Лицо Вэй Се стало ещё мрачнее, а взгляд, которым он посмотрел на Чжэн Хэя, был вовсе не взглядом родственника, а скорее напоминал взгляд на заклятого врага.
Долгое время Вэй Се хранил молчание, а затем холодно бросил:
— Я понял, на годовщину смерти деда я приеду.
Чжэн Хэя кивнула, и Вэй Цинь, поддерживая её за дрожащее тело, помог ей уйти.
Янь Шуанци с невозмутимым видом наблюдал за разыгравшейся перед ним сценой, думая лишь о том, что сюжет просто абсурден донельзя.
Вэй Се с полуулыбкой посмотрел на него:
— Что, ещё не насмотрелся на это представление?
Янь Шуанци тут же изобразил примерного мальчика:
— Ни в коем случае, ни в коем случае! Разве мог я смеяться над господином Вэем?
Выглядело это так, будто только что не он с огромным интересом смаковал зрелище, комментируя, что Вэй Цинь точь-в-точь пушечное мясо, а вот от Чжэн Хэя веет духом настоящего главного злодея.
Пожалуй, в глазах Вэй Се слишком уж отчётливо читалось «ну-ну, продолжай сочинять», поэтому Янь Шуанци даже протянул руку и сложил из пальцев сердечко:
— Господин Вэй, я ведь к вам всей душой.
Вэй Се:
— …
Прекрати уже использовать это слово по отношению к себе.
Вэй Се:
— Приди в норму.
Янь Шуанци поджал губы и в ту же секунду продемонстрировал Вэй Се стойку смирно, приняв такой серьёзный вид… который, впрочем, казался не совсем нормальным.
Вэй Се даже рассмешило досады ради такое чудачество:
— Стоишь по стойке смирно неплохо. Похоже, телохранителя тебе искать не придётся.
Янь Шуанци:
— …
Это он меня здесь подловил.
Лицо Янь Шуанци мгновенно вытянулось:
— Только не это, господин Вэй, я больше не буду баловаться.
Вэй Се с каменным лицом и суровым взглядом смотрел на него, твёрдо намереваясь как следует проучить этого озорника, в котором то и дело просыпался неисправимый актёр. Но стоило ему увидеть жалобное выраженьице Янь Шуанци, как он сам не понял почему — взял и улыбнулся.
Эта улыбка растопила ледяную корку, и Янь Шуанци мгновенно сообразил, что гроза миновала. Пользуясь моментом, он наотмашь отбросил всякие следы гордости:
— Спасибо, господин Вэй, буду ждать, пока господин Вэй подыщет мне самого крутого телохранителя.
Вэй Се покачал головой, в душе признавая, что с этим взбалмошным омегой у него просто нет никаких средств совладать.
Он тоже прекрасно видел, что Янь Шуанци заметил его дурное настроение, а потому намеренно кривлялся и подлаживался, чтобы развеселить его. При этой мысли его сердце, только что остуженное ледяным отношением Чжэн Хэя, вдруг самую малость оттаяло.
******
Янь Шуанци впервые увидел своего долгожданного телохранителя в тот самый день, когда они отправлялись на съёмочную площадку для участия в развлекательном шоу.
Телохранителя звали Цинь Саньхэ, он был альфой и, по слухам, отставным военным, который отменно умел драться.
Разумеется, сам телохранитель на похвалу в духе отменно умеет драться отреагировал закатыванием глаз, едва ли не открыто заявляя, что Янь Шуанци — просто невежественный обыватель, способный думать лишь о драках и убийствах.
Е Хунчжи, взглянув на высокого и мощного Цинь Саньхэ, на мгновение скривился в усмешке:
— Ты что, затаил на меня обиду и специально нашёл человека, чтобы меня избили?
Янь Шуанци:
— ???
Мысли шире.
Янь Шуанци изобразил притворное удивление:
— Ой! А я ведь об этом даже не подумал, спасибо брату Е за подсказку.
Е Хунчжи:
— …
Е Хунчжи был готов прибить его.
Глубоко вздохнув, он указал на стоявшего рядом парнишку и произнёс:
— Его зовут Хоу Фаньфань, он бета. Не смотри, что молодой, дело своё знает отлично. Отныне он будет повсюду сопровождать тебя, а если меня не окажется рядом и что-то понадобится — пусть свяжется со мной.
Имя Хоу Фаньфань звучало мягко и нежно, но на поверку парень оказался рослым и крепким бетой, так что Янь Шуанци, даже выпрямившись во весь рост, доставал ему лишь до подбородка.
Янь Шуанци посмотрел на Хоу Фаньфаня, затем перевёл взгляд на Цинь Саньхэ и решил, что теперь у него целых два телохранителя.
Е Хунчжи тем временем наставлял его:
— Съёмки продлятся три дня, тема выпуска — «Страшный замок», всё будет транслироваться в прямом эфире. Не забывай вести себя послушно и скромно, зрители любят нежных и хрупких омег.
Янь Шуанци скорбно опечалился:
— Разве я не нежный и хрупкий омега?
Е Хунчжи:
— …
Перестань уже осквернять само понятие нежного и хрупкого омеги.
Е Хунчжи почувствовал, что от созерцания этого зрелища у него болят глаза, и предпочёл отвести взгляд.
Вскоре они прибыли на место съёмок, где их встретила женщина-бета, отправленная съёмочной группой для сопровождения.
Она представилась Сяо Баем и пояснила, что пришла встретить Янь Шуанци, а заодно ввести его в курс правил шоу.
— Правила в этот раз почти не изменились, всё так же будет идти в прямом эфире. Думаю, менеджер уже объяснил учителю Яню, как себя вести?
Янь Шуанци свято помнил наставления Е Хунчжи и в присутствии посторонних притворялся милым и кротким омегой. Он улыбнулся так сладко, что у любого от этой приторности могли зубы заныть:
— Понял, учитель Сяо Бай, спасибо, что рассказали мне обо всём этом.
Сяо Бай была самой обычной ассистенткой, которой из-за отсутствия связей и влиятельных знакомых поручили встречать никому не известную звездочку-однодневку, уступающую по популярности даже сетевым блогерам. К тому, что её все игнорируют, она давно привыкла, и её впервые в жизни кто-то назвал учителем Сяо Баем.
Быть предметом уважения всегда приятно, и перед лицом столь мило улыбающегося омеги у Сяо Бай улетучилось всякое недовольство. Понизив голос, она произнесла:
— Учитель Янь, попав в замок, старайтесь поменьше говорить. Вы здесь единственный омега среди гостей, вам вообще ничего не придётся делать — стоит лишь в нужный момент испугаться и проявить немного капризного очарования, как недостатка в просмотрах не будет.
Сказав это, Сяо Бай оглянулась по сторонам и, убедившись, что поблизости находятся только они сами, перешла на ещё более тихий шепоток:
— Помимо вас, в шоу участвуют ещё четыре гостя: учитель Янь Чанду, учитель Коко, учитель Ли Цзинъянь и учитель Чэн Манман.
Учитель Ли Цзинъянь и учитель Чэн Манман — оба альфы, в кулуарах у них отличный нрав, можете смело обращаться к ним за помощью.
Учитель Коко вышла из среды блогеров и очень любит тянуть одеяло на себя. Ходили слухи, что она вас недолюбливает, так что, учитель Янь, держитесь от неё подальше.
А ещё учитель Янь Чанду…
Ого, да ведь это тот самый фальшивый юный господин, который занял чужое место, отнял абсолютно всё у прежнего владельца тела, а в конце ещё и довёл того до выкидыша и вырезал железу!
Какая же предстоит встреча.
Янь Шуанци опустил глаза и с видом наивного незнания поинтересовался:
— А что не так с учителем Янь Чанду? Насколько я знаю, у него безупречная репутация в кругах шоу-бизнеса.
— Эх, вы… — Сяо Бай посмотрела на Янь Шуанци так, будто созерцала собственного глупого сына. — Всё это лишь сценический образ. У той же учительницы Коко на публике имидж милой и кроткой девушки, а что на деле? Разве она не обычная бета, притворяющаяся омегой?
http://bllate.org/book/30082/3665229
Готово:
