Внутреннее ядро — это самое важное для демона, который уже принял человеческий облик. Когда демон, обретший духовное сознание, культивировал достаточное количество лет и накопил достаточно жизненной ци, его ожидает первая небесная кара. Если он выживет, то сможет вырастить внутреннее ядро и полностью избавиться от звериного облика, превратившись в человека. С тех пор и до самого вознесения в ранг бессмертных большая часть демонической силы такого существа будет сосредоточена во внутреннем ядре.
Ни один демон ни за что на свете добровольно не отдаст своё внутреннее ядро.
— Проезжая здесь четыре месяца назад, я уже почуял неладное, — произнес Чун Мин, ведь он столько лет скитался по миру и обладал достаточным опытом, чтобы распознавать подобные тайные знаки. — В этом Городе Цзиньюань жизненная ци многих людей уступала таковой в других городах, вот только тогда всё было не столь серьезно, да и слухов о чьей-либо внезапной смерти не ходило. Сперва я подумал, что дело лишь в местных воде и почве, но когда вернулся снова, то обнаружил, что множество крепких мужчин погибли насильственной смертью, причем у каждого из них были выпиты жизненная сила и кровь.
Распознав суть происходящего, Чун Мин также уловил первые тревожные признаки. Поэтому он не стал выкладывать всё, что ему удалось узнать, первому встречному, включая Тао Жаня.
Затем Чун Мин пустился в погоню, случайно столкнулся с Тао Е и обнаружил у того внутреннее ядро, а также необычайно густую, по сравнению с обычными людьми, жизненную ци. Распутывая этот клубок нить за нитью, он в конце концов вышел на Фу Даншэня. После этого Чун Мин попытался испытать способности Фу Даншэня, однако оплошал и попался, сумев вырваться на свободу и сбежать лишь вчера.
— Если внутреннее ядро переплавить, для человека оно станет величайшим целебным сокровищем, но еще не переплавленное ядро приносит вред телу, не говоря уже о том, что это ядро с самого рождения находилось внутри Тао Е.
Тао Е родился со слабым здоровьем, и чтобы его собственное внутреннее ядро не пропиталось аурой трупов и смерти, Фу Даншэнь подпитывал его исключительно чужой жизненной ци и кровью. А Чун Мин больше всего на свете ненавидел, когда чьи-то жизни воспринимались как детская забава, поэтому и поддался сиюминутному порыву. В противном случае, стоило ему заговорить об этом со старшими соучениками в обители, как все лучшие силы Даосского храма Сюаньчун были бы брошены на поимку Фу Даншэня, и это не составило бы большого труда.
— Выходит, именно об этом говорил Фу Даншэнь, когда заявлял, что дядя-наставник Тао украл его вещь? — с набитым лапшой ртом протянул Сюй Цин. — Значит, в прошлой жизни дядя-наставник Тао наверняка был великим мастером даосской практики!
Фу Даншэнь ведь являлся демоном-змеей, уже принявшим человеческий облик, а не каким-нибудь безобидным ужом, каких полно в поле. Что же касается того, почему Фу Даншэнь, находясь рядом с Тао Е более двадцати лет, так и не причинил ему вреда — судя по всему, в прошлой жизни Тао Е заранее всё подготовил и спланировал.
Обычным животным в мире смертных далеко не так просто принять человеческий облик, как кажется: для зверей и птиц постижение дао в бесчисленное множество раз труднее, чем для простых людей. А уж те немногие, кто, подобно Фу Даншэню, способен полностью смыть с себя следы звериной природы, и вовсе редки. Либо он обладал редкой кровью древних диких зверей, либо в прошлом его ждала какая-то невероятная удача. Каким бы ни был ответ, это доказывало, что Фу Даншэнь — противник вовсе не простой. К тому же Дуань Хунчэнь учуял в нем энергию демонов.
В отличие от Сюй Цина, Вэнь Цзифэн сразу ухватил суть:
— Потеряв внутреннее ядро, демон неминуемо лишится большей части духовной силы. Даже при таком раскладе дяде-наставнику удалось лишь с трудом унести ноги от Фу Даншэня...
Чун Мин громко кашлянул, прерывая его:
— Какое еще с трудом унести ноги? Просто твой дядя-наставник занимается практикой не столь долго, как он, и накопленной духовной силы мне не хватило, чтобы переупрямить его в затяжном бою. На левой руке у него до сих пор красуется шрам от моего меча, мы сыграли вничью, вничью!
Сколько лет прошло, а племянник Вэнь всё такой же прямолинейный, просто сердце замирает от обиды за наставника.
Сюй Цин поднял голову и вперил в Чун Мина сверкающий, пронзительный взгляд. От этого взгляда у Чун Мина по спине побежали мурашки, и лишь спустя долгое время Сюй Цин произнес:
— Дядя-наставник, тогда вам с трудом удалось свести схватку с этим демоном-змеей... к ничьей. Теперь же яд в вашем теле лишь недавно был полностью выведен — неужели вы сможете снова сразиться с ним на равных?
Вэнь Цзифэн поддержал его:
— Если дяде-наставнику удастся сдержать его, а мы со старшим соучеником поможем, то по меньшей мере нам по силам нанести демону-змее тяжелые увечья.
Племянник Вэнь с виду сама праведность, но при этом с невозмутимым лицом предлагает подлую тактику нападения толпой на одного — поистине открываешь людей с новой стороны, подумал про себя Чун Мин.
— Какая польза в тяжелых увечьях демона? Его нужно прикончить одним ударом. Если он, будучи тяжело ранен, не сможет сразу сожрать Тао Е, имя нашего Даосского храма Сюаньчун будет запятнано раз и навсегда!
Сюй Цин приподнял брови:
— У дяди-наставника есть план?
Судя по беспечному тону Чун Мина, он наверняка придумал какой-то надежный выход.
Чун Мин сделал глоток бульона из пиалы и сказал:
— Разумеется. С вашей помощью мои шансы возрастут многократно. Когда придет время, вам двоим останется лишь разобраться с мелкими демонами и змеями из свиты Фу Даншэня и прикрыть мне тылы.
Чун Мин говорил с полнейшей уверенностью. Сюй Цин присмотрелся к нему повнимательнее и решил, что старик вроде бы не блефует.
— Ждать подходящего момента? — переспросил Вэнь Цзифэн. — У дяди-наставника есть какой-то особый способ?
Подобный метод наверняка требует суровых условий, иначе Чун Мин давно бы уже разделался с Фу Даншэнем.
Сюй Цин нетерпеливо спросил:
— Дядя-наставник, скорее расскажите, что за способ!
Глядя на нарочито утрированное выражение любопытства на лице Сюй Цина и неизменно холодное лицо Вэнь Цзифэна, Чун Мин не испытал ни капли гордости от напускаемой таинственности, поэтому был вынужден заговорить напрямую:
— Фу Даншэнь так долго скитался вне змеиного облика, что его повадки должны были стать совершенно человеческими, однако в последнее время у него отчетливо проявились признаки погружения в зимнюю спячку, к тому же духовная ци в его теле постоянно утекает наружу. Я подозреваю, что он собирается пройти небесную кару.
Пройти небесную кару.
— Плохо! — Сюй Цин вскочил на ноги, схватил меч Вэнь Цзифэна и сунул ему в руки. — Живо в Ресторан Фужун! Дядя-наставник Тао в смертельной опасности!
Он вспомнил энергию демонов, исходившую от Фу Даншэня, а также слова своего учителя о том, что среди демонов лишь один из десятка тысяч успешно преодолевает небесную кару и удостаивается места среди бессмертных. Что уж говорить о тех демонах, на чьей совести лежат грехи и демоническая скверна — их неизбежно покарают мириады громовых раскатов, призванных очистить их плоть. Демон, лишенный поддержки внутреннего ядро, абсолютно не способен выстоять против кары небесного грома, и у него остается лишь один выход — вернуть внутреннее ядро любой ценой! Каковы бы ни были прежние сомнения Фу Даншэня, теперь он пойдет на всё!
Сюй Цин бросился в комнату собирать магические артефакты, на ходу объясняя всю серьезность положения Чун Мину и Вэнь Цзифэну. Узнав, что в Фу Даншэне сокрыта энергия демонов, оба даоса переменились в лице от ужаса. Не смея терять ни секунды, они схватили вещи и помчались к ресторану.
Чун Мин неплохо ориентировался в Городе Цзиньюань и указывал дорогу, направляя Сюй Цина лететь на мечах. Меч Сюй Цина двигался с невероятной скоростью, и в мгновение ока они опустились во внутреннем дворе Ресторана Фужун. В Ресторане Фужун можно было не только закатывать пышные пиры, но и останавливаться на ночлег: Семья Тао выкупила весь внутренний двор целиком, чтобы разместить гостей. Когда троица прибыла, Тао Е вместе с Тао Жанем как раз принимали посетителей.
Увидев спускающихся с небес трех даосов, Тао Жань внутренне напрягся. Бросив взгляд на отца, он вспомнил, что пообещал Вэнь Цзифэну хранить секрет и даже ему ничего не рассказал. Глядя на Даоса Сунь, чье лицо все еще оставалось бледным, но сам он выглядел бодрым, Тао Жань мысленно гадал: удалось ли тому избавиться от недоброжелателей или же за этим кроется что-то другое?
Чун Мин, разумеется, не упустил переменчивого выражения на лице Тао Жан, но сделал вид, будто ничто его не волнует. Смахнув пыль с меча Дуань Хунчэнь, он принял отрешенный вид истинного небожителя и приветствовал Тао Е глубоким поклоном со сложенными руками:
— Непревзойденный Владыка Дао, я, Чун Мин из Даосского храма Сюаньчун, прибыл поздравить старшего соученика Тао с днем рождения.
Хотя Тао Е не помнил Чун Мина, поколение нынешнего главы ордена действительно носило иероглиф Чун в имени, а Сюй Цин и Вэнь Цзифэн следовали позади, так что сомнений в подлинности гостя не возникало.
Тао Е с улыбкой ответил на поклон:
— Тронут заботой истинного человека Чуняна, не ожидал, что даос лично почтит нас визитом, это великая честь для меня. Прошу, истинный человек Чун Мин, проходите внутрь, выпьем чаю и немного отдохнем.
Он был лишь младшим учеником Даосского храма Сюаньчун, и раз уж Чун Мин из вежливости назвал его старшим соучеником, Тао Е не мог потерять лицо и дерзко принять это как должное.
Однако у Чун Мина сейчас не было ни малейшего желания пить чай и отдыхать. Продолжая разыгрывать комедию, он произнес:
— Племянники обмолвились, что в эти дни им помог один близкий друг брата Тао, не прибыл ли уже тот Даосский друг?
Тао Е улыбнулся:
— Брат Фу уже здесь. Если даос желает с ним увидеться, я с радостью сведу вас.
Слова Тао Е заставили сердца всех троих даосов ухнуть вниз от дурного предчувствия.
— Прямо сейчас пойдем? — Тао Е собрался проводить Чун Мина, но тот крепко схватил его за запястье. Улыбка на лице Чун Мина слегка застыла, и он проговорил: — В этот час самое время для полуденного отдыха, беспокоить покой друга — не лучшее решение. Увидеться позже будет в самый раз.
Поступок Чун Мина выглядел несколько внезапным, и пока Тао Е изумлялся столь резкой мене настроения, Чун Мин продолжил:
— Старший соученик поручил мне передать брату Тао кое-какие слова, не уединиться ли нам для беседы?
Тао Жань забеспокоился:
— Отец, даос...
Странное поведение Даоса Сунь сегодня казалось ему подозрительным, и Тао Жань бросил взгляд за его спину. Непонятно почему, но привычная улыбка, что всегда красовалась на лице Сюй Цина, исчезла — он выглядел столь же мрачным и ледяным, как и Вэнь Цзифэн.
Тао Е на мгновение засомневался, но он всегда глубоко уважал Чун Янцзы:
— Что ж, тогда следуйте за мной, даос.
Чун Мин мысленно перевел дух: если удастся увезти Тао Е подальше и лишь потом заняться Фу Даншэнем, дело пойдет куда проще.
Тао Е намеревался провести Чун Мина в уединенную комнату в стороне, и Тао Жань уже собирался последовать за ними, как вдруг Сюй Цин подскочил к нему и прошептал едва слышным шепотом:
— Как только мы уйдем, разгони этих гостей, а сам беги как можно дальше и не возвращайся в поместье Тао, пока мы сами не отыщем тебя!
Сердце Тао Жана пропустило удар. Не давая никаких дополнительных объяснений, Сюй Цин вместе с Вэнь Цзифэном поспешно догнал остальных.
Однако стоило им сделать всего несколько шагов, как сзади раздался холодный, зловещий вопрос:
— Куда это вы собрались?
Лица даосов мгновенно заледенели. Вэнь Цзифэн переглянулся с Сюй Цзином, они тут же заслонили собой Тао Жана и вытащили из ножен мечи.
Шедший впереди Тао Е услышал голос Фу Даншэня, обернулся и с улыбкой произнес:
— Истинный человек Чун ян передал мне кое-какие слова, брат Фу, не беспокойся.
И лишь договорив, он заметил, что остальные за его спиной приняли боевые стойки.
— Два племянника... что вы делаете? — недоуменно спросил Тао Е.
Вэнь Цзифэн холодно произнес:
— Дядя-наставник, не позволяйте этому Фу Даншэню себя одурачить! Он никакой не мастер алхимии, а самый настоящий демон-змея, принявший человеческий облик! Все эти непрекращающиеся несчастья в городе — его рук дело, он похищает жизненную ци живых людей, чтобы вынашивать свое внутреннее ядро!
Тао Е не мог в это поверить и испуганно рассмеялся:
— Что за шутки говорят племянники? Мы с братом Фу общаемся уже двадцать лет, неужели я не знаю, что он за человек? Он бы ни за что не стал заниматься подобным!
Тон Тао Е был категоричен и резок, а Фу Даншэнь тем временем неподвижно стоял на другом конце коридора, холодно взирая на них своими подобными холодным звездам зрачками.
Чун Мин произнес ледяным голосом:
— Что он за человек — проверить проще простого.
Повернувшись к Тао Жаню, он потребовал:
— Молодой господин Тао, разве Фу Даншэнь не передал вам нефритовый кулон для защиты от зла?
Услышав это, Тао Жань торопливо достал кулон. Чун Мин взмахнул метелкой фучэнь, и в тот же миг нефритовый кулон растекся лужицей черной крови.
Метелка фучэнь в его руке называлась Дуань Хунчэнь и являлась артефактом, передаваемым в Даосском храме Сюаньчун на протяжении почти тысячи лет. Говорили, что это мощное сокровище оставил предок, вознесшийся тысячелетие назад за заслуги в истреблении демонов.
Главным ее назначением было чуять демоническую энергию — от нее не укрылась бы ни единая ниточка, ни малейший клочок злой ауры!
http://bllate.org/book/29939/3644761
Готово:
