыка.
В центре одного из столов стоял небольшой букет сухих красных цветов, воткнутый в колбу — очевидно, кто-то из исследователей с творческой жилкой поставил его сюда просто так. Впрочем, этот букетик стал единственным украшением в стерильно-белых интерьерах лаборатории.
Именно эти красные сухоцветы привлекли внимание Гу Чжилань. Скользнув по ним взглядом, она невольно перевела глаза с обеденного стула на диван:
На диване вытянулись чьи-то ноги в спортивных штанах, обутые в кеды. Даже в мешковатой ткани штанин угадывались длинные, стройные ноги.
Кеды выглядели до боли знакомо — точь-в-точь как обувь из школьной формы. Нет, это они и были: разве узор на боку не повторял эмблему её родной школы? Если подумать... да и штаны явно были частью школьного спортивного костюма!
Обойдя стол, Гу Чжилань именно так и встретилась лицом к лицу с мирно спавшей на диване Сы Ижань.
Спящая была укрыта по самые плечи белым лабораторным халатом, воротник которого доходил ровно до кончика подбородка. Лицо казалось слегка бледноватым, отчего опущенные ресницы выделялись с поразительной четкостью. Непослушные волосы на макушке, казалось, не стригли уже целую вечность — они торчали в разные стороны, наполовину закрывая один глаз. Бледно-розовые тонкие губы от природы были чуть опущены в уголках, а приоткрытый рот красноречиво свидетельствовал о том, как крепко она сейчас спала.
Одна рука не была укрыта халатом и свешивалась с края дивана, а её пальцы цеплялись за дужку очков.
Честно говоря, Гу Чжилань пришлось моргнуть дважды, прежде чем она признала в этой девушке Сы Ижань. Хотя они были знакомы с трехлетнего возраста, она почти никогда не видела её без очков.Сопровождавший ассистент, увидев эту сцену и не зная, что Гу Чжилань знакома с этим человеком, поспешно пояснила, что тот является исследователем из её же группы и уже сорок восемь часов не возвращался домой, пропадая в лаборатории.
Она уснула меньше часа назад, — тихонько произнесла ассистент. — Ой, надо же, даже очки не сняла, так и уснула.
С этими словами она подошла, аккуратно сняла очки, всё ещё висевшие на руке, сложила их и положила на журнальный столик. Похоже, к подобному зрелищу здесь уже давно привыкли.
Гу Чжилань ответила, что всё понимает и беспокоиться не стоит.
Ассистент предложила:
— Хотите, отдохните здесь или прогуляйтесь где-нибудь? В экспериментальной зоне можно понаблюдать за всем через стекло, главное — им не мешать. Если больше ничего не нужно, я вас оставлю?
— Конечно, идите по своим делам.
Завершив свои обязанности по встрече гостьи, ассистент перед уходом добавила:
— Если что-то понадобится, можете поискать меня у второй группы.
После этого в зоне отдыха остались только Гу Чжилань и крепко спящая Сы Ижань. Хотя фоном тихонько играла музыка, здесь всё равно было слишком тихо — почти отчетливо слышалось ровное дыхание Сы Ижань.
Раньше Гу Чжилань и не думала, что её туфли на высоких каблуках издают столько шума, но в тишине комнаты, где кто-то спал, шаги действительно казались громковатыми, так что лучше было просто сесть.
Диван оказался занят, и Гу Чжилань тихонько отодвинула стул у обеденного стола и присела.
Делать было совершенно нечего, и она бросила взгляд на спавшего мертвецким сном человека — та даже не думала просыпаться от посторонних звуков.
У этого человека напрочь отсутствовало какое-либо представление об имидже: ладно бы в лаборатории в спортивных штанах ходила, так на ней ещё и школьная форма! А эта пара школьных туфель — неужели кто-то действительно носит их как повседневную обувь спустя шесть лет после выпуска?
Углки губ Сы Ижань были заостренными и слегка опущенными вниз, из-за чего в несмеющемся состоянии она выглядела особенно сурово. Впрочем, во сне эти суровые губы время от времени подрагивали — интересно, ей снится, как она что-то ест, или как она с кем-то разговаривает? Выглядело это довольно комично.
Спящая шевельнулась, сменив позу на боку, и свернулась калачиком. Когда она перевернулась, белый халат, которым была укрыта, напоследок соскользнул вниз — к счастью, под ним оказалась вовсе не школьная форма, а самая обычная толстовка.
Сорок восемь часов без сна? Вот это упорство! Впрочем, неудивительно, эта девчонка и раньше училась с невероятным усердием.
Гу Чжилань огляделась по сторонам: никто на них не обращал внимания, похоже, свободной от дел оставалась только она одна.
Поколебавшись немного, она всё же встала, подошла, подняла упавший почти целиком белый халат и аккуратно укрыла спящую. Очень осторожно, стараясь даже не прикоснуться, чтобы точно не разбудить.
Сы Ижань шмыгнула носом, разумеется, не проснувшись, но устроившись явно с большим комфортом.
Гу Чжилань просто скрестила руки на груди и, глядя на нее свысока, подумала о том, что преданность делу — это, конечно, прекрасно, но при таком безумном ритме надолго её не хватит.
Затем она на цыпочках, как можно тише, подошла к музыкальному проигрывателю, выключила музыку и только после этого вернулась к обеденному столу.
Когда профессор Франсис, разобравшись со своими делами, подошел позвать её, Гу Чжилань знаком попросила его говорить потише, указав на спящего человека.
http://bllate.org/book/28978/3508949
Готово:
