Готовый перевод Donggou Lane: Blue Green Yellow Red / Эхо переулка Дунгоу: Спустя годы: Глава 2

Соус можно сказать был секретным рецептом Цяо И, ведь обычно в лавке за кухню отвечали только они двое. Они готовили исключительно раков, а сезон выдавался жарким лишь дважды в год. Сегодня Ли Юйтун отсутствовал, так что Цяо И пришлось вертеться одному. К счастью, заведение было небольшим, да и когда народу набивалось много, спешить было некуда, так что он вполне справлялся.

Он передал тарелку официанту, а сам всё еще стоял на кухне. Прикрывшись дверным косяком, он видел, как Ли Хао стоял к нему спиной, пока блюдо с раками аккуратно ставили на их стол. Четверо человек о чём-то оживленно беседовали, надевали перчатки и принялись за еду.

Знал бы — добавил побольше перца, подумал он.

Местные жители предпочитали пресную еду, и приправы в лавке были скорее сладковато-пряными, но семья Ли приехала издалека и любила поострее.

Цяо И прислонился к дверному косяку. Вытяжка гудела, и этот ровный гул уносил его мысли далеко прочь. Пользуясь моментом затишья, он мысленно возвращался к только что произошедшей встрече: это действительно был Ли Хао, они снова увиделись.

Испытывал ли он злость? Да, пожалуй. Но куда сильнее было чувство обиды. Ему хотелось спросить Ли Хао, почему тот много лет назад ушел без прощания; хотелось спросить, как он жил все эти годы; хотелось спросить, что значило то сегодняшнее оклик. На языке вертелось бесчисленное множество вопросов, но Цяо И отвел взгляд — у него больше не было храбрости задать их вслух.

Ближе к часу ночи Цяо И отпустил официанта домой, сам сменил воду у раков, переоделся и стал собираться.

Он заметил, что Ли Хао по-прежнему стоял на том самом месте, где он сам давал ему сигарету. Тот не сидел на скамейке и не копался в телефоне; ночная темнота скрывала выражение его лица, он просто стоял там, а у его ног выстроился ряд горшков с кактусами.

Цяо И решил, что дело наверняка в сегодняшнем отсутствии Ли Юйтуна: он так сильно устал, крутясь в одиночку, что даже мозги отказывались соображать.

Он наугад вытащил из холодильника бутылку пива, сделал пару больших глётков, тут же погасил свет и толкнул дверь.

Маленький фонарь у входа в переулок исправно выполнял свою работу, и в его тусклом свете Цяо И направился из полумрака к Ли Хао.

— Почему ты пришел сегодня?

Ли Хао выпрямился лицом к Цяо И, но в его позе не было ничего давящего — наоборот, он держался непринужденно и ответил:

— Недавно устроился на работу неподалеку, заглянул познакомиться с коллегами, выхожу на смену только в сентябре.

Цяо И сделал еще полшага вперед:

— Как ты… жил все эти годы?

Ли Хао посмотрел на него очень мягким взглядом:

— Без тебя хорошей жизнь не назовешь.

Сделав последний полушаг, Цяо И остановился прямо перед Ли Хао. Одной рукой он прижал Ли Хао к стене, а в другой сжал бутылку пива:

— Почему ты прервал со мной связь на столько лет?

В молчании они перебрались к столу. Перекладина пластикового табурета оказалась ненадежной, Цяо И наступил на нее ногой, и она с сухим треском сломалась.

Ли Хао молча вытащил из стопки еще два стула, на один сел сам, а второй протянул Цяо И. Цяо И проигнорировал его и брать не стал.

Ли Хао забрал у него недопитую бутылку и, ничуть не брезгуя, прямо из горлышка сделал большой глоток, после чего неторопливо заговорил:

— Больше так не делай.

Алкоголь затуманил мысли, и Цяо И почувствовал, что немного захмелел. Голова у него была слабая, и сколько бы стресса ни выпадало на его долю в последние годы, к табаку и алкоголю он не прикасался. Услышав слова Ли Хао, он нашел их нелепыми и подумал: неужели тот следил за ним круглые сутки? Но он еще не забыл главную цель и продолжил допытываться:

— Тогда… почему? Только потому, что ты знал, что я…

Последнюю половину фразы он проглотил. Ли Хао поддержал его за плечи, помогая стоять ровно, и ответил:

— Родители решили переехать в спешке, времени предупредить тебя не было.

Цяо И усмехнулся: с первого же слова было ясно, что это отговорка, и он ей не поверил.

Фонарный столб двоился, расплываясь в световые пятна. Они сидели друг напротив друга, и вокруг снова воцарилась тишина.

Цяо И показалось, что эти пятна режут глаза — они светили намного ярче, чем в детстве, отчего защипало в уголках глаз. Тогда он перевел взгляд на те самые кактусы: все они были подобраны им на улице, когда он только открывал лавку. Он специально купил для них горшки и обзавелся перчатками, чтобы рассадить. Что тогда сказал Ли Юйтун? Страдаешь от безделья.

Точно, он заявил, что Цяо И мается дурью: самому жрать нечего, а он возится с цветочками.

Цяо И вдруг подумал, что и сегодняшний разговор с Ли Хао — чистой воды маия дурью. Приходится слушать, как Ли Хао сочиняет ложь, чтобы его успокоить, а у самого не хватает духу разоблачить его и докопаться до правды. И какой во всем этом смысл?

Проработав всю ночь, Цяо И ужасно устал, а алкоголь лишь усилил накатившую сонливость. В полудреме он почувствовал, как Ли Хао потряс его за плечо, спрашивая:

— Помнишь тот кактус, который мы подобрали? Я до сих пор о нем забочусь, как-нибудь зайдешь посмотреть?

Тело перестало подчиняться, и Цяо И машинально кивнул. А затем… он увидел, как добавил Ли Хао в Вичате.

Сквозь рассветную дымку пробивались лучи света, на дороге постепенно прибавлялось машин.

Опасаясь, что Цяо И напился и не сможет разобрать дорогу, Ли Хао настойчиво предлагал проводить его до дома. Цяо И не согласился и, словно вымещая на ком-то злость, отмахнулся от его руки, бормоча под нос:

— Не нужно меня провожать, и не смей гадать, где я живу.

С этими словами он зашагал вглубь переулка.

Ли Хао лишь усмехнулся про себя: раз тот всё еще жил в этом переулке, то мог снимать только прежнюю квартиру. Ему и не нужно было ничего объяснять — он прекрасно помнил, сколько шагов от входа до подъезда и сколько ступенек ведет с первого этажа на второй.

В старых домах звукоизоляция была никудышной, поэтому он тихонько подождал у входа в подъезд, пока не услышал два щелчка закрывающихся дверей — первый принадлежал старой железной противовзломной двери, а второй внутренней деревянной. Только тогда он успокоился, развернулся и ушел.

Солнечный свет очертил вокруг его фигуры мягкий золотистый контур.

На следующий день, когда Цяо И выкарабкался из постели, солнце уже стояло в самом зените.

Вернувшись домой прошлой ночью, он не вынес въевшегося запаха гари и масел, поэтому через силу принял быстрый душ, а затем рухнул на кровать и провалился в сон без задних ног. Лишь взглянув теперь на экран телефона, он внезапно пришел в себя: он ведь снова встретился с Ли Хао, да еще и добавил его в контакты!

Цяо И растерянно уставился в окно, не зная, что и чувствовать.

Когда-то он был влюблен в Ли Хао, и признание в чувствах у них, пожалуй, тоже было — во всяком случае, ничем определенным оно не закончилось.

В тот летний день по окончании школы он, как обычно, вернулся в переулок и обнаружил, что дом семьи Ли опустел, а Ли Хао не оставил ему ни единой записки.

Он злился, он был разочарован, но со временем всё это превратилось в невысказанную тоску, которая тонкими нитями вплеталась в саму жизнь. Он в одиночку заключил с Ли Хао негласный договор: дождаться дня новой встречи, и тогда, даже если тот возненавидит его за эти чувства, потребовать ответа во что бы то ни стало.

Вот только правда оказалась совсем не такой, какой он ожидал.

Из маленького спального окна как раз открывался косой вид на вход в лавку. Кактусы по-прежнему стояли на прежнем месте, но на конце этого ряда появилась темно-зеленая пивная бутылка — молчаливое напоминание о том, что всё случившееся вчера было правдой.

http://bllate.org/book/29033/3529918