Вэнь Жубай поспешно развернулся: лицом к Юй Шаочэну, спиной к Цзян Мяню.
Так……... ничего не было видно.
А Юй Шаочэн так и улыбался, глядя, как Вэнь Жубай сам повернулся к нему, весь вспыхнув от стыда и злости. Его красивое лицо раскраснелось до предела, брови хмурились, губы были крепко сжаты, а в глазах плескались досада и смущение. Уголки глаз даже слегка покраснели — словно загнанный в угол зверёк, свирепый и жалобный одновременно.
Он поднял телефон и включил камеру. На экране отразилось лицо Вэнь Жубая — пылающее, напряжённое, прекрасное лицо, полное гнева и стыда.
Он нажал кнопку съёмки: картинка на мгновение замерла, а затем началась видеозапись.
Другая рука тоже не бездельничала: скрытая телом Вэнь Жубая, она продолжала свои ласки. Кончики пальцев медленно скользили сквозь ткань брюк, чувствуя очертания того, что находилось внизу,
Глава 18: Пощади
упираясь прямо в его ладонь.
Уголки губ Юй Шаочэна изогнулись.
Затем он повернул голову и бросил в сторону кухни:
— Всё в порядке.
Голос звучал непринуждённо, с улыбкой — так, будто и впрямь ничего не происходило.
Цзян Мянь, казалось, всё ещё чему-то удивлялся, особенно заметив, что Вэнь Жубай почему-то продолжает стоять столбом на одном месте. Не удержавшись, он переспросил:
— Точно всё в порядке?
С этими словами он даже собрался выйти и взглянуть своими глазами.
Губы Юй Шаочэна изогнулись в улыбке, он смотрел на Вэнь Жубая так, будто взглядом говорил: видишь, он идет.
Он совершенно не боялся, что Цзян Мянь подойдет.
Более того, в нём словно проснулось предвкушение: движения его руки стали ещё более наглыми, она уже залезла внутрь.
Где уж Вэнь Жубаю было вынести такое возбуждение? Из-за чужих прикосновений уголки его глаз покраснели, и, если присмотреться, в них блестели слёзы. Мучилось не только тело — душа страдала точно так же. Стоило только представить, что тот человек сейчас подойдёт и увидит всё это...
Он... сочтет его извращенцем.
Нельзя.
Нельзя допустить, чтобы Цзян Мянь это увидел.
Вэнь Жубай глубоко вздохнул, силой заставляя голос звучать ровно:
— Всё в порядке, — проговорил он. — Просто просидел долго, ноги немного затекли, вот и встал размяться.
Юй Шаочэн бросил на него взгляд.
Несколько удивлённо.
Он-то думал, что этот парень сейчас просто разревевется, но раз уж тот так старается, пожалуй, стоит помочь бедняге.
Пальцы Юй Шаочэна замерли, перестав двигаться, но и вытаскивать их он не стал. Рука так и лежала там, ощущая чужое тепло и слабый пульс.
Он снова повернул голову к кухне:
— А-Мянь, скоро там еда? Я уже проголодался.
Цзян Мянь замер на полпути — он как раз собирался выйти. Посмотрев на замаринованное и перемешанное мясо — цвет вроде бы уже дошёл, — он ответил:
— Думаю, ещё полчаса понадобится, я постараюсь быстрее.
С этими словами он подхватил миску и шагнул обратно на кухню.
Юй Шаочэн с улыбкой выглянул из-за спины Вэнь Жубая, высунув голову, и бросил в спину Цзян Мяню:
— Тогда выручай~
Затем он спрятал голову обратно, скрывшись за телом Вэнь Жубая.
Улыбка мгновенно исчезла с его лица.
Он поднял взгляд снизу вверх на стоявшего перед ним человека, готового вот-вот расплакаться. Ростом под метр восемьдесят, тот сейчас стоял, опустив голову, слегка сгорбившись, словно согнутое порывом ветра дерево.
И внезапно произнёс:
— На ощупь просто супер.
Юй Шаочэн облизнул губы.
— Может, твоя большущая штука выйдет подышать воздухом?
С этими словами его рука принялась стаскивать с Вэнь Жубая штаны: большой палец подцепил край резинки и потянул вниз, обнажая тёмную ткань белья и полоску донельзя белой кожи на животе.
Вэнь Жубай смертельно его боялся.
Он бросил быстрый косой взгляд назад и, убедившись, что человека на кухне у проёма не видно, тут же резко подался вперёд, обхватив Юй Шаочэна.
Он навалился на него всем телом, обвив руками его плечи, и прижал к себе, загораживая собственным туловищем, чтобы тот не продолжал распускать руки.
Его губы сами собой прижались к самому уху Юй Шаочэна, и он зашептал сдавленной, отчаянной мольбой:
— Умоляю... прекрати.
Дыхание Вэнь Жубая было тяжёлым, и горячие слова обжигали ухо Юй Шаочэна, отчего тот испуганно втянул голову в плечи.
Уши Юй Шаочэна тоже покраснели.
Он повернул голову, легко коснувшись губами щеки Вэнь Жубая, замершего у самого его лица, и поцеловал его.
— Ладно, — в его голосе прозвучала мягкость, которой он сам от себя не ожидал. — Сиди смирно рядом со мной, я больше не буду.
...
— Еда готова!
Спустя полчаса, услышав голос с кухни, Вэнь Жубай первым подскочил и направился туда.
— Я помогу.
Глава 19: Сопротивление
Юй Шаочэн почувствол, что сидевший рядом человек вдруг исчез. Он не сдвинулся с дивана, но пальцы его чуть приподнялись, делая странное хватательное движение на том месте, где только что сидел Вэнь Жубай — словно он пытался поймать оставшееся тепло. Чуть потерев подушечки пальцев, он словно бы перекатывал меж ними это призрачное ощущение, после чего сжал руку в кулак и тоже поднялся.
На кухне.
Вэнь Жубай стоял за спиной Цзян Мяня, высматривая, чем можно помочь.
Цзян Мянь резко обернулся, увидел, что тот стоит вплотную к нему, и от неожиданности чуть не выронил тарелку — суп в ней плеснул, расплескав несколько капель наружу.
— Ой... с каких пор ты тут? — Цзян Мянь перехватил тарелку поудобнее и перевёл дух. — Напугал.
— Прости. — Заметив, что напугал человека, Вэнь Жубай тут же поспешил извиниться.
— Да ничего, ничего. — Цзян Мянь бросил на него взгляд, на секунду задержавшись на его лице, и спросил: — Хочешь помочь?
Вэнь Жубай кивнул.
— Тогда будь добр, отнеси эту тарелку на стол.
Вэнь Жубай послушно протянул руки и взял тарелку.
Цзян Мянь снова не удержался и посмотрел на него: в ярком свете ламп лицо того пылало от щек до самых мочек ушей, даже шея окрасилась в нежно-розовый оттенок. И ведь на кухне было вовсе не жарко... Подумав об этом, Цзян Мянь нахмурился и всё же спросил:
— Ты в порядке? У тебя такое красное лицо, что случилось?
Услышав это, Вэнь Жубай потупился: в памяти мгновенно всплыли недавние воспоминания, и ему оставалось лишь впиться взглядом в тарелку в собственных руках, в то время как уши, предав его, вновь запылали.
— Всё в порядке.
Бросив это, он поспешно подхватил блюдо и выскочил из кухни — шаг был таким быстрым, что он практически сбежал.
В гостиной Юй Шаочэн увидел, как Вэнь Жубай несёт тарелку. Его взгляд неотступно следовал за этой спиной — от кухонного проёма до самого обеденного стола. И лишь когда Вэнь Жубай опустил тарелку на столешницу, он наконец сдвинулся с места, медленно приближаясь к обеденной зоне.
В этот момент из кухни как раз вышел Цзян Мянь. Увидев прямо перед собой Юй Шаочэна, он машинально сунул ему в руки две тарелки:
— Отнеси на стол, я сейчас донесу остальное. Ещё два блюда, и можно садиться ужинать.
Юй Шаочэн взял их, кивнул и поставил на стол.
Вскоре все пять блюд, исходивших паром, были расставлены.
Вэнь Жубай стоял возле стула, ещё не успев сесть. Заметив, что тот снова ошивается рядом, Юй Шаочэн вознамерился повторить свой фокус и сделал шаг в его сторону. Но Вэнь Жубай на этот раз проявил куда большую бдительность: заметив боковым зрение, что Юй Шаочэн направляется к нему, он мгновенно обогнул стол, оттащил стул рядом с Цзян Мянем и опустился на него.
Движение вышло таким быстрым, будто он спасался от какой-то напасти.
Шаг Юй Шаочэна оборвался на полуслове. Глядя, как тот сбежал от него, оставив пустое место спереди и примостившись поодаль рядом с другим, он помрачнел взглядом, но в конце концов ничего не сказал. Вместо этого он молча выдвинул стул, на который изначально собирался сесть Вэнь Жубай, и сел прямо напротив него.
Между троими повисла странная атмосфера.
Цзян Мянь тоже отчетливо почувствовал неладное, впрочем, ничего дурного он и не думал — просто решил, что ни у одного, ни у другого нет склонности легко и непринужденно сходиться с людьми.
Наверное, пока он готовил, они вдвоем сидели в гостиной, и им было неловко вдвоем, вот это напряжение и перекочевало за обеденный стол.
Рассудив так, он решил взять инициативу в свои руки, подцепил палочками немного еды и положил её в пиалу сидевшему напротив Юй Шаочэну:
— Когда я мыл этих моллюсков, сразу подумал, какие они мясистые — как раз сезон подошёл, попробуйте.
Сказав это, он с улыбкой повернулся к Вэнь Жубаю.
Поймав этот взгляд, Вэнь Жубай почувствовал, как его лицо снова запылало. Он торопливо кивнул, выдавил из себя глухое «угу», после чего сам занёс палочки, взял немного моллюсков и, опустив голову, принялся медленно жевать.
Сидевший напротив Юй Шаочэн откинулся на спинку стула, наблюдая за их непринужденной и вежливой перепалкой. Улыбка не сходила с его лица, но в душе...
Дрянь.
Оба дрянь...
Под столом его нога медленно вытянулась и опустилась на подъём стопы Вэнь Жубая.
Вэнь Жубай, опустив голову над едой, вдруг почувствовал тяжесть на ноге и замер — та нога, что придавила его стопу, ещё и нарочно придавила её сильнее, проехавшись сверху.
— Кхм...
Из его горла вырвался еле слышный стон.
Цзян Мянь как раз повернулся к нему:
— Что такое?
Палочки Вэнь Жубая застыли в воздухе, лицо одеревенело. Сказать правду он не мог, поэтому выдавил невнятное бормотание:
— Ничего... просто песок на зубах скрипнул.
Цзян Мянь тут же потянулся к салфетницам и вытащил парочку:
— Выплюни тогда. Я ведь несколько раз промывал, думал, всё чисто.
Вэнь Жубай взял салфетки, закусил губу и уткнулся носом в тарелку, делая вид, что вытирает рот.
Под столом же нога сменила дислокацию: Юй Шаочэн неизвестно когда сбросил тапочки и остался в одних носках. Теперь его пальцы, скрытые тканью брюк, начали подниматься от щиколотки Вэнь Жубая, дюйм за дюймом продвигаясь вверх. Нажим был еле ощутимым, но от этого призрачные касания будоражили еще сильнее.
http://bllate.org/book/29921/3642620
Готово:
