Жарко-то как!
Сяо Лэн только что вышел из супермаркета, как на него обрушилась волна зноя. Август выдался невыносимо духотистым, и без крайней необходимости люди старались не выходить из дома, предпочитая сидеть в прохладе под кондиционерами и смотреть телевизор. Однако для юного и бедного Сяо Лэна его крошечная комнатка, похожая на пароварку, была настоящим кошмаром.
— Совсем не хочется возвращаться, в супермаркете так прохладно!
Сяо Лэн с сожалением оглянулся на магазин, с пакетом лапши быстрого приготовления в руках направляясь домой. На самом деле ему ничего не нужно было покупать, он просто зашел по дороге с работы, чтобы немного освежиться под кондиционером...
Сяо Лэн работал в небольшом ресторанчике: обычно он копошился на задней кухне — мыл посуду, резал овощи, а в часы пик подрабатывал официантом. Вот только хозяйка была настолько жадной, что им даже маленький вентилятор поставить пожалела. В такую жару толпа людей ютилась в духоте кухни, обливаясь потом. Сколько ни пытались они намекать хозяйке, та даже ухом не вела — только закатывала глаза, и смысл был предельно ясен: хочешь — работай, не хочешь — убирайся! Приходилось терпеть, ведь в нынешние времена хорошую работу найти непросто.
Поэтому после смены Сяо Лэн всегда заходил по пути домой в ближайший супермаркет. Бродил там долго, но на кассе расплачивался за какую-нибудь мелочь вроде дешевого печенья с начинкой за юань, пакета вчерашних паровых булочек или вот этой самой лапши. Так решался вопрос с ужином и завтраком на следующий день. К счастью, при всей своей прижимистости, хозяйка хотя бы обеспечивала бесплатным обедом — пусть кормили так себе, но Сяо Лэн был доволен и этим.
Он поднял руку, пытаясь защититься от палящих лучей, казалось, бивших со всех сторон, но толку от этого было мало: разве можно закрыть ладонью столько света? Мимо то и дело проходили девушки под солнцезащитными зонтами, звонко цокая каблуками босоножек. Сяо Лэн невольно вспомнил кассиршу из супермаркета: она всегда громко болтала и смеялась с другими продавцами, а когда он подходил рассчитаться, неизменно смотрела свысока. Цокая каблуками, она швыряла пробитые товары на край прилавка, вдобавок одаривая покупателя презрительным взглядом. И правда: все заходят в супермаркет с огромными пакетами, а он таскается туда каждый день, и на него смотрят как на воришку.
Что поделать, раз сам ничего из себя не представляешь — нечего и пенять на чудное корыстолюбие. Родители развелись, и ни одному из них он оказался не нужен. Не доучившись даже до конца старшей школы, Сяо Лэн ушел работать, чтобы обеспечивать себя самостоятельно. Обещанные ежегодные переводы от родителей давным-давно прекратились — и что он мог поделать? Подавать на них в суд? Зная, что у каждого из них уже давно своя семья и новые дети, они наверняка позабыли, что когда-то у них был ребенок... В конце концов, руки-ноги есть, с голоду не помрет, так зачем же навязываться и вызывать у людей раздражение!
Петляя по узким улочкам, он углубился в трущобы. Те, кто никогда здесь не бывал, и представить себе не могли, что в таком внешне блестящем и благополучном городе N существуют столь запущенные места. Дойдя до деревянной калитки в самом тупике, Сяо Лэн остановился, достал из кармана ключи и отпер дверь. Маленький дворик пустовал; земля там, где раньше росли овощи, потрескалась от палящего солнца. Не обращая на это внимания, Сяо Лэн сразу вошел в дом и плотно затворил дверь, боясь, как бы внутрь не просочился зной. Впрочем, разницы особой не было — внутри стояла точно такая же духовка.
Он пробрался в умывальниковую, чтобы ополоснуть лицо. То, что гордо именовалось умывальником, на деле представляло собой крошечный пятачок, разделенный дощатой перегородкой пополам: кухня и санузел. На кухне умещались лишь раковина для мытья овощей, угольная печка да шкафчик. А санузел... скажем прямо, без лишней вежливости: простая уборная совмещенная с тазом для умывания.
Сяо Лэн убрал лапшу в шкафчик. Содержимое полок выглядело удручающе: помимо нескольких высохших мантэ, пары пачек соленых побегов бамбука и половины пачки сухого лапшичного полуфабриката там обнаружилась лишь купленная сегодня лапша. На нижней полке стояли кадушки для риса и муки, но и они почти опустели. Окинув взглядом разделочную доску под окном, Сяо Лэн заметил лишь пару сушеных перчиков чили и совсем сморщенный пучок зеленого лука. Ладно, на ужин сварит просто сухую лапшу на воде, подумал он.
Выйдя из кухни, Сяо Лэн вытер пот со лба и растерянно оглядел это пустое жилище. Когда он снимал дворик, тот был абсолютно пустым, зато из-за расположения в переулке аренда стоила сущие копейки. Прошло уже несколько лет, а лишних денег на покупку нормальной мебели так и не завелось. Из обстановки имелось лишь самое необходимое: угольная печь, кастрюля, пара мисок с палочками да шкаф в кухне, а в уборной — таз с полотенцем. Окинув взглядом комнату, он видел только кровать, облупленный стол да несколько круглых табуреток, купленных им за бесценок на барахолке.
Пространство за изголовьем кровати он отгородил тяжелой плотной шторой, чтобы создать иллюзию собственной маленькой спальни. Эта штора досталась ему год назад: он подрабатывал почасовой уборкой в одной семье, и те как раз переезжали. Хозяевам возиться со шторами в большой спальне не хотелось, и они разрешили ему забрать их. Плотная темно-красная портьера с затейливым узором стоила едва ли не больше, чем его двухмесячная зарплата на тот момент, поэтому Сяо Лэн был так рад, что с особым энтузиазмом помог им с переездом.
Пожалуй, эта штора была самой ценной вещью во всем доме. Вздохнув, Сяо Лэн резко отдернул занавеску, служившую пологом для кровати, обнажая узкий деревянный топчан. На нем был разостлан бамбуковый циновочный матрас, купленный в начале лета — на него ушла пятая часть зарплаты. Если бы не надежда на долговечность, он бы взял обычный соломенный коврик и не мучился. С размаху шлепнувшись на кровать, он тут же взвыл от боли: доски оказались слишком твердыми, а сам он — слишком худым, падать на такую жесткость было явно плохой идеей! Кривясь и морщась, Сяо Лэн поднялся. Лежать расхотелось: стоило наступить жаре, как циновка нагревалась до состояния сковородки, ничуть не освежая.
Ни телевизора, ни каких-либо других развлечений не было, поэтому Сяо Лэн притащил табуретку и уселся под подоконником, погрузившись в оцепенение. Окно у изголовья кровати как раз выходило в тень — на чей-то чужой двор. Сяо Лэн уже давно не видел там ни души, казалось, соседи давно съехали. Во дворе упорно продолжали цепляться за жизнь несколько гранатовых деревьев, хотя судя по их виду, жить им оставалось недолго. Больше всего привлекало внимание то, что в городе N, где повсюду был проведен водопровод, под гранатовыми деревьями обнаружилась старая ручная водокачка. Интересно, получится ли из нее вообще добыть хоть капли воды?
Сяо Лэн сидел так долго, что погрузился в полный транс, пока постепенно не стемнело. Бросив взгляд на будильник на подоконнике, он ахнул: почти восемь часов. Ресторанчик, где он работал, по вечерам специализировался на уличных шашлыках-барбекю, и его смена обычно длилась до шести с половиной часов вечера. Сама жарка продолжалась до полуночи, но ночью на улицах было небезопасно, особенно в таких переулках, как этот. Дорожа собственной жизнью, Сяо Лэн неизменно жертвовал половиной заработка.
Вскипятив воды, он сварил немного лапши. Поев, Сяо Лэн собрался, как обычно, немного пройтись, чтобы еда лучше усвоилась, но едва приоткрыл дверь, как его окатило волной горячего воздуха, да так резко, что он испугался и тут же захлопнул створку. Почему на улице до сих пор так жарко? На днях в ресторане говорили, что температура держится около тридцати пяти градусов, но сегодня все сорок, не меньше! И этот зной не спадал даже в восемь с лишним вечера! У Сяо Лэна слегка закружилась голова. Раздевшись до одних трусов, он залпом выпил чашку холодной воды и рухнул на кровать. Прохладная вода немного помогла, он смутно почувствовал, как его тело пробил легкий озноб, и провалился в сон...
Этой ночью врачи и медсестры во всех больницах города N сбивались с ног от работы. Коридоры были забиты до отказа пациентами: кто-то изнемогал от жары, кто-то заработал диарею от обилия холодного питья, у кого-то начался насморк из-за резких перепадов температур или проявилась та самая болезнь от кондиционеров... Но больше всего было пострадавших от солнечного удара, от которого не спаслись даже некоторые медики. Везде сновали взрослые и дети с талонами на регистрацию, рецептами и капельницами, а в больницах стоял шум, как на базарной площади.
В такую изнуряющую погоду старикам и детям требовалось быть особенно осторожными, иначе в случае беды утешения искать будет негде!
Среди ночи Сяо Лэна разбудила внезапная крупная дрожь. Точнее говоря, он просто-напросто вырубился от перегрева... Потирая покрытые мурашками руки, Сяо Лэн недоумевал: неужели пошел дождь? Откуда в комнате такая прохлада? Накинув первое попавшееся наплечье, он толкнул дверь. Снаружи стояла абсолютно ясная погода, темное ночное небо усыпали мерцающие звезды, и единственным отличием от дневного зноя было резкое падение температуры. Захватив табуретку, Сяо Лэн с наслаждением посидел во дворе: ветра не было, но воздух казался таким свежим и прохладным — просто блаженство.
Этой ночью Сяо Лэн спал самым крепким сном с самого начала лета. Утром он проснулся бодрым и полным сил, умылся, почистил зубы и заварил себе пачку лапши. Закончив трапезу, он вдруг почувствовал, что что-то не так. Оглядев себя и комнату, Сяо Лэн с удивлением обнаружил, что до сих пор одет в ту самую рубашку с длинными рукавами, в которой уснул вчера! Носить длинный рукав в разгар лета было верным безумием, однако странно — жары он совсем не ощущал. Поежившись от недоумения, Сяо Лэн подумал, что вчерашняя погода и сегодняшняя — две большие разницы. Нынешний климат меняется непредсказуемо, неудивительно, что столько людей вокруг болеет!
В общем, ближе к десяти часам Сяо Лэн накинул ту же рубашку с длинными рукавами и отправился на работу.
Стоило ему выйти на улицу, как соседи принялись странно разглядывать его. Сначала он не обращал на это внимания, но чем дальше шел, тем сильнее становилось жарко, и в конце концов ему пришлось засучить рукава. Опустив голову, он ускорил шаги в сторону ресторана — погода по-прежнему оставалась жаркой, и он выглядел по меньшей мере глупо!
Понурив голову, Сяо Лэн сразу прошел на заднюю кухню, где тут же нарвался на насмешки шеф-повара — Мастера Ли:
— Сяо Лэн, ты это решил в модники заделаться? В такую жару в длинном рукаве — от солнца кожу прячешь? Ты же вроде не девица!
Все на кухне дружно засмеялись. Сяо Лэн мог лишь неловко улыбаться в ответ: снимать единственную рубашку на глазах у мужчин и женщин он не собирался, так что оставалось только терпеть изнуряющую духоту и работать. Натирая овощи для сегодняшней подачи, Сяо Лэн прислушивался к разговорам поваров: те вовсю обсуждали ненормальную жару последних дней и вспоминали, что у кого-то из их знакомых случился тепловой удар и теперь тот отлеживается в больнице. Сяо Лэн вдруг вспомнил свое вчерашнее странное недомогание перед сном — неужто это был тепловой удар?
Но ведь он стоит здесь целым и невредимым, вряд ли... Сяо Лэн даже хотел было рассказать им про ночное похолодание, как вдруг в кухню влетела хозяйка и завопила:
— Сяо Лэн! Живо отнеси эту тарелку с закусками в ВИП-кабинет номер три, гости уже заждались!
Сяо Лэн проглотил готовые сорваться с языка слова — работа превыше всего! Последующая круговерть забот заставила его мгновенно забыть об этом случае. Лишь когда подошло время следующего перерыва, Сяо Лэн, похлопывая себя по гудящей от усталости голове, вышел через заднюю дверь ресторана. Уходящая со смены девушка-официантка У Сяньцянь заметила его бледный вид, участливо спросила, не подхватил ли он тепловой удар, и посоветовала заглянуть к врачу. Сяо Лэн с благодарностью кивнул — уже давно никто не проявлял к нему такой заботы.
Дорога расплывалась перед глазами, он шел шатаясь, едва не попав под колеса проезжавшей машины. Водитель выскочил из кабины и принялся яростно ругаться, но Сяо Лэн даже не среагировал. Заметив нездоровый цвет лица паренька и испугавшись возможных проблем, таксист поспешно запрыгнул обратно в машину и уехал! В конце концов Сяо Лэн благополучно добрался до дома.
Стоило ему приблизиться ко двору, как тело пронизало легким трепетом, а в голове на мгновение прояснилось. К нему вернулась та самая ночная прохлада. Сяо Лэн поднял глаза к небу: солнце палило вовсю. Неужели у кого-то из соседей прохудился кондиционер? Но в самом тупике переулка стоял только его собственный дом, а по дороге сюда по-прежнему стояла невыносимая духота. Желая убедиться, что у него не кружится голова и не начались галлюцинации, он вернулся к соседним домам и проверил воздух там. Проделав этот путь несколько раз туда и обратно, Сяо Лэн окончательно убедился — прохладно было исключительно в его собственном дворе!
— Ты что, умом тронулся? Или чего-то нанюхался? Какой смысл туда-сюда бегать? — три вопроса обрушились на него лавиной.
Ошеломленный Сяо Лэн поднял взгляд и увидел, что прямо перед ним, примерно на высоте одного метра над землей, завис длинноволосый мужчина и с недоумением смотрит на него. Мужчина висел в воздухе именно потому, что под ним действительно ничего не было — он сидел, скрестив ноги, прямо посреди пустоты...
У Сяо Лэна потемнело в глазах, и в следующее мгновение он потерял сознание.
http://bllate.org/book/29973/3649204
Готово:
