Готовый перевод The Cold Palace Emperor Husband / Императорский супруг: Уютная жизнь в холодном дворце: Глава 10

Девятая глава: Вознаграждение от верного пса

Сыма Наньмин посмотрел на стоявшего перед ним на коленях Теневого стража:

— Сян Нань, Сян Бэй, когда они уже прибудут?

— Отвечая дицзюню, оба лорда-командира уже прибыли в Минвань и, судя по всему, смогут добраться до столицы завтра, — почтительно склонив голову, доложил Теневой страж.

Сыма Наньмин остался вполне доволен новостью о скором возвращении двух своих верных помощников и кивком отпустил его. Однако страж не спешил уходить, заметно колеблясь. Заметив это, Сыма Наньмин спроил:

— Что-то еще?

Страж замялся и, опасливо подняв голову, спросил:

— Стоит ли мне отправить людей приглядывать за тем человеком в Холодном дворце?

Сыма Наньмин задумался на мгновение, а затем приказал:

— Не нужно. И проследи, чтобы никто его не беспокоил.

Страж прекрасно понял, о ком шла речь. Получив приказ, он молча удалился.

Вспомнив о той восхитительной еде, которую ему довелось попробовать в тот день, Сыма Наньмин невольно улыбнулся краешком рта, но улыбка тут же исчезла, словно её и не было.

Сяо Кэ никак не мог взять в толк, зачем его господин каждый день отправляется на поиски съестного, ведь у них и так всего вдоволь. Зеленых овощей они насолили впрок столько, что девать некуда, а излишки мяса, как и учил Юйвэнь Цин, завялили или закоптили. К тому же из дворца каждые десять дней припасы присылали — пусть там были одни лишь овощи да никакой приличной вырезки, для стряпни его господина это сущего значения не имело: даже обычная зелень в его руках превращалась в объедение. Но, рассудив, что в Холодном дворце всё равно делать нечего, а вылазки за едой — отличный повод развеяться и подышать свежим воздухом, Сяо Кэ больше не задавал вопросов, тем более что самому ему такие прогулки казались весьма забавными.

По дороге они то и дело натыкались на дикорастущие овощи, но, заметив, что хозяин даже не думает останавливаться и собирать их, Сяо Кэ помалкивал: в конце концов, чего-чего, а зелени у них сейчас было предостаточно.

— Сяо Кэ, — окликнул его Юйвэнь Цин, стирая со лба пот.

Услышав зов и отвлеченно поигрывая ножом, Сяо Кэ тут же подбежал к нему:

— Господин, вы что-то хотели?

— В горле пересохло.

Сяо Кэ немедленно протянул ему флягу с водой. Эту флягу он, кстати, попросил Лю И тайком пронести им контрабандой. Юйвэнь Цин сделал несколько глотков и вернул флягу обратно:

— Наша главная цель сегодня — набрать винограда. Я хочу сделать домашнего виноградного вина. Да и других фруктов прихватим побольше, полезно для здоровья.

Про виноградное вино Сяо Кэ уже слышал от хозяина — тот рассказывал, что это невероятно вкусное питье. Но кто бы мог подумать, что вино можно делать из обычных фруктов! До чего же его господин всё-таки умён! Стоило вспомнить, какой на вкус виноград, как во рту у Сяо Кэ тут же заискрилась слюна — вино из него должно быть просто божественным!

Впрочем, добравшись до горы, парочка не спешила сразу приниматься за виноград. Юйвэнь Цин повел Сяо Кэ в обход, надеясь отыскать что-нибудь новенькое из съедобного. И действительно, им попалось немало плодовых деревьев. Названий этих фруктов Юйвэнь Цин не знал, но рассудил просто: раз можно есть и вкусно — значит, сойдёт. Помимо фруктов, он обнаружил даже дикорастущий батат: к сожалению, его оказалось немного, но судя по всему, килограммов сто собрать удастся.

Чтобы Сяо Кэ воочию оценил пользу батата, в полдень Юйвэнь Цин запек несколько клубней на углях. Батат уродился на славу, каждый клубень весил не меньше фунта с лишним, так что для удобства запекания Юйвэнь Цин отобрал те, что поменьше. Напоминавший по вкусу лакомство печеный батат так пришелся Сяо Кэ по душе, что тот с невероятным энтузиазмом принялся выкапывать остальные клубни, жаль только, унести с собой много они не могли.

Вторую половину дня они полностью посвятили сбору винограда.

Несколько кустов, встреченных ими на горе ранее, ломились от спелых гроздей, ягоды уродились на славу. Они срывали только самые спелые, попутно лакомясь ими прямо с лозы, и работа шла весело и быстро.

За очередной шуткой и смехом Юйвэнь Цин вдруг поднял голову и заметил знакомый силуэт.

— Волк-собака? — Юйвэнь Цин замер на месте, глядя, как к ним стремглав несется тот самый пёс, волоча в зубах добычу.

Сяо Кэ тоже перестал работать и проследил за его взглядом:

— Господин, неужели эта...

Не успел он договорить, как волк-собака подбежал вплотную, остановился метрах в пяти от них, аккуратно положил на землю мертвую курицу, бросил на Юйвэнь Цина короткий взгляд и тут же повернулся, чтобы убежать.

Юйвэнь Цин окинул взглядом уже околевшую птицу и приподнял бровь, а Сяо Кэ изумленно выдохнул:

— Господин, да она же... она что, принесла нам эту курицу в подарок?!

Юйвэнь Цин задумвающе кивнул:

— Похоже на то.

Сяо Кэ всплеснул руками:

— Это что же, благодарность?! Самая настоящая благодарность! Какая разумная тварь!

В отличие от потрясенного Сяо Кэ, Юйвэнь Цин не нашел в этом ничего сверхъестественного — он еще при первой встрече понял, что этот пёс необычайно смышленый. Взглянув на тушу крупной птицы, он распорядился:

— Сяо Кэ, отнеси-ка эту курицу домой. Возвращаться на гору больше не нужно, разберись с ней на месте, а я сам управлюсь с виноградом.

Сяо Кэ еще раз глянул на курицу и, сообразив, что хозяин прав, послушно потащил добычу обратно.

Убедившись, что Сяо Кэ ушел, Юйвэнь Цин перестал сдерживаться. Собранный виноград он стал складывать прямо в пространственное хранилище, и остановился лишь тогда, когда набралось ровно шесть корзин. Прихватив корзины с собой, он принялся исследовать окрестности: насобирал яиц, овощей, моркови и батата — всего этого добра оказалось в избытке, — а заодно набрал немало фруктов и даже выкопал несколько плодовых деревьев, убрав их в пространственное хранилище. После этого он заглянул проверить свои силки.

В ловушки попались кролики — на этот раз всего парочка, зато обе самки. Их он тоже пристроил в хранилище.

Перемещая сорванные фрукты в пространственный карман, он мысленно в очередной раз порадовался тому, как же с ним невероятно удобно. Раскрывать кому бы то ни было секрет своего пространственного хранилища он не собирался — точно так же, как и то, что он вовсе не тот прежний Юйвэнь Цин. Этим тайнам суждено было остаться погребенными на самом дне его души.

Следующие несколько дней прошли в хлопотах: Юйвэнь Цин сделал солидные запасы, а плодовые деревья высадил аккурат по краю своего мини-поля.

В то утро Сяо Кэ поднялся ни свет ни заря — сегодня был тот самый день, когда Лю И должен был принести им провизию.

Юйвэнь Цин еще видел десятый сон, когда в его дверь отчаянно забарабанил Сяо Кэ:

— Господин! Господин, вы проснулись? Вставайте же!

Юйвэнь Цин откинул одеяло и глубоко вздохнул — вряд ли найдется много желающих с утра пораньше испытывать восторг от того, что их будят ни свет ни заря. Сяо Кэ оставалось лишь молиться, что у Юйвэнь Цина не было привычки злиться спросонья.

Позволив Сяо Кэ помочь ему одеться и умыться (на самом деле Юйвэнь Цин вовсе не нуждался в подобной заботе, но устоять перед усердием вовсю старающегося угодить слуги не смог), он принял из его рук полотенце и шумно выдохнул, чувствуя себя посвежевшим.

— Выкладывай, раз уж расстарался с самого утра, чего на этот раз хочешь?

Сяо Кэ расплылся в лукавой улыбке и подольстился:

— Господин, давайте налепим паровóх булочек? И еще... ну, конечно, если можно, было бы просто великолепно отведать курицу в остром соусе и картошку с курицей! А если вы соизволите приготовить еще парочку блюд, я вообще буду на седьмом небе от счастья!

Юйвэнь Цин прикинул в уме текущие дни и мгновенно всё понял, но сделал вид, будто удивлен:

— Булочки — это дело нехитрое, ты ведь еще вчера тесто поставил. Что до остального... если душа просит, я, конечно, могу приготовить. Ладно, уговорил, в обед получишь всё, что заказал. Доволен тем, как твой господин о тебе заботится?

Сяо Кэ жалобно заскулил:

— А можно прямо с утра? Ужас как хочется!

Юйвэнь Цин прищурился и с усмешкой протянул:

— Неужто до такой степени хочется?

Сяо Кэ широко распахнул глаза и отчаянно закивал, подтверждая свои слова.

Решив немного подразнить его, Юйвэнь Цин изобразил сомнение:

— С утра пораньше есть такую жирную пищу вредно для желудка. Давай лучше в обед? Я тебе тогда еще кое-что вкусненькое состряпаю.

Сяо Кэ замахал руками:

— Господин, нет-нет, мне совсем не жирно! Я страстно хочу именно с утра, честное слово!

— Но... — Юйвэнь Цин снова сделал вид, что колеблется.

Тут Сяо Кэ и вовсе запаниковал: если отложить до обеда, кто знает, удастся ли вообще отведать задуманное!

— Господин, миленький, давайте прямо сейчас! Ну пожалуйста, приготовьте с утра! — он вцепился в рукав Юйвэнь Цина и принялся умоляюще раскачивать его руку.

Видя, что Сяо Кэ и впрямь не на шутку встревожился, Юйвэнь Цин перестал его мучить:

— Раз так сильно хочется, чего стоишь? Беги собираться.

Получив желанное разрешение, Сяо Кэ вовсю засиял и тут же отрапортовал:

— Слушаюсь! Бегу!

Забавно покачав головой глядя на то, как тот суетится в предвкушении, Юйвэнь Цин неторопливо последовал за ним на кухню.

Зная о планах Сяо Кэ, Юйвэнь Цин велел затопить сразу оба очага. Одними булочками дело не ограничилось — они напекли еще и пампушек, а к ним, по заказу Сяо Кэ, он состряпал три мясных блюда и одно овощное.

Сам Юйвэнь Цин с утра пораньше не любил тяжелую пищу, поэтому ограничился лишь одной булочкой и парой ложек тушеных овощей.

Лю И появился около восьми утра. В этот момент Юйвэнь Цин и Сяо Кэ как раз сидели на террасе второго этажа.

Заметив, что Лю И пришел не один, Сяо Кэ удивился:

— С каких это пор с ним кто-то еще?

Ведь с тех пор, как они поселились в Холодном дворце, порог их жилища разрешалось переступать только одному Лю И.

Проводив взглядом человека, который шагал следом за Лю И с пустыми руками, Юйвэнь Цин нахмурился и тихо бросил Сяо Кэ:

— Если этот тип спросит меня, скажешь, что я болен.

Не дожидаясь ответа, он тут же поднялся и скрылся в своей комнате.

Достав с туалетного столика пудру, он тщательно припудрил лицо, придавая себе болезненно-бледный вид, а затем нанес немного специального средства на кисти рук и запястья, чтобы кожа казалась сухой и желтушной. После этого он выставил на видное место у кровати пару чистых туфель, а собственные спрятал под кровать. Окончательно подготовившись, он взял в руки книгу и прилег на постель.

Тем временем Сяо Кэ спустился вниз и встретил Лю И.

Лю И поспешно представил своего спутника:

— Это евнух Ван из покоев Наложницы Юй.

Услышав, что незваный гость пожаловал от Наложницы Юй, Сяо Кэ внутренне напрягся, хотя внешне сохранил невозмутимость, лишь слегка кивнув в знак приветствия. Затем он бросил косой взгляд на принесенную Лю И поклажу, и его брови тут же сошлись на переносице — внутри вскипела ярость: Совсем совесть потеряли!

Не дожидаясь, пока Сяо Кэ успеет высказать недовольство, евнух Ван задрал нос и высокомерно бросил:

— Веди меня к своему господину.

Подавив рвущееся наружу раздражение, Сяо Кэ натянул на лицо подобие улыбки:

— Мой господин хворает и сейчас постельном режиме.

Смысл был более чем прозрачен: принимать гостей он не в состоянии.

— Наша матушка преисполнена милосердия и доброты. Она считает, что служитель Юйвэнь угодил в Холодный дворец лишь из-за неё, поэтому специально прислала меня проведать его.

Сяо Кэ мысленно сплюнул с презрением: Какая еще доброта у Наложницы Юй!, — но делать было нечего, пришлось разворачиваться и идти вперед, показывая дорогу.

Лю И тоже тревожился на свой счет. Он прекрасно понимал, что евнух Ван — человек Наложницы Юй и уж точно не питает добрых чувств к обитателям Холодного дворца, но сопровождать их дальше он не смел. Оставив спутников, Лю И поспешил на кухню, чтобы выгрузить припасы. Краем глаза заметив висевшее у входа мясо, он испуганно огляделся по сторонам — к счастью, комната служителя Юйвэня находилась со стороны главного зала и отсюда её было не разглядеть, — и он торопливо снял куски мяса, спрятав их глубоко в шкаф.

А тем временем евнух Ван, шагая за Сяо Кэ по коридорам Холодного дворца, с злорадным удовольствием подмечал царившие здесь запустение и разруху — куда им до великолепия их собственных покоев. Окинув взглядом убогую комнату Юйвэнь Цина, где не было даже приличного шкафа для одежды, а затем переведя глаза на лежавшего в постели, исхудавшего, бледного человека, который то и дело заходился кашлем, евнух Ван почувствовал, как на душе у него стало необычайно легко и приятно.

Лицемерно изогнувшись в поклоне, он пропел:

— Наложница Юй прислала меня узнать, как здоровье служителя Юйвэня, всего ли вам хватает. Матушка велела передать: хоть из-за вас она и потеряла ребенка, вы всё же сделали это не со зла. А еще она безумно сожалеет, что дицзюнь разгневался и сослал вас сюда.

Сяо Кэ едва сдерживался, чтобы не заскрипеть зубами от злости, в то время как игравший роль больного Юйвэнь Цин лишь тихонько выдавил из себя глухое хрипение и больше ничего не сказал. Настоящий Юйвэнь Цин от природы был молчалив, замкнут и совершенно не умел подлизываться. А после ссылки в Холодный дворец апатия и убитость казались вполне естественным состоянием. Именно поэтому евнух Ван ни на секунду не усомнился в искренности происходящего и не счел поведение хозяина проявлением неуважения.

С фальшивой улыбкой евнух Ван продолжил:

— Понятное дело, Холодный дворец — не курорт. Скажите, чего вам не хватает, назовите рабобу — матушка приказала мне во всем помогать служителю Юйвэню, если потребуется что-то довыделить.

Юйвэнь Цин слабо кашлянул и слабым, еле слышным голосом отозвался:

— Благодарю матушку за заботу, но у меня всё есть, не стоит утруждать евнуха.

Евнух Ван снисходительно улыбнулся:

— Я слышу, вы подкашливаете, неужто захворали? Может, позвать лекаря? Наша матушка с радостью поможет в этом деле.

Продолжая вести пустую игру в любезности, Юйвэнь Цин покачал головой:

— Старая болячка. Чуть меняется погода — сразу начинается, ничего страшного.

Поняв, что больше выжать нечего, евнух Ван раскланялся:

— В таком случае берегите себя, служитель Юйвэнь, а я пойду.

Юйвэнь Цин едва заметно качнул рукой:

— Сяо Кэ, проводи евнуха Вана.

Сяо Кэ тут же вытянул правую руку, указывая направление:

— Прошу за мной, евнух Ван.

Стоило за нежеланным гостем закрыться двери, как Юйвэнь Цин тут же сел на кровати и тяжело вздохнул. Дворцовые интриги из романов о гаремных страстях он читал и раньше, а потому прекрасно понимал, что недооценивать здешних наложниц-интриганок себе дороже. Наверняка Наложница Юй послала евнуха оценить масштабы разрухи и убедиться, как жалко он выглядит — ведь чужое несчастье для таких людей лучший бальзам.

— И надо же было угодить в этот проклятый дворец, где даже в таком богом забытом месте, как Холодный дворец, никому покоя не дают.

Юйвэнь Цин был человеком ленивым, но именно по этой причине он ненавидел ввязываться в чужие проблемы и скандалы. Что же до побега из дворца...

— Ладно, поживем — увидим. Лучший исход, если эта Наложница Юй просто про меня забудет.

Тем временем вернувшийся с докладом евнух Ван спешил в покои Наложницы Юй.

Во Дворце Синьюй Наложница Юй возлегла на кушетке, а служанка нежно массировала ей ноги. Услышав отчет евнуха, уголки её изящных губ поползли вверх.

— Матушка, я всё видел своими глазами! Этот Холодный дворец — сплошные руины, и до наших покоев ему даже в миллионной доли не дотянуть. А у него в комнате такая нищета — даже шкафа для одежды нет! К тому же Юйвэнь Цин, похоже, болеет уже давно, но в комнатах даже лекарствами не пахнет, судя по всему, ему и на лечение-то раскошелиться нечем. Я слышал, у них урезали все пайки, так что теперь они питаются одной зеленью, которую и простолюдины-то не едят! — евнух захлебывался злорадством, выжимая из ситуации максимум.

Наложница Юй была явно довольна услышанным. Она лениво приподняла руку, любуясь ярко-алыми ногтями:

— Ты отлично справился. Я знаю о твоей преданности... Питаются едой для нищих... Ха-ха! Превосходно, просто превосходно. Ступай и получи свою награду.

Евнух Ван просиял от счастья: он с самого начала знал, что известия о занижении пайков для Холодного дворца приведут хозяйку в восторг, а потому радостно побежал за заслуженными призовыми.

— Юйвэнь Цин, даже если ты не сделал это нарочно, я всё равно тебя не прощу! — злобно прошипела она, касаясь живота, а во взгляде вспыхнула ядовитая ненависть. — Наложница Лян, клянусь, ты заплатишь мне жизнью твоего ребенка!

Пока Наложница Юй предавалась кровожадным фантазиям о расправе над Наложницей Лян, в резиденции Юйвэнь Цина царила куда более легкая и непринужденная атмосфера.

Смыв с лица маскировочную грим-краску и слушая доносившиеся с кухни голоса, где Сяо Кэ азартно угощал Лю И то одним, то другим угощением, Юйвэнь Цин невольно улыбнулся.

На этот раз припасов Лю И привез еще меньше, но зато притащил целых две рыбины, каждая весом фунтов по десять. От вида такой солидной рыбы Сяо Кэ даже презрительно скривил нос.

Впрочем, Юйвэнь Цин не стал придираться к скудности рациона — в конце концов, в еде они действительно не нуждались. Он с любопытством повертел в руках принесенные Лю И нехитрые инструменты. О строительстве крольчатника он пока не думал — кролики быстро росли, так что проще было возвести для них нормальный загон.

А на кухне разворачивалось своё представление.

— Ну как, вкусно же готовит мой господин? Попробуй, это паровóй булочки, а это пампушки. А вот это — курица в остром соусе, тушеная картошка с курицей и тушеный кролик — всё это я попросил его приготовить специально для тебя. Так что с тебя причитается за такую удачу! — Сяо Кэ так и светился гордостью: мол, благодари меня, ну же, благодари!

Лю И простодушно ухмыльнулся:

— Я и так знаю, что ты у меня лучше всех, и всегда помнишь обо мне.

От таких слов щеки Сяо Кэ тут же залились краской:

— Подумаешь... Кто о тебе помнил! Просто мне самому захотелось, вот я и попросил.

Лю И ничего не ответил, лишь продолжал добродушно улыбаться, глядя на него.

Смущенный его взглядом, Сяо Кэ слегка толкнул его в плечо:

— Чего уставился? Зубы скалишь. Ешь давай, такого тебе дома не перепадет!

Лю И послушно принялся за еду с удвоенной энергией. Завтракать у них в гарнизоне было не принято — даже если проголодаешься, перехватишь кусок вяленого мяса или горсть сушеных фруктов, и ладно. Поэтому Лю И в два счета умял всё до последней крошки, прихватизировав вдобавок две булочки и две пампушки.

Видя, как тот уплетает за обе щеки, Сяо Кэ радостно пообещал:

— В следующий раз, как придешь, я тебе еще оставлю.

Лю И на душе стало тепло и спокойно: мало того, что Сяо Кэ в этом Холодном дворце не бедствует, так его еще и кормят деликатесами каждый день. Для него это было лучшей новостью на свете.

Перебрав принесенные вещи, Юйвэнь Цин вспомнил, что просил принести побольше костей, и Лю И действительно натаскал их вдоволь. Среди них попадались отличные ребрышки и несколько крупных мозговых костей с остатками мяса — парень явно старался выбирать куски пожирнее, переживая, что Сяо Кэ голодает.

Заглянув на кухню и убедившись, что оба уже наелись, Юйвэнь Цин остановил Лю И, который уже собирался отвесить поклон, и произнес:

— Если не спешишь возвращаться, я приготовлю тебе еду с собой в дорогу.

В конце концов, раз уж он параха Сяо Кэ, хозяин должен проявить заботу, да и в будущем помощь этого парня еще не раз пригодится.

Сяо Кэ обрадовался предложению не меньше самого Лю И, который смущенно благодарил за щедрость.

Выпроводив обоих во двор чистить овощи и рубить кости, Юйвэнь Цин занялся мукой и рисом. За рыбу он решил взяться сам: в его смутных воспоминаниях здешние люди почему-то рыбу не жаловали. Но стоило ему только приступить к делу, как Сяо Кэ тут же отобрал у него нож, хотя в итоге разделывать рыбу всё равно пришлось Лю И. В итоге Юйвэнь Цин быстро соорудил тушеные ребрышки и жареное филе, упаковав их в дорогу, а заодно нагрузил гостя свежими пампушками.

Сяо Кэ с грустным видом проводил глазами Лю И, уносившего корзинку с едой — сам-то он успел съесть всего пару кусочков!

Угадав ход его мыслей, Юйвэнь Цин успокаивающе потрепал его по макушке:

— Брось киснуть, у нас еще полно ребер и рыбы, в обед снова наготовлю. Да и куда тебе в таком темпе — ты же объелся до отказа.

Сяо Кэ робко потрогал живот и обреченно кивнул: и правда, жаль, что за завтраком он набросился на еду с такой жадностью.

Потом он с тревожным видом повернулся к Юйвэню Цину:

— Господин, а тот евнух Ван... Наложница Юй ведь не затевает против нас что-то недоброе?

Юйвэнь Цин покачал головой, утешая его:

— Не переживай. Раз уж мы здесь влачим жалкое существование и даже мяса позволить себе не можем, у этой Наложницы Юй просто не будет повода тратить на нас время.

Попросив Лю И принести костей, он не только хотел побаловать Сяо Кэ, но и преподать остальным наглядный урок того, в какой жуткой нищете они прозябают — мол, мяса нет, грызем одни кости.

Мысленно качнув головой, он подумал: [Чтобы жить спокойно, приходится прикладывать столько усилий.]

Слушая хозяина, Сяо Кэ едва сдерживал улыбку: уж в чем в чем, а в недостатке мяса они точно не нуждались, да и жили припеваючи.

— Я пойду почитать, а ты поставь кости вариться. Ребрышки оставим на потом, а мозговые кости Лю И уже порубил. Добавим пряности, которые мы насобирали за эти дни, останется только дождаться, пока они как следует разварятся — честно говоря, у меня у самого уже слюнки текут.

http://bllate.org/book/29395/3571376