Разве быть вдовцом звездолёта — это повод для гордости?
Мало кто знал, что некогда прославленное Военное училище Уэсли изначально вовсе не было учебным заведением, назначенным федеральным правительством. Больше того, свыше столетия назад, когда по всей Федерации безумно конкурировали бесчисленные сомнительные военные академии, имя Уэсли даже не входило в первую тройку.
Пока директором не стал Лу Шаньпань.
В тридцать лет Лу Шаньпань получил звание генерал-майора и когда-то находился всего в шаге от поста маршала, поистине являясь выдающейся и почтенной элитой среди имперских военных. Но, как ни странно, в самый решающий момент борьбы за власть и продвижения по службе он внезапно решил подать в отставку, прямо с передовой должности полевого командира десантировавшись в Военное училище Уэсли. Этот карьерный кульбит протяженностью в сто тысяч ли заставил всех политиков того времени раскрыть рты от удивления.
Ходили слухи, что причиной его отставки стало то, что его тогдашний главный соперник, находившийся на пике славы, трагически погиб во время выполнения задания. Лу Шаньпань испугался, что участь напарника постигнет и его, и возненавидел саму смерть. Его уход вызвал сильнейший резонанс в политических кругах: одни заламывали руки от досады, другие ликовали.
Но какими бы ни были истинные мотивы, все сходились во мнении, что блестящая жизнь Лу Шаньпаня с этого момента наполовину испорчена.
Вступив в должность, Лу Шаньпань тут же принялся творить сущий беспредел: используя финансовые рычаги, он единым махом поглотил семь военных училищ на Столичной планете, монополизировал все преподавательские кадры и развернул масштабный набор подростков и молодежи со всей Столичной планеты, проявив при этом самую бескомпромиссную жесткость.
Те шестеро директоров, которых понизили в должности, в глубокой скорби и гневе объединились со СМИ и на полмесяца оккупировали заголовки всех газет Столичной планеты.
Как можно измерять образовательные ресурсы деньгами?
Грязные лапы политиков раздирают чистый сад Столичной планеты, какое будущее ждет подрастающее поколение?
Садовники человеческих душ из пролетариата, встаньте! Не будьте рабами капитала!
Лу Шаньпань вел себя так, будто ничего этого не замечает. Предложенное им щедрое жалованье заставляло садовников человеческих душ самоотверженно и добросовестно сеять разумное, доброе, вечное. В последующие дни Военное училище Уэсли то и дело выпускало элитных специалистов, принося обильные плоды: костяк министерства обороны среднего и молодого возраста почти целиком состоял из выходцев из Военного училища Уэсли. Недавно оказавшийся на гребне волны Шэнь Сицзин тоже был одним из них. Федеральный президент обнаружил, что этот шаг Лу Шаньпаня напрямую повысил чистоту преданности федеральной армии, и просто плыл по течению, прикрепив к Военному училищу Уэсли ярлык королевского. А те самые СМИ, что когда-то яростно пророчили училищу крах, получили звонкие пощечины, разом переобулись на лету и бесстыдно возвели Лу Шаньпаня в ранг величайшего педагога в истории Федерации.
Учебно-административный корпус представлял собой пирамидальное здание сияющего синеватого цвета, состоящее из многоугольных коридоров и бесчисленных скоростных обзорных лифтов, где повсюду можно было встретить безупречно одетый персонал и снующих туда-сюда офисных роботов.
В этот самый момент сам виновник торжества педагогики сидел в своем кабинете, лицом к лицу столкнувшись с Шэнь Сицзином — главной звездой новостных трендов последнего времени.
В эпоху Нового звездного календаря средняя продолжительность жизни была в три-четыре раза больше, чем в эпоху Голубой планеты, и процесс старения соответственно замедлялся. Лу Шаньпаню было почти сто лет, но выглядел он всего на шестьдесят. Одетый в сшитый на заказ элегантный серый костюм, он не имел ни грамма лишнего веса на животе, а его густые усы и бакенбарды придавали ему сексуальный вид — такой мужчина на улице заставил бы толпы юных дев и даже молодых мамочек бегать за ним по пятам.
Сидевший напротив него Шэнь Сицзин воплощал собой совершенно иную крайность.
СМИ умели давать прозвища: пять иероглифов красавец-аристократ на побегушках метко обобщали недавние дела Шэнь Сицзина и точно подчеркивали его темперамент. Глядя на это красивое лицо с резкими чертами, Лу Шаньпань невольно вспомнил собственную молодость — в те времена существовали понятия вроде модельная внешность или парень с аниме-постера, вот только он сам никогда бы не стал столь откровенно выставлять напоказ свою дерзость и строптивость.
— А-Си, не смотри на меня таким агрессивным взглядом, — Лу Шаньпань сцепил пальцы в замок и положил руки на колени. — Между прочим, в те годы это имя тебе дал я.
— Знаю. Мой отец в то время был заместителем помощника в финансовом управлении и боролся с другим замом за пост следующего министра финансов. Он был так занят сбором голосов, что просто перепутал предполагаемую дату родов моей матери, — Шэнь Сицзин слегка распустил воротник и закинул ногу на ногу. Форменный китель плотно облегал его талию, стянутую ремень в тугой и узкий силуэт. — Это славное достижение моего отца, я слышал о нем от многих, так что долгое время после этого все думали, что у моей матери с вами был какой-то тайный роман. На самом деле это вы мой настоящий отец.
— Шутки шутишь, с чего бы мне произвести на свет такого язвительного сорванца, у которого на лице написана одна желчь, — усмехнулся Лу Шаньпань, приподнял подбородок и кивнул на свой живописный беспорядок на столе. — Взгляни-ка. Это жалобы от родителей, полученные за два часа твоего недавнего замещения на уроке. Я даже велел Андерсену распечатать их на бумаге.
Андерсен был его секретарем-роботом — с руками и ногами, квадратной головой, внешне похожий на оживший миниатюрный телевизор из эпохи Голубой планеты. В этот момент он принес и поставил сваренный кофе.
— Капитан Шэнь, — чопорно произвел он: — Модели списанных принтеров уже отправлены на ваш электронный адрес, всего три штуки. Директор говорит, что вам нужно возместить ущерб.
Шэнь Сицзин: — ?
Он бросил косой взгляд на Андерсена, а затем перевел его на Лу Шаньпаня: — Разве я не просто разбудил пару плохих учеников, которые спали на уроке?
— Уточню: не разбудил. Ты оторвал нос роботу-ассистенту и проломил им головы тем парням. Кстати, этот робот-ассистент и Андерсен приехали с одного завода и были земляками, я уже всё проверил, — с сердечной болью произнес Лу Шаньпань. — Помилуй бог, ты же пример для подражания, как можно отвечать насилием на насилие и подвергать студентов телесным наказаниям!
http://bllate.org/book/29993/3653031
Готово:
