Быстро, хост, давай отыгрывай роль, сейчас ты — назойливый маленький дух дерева Гуй Шу, сладенький щеночек, обожающий персики... — Система подталкивала Сун Чуня ковать железо, пока горячо.
Сун Чунь решительно отключил Систему.
Во второй половине дня Сун Чунь встал и снова применил духовную силу, чтобы подлечить Да Мо, но кашель Да Мо не прошёл.
В этот момент со стороны, где обосновалась стая самцов, донёсся грохот.
Птицы вокруг испуганно взмыли в воздух.
Сун Чунь подошёл к окну и тут же открыл карту Системы: там было видно, как какого-то сверхмутировавшего зверя затаскивают в воду.
Прошло полчаса, и этот сверхмутировавший зверь исчез с карты.
Какая редкая хорошая погода, а один сверхмутировавший зверь уже отдал концы...
Сун Чунь только собрался вернуться в комнату, как увидел, что из-за дерева выглядывает давно не виданное лицо.
А Я, ты как здесь оказался? — спросила Система.
С тех пор как в прошлый раз А Я помог орот-гигантским волкам спасти увязшего в зыбучем песке Сун Чуня, Синеглаз перевёл его ухаживать за тяжелораненым сверхмутировавшим зверем.
Убирать за кем-то фекалии было не так уж трудно, трудно было убирать за таким слегка недоразвитым гигантом, как сверхмутировавший зверь.
Сун Чунь нашёл предлог и спровадил орот-гигантских волков.
Последовав за уходящим А Я, Сун Чунь машинально открыл карту, чтобы свериться с дорогой.
Вскоре он заметил, что в том направлении, куда вел А Я, находилась группа зверолюдей, и среди них был Синеглаз.
Самый ненавистный человек
Сун Чунь остановился. Неудивительно, что у А Я было такое странное выражение лица — оказывается, Синеглаз хотел его видеть. Чего он на этот раз задумал?
После того как вчера его уже один раз связали, Сун Чунь совсем не горел желанием выходить наружу в одиночку, но он никак не ожидал, что Синеглаз пришлёт А Я, чтобы выманить его.
В чём дело? — оглянувшись, спросил А Я.
Сун Чунь промолчал.
А Я опустил голову и принялся тереть пальцами уголок одежды: Неужели предводитель Синеглаз велел мне привести тебя к нему, чтобы навредить тебе?
Да, я всё время избегаю его и понятия не имею, чего он опасается, раз до сих пор не применил против меня грубую силу, — непринуждённо ответил Сун Чунь, словно болтал о погоде.
Синеглаз тоже был тот ещё чудак: видеть не может Сун Чуня, но никак не решится прикончить его.
В этот момент впереди уже затаились зверолюди из Племени Крокодилов.
Кажется, они идут, — Сун Чунь пристально посмотрел в глаза А Я.
Хост, Синеглаз собирается прикончить тебя, ты что, до сих пор не бежишь? — голос Системы дрожал.
Это территория Синеглаза, у меня нет крыльев, куда я убегу? — Сун Чунь уже приготовился расстаться с жизнью.
Черт побери, у этого ублюдка Синеглаза кишка тонка и кругозор узок! Он сам явно не любит орот-гигантских волков, но при этом не позволяет существовать мне, законной паре! Какую дорогу я ему перешел? — Сун Чунь тоже разъярился.
Он никак не вмешивался в великие планы развития Синеглаза, целый день сидел в углу тихоней, словно пустое место, и выступал в роли зрителя, но Синеглаз упорно не желал следовать сюжету и вечно норовил задеть его — что за бред вообще?
А Я посмотрел вперед, секунду помедлел, сжал зубы и бросился ничком на землю.
Сун Чунь обрадовался, рухнул на А Я и крепко обхватил его руками.
Едва коснувшись земли, А Я обернулся трёхметровым крокодилом и стремглав пополз вперёд, прижимаясь к земле.
Петляя из стороны в сторону, А Я ловко уходил от преследователей и, как только они добрались до воды, сразу взял верное направление.
Через полчаса он вместе с Сун Чунем нырнул на самое дно, а когда они снова вынырнули на поверхность, от преследователей и след простыл.
Они оказались под нависающим выступом скалы: место было тесным, но исключительно скрытным.
А Я выглядел совершенно обессиленным и, упав на землю, тяжело дышал.
Сун Чунь понимал, что там, где был Синеглаз, для А Я больше не останется места.
Потому что А Я нарушил приказ Синеглаза.
Он предал не просто самца-зверолюда, он предал Племя Крокодилов.
Глядя на молодое и еще не до конца сформировавшееся лицо А Я, Сун Чунь вспомнил собственное максималистичное и бесстрашное юношеское мировоззрение.
Ты понимаешь, что тебя ждет за неподчинение приказу Синеглаза? — спросил Сун Чунь.
Лицо А Я постепенно успокоилось: Я же сказал — я тебя спасу.
Сейчас твое положение очень опасно, — заметил Сун Чунь.
Разве твое безопаснее? Предводитель Синеглаз никогда никого так не ненавидел...
Но он невзлюбил тебя с самой первой встречи, хотя ты об этом и понятия не имеешь, — мысленно подумал А Я. Дурачок, я-то в куда большей безопасности, чем ты.
Ты ведь сильно устал, ухаживая в последние дни за сверхмутировавшим зверем? — поинтересовался Сун Чунь.
Ничего страшного, он просто глуповат, но меня всё еще узнает, — ответил А Я.
Вот как? А если Синеглаз умрет, ты сможешь им командовать? — снова спросил Сун Чунь.
Да. В эти дни я рассказывал ему о своем отце и братьях, и он совсем не держит зла на то, что отец бросил его тогда, напротив — даже хочет вернуться и взглянуть, — с невероятным выражением лица произнес А Я.
Старший брат, которого отец когда-то в младенчестве просто выбросил из-за болезни, на самом деле вырос и стал сверхмутировавшим зверем.
Если бы отец тогда не бросил его, сейчас у Племени Крокодилов был бы предводитель-самка.
А Я повернулся к Сун Чуню: Ты сможешь убить предводителя Синеглаза?
Пока нет, но мой партнер — сможет, — ответил Сун Чунь.
С того дня, как Синеглаз приказал раздавить достоинство одного из самцов, Сун Чунь намекал орот-гигантским волкам, что если с ним что-то случится, в этом наверняка замешан Синеглаз.
Правда, неизвестно, прислушался ли к этому хоть кто-нибудь.
Думаю, я тоже смогу... — в глазах А Я вдруг вспыхнул огонек.
Если я прокрадусь туда и найду брата, возможно, он меня послушает, — уже с некоторым волнением продолжил он:
Хотя Синеглаз все это время подкармливал моего брата и даже добился его расположения, прошло еще не так много времени...
Нет, я считаю, что это слишком рискованно, — прервал его Сун Чунь.
Интеллект сверхмутировавшего зверя невысок, но в конце концов он все равно оставался самкой-зверолюдом.
Ни в коем случае нельзя недооценивать силу любви.
Они прижались друг к другу, сквозь рассещину в скале глядя в небо.
Синеглаз поднял по тревоге всех зверолюдей, чтобы те прочесали местность в поисках Сун Чуня и А Я, но не нашел ничего.
Неважно, если он не объявится сейчас, то в будущем ему и вовсе не поздоровится, — Синеглаз поправил волосы и вошел в жилище орот-гигантских волков.
Теперь крокодилы-зверолюди под его началом, от мала до велика, были подняты на ноги — им было некуда бежать.
Гао Фэй, увидев Синеглаза, подошел и спросил, не видел ли тот Сун Чуня.
Утром один из зверолюдей докладывал, что Юэ Бай ушел за пределы Оазиса, — не моргнув глазом, соврал Синеглаз.
Гао Фэй тут же помрачнел: Какого черта он шляпется где попало, уже так поздно, а его все нет...
С этими словами Гао Фэй повернулся и принялся гневно отчитывать братьев за легкомысленное поведение Сун Чуня.
Синеглаз последовал за ним.
Ты уверен, что он вышел из Оазиса? — спросил Гуй Шу.
Да, мои подчиненные видели его и даже спросили, куда он направляется, а он ответил, что дома ему скучно, вот и захотелось прогуляться, — с предельно серьезным видом заявил Синеглаз.
Лица всех братьев приняли сложный оттенок.
Вид у них был такой, будто они хотели сказать: ты что, издеваешься над нами?
Заметив непрерывно кашляющего Да Мо, Синеглаз добавил: Ребенок все еще болеет, возможно, ему мешал шум, вот он и ушел куда глаза глядят переждать.
Цю Шу с подозрением покосился на Синеглаза и принялся похлопывать ребенка по спинке.
У Синеглаза запылала спина — неловкость от того, что его ложь вот-вот разоблачат, лишила его всякого дара речи. Он вдруг понял, что на этот раз, похоже, совершенно не смог прощупать почву и понять орот-гигантских волков.
Мягкотелый самец потерялся — ну и пускай себе теряется. Я, предводитель, лично пришел к ним, а они все еще смеют думать о ком-то другом? — Синеглаз принялся мысленно успокаивать себя и даже выпятил грудь.
Он подумал, что орот-гигантские волки, пожалуй, еще просто не осознают всех выдающихся достоинств самцов-крокодилов.
Как раз в тот момент, когда Синеглаз раздумывал, не стоит ли перейти к решительным действиям и приподнять звериную шкуру, чтобы продемонстрировать орот-гигантским волкам свое превосходство, Гуй Шу извиняющимся тоном произнес: Да Мо пора спать, давайте поговорим об этом завтра.
Синеглазу пришлось подавить прекрасные фантазии в зарослеви временно удалиться.
Стоило ему уйти, как лица орот-гигантских волков помрачнели.
Синеглаз утверждает, что Юэ Бай ушел сам. Что вы об этом думаете? — спросил Гуй Шу.
Кто угодно мог сбежать, но только не он. Я просил его принести мне фруктов, и то отказался, — первым подал голос Чжо Сы.
Это точно, он целыми днями только и делает, что ластится к нам, с чего бы ему уходить? К тому же он постоянно трогал меня за уши, — Гао Фэй наотрез отказывался верить в то, что Сун Чунь мог бросить его.
Фу Шэн кивнул: С какой стати Синеглазу нести чушь? Вернется Юэ Бай — я обязательно скажу ему об этом.
Цю Шу тоже добавил: В прошлый раз с историей в зыбучих песках Синеглаз повел себя очень некрасиво. У него черные мысли на уме.
В этот момент Синеглаз находился неподалеку и через подчиненного слушал пересказ разговора орот-гигантских волков.
Сейчас он испытал всю горечь человека, который сам выкопал себе яму.
Гао Фэй поджал губы, намереваясь возразить Цю Шу, но подходящих слов в голове не нашлось.
Однако Гуй Шу произнес: Синеглаз не такой уж плохой, он просто погорячился и лягнул лишку, не подумав.
Гао Фэй с безмолвным изучением посмотрел на старшего брата: такую чушь даже он сам бы не смог придумать, интересно, до чего же додумался старший?
Да очевидно же, что Синеглаз хочет притащить Юэ Бай с собой на дно... — пробормотал себе под нос Гао Фэй.
Ему всегда казалось, что Синеглаз в целом неплох, но ту историю с зыбучими песками уже ничем не отмыть.
Гуй Шу не захотел продолжать эту тему и велел всем четырем братьям разойтись в разные стороны на поиски.
Прошла ночь, и все четверо вернулись с пустыми руками.
Они не смогли обнаружить ни единой зацепки.
Я же говорил: надо было разрешать ему мочиться где попало, так нет, он вечно зациклен на этом туалете! А теперь что? На улице вообще не осталось его запаха, чтобы взять след. Стоило ему хоть разок пописать по дороге, и мы бы уже нашли его, — разозлился Гао Фэй.
Цю Шу слегка занервничал: ему совсем не хотелось верить, что Сун Чуня похитил Синеглаз, но теперь приходилось смотреть правде в глаза.
Может, он ушел пошалить со зверолюдьми-крокодилами, вернется попозже, — с натянутой улыбкой предположил Чжо Сы.
Цю Шу рассвирепел: в такой момент этот человек все еще бросается словами, порочащими их собственного самца, — он точно второй брат им пара или нет?
Самое трудное — доверенное лицо
Как только Юэ Бай пропал, Синеглаз сразу же об этом узнал. Я не верю, что он тут ни при чем.
Синеглаз любит старшего брата, наверняка это он похитил Юэ Бай, он убьет его... — Цю Шу говорил все более истерично, срываясь в панику.
Остальные четыре брата побледнели лицами, услышав это.
Раз их партнер может быть убит из-за этого, то вполне логично, что и у Юэ Бай не осталось шансов на выживание?
Гнев Фу Шэна сменил печаль, и он бросил взгляд на Гуй Шу.
Он сам никогда не обмолвился с Синеглазом ни единым словом, так что его совесть была чиста, но вот Гуй Шу, судя по всему, был весьма высокого мнения о Синеглазе.
http://bllate.org/book/29825/3630234
Готово:
