Кунь Цы пожал плечами:
— Учительница, давайте в последний раз, а?
Завуч пододвинулась ближе к нему, и её толстые линзы отразили свет:
— Я тебя узнала. Ты же тот паренек из первого класса первого года обучения? На прошлой неделе только учёба началась, а ты уже с кем-то подрался и разбил зеркало в учебном корпусе. А сегодня, во вторую неделю, уже форму не надел?
Не дожидаясь, пока Кунь Цы начнет оправдываться, она выпустила из ноздрей струю гнева:
— А ну встань вон там сбоку! Марш туда!
— ...Не думал, что я настолько популярен.
Кунь Цы пожал плечами, легко закинул велосипед на плечо, поставил его у основания стены, а затем, засунув руки в карманы, встал рядом с Чу Сяоланом.
Чу Сяолан опустил голову и молча отодвинулся на два шага в сторону.
Ему ужасно не хотелось находиться рядом с этим типом.
Кунь Цы и правда был очень популярен в этой школе — и дело было не только в его запоминающейся внешности, сколько в бунтарском характере, скрывавшемся за этой безобидной с виду оболочкой.
В первую же неделю учебы он успел натворить абсолютно все возможные неприятности. На уроках играл в телефон, на перервах бегал курить, после занятий вечно слонялся с той ватагой парней, обнимаясь за плечи и дурачась, а в тот день вообще затеял драку из-за баскетбола с парнями из другого класса. Он ничем не отличался от тех хулиганистых учеников, которых Чу Сяолан ненавидел больше всего на свете.
Чу Сяолан скорее умер бы, чем завел хоть какие-то дела с подобным человеком.
В отличие от Чу Сяолана, на лице которого читалось смущение, Кунь Цы стоял непринужденно и ни капли не боялся косых взглядов и зевак вокруг. Напротив, он даже вызывающе пялился в ответ, чувствуя себя таким гордым, будто попал на доску почета.
Поглазев так с пару минут, он соскучился.
Кунь Цы затянул какую-то песню, но слов вспомнить не смог, сменил мотив на битбокс, выдувая губами звуки, похожие на партию ударных, но всё равно решил, что это как-то скучновато.
Тогда он повернулся к стоявшему рядом Чу Сяолану.
Кунь Цы опустил голову и качнул подбородком:
— Эй, ты чего такой?
Чу Сяолан даже не посмотрел на него, ответив глухим молчанием.
Кунь Цы склонил голову набок и предложил:
— Поболтаем, до звонка еще целая вечность.
Чу Сяолан по-прежнему молчал.
Кунь Цы заговорил сам с собой:
— Моя школьная форма вообще-то не стирана, просто надевать эту дрянь не хочется. Я её и в средней школе почти не носил.
Чу Сяолан всё так же хранил молчание.
Кунь Цы подозрительно уставился на него:
— Ты что, немой? Чего не разговариваешь? Или оглох...
Чу Сяолан в конце концов не выдержал:
— Заткнись.
Кунь Цы отшатнулся с лицом, полным шока, и рявкнул:
— Охренеть! Ты, мать твою, парень, что ли?!
— ........
Просто нет слов. Одни эмоции.
В этот момент Чу Сяолану хотелось кого-нибудь прибить.
Стиснув зубы, он переступил ногами и отодвинулся еще на два шага в сторону, демонстрируя отвращение всей своей внешностью.
— Прости, братишка, я ошибся, думал, ты девчонка, — не заметив этого, Кунь Цы сам шагнул ближе и с улыбкой произнес: — Я человек прямой, ляпну не подумав, ты не обижайся. Просто ты такой красивый, братуха, из какого ты класса? Давай добавимся в QQ, я буду к тебе на переменках заглядывать...
Чу Сяолан наконец соизволил поднять на него взгляд, но в глазах его не было ни капли тепла — лишь ледяная сталь:
— Тупой хулиган, вали отсюда.
Глава 8
Прозвенел третий звонок к утреннему чтению, и только после этого Чу Сяолан вбежал в класс.
Лю Яцинь уже стояла на трибуне. На ней были очки в тонкой светло-фиолетовой оправе, шифоновый кардиган и туфли на платформе с открытыми носками; тонкие брови, поджатые губы и абсолютное отсутствие улыбки — классический образ классного руководителя.
Чу Сяолан с рюкзаком за плечами прошел в класс на свое место. Стоило ему сесть, как соседка по парте Дэн Гуйфань тихонько спросила:
— Чего это ты сегодня опоздал?
— Попался завучу из-за тональника, — Чу Сяолан достал учебники и наклонился к ней: — У меня сегодня сильно заметно пудру на лице?
Дэн Гуйфань была очень милой девочкой, в свободное время увлекалась айдолами и аниме и часто обсуждала с Чу Сяоланом секреты макияжа и стиля. Она покачала головой:
— Не заметно. Не слушай ее глупости, ты красивее всех.
От этих слов на сердце у Чу Сяолана потеплело, и на губах сама собой заиграла улыбка.
Следом в класс вошел Кунь Цы, и улыбка Чу Сяолана тут же померкла.
Кунь Цы волок рюкзак на одном плече и заявился с таким видом, будто ему принадлежит весь мир. Не успел он сделать и двух шагов, как Лю Яцинь с трибуны бросила:
— Опоздал — иди стой в коридоре.
Кунь Цы тут же громко возмутился:
— Учительница, я пришел вовремя, просто завуч меня у входа тормознула.
Лю Яцинь спросила:
— А с чего это она тебя тормознула?
Кунь Цы приоткрыл рот и усмехнулся:
— Да ни с чего.
— Форму не надел, верно? — Лю Яцинь сделала повелительный жест рукой: — Марш стоять в коридоре.
Кунь Цы слегка поморщился, перекинул рюкзак на другое плечо, развернулся с наглым видом и забормотал себе под нос:
— ...Я тут как на срочной службе, честное слово.
И в тот момент, когда он поворачивался, его взгляд упал на сидевшего на последней парте Чу Сяолана. Кунь Цы на секунду замер.
Да это же тот самый смазливый парень у школьных ворот!
И он с ним в одном классе?
Чу Сяолан заметил, что Кунь Цы смотрит на него, и тут же отвернулся, прикрыв лицо рукой.
То, что Кунь Цы не узнал его сразу, Чу Сяолана ни капли не удивляло. Такие общительные красавчики, как Кунь Цы, привыкли, что окружающие сами вьются вокруг них, и им вовсе не нужно запоминать чьи-то имена или лица.
К тому же Чу Сяолан всегда старался держаться от него подальше.
Жаль только, что сегодня звезды встали неудачно и они всё-таки столкнулись.
— Кунь Цы, — неожиданно обратилась к нему Лю Яцинь. — Ты на прошлой неделе разбил зеркало в учебном корпусе, новое уже оплатили?
— Мама в тот же день перевела деньги в бухгалтерию.
— А как твои успехи с написанием объяснительной? — с сарказмом произнесла Лю Яцинь. — Не забудь, сегодня ты будешь читать ее на церемонии поднятия флага перед всей школой. На тебя будут смотреть ученики со всего заведения, так что читай выразительно и не позорь наш класс.
— Не переживайте, учительница, — Кунь Цы хлопнул себя по груди. — Я всё выучил наизусть, могу и без бумажки рассказать.
Весь класс дружно рассмеялся:
— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха.
Лю Яцинь сурово зыркнула на них, и смех сразу стих. Указав на Ли Елая, который хохотал громче всех, она приказала:
— Тебе так весело? Тоже отправляйся стоять в коридоре!
Ли Елай прикрыл рот рукой, поднялся с места, переглянулся с Кунь Цы, и оба один за другим вышли из класса.
Через окно было слышно, как они тихо хихикают в коридоре.
Чу Сяолан презрительно скривил губы... Как же сильно он ненавидел таких парней.
Лю Яцинь тем временем продолжала нудно зачитывать школьные правила, особо выделив требования к внешнему виду: девушкам запрещено краситься, парням — делать завивку, форму нужно носить постоянно и без исключений. Она говорила без ума и памяти, и народ в классе уже клевал носом.
Услышав шум в соседнем классе, Лю Яцинь взмахнула рукой, и все поднялись на ноги, готовясь идти на спортивную площадку для церемонии поднятия флага.
В классе поднялся шум и гам. Чу Сяолан тоже встал, и в этот момент к нему из толпы протиснулся Пэн Цзыжуй с заботливым выражением лица:
— Этот завуч к тебе не цеплялась?
— Нет, как только прозвенел звонок, я сам зашел.
Дэн Гуйфань сделала глоток из бутылки с водой и шепнула:
— Эта старая карга просто перед кем надо стелется. Я вон видела, у нескольких девчонок из параллельного уши проколоты, и слова ей никто не сказал.
Пэн Цзыжуй хихикнул:
— Да зуб даю, она просто завидует нашей коже, сама-то намазаться хочет, да не может.
Дэн Гуйфань энергично закивала и так рассмеялась, что аж схватилась за живот.
Чу Сяолан тоже улыбнулся.
Но в следующую секунду перед ним выросла высокая фигура.
Кунь Цы, зашедший за рюкзак, направился прямиком к Чу Сяолану и с любопытством уставился на него:
— Братишка, а чего ты сразу не сказал, что мы в одном классе? Я еще думал, кого ты мне так напоминаешь.
Это же Кунь Цы... Дэн Гуйфань лишилась дар речи... Сам красавчик школы пришел с ними поболтать!
Пэн Цзыжуй тоже изумился: обычно Кунь Цы сторонился таких тихонь, как они, что же сегодня изменилось?
Они с Дэн Гуйфань переглянулись, тут же вцепились друг другу в локти и отступили в сторону с предвкушающими лицами, переводя взгляд то на Кунь Цы, то на Чу Сяолана.
Чу Сяолану не хотелось тратить на него время:
— С какой стати мне это говорить?
— А ты забавный, — улыбнулся Кунь Цы. — Диктуй свой QQ, я хочу тебя добавить.
У Дэн Гуйфань отвисла челюсть. Она принялась хлопать Пэн Цзыжуя по плечу, выглядя куда более взволнованной, чем сам Чу Сяолан.
Однако Чу Сяолан испытывал лишь раздражение:
— С какой стати мне давать его тебе?
— Мы же одноклассники.
Чу Сяолан поднял голову и холодно бросил:
— А ты кто такой? Мы с тобой знакомы?
Для Кунь Цы это был первый раз в жизни, когда ему отказали. Улыбка на его лице постепенно угасла, он какое-то время молча сверлил Чу Сяолана взглядом, а затем развернулся и ушел, не сказав больше ни слова.
Чу Сяолан проводил его взглядом. Кажется, в тот момент, когда Кунь Цы поворачивался, оба мысленно подумали об одном и том же: ну и псих же этот тип.
После поднятия флага слово дали школьному руководству, а затем настала очередь Кунь Цы читать объяснительную. На глазах у всей школы и учителей он уверенным шагом взбежал на трибуну — ни малейшего смущения или волнения, сплошная самоуверенность и сияющий вид, будто он получал премию за победу в конкурсе:
— Здравствуйте все! Я глубоко сожалею о том, что произошло на прошлой неделе. Хотя я и считаю, что был прав, но благодаря терпеливому наставлению учителей я осознал, что...
Судя по фразе насчет того, что он не был виноват, остальной текст они явно скачали из интернета.
Чу Сяолан стоял в толпе, и его уже до смерти задолбала сидевшая рядом Дэн Гуйфань:
— Сосед, быстренько колись, откуда ты знаешь Кунь Цы?! Чего ты еще от меня скрываешь?
— Да не знаю я его, я же говорил, только что в дверях столкнулись.
Дэн Гуйфань явно не поверила:
— Тогда почему ты не добавил его в QQ? Ты что, не знаешь, сколько девчонок из параллели у него номер выпрашивали, и он никому не дал? Уж если тебе дали, а ты не хочешь добавлять, мог бы мне отдать!
Чу Сяолан вздохнул:
— Хочешь — сама иди проси.
Дэн Гуйфань посмотрела на Кунь Цы, стоявшего на трибуне, и искренне вздохнула:
— До чего же он красивый.
Чу Сяолан тоже бросил на него взгляд и с крайним презрением подумал:
http://bllate.org/book/29341/3563666
Готово:
