Он снова поднял автомобильное стекло, немного посидел с закрытыми глазами, а затем велел Чи Си открыть диалог с Сунь Тинъянем.
Возиться с телефоном самому ему было лень.
В режиме для слепых приходилось ждать, пока сработает программа чтения с экрана, что порой оказывалось поистине неудобно.
Набирать текст тоже муторно — слушаешь, как искусственный интеллект без конца бубнит: «н-н-н-н, и-и-и-и, в-в-ваше, в-в-ваше…»
Обычный человек успевает отправить десять сообщений, пока он осилит всего одну фразу.
Тяжелее всего пришлось в первое время после потери зрения: когда ничего не умеешь, а программа читает со стандартной скоростью полтора икса — каждый раз, когда открываешь приложение или отвечаешь на сообщение, терпение растрачивается до самого дна.
Но что тут скажешь? Будь то физический недуг, проблемы со слухом или зрением — всё, что так или иначе связано со словом «инвалидность», неизбежно проезжается по твоей самооценке добрый десяток раз.
Подобное чувство поражения порой разительно напоминает крушение небес и разверзание земли.
И от него не сбежать, не спрятаться, да ещё и жить с этим всю оставшуюся жизнь.
Как ни мучийся, а терпеть приходится. Судьба выбрала тебя, и подать апелляцию некому.
Впрочем, сейчас стало полегче: чтение с экрана ускорилось, и Цзи Юй уже не так раздражался при использовании смартфона.
Чи Си думал, что Цзи Юй собирается обсудить с Сунь Тинъянем дела по совместному проекту.
Однако его старший брат взял да и отправил голосовое сообщение: «Когда вернёшь зонт?»
Да-да! Он взял и отпр-р-равил голосовoe сообщение действующему исполнительному директору UNIY!
Кто ещё посмел бы сотворить подобное? И ведь ради какой-то сущие ерунды…
Президент UNIY в ответ тоже прислал голосовое: «Можешь забрать его из моего офиса прямо сейчас».
На заднем фоне слышны были посторонние звуки — судя по всему, шло совещание. Чи Си от такого просто лишился дар речи.
Неужели… вот так открыто и без утайки?
Цзи Юй легко усмехнулся: «Господин Сунь, вы одолжили у меня зонт, а забирать его должен я? У вас вообще есть хоть капля манер?»
Если бы не знание об их отношениях, каждое произнесённое Цзи Юем слово могло бы напрочь выбить душу из Чи Си.
Что такое безнаказанность, рождаемая вседозволенностью от избытка любви?
Вот это и есть живой пример!
К тому же, разве не его старший брат в своё время бессовестно бросил того человека? Почему же его брат ведёт себя так уверенно и дерзко?
Неужели у них по сценарию любовная драма про бессерверчного пассивного персонажа и преданного, но униженного активного партнёра?
Пока он пытался это осмыслить, из динамика донёсся негромкий смешок, и Сунь Тинъянь произнёс: «Понял. Позже завезу сам».
Чи Си: «…»
Цзи Юй заблокировал телефон и напомнил: «Если ты перестанет дышать, в твоём мозгу начнётся кислородное голодание».
Чи Си сдавленно запыхтел — пожалуй, в следующий раз он просто заткнет себе уши…
Не смотри на то, что не подобает, не слушай то, что не подобает.
-
Сегодня на мастер-класс по ароматерапии тоже пришли гости — несколько девушек, которые заглядывали сюда регулярно.
Завидев Цзи Юя, они наперебой стали с ним здороваться, неизменно обращаясь к нему исключительно «учитель Цзи».
— Учитель Цзи сегодня просто красавец!
— Белая рубашка — это вообще нечто! Ну вылитый старшекурсник из университета! Суперкрасивый и такой свежий!
Цзи Юй невольно усмехнулся: — Вы меня хвалите или всё-таки Чи Си?
— Чи Си, конечно, умеет подбирать одежду, но тут ещё и внешность нашего учителя Цзи играет роль.
Цзи Юй сложил ладони в приветственном жесте: — Ладно, дорогие мои барышни, идите и занимайтесь своими ароматами.
Цзи Юй попытался скрыться на втором этаже, но не вышло.
— Эй-эй-эй, учитель Цзи, не спешите уходить, придите и помогите нам, девочкам, советом.
Цзи Юй указал на свои глаза: — Вы уже разбираетесь едва ли не лучше меня, зачем вам слепой наставник?
— Ну научите! Разве кто-то из нас разбирается в этом лучше вас?
В конце концов Цзи Юю пришлось сесть. Слишком уж упорное сопротивление выглядело бы мелочным.
— Какой аромат хотите составить? — Цзи Юй не знал, с какой стороны исходит звук, поэтому слегка повернул голову на голос.
— Ф-ф-фруктовый, наверное, — девушка, судя по всему, была законченным интровертом, и голос её звучал напряжённо.
— Хорошо, — Цзи Юй кивнул, наощупь отыскал в ящике стола несколько полосок-тестеров и попросил девушку выбрать те парфюмерные эссенции, которые ей нравятся.
На этапе регулировки интенсивности нужно отталкиваться от личных предпочтений: понравившиеся ароматы следует пометить, тестеры с ними положить поближе, а те запахи, что кажутся слишком насыщенными, отодвинуть назад.
Если разложить полоски-тестеры вразброс и слегка помахать ими перед носом, можно уловить примерный букет аромата.
Цзи Юй терпеливо и мягко наставлял: — Если хотите подчеркнуть шлейф, берите компоненты в пропорции два к трём и к пяти. Используйте пипетку.
— Х-хорошо, — девушка усердно кивнула.
Лицо её раскраснелось до невероятного.
— Вот блин, я тоже хочу, чтобы меня учил учитель Цзи, — неизвестно кто подкинул искру в костёр всеобщего подначивания.
— Точно! Я прихожу уже столько раз, а учитель Цзи ни разу не учил меня с таким терпением.
— Обидно, обидно.
Цзи Юй моргнул своими ничего не видящими глазами, выражая крайнее недоумение: — Вы что, даже над собственными подругами издеваетесь?
— Конечно, мы же подружки-неразлучницы, у которых дружба как пластик!
Цзи Юй поперхнулся и сменил тактику: — Ну а почему вы тогда над инвалидом издеваетесь?
Девушки тут же переобулись: — Мы ко всем относимся одинаково!
Финальным этапом создания духов было придумывание названия.
Те, кто захаживал сюда постоянно, уже набили руку: поначалу они давали творениям какие-нибудь утончённые поэтичные названия, чтобы потом выложить фоточки в кругу друзей.
Теперь же они просто подписывали флаконы по нотам: Розовая груша, Лимонный янтарь…
Девушка же, с которой занимался Цзи Юй, подошла к делу вполне серьёзно и назвала свой аромат «Медовые речи».
Среди выбранных ею компонентов был мёд, поэтому Цзи Юй не стал ломать над этим голову.
Но когда он проводил их до дверей и услышал их приглушённое хихиканье: «Иди быстрее», «Тут сама атмосфера располагает», «Ты же сегодня специально пришла, чтобы…», «Попробуй же, ну даже если откажут, то…» —
Цзи Юй понял: пора делать ноги.
Однако сбежать не удалось.
Будучи слепым, ходишь медленно, вот его и нагнали.
— У-учитель Цзи…
Цзи Юй вздохнул и мягко улыбнулся уголками губ: — Мм?
— Я… я могу… могу… доб… добавить… добавить вас в контактах? — сердце девушки, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.
Когда законченный интроверт пытается за кем-то ухаживать — это поистине смертельный номер.
— Ты хочешь за мной ухаживать? — прямо спросил Цзи Юй.
Девушка вздрогнула и, лишь немного помолчав, едва слышно выдавила: — М-можно?
Цзи Юй улыбнулся, его персиковые глаза изогнулись полумесяцем: — Такая милая девочка ухаживает за слепым — это было бы слишком нечестно по отношению к тебе.
Девушка только было открыла рот, чтобы возразить, как Цзи Юй добавил: — Прости, — он слегка подался вперёд и понизил голос: — Но я гей.
Девушка опешила.
— И открою тебе один секрет, — Цзи Юй поднёс указательный палец к губам. — Когда мне был двадцать один год, я уже поклялся кому-то в вечной любви и связал себя узами.
После этого он услышал, как девушка издала звук, подозрительно напоминающий… закипающий чайник?
— П-правда? А что за человек тот второй? Вы так рано… и уж-же были вместе? Ах, он, наверное, безумно сильно тебя любит?!
— …?
Цзи Юй виновато улыбнулся и спустя пару вдохов мягко улыбнулся, будто вспомнив кого-то конкретного: — Да, он меня любит. Ждал меня много лет.
С этой стороны разворачивалась романтичная картина, а вот на другой творилось нечто убойное.
Чи Си преспокойно наблюдал за представлением и ел попкорн — за все эти годы найдётся с десяток-другой гостей, положивших глаз на его босса.
Особенно пока тот ещё видел: случалось, к нему в открытую клинья подбивали и по три месяца подряд цветы присылали.
И лишь со временем подобных визитов стало меньше.
Так что сцену признания он не видел уже давно. И пока он сокрушался, что не позвал ребят со второго этажа поглазеть на шоу, кто-то за спиной неожиданно спросил: — Что это… они делают?
Чи Си на автопилоте ответил: — Очередная фанатка признаётся моему брату в любви.
— Тц, мой брат и впрямь неотрази… — он обернулся, и его чуть не хватил кондратий!
— С-сун… С-сун… С-сунь… господин Сунь, вы… вы как здесь… оказались?
Сунь Тинъянь равнодушно бросил: — Мм, пришёл посмотреть, действительно ли твой брат так неотразим, как в прошлые годы.
Чи Си перевёл взгляд на своего брата, который всё ещё пытался наощупь сорвать цветок для девушки, а затем на Сунь Тинъяня, от которого прямо-таки волнами исходил ледяной холод.
Ему страстно захотелось закатить глаза и брякнуться без чувств прямо здесь —
…спасите ребёнка.
Примечания автора:
Чи Си: QAQ Эту работу я не выдержу и дня!
Я тут раздумываю: как только выполню норму по знакам для рейтинга, во вторник и среду выкладывать главы не буду.
Если в следующий раз снова попаду в рейтинг, буду публиковать по 5 дней подряд, со среды.
(У меня тоже график: пять дней работы, два отдыха — эх). А если в рейтинг не попаду, буду выпускать главы через день.
Глава 13. Драматичная мыльная опера
(13)
— Не ожидал, что учитель Цзи так мастерски умеет охмурять девушек.
Когда голос Сунь Тинъяня раздался прямо над ухом, Цзи Юй отчётливо понял: этот мир — сплошная балаганная мыльная опера!
Ну почему всё вечно так совпадает?!
Обязательно разыгрывать эту сцену именно в такой обстановке? Стоило ли мне не приходить — так он и не появлялся, а стоило кому-то признаться в чувствах, как тут же объявился!
Приближение Сунь Тинъяня ощущалось физически.
От него пахнуло океанским бризом. С подувшим ветерком повело морской волной.
— Столько лет прошло, а учитель Цзи успел сменить ориентацию?
Цзи Юй покрутил меж пальцев только что сорванный цветок — на подушечках осталась лёгкая терпкость, вызывавшая неприятное ощущение.
— Что до ориентации, то она не бывает единственной, — он с улыбкой повернулся, его невидящие глаза чуть приподнялись. — В те годы я любил тебя, но прошло столько лет, неужели у меня нет права полюбить кого-то другого?
Голос его звучал негромко, с напускной лёгкостью и ноткой небрежного бахвальства: — Какие-то проблемы, господин Сунь? Никогда не слышали о бисексуалах?
Сунь Тинъянь посмотрел в его лишённые фокуса глаза, шагнул ближе и протянул руку, ладонью охватив половину его лица.
— А как же клятвы в вечной любви и союз на всю жизнь?
Цзи Юй усмехнулся, его слепые глаза медленно моргнули с выражением притворной нежности и серьёзности: — Неужели не слышно, что я соврал?
Просто подумал тогда, что ты собрался ко мне клеиться, вот и ляпнул первое попавшееся.
Большой палец Сунь Тинъяня принялся туда-сюда легонько тереть кожу под глазами Цзи Юя, оглаживая её.
Цзи Юй произнёс: — Господин Сунь, похоже, так сильно сожалеет о моих глазах?
Сунь Тинъянь ответил: — Нет.
Он прижался губами к уголку глаза Цзи Юя: — Я думал о том, каково это — поцеловать их.
С этими словами он поцеловал его в глаза.
Через тонкую кожу век мягкое тепло губ Сунь Тинъяня проникло прямо в эту слепую пару глаз.
Цзи Юй в знак согласия запрокинул голову, однако произнёс: — Господин Сунь, мне не нравится, когда кто-то трогает мои глаза.
Сунь Тинъянь негромко отозвался: — Вот как?
Когда ветер подул снова, Сунь Тинъянь отпустил Цзи Юя.
Тени от деревьев качались, шурша листвой.
http://bllate.org/book/29682/3611563
Готово:
