Постель так и осталась разобранной, никто к ней не притронулся.
Однако само ощущение, что рядом спит человек, оказалось непривычным. Чжу Вэньци с детства привык спать один, и теперь, вслушиваясь в мерное, негромкое дыхание неподалёку, он впервые в жизни не мог сомкнуть глаз.
Луна постепенно поднялась выше, покинув пределы оконного проёма, последний источник света в комнате угас, и она погрузилась в полную темноту.
Ночь стояла густая, хоть глаз выколи. Чжу Вэньци лежал на кан, не мигая глядя в потолок. Только сейчас беспорядочные мысли в его голове начали утихать, позволяя обдумать события сегодняшнего дня.
Ло Вэй прибыл в Город Цинъянь не случайно. Только что, когда он расспрашивал о делах в доме крестьян, Система вновь просигнализировала о прогрессе в задании.
Значит, Ло Вэй пришёл сюда, чтобы разузнать о своём происхождении? Что же на самом деле случилось в его семье, раз при одном упоминании об этом он становится таким молчаливым?
У Чжу Вэньци возникло смутное предчувствие: стоит ему приподнять край завесы тайны, как обнажится и шрам, о котором Ло Вэй предпочел бы никогда не вспоминать.
И дело не только в Ло Вэе — сегодняшние хозяева дома тоже вели себя странно. При упоминании уездного начальника Лю их лица приобрели весьма причудливое выражение. Живут они небогато, но при этом принялись нахваливать чиновника, словно чего-то сильно боясь.
Предаваясь подобным размышлениям, Чжу Вэньци не заметил, как прошло время, пока не услышал рядом едва уловимый шорох.
Его расслабленное тело мгновенно напряглось. Чжу Вэньци подсознательно затаил дыхание, но тут же испугался, что так Ло Вэй быстрее поймет, что он не спит. Пришлось принудительно замедлить дыхание и прислушаться.
В ночной тишине даже шорох ткани казался оглушительным. Чжу Вэньци боялся пошевелиться, оставалось лишь гадать, что сейчас делает Ло Вэй.
Одевается, встает с постели…
Внезапно Ло Вэй замер.
Руки Чжу Вэньци, лежавшие вдоль тела, невольно сжались в кулаки. Сердце заколотилось в груди, как барабан, заглушая все остальные звуки.
Не успел он опомниться, как почувствовал лёгкое движение воздуха — Ло Вэй приблизился к нему.
А затем палец коснулся его носа.
Он проверял, спит ли он.
Чжу Вэньци старался не дышать, изо всех сил стараясь сделать дыхание глубоким и ровным, чтобы убедить того, что он крепко спит.
Сердце продолжало бешено колотиться. Ло Вэй подошёл слишком близко, и Чжу Вэньци даже почувствовал исходящий от него холодный аромат кедра.
Они замерли. Прошло довольно много времени, но Ло Вэй не собирался уходить.
Неужели он проверяет, не помер ли я?
Пролежав так долго, Чжу Вэньци почувствовал, что у него затекла поясница, словно кто-то хорошенько пнул его в спину десяток раз. Он начал сомневаться в целесообразности этого маскарада.
Не заботясь больше о том, проверяет ли его Ло Вэй, Чжу Вэньци изобразил, будто видит кошмар, тихонько всхлипнул и нахмурился.
Он почувствовал, как дыхание человека напротив прервалось, а сам он замер, словно не зная, что делать дальше.
Чжу Вэньци перевернулся на другой бок, кончики пальцев Ло Вэя скользнули по его щеке и запутались в волосах.
Чжу Вэньци что-то невнятно пробормотал, голос постепенно затих, а дыхание снова стало спокойным.
Спустя некоторое время рука Ло Вэя наконец отстранилась, зацепив несколько прядей волос и уронив их на лицо Чжу Вэньци.
Раздался звук шагов — Ло Вэй продолжил собираться, и вскоре Чжу Вэньци услышал, как закрылась дверь.
Сердце наконец вернулось на место. Чжу Вэньци глубоко вздохнул, впервые осознав, какое это счастье — свободно дышать.
Надеюсь, в доме у уездного начальника есть свободная комната. Если Ло Вэй будет устраивать такое каждую ночь, он просто этого не вынесет.
Как только напряжение спало, навалилась сонливость, и вскоре Чжу Вэньци, полный самых разных мыслей, провалился в сон.
Когда на следующее утро он проснулся, Ло Вэй уже сидел у стола, опустив глаза, словно погружённый в глубокие раздумья.
Солнечный свет косо падал сквозь оконную решётку. Чжу Вэньци сел, потёр глаза и начал медленно одеваться.
Закончив, они вышли из комнаты вместе. Маленькая девочка со своими родителями уже ждали их снаружи.
— Простите за беспокойство, доставили вам массу хлопот.
Те поспешно замахали руками, смущенно отвечая:
— Нет, что вы! Для нас это большая честь.
Чжу Вэньци не стал спорить, лишь кивнул:
— Нам пора торопиться в Город Цинъянь, так что мы пойдем.
Затем он добавил:
— …Если вдруг возникнут какие-то неприятности.
Сказав это, он снял с пояса нефритовый кулон и протянул им:
— Этот кулон равносилен моему присутствию. Если что-то случится, в любой момент можете прийти ко мне.
Они приняли кулон, пребывая в растерянности:
— Даос, такая важная вещь… Мы не можем её принять…
Это было единственное, что сейчас могло отозваться на его уровень культивации, но Чжу Вэньци лишь улыбнулся, ничего не ответив.
Он наклонился и погладил девочку по голове:
— До свидания. В следующий раз, когда увидимся, я принесу тебе сладостей.
Глаза девочки просияли:
— Правда?
Чжу Вэньци кивнул и кивнул на Ло Вэя:
— Слово даоса. Запомнила этого брата? В следующий раз пусть он тебе принесет.
Ло Вэй приподнял бровь, но промолчал, что означало молчаливое согласие.
Проводив их взглядом, крестьяне закрыли дверь. Глава семьи долго рассматривал кулон, а затем, словно величайшее сокровище, вложил его в руки дочери:
— Береги его. Возможно, однажды он спасет тебе жизнь.
Девочка, не до конца понимая серьезность момента, прижала кулон к груди, показывая, что будет хранить его как зеницу ока.
Вернувшись в дом, крестьянин обнаружил, что на столе лежат два слитка серебра.
— Когда ты успел положить серебро? — спросил Ло Вэй по дороге.
Чжу Вэньци улыбнулся и помахал рукой:
— Это тайна небес, разглашать её нельзя.
Ло Вэй отвернулся, не желая продолжать диалог.
Чжу Вэньци: — …Спросил бы! Почему перестал спрашивать!
Видя, что Ло Вэй больше не намерен открывать рта, Чжу Вэньци решил сам завести разговор:
— А ты? Когда ты положил свое?
— Тайна небес, разглашать её нельзя.
Чжу Вэньци: — …
Чем ближе они подходили к Городу Цинъянь, тем пышнее становилась растительность вокруг. Деревья стояли густые и зелёные, солнечные лучи пробивались сквозь листву, рассыпаясь на земле мелкими пятнами света.
Неподалёку от городских ворот стояло несколько просто одетых людей. Увидев Чжу Вэньци и Ло Вэя, они принялись энергично махать руками.
Когда те приблизились, один из них поклонился:
— Долго ждали вас, достопочтенные даосы. Наш господин уездный начальник сейчас в поле, занят посевами, никак не мог отлучиться. Велел нам проводить вас, а сам он позже принесет извинения в своей резиденции.
Чжу Вэньци приподнял бровь:
— Ведите к нему.
Судя по всему, из-за недавних объявлений о появлении Демонической твари на улицах было пусто. Лишь полуприкрытые двери винных лавок, сонные слуги да тишина.
Перед тем как повернуть на главную улицу, Чжу Вэньци краем глаза заметил знакомое небольшое здание.
Цветочный Павильон открылся даже здесь?
Не успел он об этом подумать, как слуги провели их через порог резиденции и повели в задний двор. Там, среди искусственных гор и ручьев, в самом углу, был разбит грядка, на которой только начали пробиваться ростки спаржи, еще покрытые свежей землей.
Мужчина с длинной бородой, одетый в тёмно-фиолетовый халат с золотым шитьём, осматривал грядки, хмурясь и что-то бормоча под нос.
Чжу Вэньци наблюдал за ним некоторое время, пока мужчина наконец не заметил их. Он заторопился, перешагивая через борозды, и, выйдя к гостям, выдавил из себя улыбку:
— Ох, даосы, приношу свои глубочайшие извинения! В последнее время я навещал народ, так вот, у них на спарже постоянно появляются чёрные пятна, а причины найти не могу. Пришлось здесь разбить грядку для опытов, вот и задумался.
Чжу Вэньци мягко улыбнулся:
— Как мне к вам обращаться?
— Моя фамилия Лю. А как мне величать уважаемых даосов?
— Какое совпадение, — Чжу Вэньци даже глазом не моргнул, — мы с вами однофамильцы. Может, восемьсот лет назад были одной семьей.
Ло Вэй, стоявший рядом, взглянул на него.
Услышав это, уездный начальник Лю расплылся в ещё более широкой улыбке, в которой появилось чуть больше искренности:
— Какая невероятная удача! Видимо, сама судьба нас свела!
Чжу Вэньци сохранял полное спокойствие, а Ло Вэй холодно наблюдал за ним, чувствуя, как за спиной этого хитрого лиса так и ходят из стороны в сторону хвосты. Интересно, что он задумал?
Затем начальник перевёл взгляд на Ло Вэя:
— А этот даос?..
Ло Вэй был краток:
— Фамилия Ло.
— Хорошо, хорошо, — уездный начальник Лю потёр руки и глянул на небо. — Время уже позднее, вы, должно быть, проголодались?
Чжу Вэньци смущенно ответил:
— Признаться, не откажемся…
Начальник провёл их в главный зал, где столы начали ломиться от угощений. Аромат блюд был столь дразнящим, что устоять было невозможно.
— Угощаю чем богат, прошу не взыскать строго.
Чжу Вэньци уселся на свободное место:
— Ну что вы, господин начальник, вы слишком скромны. В таком случае, я приступлю.
Начальник улыбнулся так широко, что это, казалось, свело ему скулы:
— Прошу, не стесняйтесь.
Ло Вэй сел рядом с Чжу Вэньци.
Тот улыбнулся начальнику, держа палочки в одной руке, а другой, под столом, осторожно коснулся бедра Ло Вэя.
Ло Вэй вздрогнул, мышцы его ноги напряглись. Он нахмурился, и в его взгляде, обращенном на Чжу Вэньци, читалось нескрываемое отвращение.
Хотя Ло Вэй не произнес ни слова, Чжу Вэньци легко прочел в его глазах: Что ты опять задумал!?
…Маленький негодник.
Чжу Вэньци, мысленно сетуя на то, что авторитета Учителя в глазах этого ученика нет ни на грош, стряхнул рукав. Пилюля оказалась в его ладони.
Наклонившись, якобы чтобы подобрать что-то, он незаметно передал её Ло Вэю и прошептал так тихо, что слышать могли только они двое:
— Будь осторожен, с этим уездным начальником что-то не так.
Вернувшись на место, Чжу Вэньци сохранял невозмутимый вид и непринужденно беседовал с уездным начальником Лю.
http://bllate.org/book/29953/3646640
Готово:
