К тому времени, как наступил понедельник, Гарри и сам начал опасаться за своё душевное здоровье. Он был готов признать, что совершенно ничего не смыслит в младенцах, Оклюменции, Драко, Снейпе, крестражах, Волан-де-Морте и в своих друзьях — ни в чём из этого. Раньше ему казалось, что он выжат до предела, но он заблуждался на сей счёт самым полным образом.
Тетя Петуния помогала лишь до определённого предела. Как только она пришла к выводу, что Драко не представляет опасности — к выводу, который она сочла для себя весьма рискованным, — она отказалась оказывать хоть какую-то помощь в его присутствии. В обычное время это было бы еще полбеды, пусть даже она изредка делала лишь самую малость, вернувшись к своему привычному отношению к Гарри. Когда же дядя Вернон находился дома, о какой-либо скрытой помощи не могло быть и речи.
Гарри хотел почитать книги по Оклюменции, но чтение не шло. У него практически не оставалось времени, когда он не был бы привязан к Виктории. А когда выдавалась свободная минута, буквы плясали перед глазами просто потому, что от усталости он уже не мог читать. В пятницу Драко выглядел до крайности ожесточенным и угрюмым, и пробыл совсем недолго — заглянул лишь для того, чтобы отметиться.
Гарри нахмурился, осознав, что слово отметиться звучит на удивление точно. Драко словно являлся на перекличку к Гарри, давая понять, что он всё ещё здесь и в какой-то мере готов проводить время с Гарри. Значит ли это, что Драко действительно перешел на другую сторону?
Он покачал головой, не имея ни малейгаго понятия. Он понятия не имел, что заставило его в первую очередь начать сотрудничать с Драко. И уж точно не знал, почему продолжает это делать.
Размышления о Снейпе вызывали у него точно такое же чувство беспомощной растерянности. В данный момент он просто не был способен мыслить ясно и здраво.
У него почти не оставалось возможностей подумать о крестражах: сознание каждый раз автоматически отступало, стоило этому слову всплыть в памяти. Мысли о Волан-де-Морте лишь раскалывали голову от боли. На самом деле ему требовался отдых — даже когда он спускался вниз позавтракать, он успевал обменяться с тетей коротким взглядом, пока дядя Вернон рассуждал о недавних трагедиях, описанных в газетах.
Что-то должно было измениться. Эта малышка ему нравилась, но он так больше не мог. Он не был в состоянии одновременно ухаживать за ней и спасать мир.
Когда Драко появился снова, Гарри шагал туда-сюда по комнате, прижимая к груди плачущего младенца. Едва тот переступил порог, Гарри тут же сунул Викторию ему в руки. Это застало Драко врасплох, но Гарри было совершенно всё равно. Сплавив ребенка, он тут же рухнул на кровать и уткнулся лицом в подушку.
— Поттер! Что с ней? — встревоженно спросил Драко.
Гарри что-то невнятно буркнул, но сообразил, что Драко его не поймет. Он оттолкнул подушку.
— Тетя Петуния говорит, у нее, наверное, режутся зубки. Так что она всё время слюнявит всё подряд, ну и остальное тоже, — добавил он. — Я дал ей лекарство, но оно помогает совсем ненадолго, а потом она начинает орать опять, — обессиленно произнес он.
— Ты не можешь сделать что-нибудь еще? — с беспокойством спросил Драко.
— Откуда я знаю! — повысил голос Гарри. — Тетя Петуния велела дать ей пожевать влажное полотенце, вроде бы это немного помогает. Но десны у Виктории болят, мамы рядом нет, и она прицепилась ко мне. Я сам уже на пределе.
Его покрасневшие, умоляющие глаза уставились на Драко.
— Я чертовски устал, — взмолился он. — Я не могу ей помочь. Всё, что я делал последние два дня, — это носил ее на руках. Только так ее удавалось успокоить.
— Она что, всё время так орет? — спросил Драко.
Гарри нахмурился, глядя на ребенка.
— Вообще-то нет, — признал он.
Тяжело вздохнув, он заставил себя подняться с кровати и протянул руки, забирая девочку обратно. Плакать она не перестала, но стала чуть тише.
— Она привыкла к тебе, — мягко сказал Драко.
— Но я не вывожу, — взмолился Гарри. — Я понемногу схожу с ума.
Драко криво усмехнулся:
— Ты и так сумасшедший, Поттер.
Гарри рявкнул на светловолосого юношу, и Драко отступил на шаг, улыбка мгновенно исчезла с его лица.
— Чего ты от меня хочешь? — спросил Драко.
— Понятия не имею! — раздраженно бросил в ответ Гарри.
Он продолжал мерить комнату шагами еще минут двадцать, пока детский плач не стих до редких всхлипываний и икоты. Он осторожно опустился вместе с ней на кровать; малышка прижалась к нему и утомленно заснула.
Гарри закрыл глаза, наслаждаясь временной тишиной. Он вздрогнул, когда Драко снова заговорил полушепотом:
— Ты что, тоже уснул?
Полусонный Гарри приоткрыл глаза.
— Почти, — раздраженно бросил он. — Прежде чем ты разинешь свою вонючую пасть.
Драко вновь криво улыбнулся, возвращая себе самообладание.
— Хотел бы я раздобыть для тебя домового эльфа, — произнес он. — Это помогло бы ухаживать за ребенком.
— Еще бы, — пробормотал Гарри.
Драко бросил на него сердитый взгляд, но возражать не стал.
— Я не могу его тебе дать, потому что остальные тут же прознают.
Гарри осторожно опустил Викторию, приподнялся и нахмурился.
— Домовой эльф действительно может помочь с ребенком?
— Разумеется, может, — ответил Драко.
Гарри одарил его злым взглядом.
— С чего бы мне это знать? Я вообще-то вырос в другом месте, если забыл?
Драко с каменным лицом окинул комнату любопытным взглядом.
— Почему здесь совсем не похоже, что ты тут живешь? — спросил он.
Гарри закрыл глаза. Он вовсе не собирался объяснять светловолосому парню, что до поступления в Хогвартс у него вообще не было своей комнаты.
— Не хочу об этом говорить, — бросил он. — Я спрашивал про домового эльфа.
Открыв глаза, он заметил, что Драко снова хмурится. Но тот не стал развивать тему, вернувшись к разговору об эльфах.
— Домовые эльфы стремятся быть полезными. Если он у тебя появится, то поможет приглядывать за Викторией, и тогда ты сможешь хоть немного поспать, раз уж больше ни на что нет сил, — пояснил он.
Гарри помрачнел, уловив в тоне Драко презрение к домовым эльфам, но, подобно самому Драко, сумел удержаться от комментариев. Он так устал, что был готов рассмотреть даже идею с домовым эльфом, решительно отгоняя от себя праведные нравоучения Гермионы.
Вообще-то у него уже был один домовой эльф, но от одной мысли о том, чтобы подпустить Кикимера к Виктории, его бросало в дрожь. Впрочем, приходилось признать, что сам Кикимер, пожалуй, счел бы это за честь — он ведь вечно рассыпался в похвалах Драко. Гарри сам нахмурился своим мыслям. Он ни за что не подпустит к ней Кикимера.
Добби вечно превозносил Гарри, и тот не сомневался, что Добби выполнит любую его просьбу, но от мысли о постоянном присутствии Добби толку для безопасности Гарри и Виктории не прибавилось бы. Он был уверен, что лучше от этого не станет.
Внезапно в его голове всплыло имя Винки. Разве не она приглядывала за Краучем, когда тот еще был ребенком? Уж Мерлин знает, насколько она была преданна. Гарри нахмурился: раньше она принадлежала одной семье, но теперь оказалась выброшена на улицу. Даже получив работу в Хогвартс, она так и не смогла прийти в себя. Ей была нужна семья, которой она могла бы принадлежать.
— Как привязать к себе домового эльфа? — неожиданно спросил Гарри. — Можно привязать домового эльфа к младенцу?
Драко посмотрел на него так, будто у того выросло вторую голову.
— Во-первых, ты нигде не найдешь домового эльфа. Они принадлежат древнейшим и богатейшим семьям. Во-вторых, поскольку они принадлежат роду, ты не можешь привязать их к младенцу. Чьим приказам они тогда должны подчиняться?
Гарри как раз этого и опасался; ему не нравилось отношение Драко к домовым эльфам, но он понимал его доводы насчет привязки к младенцу.
— Но это же временно, — рассеянно проговорил Гарри. — Я не могу привязать к себе еще одного домового эльфа. Если я это сделаю, Гермиона меня убьет.
— Еще одного домового эльфа? — переспросил Драко.
Гарри закатил глаза.
— Ага, у меня уже есть один, который готов при любой возможности распевать тебе дифирамбы, — с отвращением бросил он.
Драко с удивлением приподнял бровь:
— Я ему нравлюсь?
— Не советую гордиться этим особо сильно, — ответил Гарри. — Он та еще мерзкая тварь. Я бы не доверил ему Викторию, даже отправься я в сам ад.
Драко открыл было рот, чтобы ответить, но тут же захлопнул его. Гарри даже не заметил.
— Но мне нужна помощь. Я просто не вывожу эту ношу, — вслух рассуждал Гарри, озвучивая собственные мысли. — Раньше я не мог уснуть, а теперь это и вовсе исключено. У меня слишком много дел. Я не могу таскать с собой ребенка, но и оставить ее одну нельзя.
Он моргнул и снова посмотрел на Драко. — Ты уверен, что я не могу отвезти Викторию к Уизли? Уж они-то наверняка о ней позаботятся.
Брезгливой усмешки Драко хватило бы за глаза в качестве ответа, но он подкрепил ее словами:
— Если они узнают, что она моя, как по-иному, по-твоему, всё обернется? — выпалил он.
— Они не станут причинять вред беззащитному младенцу, — возразил Гарри, не укладывая в голове мысль, что Драко мог думать иначе.
Драко закатил глаза.
— Да, но они сделают всё возможное, чтобы я больше никогда ее не увидел, — заявил он.
— Оу, — протянул Гарри. Что ж, по крайней мере, думал Драко вовсе не об этом.
Драко презрительно фыркнул.
— Не то чтобы я считал их детоубийцами, но я ни на секунду не сомневаюсь, что они пустят в ход любые средства, лишь бы забрать ее у меня, — сказал он.
Гарри потер лицо, словно пытаясь стереть усталость и разочарование.
— Я не справлюсь один, Малфой, — устало произнес он. — Ты требуешь от меня слишком многого.
— Поттер, если я верну ее назад, Темный Лорд узнает об этом и, вполне вероятно, убьет ее, — взмолился Драко. — Я не могу вернуть ее, но и потерять не могу.
Плечи Гарри поникли, он закрыл лицо руками. Они участвуют в чертовой войне. Странные и безумные вещи будут происходить и дальше.
Приняв решение, он выпрямился.
— Ты так и не ответил. Ты знаешь, как привязать домового эльфа? Кажется, я не могу рисковать и оставлять ее без привязи, пока она сама этого хочет. Слишком много секретов нужно хранить.
Драко медленно кивнул.
— Думаю, ты не хочешь, чтобы тебя здесь опознали, поэтому предлагаю тебе сейчас спрятаться в вон том шкафу, — сказал Гарри, указывая на другую сторону своего гардероба.
Драко поморщился, но послушался Гарри и забился в шкаф, разделяя пространство со старыми вещами Дадли.
— Кикимер!
Раздался громкий хлопок, и перед ним возник Кикимер.
— Хозяин звал меня? — вопросил тот, отвесив традиционный поклон и злобно зыркнув на Гарри.
— Да, мне нужно, чтобы ты привел ко мне Добби, — спокойно произнес Гарри. Ему стоило немалых трудов не обругать это создание, но он старался следовать советам Дамблдора относиться к нему добрее.
— Тот самый, что таскается за смазливым мальчишкой Малфоем, — пробормотал Кикимер. — Я бы предпочел называть хозяином того мальчишку Малфоя.
— Да-да, — оборвал его Гарри, прекрасно зная, что Драко сидит в шкафу всего в нескольких футах от них. — Больше не хочу слушать твои оды достоинствам Малфоя. — Он глубоко вздохнул. — Сходи за Добби, пожалуйста, а потом можешь возвращаться к своей работе в Хогвартсе.
— Кикимер должен повиноваться хозяину, — пробурчал тот и вновь исчез. Спустя пару секунд на его месте появился Добби.
— Гарри Поттер ищет Добби? — спросил Добби, и его глаза наполнились слезами радости.
— Да, Добби, ради меня возьми себя в руки, ладно? — взмолился Гарри. — Не стоит так сильно переживать.
— Гарри Поттер обращается ко мне с просьбой, — с блаженным вздохом произнес Добби.
Гарри запустил пальцы в волосы: домовые эльфы вечно сулили ему сплошные неприятности. Он должно быть спятил, раз вообще задумался об этом.
— Добби, как там Винки? — осторожно спросил он.
Выражение лица Добби померкло.
— Винки нехорошо, Гарри Поттер. Винки все еще хочет иметь семью.
Это было именно то, на что надеялся Гарри, но от осознания того, к чему он собирался вести разговор, ему все равно стало не по себе — он понятия не имел, как отреагирует Добби.
— Думаешь, Винки согласилась бы привязать себя ко мне? — осторожно поинтересовался он.
Добби разразился истерическими рыданиями.
— О, так Гарри Поттер знает! — всхлипывал он. — Он даже готов помочь Винки. Гарри Поттер — великий волшебник!
— Добби! — резко оборвал его Гарри.
Добби немного успокоился, но продолжал шмыгать носом, восторженно глядя на Гарри. Гарри глубоко вздохнул.
— Добби, я знаю, что ты хочешь быть свободным. Мне немного странно, почему ты так обрадовался, узнав, что я хочу привязать Винки.
— Все домовые эльфы разные, — с энтузиазмом заявил Добби. — Добби хочет быть свободным, но Винки от этого горько. Для нее было бы великой честью снова обрести семью.
— Не мог бы ты попросить Винки прийти сюда? — попросил Гарри.
— О, Гарри Поттер сказал Добби пожалуйста! — завопил Добби, и его глаза снова наполнились слезами. — Гарри Поттер так добр!
Добби исчез, и Гарри с облегчением услышал радостное хмыканье из шкафа.
Он еще не успел и слова сказать, как Добби появился снова, волоча за собой Винки. Винки выглядела еще более несчастной и падшей духом, чем во время их последней встречи.
— Спасибо, Добби, — сказал Гарри.
— Всё ради Гарри Поттера, сэр, — весело откликнулся тот.
Гарри испытал огромное облегчение, увидев, как Добби исчез с хлопком. Он был благодарен за антишумовые чары, наложенные на комнату, иначе тетя Петуния наверняка бы заинтересовалась, чем он тут занимается, раз издает столько шума.
— Эм, Винки? Я знаю, что ты немного расстроена после потери прежнего хозяина, — нерешительно начал он.
Она лишь печально посмотрела на него, и слезы покатились из ее огромных глаз.
Гарри вздохнул.
— Знаю, ты думаешь, что это отчасти моя вина. — Он замолчал, пытаясь сообразить, действительно ли он хочет пойти на это. — Но я хотел узнать, не согласилась ли бы ты привязать себя ко мне? — выпалил он на одном дыхании.
Ее глаза стали просто невообразимо огромными.
— Гарри Поттер согласен дать Винки новую семью? — спросила она.
— Ну, э-э, вроде того, — заикаясь, ответил Гарри. — Э-э, на самом деле — только ко мне, — неуклюже признался он. — Но мне вечно нужна помощь, — быстро добавил он, готовый поклясться, что расслышал из шкафа еще одно довольное хмыканье.
Она внимательно вглядывалась в него, но в ее глазах мерцал огонек надежды, а уши зашевелились.
— Винки готова помочь, — тихо произнесла она. — Добби очень уважает Гарри Поттера, сэр.
— Ты, э-э, умеешь ухаживать за младенцами? — спросил Гарри.
— Винки любит младенцев, — ответила она голосом, в котором звучало больше жизни, чем когда-либо на памяти Гарри. — Гарри Поттер знает, что Винки отлично заботилась о своем прежнем хозяине.
— Да, отлично, — пробормотал Гарри.
Лицо Винки вновь помрачнело.
— Хозяин был плох, но Винки делала всё, что могла, — с грустной, но непоколебимой гордостью произнесла она.
Гарри грустно улыбнулся ей.
— Я не сомневаюсь в твоей верности, Винки, — сказал он.
Она робко улыбнулась в ответ, и Гарри был признателен за то, что она не была столь чересчур восторженной, как Добби.
— Я не знаю, сколько времени это займет, но прямо сейчас у меня на руках младенец, о котором нужно заботиться, — пояснил Гарри. — Мне нужна твоя помощь. Кто-то, кому я мог бы доверять.
— И в обмен Гарри Поттер дарует Винки привязь? — переспросила она, и крупные слезы покатились по ее щекам. Она всхлипнула своим помидороподобным носом. — Навсегда? Даже если Гарри Поттер больше не будет нуждаться в том, чтобы Винки присматривала за младенцем?
Гарри глубоко вздохнул. Он не мог сказать, что понимает всё до конца, но знал, как это важно для Винки. Он также знал, что Гермиона, узнай она об этом, наверняка его прикончит.
— Да, — ответил он.
Винки издала радостный визг, заставивший Гарри вздрогнуть. Он был благодарен Драко за то, что тот догадался наложить на кровать антишумовые чары, иначе Виктория давно бы проснулась.
— Винки очень-очень счастлива! — возбужденно завизжала она. Впрочем, до уровня восторгов Добби ей всё же было далеко.
— Э-э, пока мы находимся здесь, но у меня есть дом, хм, который, пожалуй, требует немало работы, — сказал он.
— Винки обо всем позаботится! — воскликнула она.
— Ладно, тогда... если ты уверена? — с необычной для себя неуклюжестью переспросил Гарри. Это явно выходило за рамки его привычного опыта.
— Да, Винки абсолютно уверена, — чинно ответила она.
— Малфой, — позвал Гарри.
Драко вышел из шкафа, с любопытством разглядывая домового эльфа. Винки испуганно воззрилась на него в ответ.
Гарри вздохнул.
— Ничего страшного, Винки. Я не умею проводить привязь, он поможет.
Ее огромные, полные страха глаза переметнулись на Гарри, но она промолчала.
Драко закатил глаза.
— Ты ведь и правда мастер подбирать всякую брошенку, Поттер, не так ли?
— Заткнись, Малфой, — бросил Гарри, но беззлобно. — Давай покончим с этим поскорее.
— На самом деле это просто, — лениво проронил Драко. — Ты начинаешь привязь, а домовой эльф завершает остальное с помощью своей магии. Запомни, большинство из них сами этого жаждут.
Гарри через силу кивнул. Это был еще один поступок, в реальность которого ему с трудом верилось. Драко подсказывал Гарри слова заклинания, а Винки тем временем проводила оставшиеся этапы ритуала привязи. Спустя пару минут вспыхнула яркая вспышка — всё было закончено.
— Ты обзавелся еще одним домовым эльфом, Поттер, — весело протянул Драко. — Ты делаешь большие успехи.
— Заткнись, Малфой, — раздраженно отозвался Гарри. Он искренне надеялся, что не пожалеет об этом.
— Винки, это Виктория, — произнес Гарри, наконец переведя внимание эльфа на спящего на кровати ребенка. — Теперь она твоя, э-э, главная забота. В те часы, когда ты не будешь занята ею, полагаю, ты сможешь помогать в Хогвартсе. Здесь для тебя делать действительно нечего. Когда мы приведем в порядок тот дом, всё немного изменится.
Винки радостно кивнула, ее уши возбужденно затрепетали. Гарри ни капли не сомневался, что в следующий раз она предстанет перед ними чистой и опрятной.
— Мм, только никому не говори, что ты привязала себя ко мне или что у меня здесь ребенок, — предупредил Гарри. — Пока что это должно оставаться в тайне. Если кто-то спросит, можешь сказать, что по-прежнему работаешь в Хогвартсе.
Гарри взглянул на Драко.
— И особенно никому не упоминай, что видела Малфоя со мной, да и вообще забудь, что видела его, — добавил он.
— Да, хозяин, — бодро отозвалась она.
Гарри поморщился. Почему-то из ее уст это прозвучало совсем не так, как когда его так называл Кикимер, ведь он знал, что Кикимер на самом деле думает иначе.
— Думаю, я не могу просить тебя называть меня просто Гарри, а не хозяин?
Ее глаза округлились еще сильнее.
— О нет! Это невозможно! Но Винки может называть вас Гарри-хозяин, — предложила она.
— Пусть будет так, — вздохнул он. Он был практически уверен, что лучше варианта ему не добиться, да и спорить с домовым эльфом было бесполезно. Как ни странно, он знал, что это обрадует Винки, так что позволил ей называть себя так.
— Думаю, теперь ты можешь возвращаться в Хогвартс, — сказал Гарри. — Когда Виктория проснется или что-нибудь случится еще, я тебя позову.
— Винки будет ждать наготове, хозяин Гарри, — произнесла она и растворилась в воздухе.
— Чьим она была домовым эльфом? — спросил Драко, усаживаясь на письменный стул.
— Я не могу тебе сказать, — устало вздохнул Гарри.
Драко не выглядел рассерженным.
— У тебя прямо мания подбирать бездомных, да? — заметил он.
— Я ведь в каком-то роде приютил и тебя, — согласился Гарри.
Драко выпрямился и уставился на него.
— Я не про себя! — раздраженно бросил он.
Гарри равнодушно пожал плечами:
— Почти то же самое.
— Я тебе не бездомный щенок, Поттер, — с презрением фыркнул Драко.
— Ой, брось, Малфой, говори что хочешь, — обессиленно отозвался Гарри. — Это моя вина — решил, будто раз ты явился на мой порог, то тебе нужна помощь.
Драко продолжал сердито смотреть на него, но Гарри не обращал внимания. Ему не хотелось ссориться. Судя по всему, Драко и сам начал понимать справедливость слов Гарри, нравится ему это или нет.
— И что теперь делать? — наконец нарушил затянувшееся молчание Драко.
— Я не знаю, — медленно произнес Гарри. — По крайней мере, я нашел нам того, кто поможет присматривать за Викторией. Возможно, если мне удастся поспать, я снова смогу начать думать.
Следующие несколько дней выдались для Гарри гораздо более спокойными. Не идеальными, но намного лучше. Он все еще уставал, но больше не балансировал на грани полного изнеможения. И все же оставались моменты, когда он задавался вопросом, не находится ли он на грани нервного срыва.
Он то и дело подвергал сомнению собственный рассудок.
Сейчас он думал о том, не сошел ли он с ума раз и навсегда, раз решил попросить Драко помочь ему освоить Оклюменцию. Просить о помощи Драко — это какое-то безумие. Гарри помнил, как Снейп каждый раз вторгался в его воспоминания, и было слишком много такого, чем ему совсем не хотелось делиться с Драко. Он мягко усмехнулся про себя. С другой стороны, делиться этим со Снейпом ему тоже не улыбалось, но тот, очевидно, был единственным, у кого Гарри мог попросить помощи в этом вопросе.
Книга оказала на него поистине колоссальное влияние. Гарри снова начал проклинать Снейпа за то, что тот в прошлом так все усложнял. Словно его жестоко столкнули в бездну и просто понадеялись, что он умеет плавать. На самом деле Гарри камнем пошел ко дну. При этой мысли он засомневался, но все же был уверен, что теперь гораздо лучше подготовлен к практике Оклюменции. Раньше он не верил в ее необходимость и не прикладывал к этому почти никаких усилий.
Та книга и все полезные заметки в ней сделали этот процесс вполне понятным. Не то чтобы легким, но теперь в нем появилась логика. Гарри теперь знал, что ему нужно расчленить свой разум. Загнать свои воспоминания, мысли и эмоции по разным уголкам, а затем запереть их, воздвигнуть щиты и оградить себя от любых вторжений. Сказать легче, чем сделать, но теперь этот процесс был упорядочен. Когда Гарри связал это со знакомыми ему защитными чарами, все стало намного проще. Щит есть щит. Бывает много разных видов, но суть остается прежней — это щиты.
Судя по записям в книге, чем больше практикуешься, тем проще все становится, пока это не превращается в бессознательную защиту. Гарри чувствовал, что теперь лучше понимает, как Драко и Снейп умудряются большую часть времени быть столь безжалостными и холодными. Нахмурившись, он понял, что Драко в последнее время вел себя совсем иначе, осознав, что этот парень опускал свою защиту, когда находился рядом с Гарри. У Виктории была удивительная способность помогать Драко немного расслаблять эти барьеры. Во все остальное время он, в этом Гарри был уверен, носил их намертво привязанными.
Многие упражнения из книги вращались вокруг различных видов медитации. На полях красовалось множество полезных подсказок и советов. Гарри усердно изучал их, пытаясь применить на практике. Благодаря тому, что Винки помогала присматривать за Викторией, Гарри потратил все свое свободное время — целых три дня — на изучение этого материала. Он довольно хмыкнул. По крайней мере, Гермиона бы им гордилась.
Проблема заключалась в том, что теперь ему требовалась практическая помощь. Драко был единственным человеком рядом, кто мог оказать ему нужную поддержку. Глубоко вздохнув и собрав всю храбрость, на какую был способен, он повернулся к Драко.
— Ты знаешь, что такое Оклюменция? — поспешно бросил он. Технически ответ он уже знал, но выдавать свою осведомленность, пожалуй, было неразумно. Осознание того, что Беллатриса обучала Драко, не прибавляло ему комфорта, но, пожалуй, добавляло один балл Снейпу — ведь Снейп был крайне недоволен тем, что Драко скрывал от него информацию.
— Конечно знаю, — с презрительной усмешкой бросил Драко. — Ты думаешь, как я по-твоему дожил до сегодняшнего дня?
Гарри фыркнул:
— Держу пари, Снейп задавал тот же вопрос, искренне недоумевая, как я при своем незнании ухитряюсь протянуть столько лет.
Драко одобрительно кивнул:
— Тут я с ним вынужден согласиться, — лениво протянул он.
Оставлять этот комментарий без ответа Гарри не стал затягивать и задал следующий важнейший вопрос:
— Ты можешь помочь мне этому научиться?
Драко выпрямился и с расчетом окинул Гарри изучающим взглядом:
— Ты доверяешь мне настолько, чтобы просить о помощи? — прищурившись, спросил он.
— Не полностью, — признал Гарри. — Но я предпочитаю тебя всем остальным вариантам.
Драко мрачно усмехнулся:
— Наверное, не очень весело, когда Темный Лорд начинает шарить у тебя в голове.
— По крайней мере, когда ты не рядом с ним, он этого не делает, — возразил Гарри.
Драко слегка расширил глаза, и одна бровь взлетела вверх:
— Это правда? — спросил он. — Темный Лорд действительно может дотянуться до твоего разума на расстоянии?
— Да, — коротко бросил Гарри, не имея ни малейшего желания вдаваться в подробности.
Драко нахмурился, погрузившись в раздумья:
— Научиться этому не так уж сложно, — медленно проговорил он. — Просто это не тот навык, которым пользуется большинство людей. Впрочем, поначалу потребуется полнейшая концентрация, пока ты не овладеешь им в полной мере, — добавил он.
— Раньше я уже пытался этому учиться, — тихо признался Гарри. — Но все вышло из рук вон плохо.
Судя по всему, Снейп ничего не рассказывал Драко о прошлых уроках Гарри, что добавляло Снейпу еще один балл. Но Гарри считал, что тот факт, в прошлом мужчина не удосужился обучить его должным образом, стоил ему слишком многих очков. Гарри все еще пытался сопоставить всю имеющуюся у него информацию, но никак не мог найти логического объяснения: если Снейп выступал на стороне света, почему он не учил Гарри Оклюменции?
— Сначала тебе придется научиться концентрироваться, а уже потом — очищать свой разум, — сказал Драко.
Гарри застонал, возненавидев это слово:
— Чудесно, — саркастично бросил он.
— Ой, не все так плохо, Поттер, — весело и лениво протянул Драко. — Я уверен, ты сможешь овладеть Оклюменцией. Это гораздо проще, чем учиться Легилименции.
— Ты знаешь Легилименцию? — спросил Гарри.
— Разумеется, — ухмыльнулся Драко.
Гарри закатил глаза, понимая, что Драко будет наслаждаться тем фактом, что владеет техникой, о которой Гарри ничего не знает.
— Сначала ты должен научить меня очищать сознание, а потом применишь ко мне Легилименцию, — твердо заявил Гарри.
Драко успокоился и кивнул в знак согласия. Гарри в очередной раз испытал удивление, но при этом и благодарность: судя по всему, Драко уважал тот факт, что у Гарри были секреты, которые требовалось защищать. Это… что бы между ними ни возникало, кардинально отличалось от того, как к нему относились Гарри и его друзья. Он привык, что люди требуют от него выкладывать все секреты, даже когда ему нечего сказать.
И тогда Драко начал обучать его техникам медитации, а Гарри стал совмещать советы Драко с тем, что почерпнул из книги Принца-Полукровки. Ему по-прежнему казалось, что воспринимать их как двух совершенно разных людей куда проще. Следующие два дня главной задачей Гарри была медитация и обучение очищению разума. Когда Драко находился рядом, он вникал в детали, а когда тот уходил — практиковался. Единственной другой вещью, на которую он позволял себе тратить время, была Виктория.
Единственной реальной сложностью на этой неделе выдалось пятничное утро, когда Драко чуть не столкнулся с Верноном. Тетя Петуния осталась этим крайне недовольна, и вид у нее был такой, будто она достигла предела своего терпения.
— Вернон будет не в восторге от встречи с тобой, — прошипела тетя Петуния, буравя Драко взглядом.
— Ты больше не можешь приводить его сюда, — заявила она, переведя яростный взгляд на Гарри. — Я не потерплю, чтобы вы разносили этот дом.
— Тетя Петуния, он мне здесь нужен, — устало произнес Гарри. — Мне нужна его помощь, и на данный момент это единственное место, где мы можем безопасно видеться.
— А ты думаешь, что окажешься в безопасности, если твой дядя об этом узнает? — спросила она. — Если он обнаружит хоть что-то из этого, ты вылетишь отсюда сию же секунду.
Гарри тяжело вздохнул:
— Мне просто нужно еще немного времени. Я подыскиваю одно местечко, но… э-э, я пока не могу привести туда Викторию или Малфоя.
— Почему это не можешь? — потребовала ответа Петуния.
— Защита? — предположил Драко.
Гарри кивнул Драко. Защита — это лишь часть дела. У него банально оставалась еще одна маленькая проблема по имени Снейп. Он даже понятия не имел, где этот мужчина находится сейчас, но послание было предельно ясным: он обязан овладеть Оклюменцией до того, как Снейп снова с ним свяжется.
— Все немного сложно, — попытался объяснить Гарри тете. — Перед своей смертью директор создал для меня безопасное место.
И Снейп, мысленно добавил он.
— Я просто пока не могу привести туда кого-то еще. Вроде как мне сначала нужно подобрать правильный пароль, но в данный момент я не могу спросить об этом напрямую, потому что не хочу, чтобы кто-то посторонний узнал о Виктории или Малфое. Так что мне нужно еще немного времени.
Петуния с беспокойством покосилась на Драко, а затем спросила Гарри:
— Он опасен, да?
Гарри посмотрел на Драко, испытывая благодарность за то, что белокурый парень сохранял спокойное, бесстрастное выражение лица.
— Э-э, можно и так сказать, — признался он тете. Поразмыслив над этим, Гарри решил, что, пожалуй, это неплохой способ разыгрывать свою карту.
— Малфой, — внезапно произнес он. — Покажи ей свою метку.
— Поттер, — прошипел Драко.
— Покажи ей свою метку, — повторил приказ Гарри.
Драко сверлил его взглядом несколько секунд, после чего медленно расстегнул пуговицу на рукаве и закатал ткань, обнажая Темную Метку на предплечье. Гарри посмотрел на нее секунду, а затем пожал плечами. Она по-прежнему выглядела отвратительно.
Драко с недоверчиво приподнятыми бровями уставился на спокойную реакцию Гарри. Тот снова пожал плечами. Петуния же драматично побледнела и отшатнулась назад, когда Гарри снова повернулся к ней.
— Это… это… — она казалась совершенно потерявшей дар речи, но Гарри прекрасно знал, что именно она собиралась сказать.
— Да, это та самая метка, что висела в небе над местами нападений, — спокойно пояснил Гарри. — Это Черная Метка, которой Волан-де-Морт созывает своих последователей.
— Но это значит, что он… — прошептала Петуния, не в силах оторвать от Драко полный ужаса взгляд.
— Да, он Упивающийся смертью, — подтвердил Гарри. — Он невероятно опасен, и он совсем не тот человек, которого вы, дядя Вернон или Дадли хотели бы разозлить. Он здесь потому, что ему нужна моя помощь. А взамен он помогает мне.
— Виктория, — выдохнула она.
Гарри кивнул, выжидая пару секунд, пока до нее дойдет весь смысл сказанного. Петуния испуганно переводила взгляд с одного на другого, после чего снова уставилась на Гарри.
— Кто ты, Гарри? — спросила она.
Отличный вопрос, тоскливо подумал Гарри.
— Я просто человек, который надеется защитить оба мира, в которых живу, — медленно проговорил он, задумчиво глядя перед собой. — Я изо всех сил стараюсь уберечь каждого, кто мне дорог. И чтобы достичь этой цели, я буду использовать все доступные мне ресурсы.
Он замолчал и посмотрел на тетку:
— Это включает в себя и вас. Многие считают вас никчемными маглами. Для меня же вы — важная часть моей жизни. Вы нужны мне прямо сейчас. Я заставил Малфоя показать ей свою метку, потому что мне нужно было, чтобы вы осознали, насколько все это реально.
Гарри бросил взгляд на Драко, чей взгляд только что переместился с собственной руки на Гарри.
— Малфою пришлось постигать суровую правду войны самым трудным путем, — тихо произнес он.
Затем он снова повернулся к тете:
— Я знаю, что ты меня не любишь, а дядя Вернон и Дадли меня просто ненавидят. Я уже не уверен, что мне есть до этого дело, ведь я никогда не стану частью вашей семьи. Но если вы хотите защитить тот маленький мир, в котором живете, мне нужна ваша помощь.
— Какая именно помощь тебе нужна? — прошептала Петуния.
— Мне нужно, чтобы вы продолжали делать то, что делаете. Я благодарен за ту помощь с Викторией, которую вы мне оказали. Мне нужно, чтобы вы по-прежнему не обращали внимания на визиты Малфоя, точно так же, как большую часть времени вы не обращаете внимания на мое существование, — сказал Гарри. — Мне нужно, чтобы вы и дальше следили за тем, чтобы дядя Вернон и Дадли не лезли ко мне, и особенно — к Виктории.
— Твой дядя понятия не имеет, что ребенок все еще здесь, — признала Петуния, подтверждая подозрения Гарри.
— Я постараюсь попадаться ему на глаза как можно реже, — произнес Гарри, не в силах сдержать горечь в голосе. — Я наложил на свою комнату антишумовые чары, так что он ничего не услышит. Я даже больше не спускаюсь вниз на ужин. Этого должно хватить, чтобы дядя Вернон и Дадли были довольны.
— У тебя вообще есть еда? — с сомнением спросила она, и по ее голосу было слышно, что она все еще беспокоится о нем, пусть даже совсем немного.
— Да, еда у меня есть, — тихо ответил он, вспоминая все те прошлые годы, когда ее ничуть не волновало, поел он или нет. Благодаря тому, что Винки носила ему еду из Хогвартса, питался он на самом деле весьма неплохо.
Петуния вздрогнула, словно умудрилась услышать его мысли. Гарри отвел взгляд, столкнувшись глазами лишь с Драко. Драко вопросительно изогнул бровь, но Гарри лишь покачал головой. Он не хотел об этом говорить, тем более с Драко и уж тем более в присутствии своей тетки.
Гарри выдохнул:
— Послушай, я знаю, что ты заговорила об этом только потому, что дядя Вернон едва не поймал Малфоя здесь, но я не собираюсь оставаться в этом доме дольше своего дня рождения. — Он прищурился, глядя на тетку. — Полагаю, ты еще помнишь, когда именно он наступает? — добавил он, и в его голос снова закралась горечь.
Петуния съежилась, но ответила:
— Тридцать первого июля.
— Это уже скоро — всего через месяц. Наверное, было бы разумно, если бы в ближайшие пару недель вы спланировали поездки для всей семьи на выходные, — сказал Гарри.
Он глубоко вдохнул. Кричать на тетку не поможет ему добиться от нее того, чего он хотел.
— Дядя Вернон не знает, что Малфой ходит сюда, и я хочу, чтобы все оставалось как есть. Сделай это ради меня, а я постараюсь сделать так, чтобы вы меня вообще не видели, — попросил он.
Петуния еще несколько раз перевела взгляд с Гарри на Драко и наконец кивнула:
— Я сделаю всё, что в моих силах, — жестко произнесла она.
— Спасибо, — бросил Гарри, развернулся и направился обратно в свою комнату, а Драко последовал за ним.
Виктория все еще сидела в своей кроватке и весело играла с какими-то игрушками, которые принес Драко. Заметив их возвращение, она изо всех сил попыталась встать. Драко подошел, вытащил ее из кроватки и посадил на пол. Гарри плашмя рухнул на кровать, снедаемый чувством досады и злости.
— Не хочешь ничего объяснить? — поинтересовался Драко.
— Нет, — грубо отрезал Гарри, злясь на то, что Драко стал невольным свидетелем всего разговора.
Последние две недели Драко приходил к нему в дом Дурслей каждое утро, кроме выходных. Из-за общей заботы о благополучии Виктории они обычно вели себя друг с другом вежливо. Это не означало, что они нравились друг другу или стали бы обсуждать что-либо помимо малышки и самых незначительных тем, связанных с войной. Они в какой-то мере пришли к молчаливому соглашению не совать нос в жизни друг друга, прекрасно понимая, что между ними необходимо поддерживать некое подобие мира.
И все же Гарри чувствовал, что их договоренность слегка изменилась. Судя по тому, что он слышал внизу, Драко звучал почти сочувственно.
— Я все еще живу в Малфой-меноре, — внезапно произнес Драко.
— Тебе подходит, — саркастически бросил Гарри, несмотря на то, что эта новость его искренне заинтересовала.
— Из-за Темного Лорда и всего того, что произошло, мама усилила защиту поместья, так что Министерство магии не может сунуться на эту территорию, — не обращая внимания на тон Гарри, продолжил Драко.
Гарри перевернулся на живот, приподнявшись на локтях, и с любопытством уставился на Драко, гадая, с чего это вдруг парень решил добровольно поделиться информацией.
Взгляд Драко был прикован к Виктории, а не к Гарри. Винки тихо появилась из ниоткуда и так же бесшумно растворилась в тенях, передав Драко бутылочку с молоком. Драко просто прижал к себе дочь, пока та пила — она уже привыкла получать утреннее молоко именно так, если он заставал это время.
— Она укрепила защиту, чтобы помочь нам обезопасить себя, — продолжал Драко. — Но это помогает только против Министерства. Большую часть времени я сижу в своей комнате, потому что понятия не имею, кто именно шатается по нашему дому.
Гарри постепенно начал осознавать, что Драко делится информацией в ответ на его откровения: сначала он узнал кое-что о Гарри, а теперь рассказывал ему о своей семейной жизни, и примерно в том же духе.
— Темный Лорд считает менор безопасным местом для своих последователей, он часто собирает их там, — сказал Драко. — Ему даже не приходится созывать абсолютно всех большую часть времени, потому что в нашем доме всегда находится достаточно прислужников для выполнения любой задачи, какую ему заблагорассудится поставить.
Гарри хотел задать вопрос, но не смел перебивать. Знать, что у Драко столь жалкая семейная жизнь, было неприятно, но та информация, которой делился Драко, содержала в себе поистине важные детали, касающиеся войны. Сейчас он еще не знал, как именно сможет воспользоваться этими сведениями, но сам факт того, что они у него есть, уже был благом.
— Сидеть в комнате и не попадаться на глаза намного безопаснее, — тихо произнес Драко, бросив короткий взгляд на Гарри. — Он не до конца уверен в моих способностях. Меня не убили только потому, что я… — его голос оборвался, он тяжело сглотнул и продолжил: — Потому что я помог довести до конца порученное мне задание.
Гарри крепко сжал челюсти и зажмурился. Было хорошо осознавать, что Драко действительно раскаивается, но эта тема определенно оставалась болезненной для них обоих.
Драко долго молчал, прежде чем заговорить снова:
— После того как меня наказали за все случившееся в Хогвартсе, Темный Лорд практически переставал меня звать, — проговорил он едва слышно. — Мне пришлось изо всех сил доказывать свою полезность. Когда я вызвался участвовать в нападении на дом Виктории, он вроде бы остался доволен. Но сразу предупредил, что не хочет моего участия до следующей крупной атаки.
Он глубоко вздохнул:
— Для мелких налетов ему нужны опытные последователи, способные провернуть все быстро — войти и выйти незамеченными, чтобы их не поймали. Я даже не подозреваю о мелких вылазках, пока они уже не завершатся. Темный Лорд проявляет особую бдительность и не позволяет своим сторонникам узнавать хоть что-то заранее.
Гарри слушал очень внимательно, а когда Драко замолчал, снова открыл глаза. Виктория уже уснула, и Драко перенес ее в кроватку для дневного сна. Обычно это означало, что пора начинать практиковать Оклюменцию, но сейчас атмосфера в комнате была слишком тяжелой.
Оглядев комнату после того, как он уложил Викторию спать, Драко выглядел слегка растерянным.
Гарри откашлялся:
— Ну, моя комнатка определенно намного меньше твоей, зато ты здесь единственный Упивающийся смертью, — произнес он. — Моя тетя считает тебя невероятно опасным, — с усмешкой добавил он, надеясь хоть немного разрядить обстановку.
Драко заметно расслабился:
— Судя по всему, твоя тетя считает опасным и тебя самого, — лениво сострил он.
Гарри пожал плечами, а уголки его губ тронула улыбка:
— Она всегда так считала, — признал он.
Драко с каким-то аристократичным изяществом прислонился к спинке письменного стула:
— Поистине печальный день, раз тебя считают опасным, — поддразнил он, расплывшись в явно довольной ухмылке.
— Не думаю, — задумчиво протянул Гарри. — В последние годы многие находили меня опасным. Одно время люди думали, что я — наследник Слизерина, и это до смерти их пугало. А потом появилась та статья с твоими подсказками. Разумеется, это ничуть не пошло на пользу моей репутации, заставив всех думать, что у меня не все дома и что я несу смертельную угрозу.
— По правде говоря, — нехотя протянул Драко, продолжая ухмыляться без малейшего намека на раскаяние, — любой здравомыслящий человек понимает, что ты никакой не наследник Слизерина. Лично я в это ни на секунду не верил.
Гарри злобно ухмыльнулся:
— Я знаю, — самодовольно заявил он. — Кстати говоря, я воспользовался Оборотным зельем гораздо раньше тебя.
Драко широко раскрыл глаза:
— Когда это? — спросил он.
Сам того не ведая, он неожиданно для себя увлекся почти дружеской беседой об их опыте использования Оборотного зелья. Никто из них не желал возвращаться к прежнему напряжению — их отношения снова неуловимо изменились.
http://bllate.org/book/29169/3545041
Готово:
