Хань Лин отыскал одежду и хотел помочь Ли Е одеться. Ли Е закатил глаза, вытянул руки, ожидая чужих услуг. Сначала Хань Лин помог Ли Е надеть нижнюю сорочку, затем натянул халат, помедлил и произнес:
— Ваше Величество, если вы не встанете, рабу будет неудобно помочь вам надеть штаны.
Услышав это, Ли Е чуть не выплюнул кровь — слова Хань Лina были донельзя прямолинейными, донельзя прямолинейными! Превозмогая стыд, он попытался подняться, но едва стоило ногам напрячься, как он плюхнулся обратно. Дикая боль в заднице мгновенно заставила его кожу на затылке покрыться мурашками, а лицо — исказиться. Согнувшись и уткнувшись лицом в пол, он обливался холодным потом от боли и сквозь сжатые зубы процедил:
— Евнух Хань, что ты со мной сделал?
Хань Лин поспешно поднял Ли Е, прислонив к своему плечу, и с тревожным видом заглянул ему в лицо:
— Ваше Величество, что случилось? Где-то болит?
Ли Е глубоко вздохнул, и лишь спустя долгое время ему стало легче. В его памяти постепенно начали всплывать картины прошлой ночи. Переплетенные тела, почти хищный натиск Хань Лina... Они испытывали наслаждение и жаждали его удвоить, а потому предавались безумию без всяких сдерживающих рамок, переворачиваясь и повторяя всё бесчисленное множество раз, пока на рассвете не погрузились в тяжелый сон. Неудивительно, что теперь так болит... мысленно соображал Ли Е. Прежде, когда они предавались утехам с евнухом Ханем, тот никогда не позволял себе подобного безумия, от которого буквально дух вон. Но, по правде говоря, ощущение было просто фантастическим.
Хань Лин страшно переживал, боясь, что Ли Е пострадал, и сердце его разрывалось от жалости. Не дождавшись ответа, он принялся приподнимать одежду правителя, желая проверить, нет ли ранений. Поразмыслив же, что при таком деле пострадать могла лишь одна часть тела, он тут же вознамерился осмотреть задницу Ли Е. Застигнутый врасплох столь внезапным действием, Ли Е торопливо шлепнул себя по ягодицам и, напустив на себя суровый вид, бросил:
— Ты что творишь?
Хань Лин с абсолютно серьезным лицом ответил:
— Ваше Величество, раб боится, что вы ранены, позвольте рабу осмотреть рану.
В голове Ли Е невольно пронеслись те самые соблазнительные картины, и его мгновенно охватила невыразимая неловкость. Хотя в обычные дни он мог бесстыдно обсуждать подобные вещи с Ци Я, сейчас ему было уже не до того — ведь на сей раз он действительно лишился императорского достоинства!
Сделав вид, будто ничего не произошло, Ли Е пренебрежительно махнул рукой:
— Ладно, я в порядке. Ступай приведи себя в порядок, возвращаемся во дворец.
Хань Лин еще раз окинул Ли Е взглядом, убедившись, что тому действительно лучше, и побежал рысцой искать одежду для себя. Ли Е молча смотрел на Хань Лina: он начал теряться в догадках насчет его мыслей. Будь Хань Лин нормальным мужчиной, он по идее должен был испытывать отвращение к влечению кмладшим братьям, однако Хань Лин не только не отталкивал это, но, напротив, явно наслаждался процессом — значит, такое ему по вкусу. Но в повседневной жизни Хань Лин всегда вел себя скромно и истово, не позволяя себе ни малейших вольностей, и совсем не походил на распутного человека. Почему же он поступил так? Неужели у него есть какая-то скрытая от посторонних глаз сторона?
Приведя себя в порядок, Хань Лин снова подошел поддержать Ли Е, действуя предельно осторожно, чтобы ненароком не причинить ему боли. Ноги Ли Е не сходились вместе, и передвигался он походкой краба, то и дело издавая шипящие звуки. Хань Лин больше не мог на это смотреть и предложил:
— Ваше Величество, давайте раб понесет вас на спине.
С этими словами он согнулся в пояснице и прямо так взвалил Ли Е на спину.
Ли Е издал легкий возглас, но сопротивляться не стал и даже с улыбкой произнес:
— Чурбан, наконец-то поумнел, сообразил, как нужно угождать твоему господину.
Хань Лин замер: с чего это он вдруг превратился в чурбана? Шагая неспешно под лучами утреннего солнца, он пребывал в прекрасном настроении. Он никогда и не смел надеяться на сближение с Ли Е, а теперь иметь возможность находиться с ним бок о бок каждый день — это уже милость небес. Он лишь молил о том, чтобы такие дни длились вечно.
Ли Е вытянул шею, заглядывая Хань Лину в лицо, и озадаченно спросил:
— Чурбан, чего это ты сам с собой ухмыляешься?
Хань Лин ответил:
— Докладываю Вашему Величеству, раб счастлив.
Для правителя великой державы разъезжать на спине евнуха — дело все же не самое почетное. Когда они приблизились к местам, где могли быть люди, Хань Лин осведомился, не хочет ли Ли Е слезть, но тот уткнулся носом ему в плечо и бессовестно заявил:
— Евнух Хань, оприходовал человека и теперь норовишь в кусты? Смелости тебе не занимать.
Хань Лин поспешно отозвался:
— Докладываю Вашему Величеству, раб не смеет. Просто сейчас здесь ходит слишком много служанок и евнухов, если кто увидит — поползет злые языки, а это уронит величие Вашего Величества.
Судя по всему, Ли Е наотрез отказался идти своими ногами, а потому безапелляционно приказал:
— Сними с меня императорский халат, а потом своей одеждой замотай мне голову так, чтобы посторонние точно не смогли меня узнать.
Так, в полном комфорте устроившись на спине Хань Лina, Ли Е впервые ощутил, насколько широкими и надежными оказались плечи Хань Лina, дарившие удивительное чувство покоя. Он не понимал, какими целями руководствуется Хань Лин, предпринимая все эти шаги, но чувствовал, что тот не питает к нему злых намерений — и этого было достаточно. Впереди еще много времени, со временем он непременно докопается до правды.
Вернувшись во Дворец Цинхэ, Ли Е погрузился в банную купель, чтобы смыть с себя все следы. Теплая чистая вода окутала тело, принося мягкое расслабление. После долгого сидения в воде голова Ли Е отяжелела, словно он качался посреди открытого моря, во всем теле пропала сила, исчезло всякое ощущение реальности. Он мысленно сообразил, что дело неладно, хлопнул по воде, пытаясь позвать на помощь, но из горла не вырвалось ни звука, а лицо пылало алым. Он еще несколько раз попытался вылезти на бортик, но всё было тщетно: окружавшая его со всех сторон теплая вода обладала словно бы магической силой, намертво удерживая его тело и норовя утянуть в бездонную пропасть.
Хань Лин ждал за дверью уже довольно долго, но внутри по-прежнему царила полная тишина. Подумав, что в обычные дни Ли Е давно бы уже закончил мыться и вышел, он недоумевал: почему сегодня так долго? Неужели сказалась вчерашняя усталость? При этой мысли Хань Лин смущенно опустил голову и поскреб в затылке, а в голове снова зароились будоражащие кровь картинки. Засмотревшись в пустоту, Хань Лин даже не услышал звуков резкого плеска воды. Лишь когда мимо прошла процессия служанок, он насторожился, выпрямился и гордо выпятил грудь вперед, глядя прямо перед собой. Этот жест вызвал новую волну хихиканья у служанок. Тут-то Хань Лин наконец почуял неладное: время прошло слишком много, неужели что-то случилось?! Хотя ему совсем не верилось, что во время обычного купания может произойти несчастье, Хань Лин на всякий случай осторожно постучал в дверь и громко спросил:
— Ваше Величество, вы закончили?
Ответа не последовало. Подождав немного, Хань Лин окликнул снова — тишина. Не раздумывая больше ни секунды, он с размаху распахнул дверь ногой, влетел внутрь и обомлел: Ли Е лицом вниз, совершенно голый, покачивался на поверхности воды. Сердце у него ушло в пятки, он бросился в воду и вытащил Ли Е наружу.
Увидев, что глаза Ли Е закрыты, а дыхание едва заметно, Хань Лин покрылся градом холодного пота. Он принялся надавливать на грудь правителя, но это не принесло ни малейшей пользы.
Бросив быстрый взгляд по сторонам, он схватил первый попавшийся кусок одежды, завернул в него Ли Е, подхватил на руки и помчался прочь из купальни во весь опор, вопя во всю мочь:
— Лекаря! Быстрее позовите императорского лекаря! Ваше Величество сейчас перестанет дышать! Живо лекаря!
В один миг некогда тихий Дворец Цинхэ погрузился в полный хаос. Услышав крики, служанки и евнухи бросились на помощь, указывая Хань Лину дорогу к императорской спальне. Кто-то истошно орал о необходимости позвать лекарей, после чего стремглав выбежал из Дворца Цинхэ и в мгновение ока скрылся из виду. Каждый занялся своим делом: Ли Е уложили в постель, принялись носить воду, растапливать жаровни, чтобы поднять температуру в комнате. Все лица выражали крайнюю тревогу, глаза неотрывно следили за Ли Е, отслеживая малейшие изменения его состояния.
Вскоре с десяток императорских лекарей вбежали в спальню легкой трусцой. Запыхавшиеся и обливающиеся потом, они еще не успели перевести дух, как нетерпеливый Хань Лин грубо толкнул их к постели Ли Е. Страшно нервничая, Хань Лин едва сдерживал дрожь в руках. Вытаращив глаза, он взволнованно выпалил:
— Императорский лекарь Лю, каково состояние Его Величества? Есть ли угроза его жизни?
Тот, кого назвали императорским лекарем Лю, уже перешагнул шестидесятилетний рубеж. Его поседевшая шевелюра и редкие седые усы трепетали от малейшего дуновения ветерка. От отчаянной тряски, устроенной Хань Линем, у старика помутилось в глазах, и он еще долго не мог прийти в себя. К счастью, другой лекарь вовремя одернул Хань Лina:
— Евнух Хань, умерьте свой пыл. Разве можно в таком состоянии требовать от господина Лю сосредоточенности на диагнозе? К тому же в комнате слишком много людей, воздух не циркулирует, что вредит восстановлению сил Его Величества. Будьте добры, распорядитесь, чтобы все вышли первыми.
Услышав это, Хань Лин наконец осознал, какую глупость совершил. Не церемонясь с любезностями, он рявкнул:
— Все вон! Живо вон отсюда!
При этом он принялся выталкивать служанок и евнухов за дверь, даже не думая извиняться перед теми, кому причинял боль.
В комнате воцарилась тишина. Несколько лекарей уселись рядышком на краю кровати, приступая к осмотру Ли Е. Действовали они степенно, не суетясь, отчего Хань Лин был готов взорваться: человеческая жизнь решается на счет каких-то десятков секунд, а они тут еле шевелятся! С одной стороны, Хань Лин метался как на иголках, с другой — лекари проводили консилиум, неторопливо обсуждая свои выводы с безмятежным видом.
Наконец, не выдержав, Хань Лин взревел:
— Вы не можете шевелеться быстрее?! Речь идет о жизни и смерти Его Величества! Или вы от старости совсем разучились переставлять ноги?! Если не справляетесь со своими обязанностями, собирайте манатки и катитесь на все четыре стороны, хватит здесь путаться под ногами и задарма получать жалование!
Лекари опешили от такого крика, в жизни не ожидая подобной дерзости от какого-то евнуха. Спустя мгновение, придя в себя, императорский лекарь Лю с крайним неудовольствием окинул Хань Лиina взглядом и произнес:
— Какой-то евнух смеет орать на высших чиновников императорского двора, до чего же наглости набрался! Эй, стража, уволочь этого невоспитанного евнуха и обезглавить!
Услышав это, глаза Хань Лina вылезли на лоб еще сильнее — да они просто рехнулись! Император при смерти, а у них хватает времени печься о собственной чести, что за сборище подонков! В этот момент в комнату вихрем ворвался десяток солдат. Не говоря ни слова, они скрутили Хань Лina, собираясь выволочь его вон.
Внутри Хань Лina бушевало пламя гнева, и тратить время на разговоры со стражниками он не собирался. Резким движением локтя и подсечкой он раскидал стоявших ближе всего солдат. Затем, стремительно развернувшись, он отобрал у одного из них копье и направил острие прямо в горло императорскому лекарю Лю, вперив в того свирепый взгляд:
— Жить надоело? Если хочешь жить, живо ставь диагноз, еще хоть слово — и я прикончу тебя, старый хрыч!
Императорский лекарь Лю в ужасе вытаращил глаза, задрожав всем телом, и заискивающе забормотал:
— Оружие… оружие ведь слепо, евнух Хань, не горячитесь, не заденьте старика почем зря.
Взгляд Хань Лina стал ледяным:
— Хватит болтать! Что с Его Величеством?
Императорский лекарь Лю:
— До… докладываю евнуху Ханю, с Его Величеством нет ничего страшного. Он просто слегка простудился, а долгое пребывание в теплой воде привело к слабости в конечностях, головокружению и нехватке дыхания. Старик выпишет несколько отваров, после чего потребуется немного времени на восстановление ци, и Его Величество полностью исцелится.
Хань Лин с подозрением покосился на лекаря:
— Раз так, почему он до сих пор не очнулся? Когда я вытаскивал его, он был без сознания в воде, неужели он не наглотался воды в дыхательные пути?
Императорский лекарь Лю скосил глаза на острие копья и испуганно зажмурился:
— Спасибо евнуху Ханю, что вовремя подоспел, Его Величество не успел захлебнуться. А без сознания он находится, должно быть, потому, что прошлой ночью не выспался, а теперь просто утомился и спит.
Хань Лин недоверсиво посмотрел на императорского лекаря Лю и отдал приказ:
— Живо выписывайте рецепт, а затем отправьте служанку варить отвар. Вы все останетесь здесь, ни шагу отсюда! Если через час после приема лекарства Его Величеству не станет лучше, я с вас шкуру сспущу!
Грозный и властный настрой Хань Лina был совсем не похож на манеры евнуха — скорее уж на повадки заправского генерала. Он запугал лекарей до такой степени, что те не смели возразить, затаив обиду лишь для того, чтобы после пробуждения Ли Е настрочить на Хань Лina жалобу!
Опасаясь за свою жалкую жизнь, императорский лекарь Лю не смел мешкать и вместе с остальными лекарями быстренько набросал рецепт. Вошедшая служанка забрала бумагу. На всякий случай Хань Лин отпустил одного из лекарей следить за процессом выдачи и приготовления трав, чтобы избежать любых ошибок.
Примерно через полтора часа служанка принесла миску с лекарством. По знаку Хань Лina один из лекарей тут же всё понял, взял пиалу, аккуратно приподнял Ли Е и стал по ложечке остужать отвар, прежде чем влить ему в рот. На душе у лекарей скребли кошки: они никак не ожидали, что какой-то евнух владеет боевыми искусствами и станет обращаться с ними как со своей прислугой, уронив их достоинство перед толпой евнухов и служанок. Такого стерпеть было невозможно!
К счастью, спустя полчаса после приема лекарства Ли Е пришел в себя. Лекари тут же посмотрели на него с таким выражением, будто перед ними явилось спасение с небес — в их глазах стояли слезы надежды. Сонно моргая, Ли Е обвел взглядом комнату и испуганно вытаращился — сон слетел с него в один миг. Ряд лекарей стоял на коленях, причем один из них находился под прицелом грозного евнуха, чей бесстрашный, исполненный дикой удали вид и поза с копеем в руках выглядели донельзя впечатляюще.
http://bllate.org/book/29501/3586646
Готово:
