Готовый перевод The Cold Palace Emperor Husband / Императорский супруг: Уютная жизнь в холодном дворце: Глава 11

Глава 10: Украденная еда

Сыма Наньмин просматривал доклады, и во Дворце Юйхуа стояла такая тишина, что было слышно лишь, как он время от времени переворачивает страницы. Вскоре легко ступая вошел евнух лет сорока с небольшим.

Сыма поднял голову, потер переносицу и спросил:

— У Си, что-то случилось?

У Си с улыбкой ответил:

— Докладываю дицзюню, оба командира, Нань Фэн и Бэй Фэн, просят о встрече.

Сыма отложил бумаги в сторону, и на его лице промелькнула радость:

— А скорость-то неплохая. Пусть войдут.

У Си выслушал приказ и вышел. Спустя мгновение вошли двое стройных мужчин — один в фиолетовых одеждах, другой в синих. Опустившись на одно колено, они отдали честь.

— Подданные…

— Нань Фэн…

— …и Бэй Фэн…

— …приветствуют дицзюня!

Сыма посмотрел на двух своих верных генералов и произнес:

— Поднимайтесь оба. Вернулись вы довольно быстро. Через несколько дней должны вернуться Цзинлэй и Цзин Юй, и тогда все ваши четыре командира будут в сборе — сможете как следует отдохнуть и пообщаться.

Переведя тему, он добавил:

— Вы славно потрудились на этом задании.

Нань Фэн по природе своей был немногословен и ничего не ответил, зато Бэй Фэн с ухмылкой заявил:

— Не трудно, совсем не трудно! Работать на дицзюня — наш долг.

Бэй Фэн был худощав, с детским лицом, а когда он улыбался, его глаза излучали такое обаяние, что к нему сразу же проникались симпатией.

Заметив его ухмылку, Сыма в шутку пожурил его:

— А Бэй Фэн, смотрю, за эту поездку немало поднаторел, язык стал подвешен лучше прежнего.

Бэй Фэн услышал это и мысленно остолбенел: неужели дицзюнь и правда хвалит его? Впрочем, он не придавал этому особого значения — он ведь примчался во дворец вовсе не для того, чтобы лясы с дицзюнем точить. Он прекрасно знал, что в красноречии тому не уступит, а его главная цель еще не была достигнута!

Тогда Бэй Фэн хихикнул и, проявив сообразительность, не стал отвечать на слова Сыма Наньмина:

— Дицзюнь, вы только посмотрите, раз мы так блестяще справились с заданием, не одарите ли нас какой-нибудь наградой?

С этими словами он заискивающе захихикал, прикрывая собственное смущение, а в душе подбадривал себя: мол, если не отрастишь толстую кожу, никаких хороших вещиц не добудешь, надо брать пример с Цзин Юя. Его уже давно снедала обида: всякий раз ему перепадали награды хуже, чем Цзин Юю. На сей раз он решил опередить соперника, чтобы потом как следует похвастаться перед ним — нельзя же позволять тому одному задирать нос.

Видя заискивающий вид Бэй Фэна и стоявшего рядом с абсолютно невозмутимым лицом Нань Фэна, Сыма Наньмин вспомнил, что все они следовали за ним с самого детства, и потому прекрасно понимал их характеры. Что же до мелких мыслишек Бэй Фэна, то их он видел насквозь. В голове у него мелькнула идея, и он с улыбкой произвел:

— Бэй Фэн, у меня как раз найдется для тебя отличное поручение в награду.

С этими словами он в подробностях изложил ему суть дела. По мере того как Бэй Фэн слушал наставления Сыма Наньмина, его лицо морщилось все сильнее и сильнее, пока не стало похоже на мятый паровой пирожок.

Выслушав распоряжения Сыма Наньмина, Бэй Фэн решил, что дицзюнь наверняка над ним издевается! Разве это можно назвать хорошим делом?!

Выйдя из дворца и убедившись, что Сыма Наньмин больше не услышит, Бэй Фэн принялся жаловаться:

— Сяо Нань, дицзюнь становится все более прижимистым! Я ведь так прекрасно выполнил задание, а он вместо награды заставляет меня идти в воришки. Сяо Нань, как думаешь, я что, больше не нравлюсь дицзюню? Иначе почему он так надо мной измывается? (Сяо Бэй, давай не будем выражаться так двусмысленно, а?)

Сян Нань бросил на Сян Бэя мимолетный взгляд, ничего не ответил и зашагал вперед. Выражение в его глазах было совершенно непостижимым — в нем вообще не прослеживалось никаких эмоций, словно они были зеркальной гладью заброшенного колодца.

Сян Бэй тут же последовал за ним:

— Сяо Нань, ты ведь еще не ответил мне! Куда ты так спешишь? Сяо Нань, неужели я и тебе перестал нравиться? До чего же я несчастный!

Вид Сян Бэя, изображавшего брошенного всем миром беднягу, заставил Сян Бэя поневоле остановиться. В его глазах промелькнула беспомощная усталость, и он спокойно произвел:

— Голоден.

Выражение лица Сян Бэя тут же нормализовалось:

— Сяо Нань, ты проголодался?

Сян Нань кивнул.

Сян Бэй сразу же расплылся в улыбке:

— Я тоже! Сяо Нань, угости меня обедом в Ресторане «Кэманьлоу», я уже целую вечность тамошней еды не пробовал, так соскучился — просто сил нет!

Сян Нань развернулся и продолжил путь. Сян Бэй понял, что тот согласился, радостно припустил следом и вновь завел жалобы на то, как несправедливо дицзюнь с ним обошелся и в какой он обиде.

Тем временем Сыма Наньмин, проводив обоих взглядом, велел У Си подать разогретую еду. Все блюда были приготовлены Юйвэнь Цином, порции крошечные, но для послеобеденного чая подходили идеально. Сыма Наньмин ел и воображал, как Сян Бэй впоследствии будет благодарен ему. Ощущение приятного предвкушения охватило его целиком — только в обществе этих нескольких преданных людей он мог позволить себе расслабиться.

У Си, прислуживавший рядом и заметивший явное хорошее настроение дицзюня, осторожно произвел:

— Замечая, как сильно дицзюнь любит еду, которую стряпает тот человек из Холодного дворца, я не совсем понимаю: зачем отправлять людей добывать ее тайком? Не проще ли отдать прямой приказ, чтобы он готовил по первому слову?

У Си и сам был потрясен кулинарным мастерством обитателя Холодного дворца. Он полагал, что повидал на своем веку немало изысканных яств, но едва почувствовав аромат той еды, не смог сохранить прежнее хладнокровие.

Сыма на мгновение замер. Перед его мысленным взором возник образ человека, который так беззаботно возлегал в кресле, попивая чай и читая книгу. Ему просто не хотелось разрушать эту безмятежность. Быть может, именно потому, что сам он не мог позволить себе подобной свободной и праздной жизни, ему тем более не хотелось, чтобы кто-то нарушал чужой покой.

Он покачал головой и промолчал, но У Си понял: это значило, что тревожить того человека не следует.

В последние дни Юйвэнь Цин жил в размеренном и тихом ритме. Каждое утро он поднимался, завтракал, отправлялся прогуляться к охотничьим угодьям, чтобы раздобыть немного дичи, а порой натыкался на волка по кличке Сяо Хэй. Сяо Хэем он сам окрестил пса, не звать же его вечно просто «волком». Всякий раз при встрече с Сяо Хэем ему доставалась какая-нибудь добыча — по большей части куры да кролики, реже попадались незнакомые птицы, так что теперь Юйвэнь Цину с напарником не приходилось переживать из-за мяса. Из-за столь регулярных встреч их связь с Сяо Хэем крепла на глазах, по крайней мере, теперь Юйвэнь Цин мог позволить себе побегать прямо за волчьим хвостом.

Наступил час обеда.

Сяо Кэ с хмурым видом уставился на миску с костным бульоном перед собой, и на его пухлом личике проступило страдальческое выражение:

— Опять костный бульон! Я уже до смерти им объелся!

Видя гримасу Сяо Кэ — «я так мучаюсь, больше в меня не лезет», — Юйвэнь Цин едва сдерживал улыбку. Он-то прекрасно помнил, с каким энтузиазмом Сяо Кэ уплетал самый первый костный бульон и клялся, что готов пить его вечно, — и вот не прошло и полгода, как от одной мысли о нем его начинает воротить! Впрочем, поразмыслив, он признал, что за последнее время они и впрямь выхлебали немало разных похлебок: рыбных, куриных, костных. Юйвэнь Цин даже засомневался, не слишком ли роскошным стал их рацион в последнее время.

Пожалуй, причиной тому было то, что в тот день Лю И отведал свиных ребрышек, а Сяо Кэ передал ему с Линь Кайем костного бульона. Лю И пришел в такой восторг, что через Линь Кайя стал тайком переправлять им ребрышки и мозговые кости, требуя, чтобы Юйвэнь Цин готовил их на все лады, так что бульона на столе и правда прибавилось. Вообще-то бульон получался отменным — если добавить рубленой зелени, выпить горяченьким или сварить в нем лапшу, выходило объедение. Но сколь бы хороша ни была еда, от ежедневного повторения начнешь воротить нос, вот и сегодня Сяо Кэ взбунтовался.

Заметив, что мальчишка и впрямь не хочет притрагиваться к еде, да и сам он от супов подустал, Юйвэнь Цин заглянул взглядом на кастрюлю и произвел:

— Ну тогда оставь пока. Вечером отдашь Линь Кайю, пусть разделят с остальными.

Он знал, что его стряпня пользуется успехом, и это было приятно — по крайней мере, продукты не пропадут даром.

Так что сегодня в обед они обошлись исключительно овощными блюдами.

Сразу после трапезы наступил час полуденного отдыха — за последнее время это вошло у них в привычку, стоило пропустить хоть денек, и силы оставляли обоих. Делать им всё равно было нечего, так что парочка лодырей предавалась блаженной жизни: наелись и спать. Чего они никак не ожидали, так это того, что едва они удалятся, на кухне появятся непрошеные гости.

— Сяо Нань, Сяо Нань! Как же я ненавижу этого мацану! Имеет все условия и еще нос воротит! Говорить уже тошно… У-у-у, какая гадина!

Этими двумя оказались те самые Сян Нань и Сян Бэй, получившие тайное задание.

Сян Нань пропустил жалобы мимо ушей и протянул ему пиалу с бульоном:

— Сначала выпей.

Стоило лакомству оказаться перед носом, как Сян Бэй мгновенно умолк. Держа в левой руке пышку, а в правой — похлебку, он с блаженным видом принялся хлебать, время от времени поднося ложку к губам Сян Наня, который в этот момент осторожно упаковывал еду.

Надо сказать, задание, выданное им Сыма Наньмином в тот день, заключалось в том, чтобы ежедневно наведываться в Холодный дворец и «воровать» оттуда еду — ну, или, выражаясь мягче по версии дицзюня, «тихонько забирать». Бэй Фэн тогда был так зациклен на обиде из-за отсутствия нормальной награды, что не задал вовремя главный вопрос: «Простите, а кто вы такой? Вы же дицзюнь Империи Сянъюн, с какой стати вам воровать чужую еду?! К тому же разве во дворце не лучшие повара на свете? Вас же круглые сутки кормят деликатесами, откуда в Холодном дворце взяться чему-то лучшему, чем на кухне императорских поваров?»

Потому-то поручение казалось Бэй Фэну откровенным издевательством. Но делать нечего, раз хозяин приказал — приходится исполнять. (Хотя самого Сян Наня никто не звал, это Бэй Фэн приволок его за собой). Однако в тот самый миг, когда они впервые прокрались в Холодный дворец и застали хозяина со слугой за ужином, мысли Бэй Фэна перевернулись с ног на голову! Все эти императорские кухни и именитые повара мигом потеряли всякий вес! Стоило вдохнуть аромат тамошней стряпни — какой же он был манящий! Как устоять? Как уйти и не сглотнуть слюну?

Глядя на то, как господин со слугой счастливо уплетают ужин, а сам он, укрывшись в тени, счастливо пускает слюнки, Бэй Фэн понял, что и сам скоро приобщится к этому празднику живота. Согласен даже на объедки!

Бэй Фэн мысленно преклонялся перед старшим братом — надо же додуматься отыскать в Холодном дворце такие кулинарные сокровища! Дицзюнь велик! М-м-м, как пахнет! Дицзюнь, я так вам благодарен за это чудное поручение! Пусть смотреть на чужую трапезу было чуточку больно, но за муками неизменно следовало сладкое воздаяние, и к такому страданию он был готов в любой момент! Уж в этот раз он точно заставит Цзин Юя позеленеть от зависти, хи-хи-хи-хи!

В общем, пока хозяин со слугой ни о чем не подозревали, запасы их еды регулярно уменьшались. Почему же те двое ничего не замечали?

Да потому что:

Сяо Кэ, убираясь на кухне, заглянул в котел с бульоном, заметил убыль и слегка удивился: «Наверное, хозяин вставал перекусить, в обед-то он почти ничего не съел, точно проголодался снова».

А заглянувший на кухню за водой Юйвэнь Цин обнаружил, что остатков дневной трапезы поубавилось, хотя и не сильно. Он лишь с улыбкой покачал головой: «Дети есть дети, какой отменный метаболизм. Днем еще жаловался, что объелся, а стоило проснуться — и снова за еду».

Так они в очередной раз прошли мимо суровой правды. В конце концов, оба хозяина жизни в Холодном дворце даже в мыслях не допускали, что кто-то станет сюда соваться, да еще и с целью воровства.

Сян Бэй чувствовал себя счастливейшим человеком на свете — пусть ради этого и приходилось дежурить в засаде перед каждой трапезой. Единственное омрачало его радость: вдоволь наесться не удавалось. Во-первых, оба обитателя готовили в обрез, а во-вторых, часть добычи приходилось уносить для дицзюня. Вспоминая Сяо Кэ, которому каждый день перепадали лакомства, Сян Бэй захлебывался завистью и злостью. Ему довелось однажды попробовать угощение, припасенное Юйвэнь Цином для мальчишки, и от этого воспоминания вкус казался еще слаще, а зависть — невыносимее. Бэй Фэн отдал бы всё, чтобы появиться перед Юйвэнь Цином с открытым лицом и законно уплетать деликатесы! Эх, когда же дицзюнь придумает способ приблизить их к служитель Юйвэнь? Сейчас он был готов умолять дицзюня сослать его в Холодный дворец под любым предлогом, лишь бы жить рядом с едой, да только квалификации не хватало!

В полдень Сяо Кэ приволок знатный кусок свиной грудинки — тайную передачку от Лю И через Линь Кайя. Увидев этот кусок, Юйвэнь Цин первым делом подумал о тушеной свинине в соевом соусе. Раз задумал — надо готовить, благо времени свободного предостаточно.

Тушение свинины требовало немало времени, но ради хорошего вкуса стоило повозиться. Правда, досадным упущением было отсутствие под рукой нужных ингредиентов, в частности соевого соуса. В конце концов, для придания цвета Юйвэнь Цин добавил немного собственной пасты собственного приготовления, и результат превзошел все ожидания. Чего он не знал, так это того, что едва аромат разлился в воздухе, укрывшиеся в засаде соглядатаи начали истекать слюной.

— Всё, больше не могу! Сяо Нань, мясо, которое готовит служитель Юйвэнь, просто безумно пахнет! Как можно добиться такого аромата?!

Сян Нань ничего не ответил на слова Бэй Фэна, но по тому, как неотрывно взгляд напарника был прикован к дверям кухни, было ясно: тот страдает ничуть не меньше.

Увидев, что хозяин со слугой выносят готовые блюда, Сян Нань и Сян Бэй с молниеносной быстротой сгребли часть мяса, захватили пару пышек и растворились в тени. По дороге назад лицо Сян Бэя омрачилось глубокой скорбью:

— Сяо Нань, как думаешь, дицзюнь поделится с нами хоть кусочком?

Сян Нань хранил молчание.

Сян Бэй опечалился еще сильнее:

— До чего же горько! Почему они не могут готовить побольше?!

Тут подал голос Сян Нань:

— У них нет столько мяса. Продукты для Холодного дворца урезают.

Вспомнив, как Сяо Кэ украдкой протаскивал этот самый кусок мяса, Сян Бэй свирепо заскрежетал зубами:

— Мерзавцы! Да они же буквально изо рта у меня кусок вырывают! Не прощу, обязательно пожалуюсь дицзюню, пусть накажет негодяев!

Сян Нань бросил на него взгляд, благоразумно умолчав о том, что дицзюнь прекрасно всё знает, и вмешательство самого дицзюня сделало бы ситуацию только хуже.

Добравшись до Дворца Юйхуа, они обнаружили, что Цзинлэй и Цзин Юй уже прибыли. Сян Бэй тут же сморщил нос-пуговку — ртов, претендующих на еду, стало еще больше, какое горе!

Оба прибывших облачились в черные боевые одежды. Характером Цзин Юй походил на Бэй Фэна, но черты лица имел куда более утонченные. Заметив, что Бэй Фэн не только не рад его появлению, но еще и смотрит с явным отвращением, Цзин Юй тут же надулся, и парочка с ходу сцепилась языками. Все остальные к этому давно привыкли — ни Сян Нань, ни Цзинлэй даже не пытались их разнимать, а сидевший во главе Сыма и вовсе не собирался вмешиваться в их перепалку.

Сян Нань шагнул вперед и извлек из коробки еду, выставляя ее перед Сымой. Крышка едва успела приподнять край, как несколько чутких носов уловили дразнящий аромат.

— Как вкусно! — взвыл Цзин Юй и мгновенно подскочил к столу дицзюня, впившись глазами в жалкие несколько кусочков мяса. — Что это за мясо? Обалдеть, никогда не нюхал ничего подобного!

Бэй Фэн тут же протиснулся следом:

— Это тушеная свинина! Никогда не слыхал? Ха, на твою долю не достанется!

Цзин Юй взвился петухом:

— В смысле не достанется?! С какой стати не достанется?! Если досталось тебе, обязано перепасть и мне! — Затем он ткнул пальцем в белые комочки рядом: — А это еще что?

— Деревенщина, даже пышек не знаешь! — презрительно фыркнул Бэй Фэн, напрочь забыв, что сам при первой встрече задавал точно такой же вопрос.

После этого оба с умоляющей надеждой уставились на Сыма Наньмина. Сыма заметил, что даже двое других, отличавшихся хладнокровием, бросают вожделенные взгляды на тарелку.

Взглянув на шесть крошечных кусочков мяса в тарелке, Сыма решил оставить себе два куска и одну пышку, а остальное разделить между ними. Созерцая эту скудную добычу, а затем переводя взгляд на притихших подчиненных, Сыма вдруг почувствовал себя до крайности неловко и беспомощно. Все они — люди высочайшего положения, а вынуждены вести войну за еду. Сыма подумал, что ему действительно стоит всерьез обдумать слова Бэй Фэна и найти способ воплотить их в жизнь.

Цзин Юй изрек:

— Да это же не просто жареное мясо! И подумать страшно, что из свинины можно сотворить такое! Безумно вкусно, особенно если вприкуску с пышкой!

Он ел крошечными кусочками, с таким невыносимо жалостливым видом растягивая удовольствие, что у всякого сердце бы сжалось от сочувствия!

Цзинлэй, человек простодушный и добросердечный, видя, как сильно Цзин Юй жаждет этой еды, попытался отдать ему свою порцию, но Цзин Юй оттолкнул его руку:

— Лей-цзы, ешь сам! Это же безумно вкусно, если ты останешься без такого лакомства, это просто трагедия!

Бэй Фэн с укоризненной тоской посмотрел на Сян Наня, уплетавшего свою долю за обе щеки:

— Сяо Нань, ну никакого братского чувства! Взгляни на Цзинлэйя, почему ты вечно не догадываешься поделиться со мной?

Сян Нань с каменным лицом глянул на эту трогательную пару и отрезал:

— Не братское.

— В смысле не братское?!

— Не братское чувство.

Сказав это, он отступил на пару шагов в сторону и перестал обращать внимание на Бэй Фэна. Тот немедленно пристроился следом, так что не заметил, как у обоих слушавших этот диалог покраснели лица. Цзинлэй еще держался — кожа у него была смуглая, покраснение бросалось в глаза меньше, а вот белокожий Цзин Юй вспыхнул до самых корней волос. Он уткнулся носом в пышку и демонстративно перестал замечать обоих. Цзинлэй виновато усмехнулся и промолчал, хотя на душе у него было сладко донельзя.

Тем временем Юйвэнь Цин понятия не имел, какое головокружительное очарование приобрело приготовленное им мясо. Он сам стоял и хмуро смотрел на огромный кусок свиной грудинки, который принес Сяо Кэ.

— Я нашел его у порога Холодного дворца, наверное, Линь Кай оставил. Хозяин, та свинина в полдень была просто пальчики оближешь, не мог бы ты приготовить еще вечером? Я… я бы хотел угостить Лю И.

При этих словах мальчишка смущенно потупился.

Юйвэнь Цин не имел ничего против — в конце концов, какая разница, что готовить, раз уж всё равно возиться у плиты.

Поскольку отдать передачку Линь Кайю можно было лишь по окончании его смены, Сяо Кэ аккуратно уложил мясо в лакированную коробочку и последовал за Юйвэнь Цином пить чай и болтать. А тем временем неугомонная парочка дозорных — Бэй Фэн и Цзин Юй — заметив, что Сяо Кэ наконец-то удалился, стремглав влетела на кухню. С невиданной скоростью они сгребли порцию мяса, прихватили пару мисок риса и были таковы.

Убегая обратно, Цзин Юй с триумфом вещал Бэй Фэну:

— Я же говорил, что я умный! Стоило подбросить им мяса, как они тут же всё приготовят!

При мысли о том, что им снова предстоит вкусить это божественное яство, во рту у него тотчас зафонтанировала слюна!

Бэй Фэн не удостоил его ответом, желая лишь поскорее вернуться и приступить к трапезе. А что до доли дицзюня — решили разобраться на месте.

http://bllate.org/book/29395/3571377