Запах был вполне обычным.
Шэнь Ичжи редко испытывал симпатию к какому-либо аромату, поэтому бессознательно спросил:
— Что это за запах?
Се Вэнь холодно посмотрел на него.
Шэнь Ичжи пришел в себя, испытал легкое нервное напряжение и тут же исправился:
— Воняет невыносимо. Проваливай.
Се Вэнь бросил:
— ...Из собачьей пасти не выпадет слоновой кости.
Выругавшись и не дав Шэнь Ичжи шанса ответить, он подхватил меч и вышел за дверь.
Шэнь Ичжи скривил зубы, спустя мгновение подошел к постели Се Вэня и со злостью пнул ее.
Одеяла и подушки Се Вэня, сложенные аккуратная стопка к стопке, от этого содрогнулись.
Шэнь Ичжи представил, будто пнул самого Се Вэня, и быстро успокоился. Вернувшись на свое место, он продолжил дневную практику.
Прошла ночь, но в комнате по-прежнему находился лишь один Шэнь Ичжи. Ни Се Вэнь, ни Фэн Сяосе, ни Линь Саньшэн так и не вернулись.
Закончив медитацию и вспомнив о необходимости заработать духовные камни, Шэнь Ичжи решил пропустить сегодняшние занятия и, навстречу влажному и свежему утреннему туману, направился к доске объявлений Бессмертного Дворца Чэнъюн.
Бессмертный Дворец Чэнъюн был создан для отбора учеников и опирался на Дворец Божественного Меча — первую в Поднебесной секту меча. Хотя он предоставлял своим адептам множество привилегий, благотворительностью дворец не занимался. Чтобы ученики не расслаблялись после поступления, с них ежегодно взималась плата за обучение в виде духовных камней.
Для выходцев из великих семей эти духовные камни были сущим пустяком, однако для простолюдинов и независимых культиваторов они становились тяжелым бременем.
Желая дать одаренным адептам возможность спокойно учиться, Бессмертный Дворец Чэнъюн передавал ученикам несложные поручения с соразмерной наградой в духовных камнях, чтобы выходцы из среды независимых культиваторов тоже могли продолжать учебу.
Количество духовных камней было в самый раз: аристократы пренебрегали ими, но для независимых культиваторов это был неплохой заработок. Поэтому каждое утро у доски объявлений толпились независимые культиваторы в поисках заданий.
Появление здесь такого человека по фамилии Шэнь делало его белой вороной и мгновенно привлекало к себе множество взглядов.
В прошлой жизни Шэнь Ичжи испугался этих блуждающих, любопытных или насмешливых взглядов и отступил, что привело к нехватке духовных камней и замедлению его продвижения в культивации.
На сей раз, не обращая внимания на эти взгляды, Шэнь Ичжи прошел сквозь толпу и направился прямо к доске объявлений.
На доске висело немало поручений. Простые задания вроде мелких поручений, охраны ворот или разной черновой работы давно были расхватаны. Оставались лишь сложные поручения, связанные с поимкой демонов и усмирением нечисти.
Бессмертный Дворец Чэнъюн был лишь базовым учебным заведением, где возраст учеников не превышал сорока лет, а их уровень культивации поднимался максимум до Пика Золотого Ядра, поэтому задания не казались слишком трудными.
Шэнь Ичжи молча окинул взглядом доску и остановил свой выбор на самой верхней строке — самом сложном задании, к которому никто не прикасался, но за которое полагалась самая щедрая награда.
Объявление о пропавших младенцах в городе Ханьшуй.
В задании значилось:
С полмесяца назад в городе Ханьшуй стали один за другим пропадать младенцы младше трех лет. По описаниям местных жителей, нечисть напоминает птицу, кричит подобно свисту ветра, обладает невероятной скоростью и питается исключительно младенцами. Обнародовавший объявление бессмертный наставник предполагает, что свирепствует низкоранговый демон высшей ступени — Младенцеядная птица, и рекомендует трем адептам Сферы Золотого Ядра объединиться для ее усмирения.
За выполнение задания и уничтожение демона полагается награда в три тысячи духовных камней, а за поимку Младенцеядной птицы живьем и доставку ее обратно — шесть тысяч духовных камней.
В прошлой жизни Шэнь Ичжи уничтожил бесчисленное множество демонов и духов, он прекрасно умел с ними обращаться.
Но вот с таким мелким демоном низшего ранга...
Он действительно никогда прежде не сталкивался.
Возможно, они и попадались ему на пути, но для тогдашнего него это было все равно что раздавить букашку — он даже не обратил бы на это внимания. Однако теперь ему приходилось размышлять над тем, как он, слабый словно букашка, собирается справиться с другой букашкой.
Шэнь Ичжи сам рассмешил себя, отбросил эту сложную задачу на потом и, шагнув вперед, сорвал объявление.
Его поступок привлек внимание многих.
Независимые культиваторы, прижимаясь к своим приятелям, принялись шепотом обсуждать:
Разве это задание не требует как минимум Стадии Формирования Ядра? Неужели этот парнишка из клана Шэнь уже сформировал ядро?
Кто же знает. Но аристократам вроде него вроде бы не нужны духовные камни, с чего это он вдруг решил взяться за задание?
Неужели ради закалки?
Не обязательно ради опыта, кто знает, нет ли у него за спиной кого-то еще? Глядишь, ему и самому не придется пачкать руки, задание само решится само собой.
У выполнения заданий независимыми культиваторами было еще одно преимущество: в будущем, после окончания Бессмертного Дворца, если не удавалось попасть во Дворец Бессмертных для продолжения обучения, можно было благодаря записям о службе во дворце устроиться в какой-нибудь мелкой секте. По сути, именно этим путем шла большая часть учеников. В конце концов, порог Дворца Божественного Меча был высок, и каждый год он принимал лишь одного-двух учеников с подходящим уровнем культивации.
Неподалеку два независимых культиватора, только что завершивших Формирование Ядра, услышав общие разговоры, отвели взгляды от Шэнь Ичжи, переглянулись и в мгновение ока приняли решение.
Ой, младший соученик Шэнь! — один из них с энтузиазмом шагнул вперед и доброжелательно предупредил: — Взяться за это задание — дело вовсе не простое.
Благодарю за чтение.
Глава 3. Снова юность (3)
Сложность задания никак не зависела от самого задания. Она определялась лишь силой или слабостью конкретного человека. Шэнь Ичжи показалось, что этот собеседник иносказательно высмеивает его слабость, поэтому его лицо мгновенно помрачнело и он холодно уставился на подошедшего.
Его взгляд был поистине устрашающим. Пришедший почувствовал внутреннюю тревогу, но, стремясь заработать опыт для скорого выпуска из обители, все же пересилил себя и произнес:
Младший соученик, послушай. В задании сказано, что требуется идти втроем, а ты, будучи лишь на Стадии Закладки Основания, отправляешься один — это же верная смерть и сплошные опасности. Как раз мы с моим братом собираемся взять это задание, оба мы находимся на Пятой ступени Золотого Ядра, и нам не составит труда присмотреть за тобой. Иди с нами, мы возьмем тебя с собой бесплатно, как тебе такое?
Пойдете со мной, возьмете с собой бесплатно, как тебе такое? — Шэнь Ичжи усмехнулся.
Стадия Золотого Ядра действительно была серьезным прорывом по сравнению со Стадией Закладки Основания. Но те пустышки на Стадии Золотого Ядра, которые ничего не умели и лишь набрали силу за счет пилюль, являлись отбросами из отбросов. Стоявший перед ним человек называл себя мастером Пятой ступени Золотого Ядра, однако давно перерос возраст участников Конференции Фуяо и до сих пор волочил дни в учебном зале — его истинные способности были очевидны.
Желая присосаться к нему ради галочки в послужном списке, этот тип еще и лицемерно заявлял, что берет его с собой. Шэнь Ичжи открыл для себя новые грани человеческого бесстыдства.
Он посмотрел на двоих мужчин, преданно заглядывавших ему в глаза, и с холодной усмешкой спросил:
Вы двое — разве вы достойны?
Вокруг мгновенно раздались сдавленные смешки.
Лица обоих окаменели, и они свирепо уставились на Шэнь Ичжи:
Ты что несешь? Тебе по-хорошему предлагают, а ты нос воротишь?
Шэнь Ичжи убрал объявление в рукав и невозмутимо произнес:
Ничтожества должны обладать хоть капелькой самосознания. Будь я на Пятой ступени Золотого Ядра и при этом все еще прозябай в учебном зале, я бы от стыда и гнева помер на месте, а не бесстыдствого требовал бы от младших товарищей тащить меня ради опыта.
Лица мужчин то зеленели, то белели от злости. Один из них не выдержал и выругался:
Да ты ведь поднялся лишь благодаря поддержке своего клана, чем тут гордиться? Без своей семьи чего ты стоишь?
Шэнь Ичжи ответил:
Это лишь доказывает, что вы никудышные и в культивации, и в перерождении. Завидуете? Так прыгайте с Утеса Встречи с Бессмертными, помрете и переродитесь заново.
Теперь смех в толпе стало уже невозможно сдерживать — судя по всему, многие уже пострадали от этих двоих в прошлом.
Заметив, что они полностью опозорились и потеряли всякое лицо, те двое дернули друг друга за рукава и спешно скрылись.
Шэнь Ичжи не спеша наблюдал за ними, спустя мгновение тихо усмехнулся, неторопливо покинул толпу и направился в библиотечный павильон Бессмертного Дворца: Младенцеядная птица оказалась столь ничтожным демоном, что ему следовало сперва поизучать способы ее поимки. Хотя Шэнь Ичжи и отличался высокомерием, в делах он проявлял осторожность и никогда не ввязывался в неподготовленные битвы.
Однако по дороге в библиотечный павильон висевший на его поясе нефритовый амулет связи внезапно завибрировал. Подобные вещи создавались великими кланами для дальней связи. Стоило лишь влить духовную силу в нефритовый амулет, как двое собеседников могли общаться на расстоянии с минимальными затратами энергии.
Заметив исходившую от амулета духовную энергию Линь Саньшэна и подумав, что тот, должно быть, находится вместе с Фэн Сяосе, Шэнь Ичжи влил духовные силы и установил связь.
Ичжи! — раздался в амулете встревоженный голос Линь Саньшэна.
Шэнь Ичжи отозвался:
Мм?
Беда! — поспешно выпалил Линь Саньшэн. — Сяосе угодил в ловушку массива мечей, устроенную Се Вэнем, и не может выбраться!
А? — его голос заметно потяжелел.
В прошлой жизни такого поворота не было!
Хотя этот Се Вэнь и действовал на нервы, он редко нападал на людей за пределами боевой арены. Его коварство заключалось в том, что обычно он не спорил с тобой, но все записывал в уме, дожидаясь момента, чтобы отыграться по полной на арене. Шэнь Ичжи немало натерпелся от этого, и обычным делом было то, что после схода с арены он еще несколько дней не мог встать с постели.
Но разве Се Вэнь не ушел вчера на задание?
Что стряслось?
Шэнь Ичжи быстро добрался до города Лошуй у подножия горы.
У входа в Первый дом услад — Яркую Луну — в тревожном ожидании застыл Линь Саньшэн. Завидев приближающегося Шэнь Ичжи, он тут же за руку втащил его внутрь.
Ичжи, давай без расспросов, поди глянь, сможешь ли ты вытащить Сяосе наружу! — затараторил Линь Саньшэн. — Об этом ни в коем случае нельзя узнавать наставникам или старшей сестре Цинчжу, иначе...
Положение семьи Линь было не столь высоким, и он мог держаться вместе с Фэн Сяосе лишь благодаря неплохим природным способностям и умению находить подход к людям.
Но правила в клане Фэн отличались суровой строгостью. Если старшие из клана Фэн узнают, что он затащил их законного наследника к проституткам у подножия горы, да к тому же того заперли в массиве мечей какого-то незначительного независимого культиватора на Стадии Золотого Ядра, то с него в лучшем случае сожмут три шкуры.
Подобные позорящие клан, роняющие достоинство и выставляющие напоказ все недостатки поступки больше всего страшили аристократические семьи.
Шэнь Ичжи прекрасно понимал это. Услышав от Линь Саньшэна это «иначе», он зашагал медленнее и холодно посмотрел на собеседника.
Линь Саньшэн обернулся на него.
Шэнь Ичжи прислонился к перилам в стороне, откровенно не вынося удушающего благовонного аромата, заполнявшего комнаты:
Сначала расскажи, в чем дело. Почему Се Вэнь применил против Сяосе массив мечей?
Я тут совершенно ни при чем, — Линь Саньшэн поклялся небесами, не смея предавать Фэн Сяосе, и был вынужден добавить: — Лучше сам спроси у Сяосе. История долгая.
Шэнь Ичжи нахмурился и вслед за Линь Саньшэном поднялся на верхний этаж в комнаты для гостей.
В изящных апартаментах с открытой планировкой из пола поднимался устрашающий массив мечей, перекрывавший все выходы.
Фэн Сяосе раздосадованно присел на корточки у лестницы. Заметив появившегося Шэнь Ичжи, он тут же уставился на него с видом младенца, увидевшего маму, и взмолился:
Брат, спасай!
Шэнь Ичжи глянул на Фэн Сяосе сквозь пелену массива мечей. На молодом человеке в этот момент не было никакой приличной одежды — оставшись с голым торфом, он беспомощно сидел на корточках перед мечами.
На его руках виднелось множество мелких порезов от попыток прорваться сквозь массив. Раны уже покрылись корочкой, но густая сеть пересекающихся царапин при беглом взгляде все еще выглядела пугающе.
Заметив это, Шэнь Ичжи вздохнул. Изначально он собирался сперва во всем разобраться, но, глядя на столь жалкий вид Фэн Сяосе, он просто не смог проявить равнодушие и решил сперва разрушить массив.
http://bllate.org/book/29365/3566335
Готово:
