Бай Го: — ...
Угадал абсолютно неверно, самому участнику ни капли не весело!
Разве сейчас, чтобы стать фанатом-подражателем, даже не требуется согласие самого объекта?
Он-то думал, что в комментариях все, как и он, осудят чрезмерную фантазию блогера, но, зайдя внутрь, обнаружил, что все только и делают, что вопят: «А-а-а, я в восторге!» Самый верхний популярный комментарий и вовсе утверждал: «Это фанат-подражатель, к гадалке не ходи! Скорее идите все смотреть этот пост в микроблоге!», а в самом конце прилагалась ссылка. Зайдя по ней, Бай Го и вовсе погрузился во тьму перед глазами.
Там некто откопал кадры с многочисленных мероприятий, которые они когда-то посещали вместе, и на этих размытых видео без исключения обнаружилось, что за спиной Сун Цзинцэ стоит украдкой бросающий на него взгляды Бай Го!
На самом деле тогдашняя правда заключалась лишь в том, что он хотел воспользоваться моментом и понаблюдать, не опозорится ли заклятый враг, нет ли у него каких-нибудь скрытых маленьких секретов, но теперь, после такой подборки, не отмоешься и с десятью ртами!
«А-а-а, я умер! Настоящий фанат-подражатель, железный факт!»
«А я-то думал, что они из совершенно разных миров, а это, оказывается, кумир и фанат? И теперь кумир лично это подтвердил, они двинулись навстречу друг другу, у-у-у!»
«Вы только посмотрите, какими сияющими глазами Сяо Го смотрит на кинозвезду Суна! Никаких сомнений, это любовь!»
Бай Го скорбно и гневно завопил:
— У твоего фаната-подражателя в глазах нож!
В этот момент сам «гвардеец с ножом» чувствовал лишь то, что во всем теле пропали силы. Он безвольно растекся по дивану и тупо уставился стеклянным взглядом в потолок.
Как всё вообще дошло до такого состояния?
И так было достаточно паршиво, что не удалось раскопать компромат на заклятого врага, так как же он умудрился впутать сюда и себя самого?
Сян Яньчжи осторожно поинтересовался:
— Хочешь еще взглянуть на разоблачения Сюэ Цзыцзина?
Бай Го бессильно взмахнул рукой.
Рисковать он больше не смел: не дай бог, открыв горячие тренды, он наткнется на какую-нибудь статью с заголовком вроде «Он и его заклятый враг за три года родили двоих», и тогда можно сразу не жить.
Услышав это, Сян Яньчжи торопливо захлопнул ноутбук и, подумав, произнес:
— Давай сегодня больше не будем смотреть, завтра утром съемочная группа приедет на дом снимать, отдохни пока как следует.
Только после этого напоминания Бай Го вспомнил, что на завтрашнее утро у него запланированы съемки. С трудом взбодрившись, он спросил:
— Что режиссер сказал на сегодняшней встрече?
Сян Яньчжи покачал головой, взял лежавший рядом блокнот и ответил:
— Ничего лишнего. Конкретное содержание шоу по-прежнему не раскрывают, говорят, завтра, когда все гости соберутся, расскажут обо всем вместе на совещании, а если чего-то не поймешь, тогда и спросишь. Завтра самолет в десять, в шесть часов съемочная группа придет стучать в дверь, сначала будет простое знакомство с обстановкой в доме и упаковкой багажа, а другие интервью по дороге в аэропорт зададут сотрудники.
— Ах да, — Сян Яньчжи что-то вспомнил и добавил: — Уходя, режиссер специально наказал проследить, чтобы дома сегодня было поспокойнее. Всякие… кхм, вещи, которые не хочется выставлять напоказ, спрятать понадежнее, а людей, которым не положено появляться в кадре, тоже не оставлять дома — если их снимут, монтировать будет трудно.
Бай Го: — ...
Он в ярости мгновенно выпрямился:
— Как режиссер мог такое сказать!
Сян Яньчжи уже подумал, что Бай Го разозлился из-за незаслуженного подозрения, и только хотел объясниться, как услышал, что тот продолжает праведно негодовать:
— В этом шоу столько любителей сплетен, и если у кого-то дома кто-то прячется, не воспользоваться шансом снять это — просто глупость!
Сян Яньчжи: — ...
Выходит, все твои мысли только о том, как бы раздобыть компромат?
Бай Го в этот момент был точно хорек, увидевший, что целый курятник кур превратили в суп с добавлением хауттюйнии и клубничного джема! Ему было так больно, что буквально всё сердце обливалось кровью!
Такая прекрасная возможность — и вот так бездарно пропала!
По его мнению, такие эпизоды, как внезапный подъем, не должны анонсироваться заранее, ведь весь их сок — в остроте и адреналине!
Он ведь отчетливо помнил, что один из гостей страстно увлекался укрыванием людей по домам, и если бы повезло застукать того с поличным, это была бы чистая прибыль без всяких убытков! Новость взорвалась бы задолго до начала показа шоу!
Сян Яньчжи посмотрел на вздыхающего и сокрушающегося Бай Го, и на душе у него внезапно тоже стало как-то неспокойно.
Жить вместе с остальными людьми два полных месяца… точно не возникнет проблем?
Чем больше Бай Го думал, тем сильнее жалел, даже во сне продолжая воображать, как он, взвалив на плечо камеру, бросается в атаку и застает всех с поличным, так что едва не растерялся, когда в ушах смутно раздался звонок в дверь.
— Доброе утро, Бай Го, мы съемочная группа шоу «Освоение необитаемого острова». — После того как дверь открылась, режиссер и оператор поприветствовали его.
Бай Го, чей взгляд еще был подермлен сном, вспомнил наставления Сян Яньчжи, мгновенно взбодрился и поспешно отступил в сторону, приглашая гостей войти:
— Здравствуйте, здравствуйте, прошу, проходите.
Жилье, где обитал Бай Го, было небольшим — стандартная компактная «двушка» с гостиной, а ремонт в теплых тонах создавал очень уютное ощущение.
Сначала он поставил на журнальный столик две чашки теплой воды, а затем озарил обоих мягкой улыбкой:
— Присаживайтесь пока, я умоюсь и сразу вернусь.
— Можем мы снять твою комнату? — спросил режиссер.
— Конечно. — Бай Го выглянул из ванной, с уголками губ, еще испачканными белой зубной пастой, весь излучая юношескую бодрость. — Снимайте что хотите.
Съемочная группа, конечно, прекрасно знала, что именно привлекает взгляды фанатов: зайдя в столовую, они намеренно открыли холодильник, чтобы заглянуть внутрь, а в спальне и вовсе навели объектив прямо на постель, заранее продумав, какие титры к этому прикрепить.
Обойдя с камерой весь шкаф для одежды, режиссер махнул рукой оператору, собираясь дать знак переходить к последней комнате, но, с усилием надавив на дверную ручку, обнаружил, что дверь стоит как влитая.
— Мм? Заперто? — озадаченно бормоча, произнес режиссер.
В следующую секунду перед ними мгновенно мелькнула фигура, которая, раскинув руки и загораживая проход словно наседка, защищающая цыплят, намертво вклинилась между режиссером и дверью.
Режиссер испуганно вздрогнул:
— Сяо Го, это ты… к чему?
У Бай Го в этот момент по лицу еще стекала вода — сразу было видно, что он примчался с половины умывания, а выражение его лица выглядело чрезвычайно встревоженным.
Как он мог забыть об этом!
Черт побери! Внутри же находились все его инструменты для скрытой съемки!
Глава 11
Съемочная группа испугалась выпада Бай Го, перекрывшего им дорогу, а когда сообразила в чем дело, лица у них стали слегка неприятными.
Хотя главный режиссер вчера тысячу раз наказывал им не укрывать запретные тайны в красивом доме, она полагала, что у Бай Го подобных проблем возникнуть не должно, однако теперь выходило, что все вороны под небесами черны.
Бай Го, разумеется, легко прочитал их мысли по выражениям лиц и принялся испуганно махать руками:
— Нет-нет! Вы всё не так поняли! В этой комнате хранится всякий хлам, там жуткий беспорядок, я просто не успел убраться, поэтому и запер дверь специально.
Договорив и внезапно что-то сообразив, он достал ключ и вставил в замочную скважину, но, отперев замок, не стал сразу толкать дверь, а повернул голову и жалобным голосом обратился к оператору:
— Братишка, давай договоримся, можно этот момент не записывать?
Оператор на мгновение замер и перевел взгляд на режиссершу.
Та нахмурилась и недовольно произнесла:
— Сяо Го, что это значит? Если есть что-то, что нельзя снимать, можно было сказать прямо, к чему эти круходжения?
— Вы правда не так поняли, — легко кашлянув, поспешно объяснил Бай Го. — Просто вещи, которые там лежат, немного… кхм, не очень соответствуют моему образу?
С этими словами он слегка приоткрыл дверь, обнажая уголок комнаты. Режиссер с оператором воспользовались моментом и заглянули внутрь, едва не умерев от страха.
Оказалось, что прямо напротив них стояли два манекена: один в камуфляжном костюме, а другой — в полностью черном наряде. Под резким светом лампы накаливания это выглядело крайне жутко, так что остатки утренней дремоты моментально испарились!
— Сяо Го, это у тебя… что?
Бай Го виновато почесал в затылке:
— Поскольку в свободное время я люблю ездить на природу снимать диких животных, все эти камеры и одежда — снаряжение.
Съемочная группа поспешно отвела глаза от манекенов и только теперь заметила, что перед ними стоял стол, битком заставленный фотоаппаратами и объективами самых разных моделей, а под столом громоздились запасы сухпайка. При взгляде на всю эту картину целиком она и вправду смахивала на снаряжение полевого фотографа.
Фотографа, который понятия не имеет, что нужно прятаться и подолгу си в засаде — всё так… вот только объектами съемки у него были исключительно люди из тусовки!
— Мой агент тысячу раз наказывал никому об этом не рассказывать: поскольку раньше я снялся в немалом количестве молодежных сериалов, он боится, что это не совпадет с моим образом и повлияет на трансляцию, — обиженно глядя на двоих членов съемочной группы, протянул Бай Го. — Если можно, эту часть ведь не будут показывать?
Он сбросил вину на Сян Яньчжи быстро и решительно, без малейших колебаний!
Режиссер бросила взгляд на снаряжение в комнате, и хотя на сердце у нее еще оставались некоторые сомнения, при виде того, как жалобно и трогательно Бай Го смотрит на нее, она тут же изменила решение:
— Ладно, раз с вашей стороны есть такая просьба, мы можем это вырезать.
Верно, внутренний мир любителей красивых лиц устроен именно так!
Увидев, что оператор опустил камеру, Бай Го наконец с облегчением выдохнул и с улыбкой произнес:
— Большое вам спасибо. Я слышал от менеджера, что нам еще нужно снимать багаж, верно? — С этими словами он молниеносно захлопнул дверь и не забыл запереть ее на ключ.
В конце концов, если бы они действительно зашли внутрь, всё бы тут же вскрылось.
К счастью, большой шкаф в комнате стоял у самой двери и загораживал большую часть обзора — с порога можно было разглядеть лишь простые вещи и камеры, нужные ему для слежки и съемок. А стоило зайти чуть дальше, как обнаружилось бы, что на стене висит огромная черная доска, сплошь исписанная черным компроматом на самых разных людей, а на компьютере внизу открыта учетная запись Синьгэ.
Провал и публичный позор на месте были бы обеспечены!
— Садитесь пока, — Бай Го притащил два стула, а из кухни вынес две дымящиеся пиалы с рисовой кашей и паровые булочки. — Вы же пришли так рано и еще не завтракали, я как раз их разогрел. Поешьте пока, а я пойду соберу багаж, поедим — и продолжим съемку.
Его вещи лежали в спальне, но он до смерти боялся, что эти двое случайно снова зайдут в соседнюю комнату, так что для верности лучше держаться подальше.
С другой стороны, режиссер и оператор сначала думали, что работа превыше всего, но поднимавшиеся из глубин животов звуки урчания всё же одержали победу над разумом, и они принялись уплетать еду за обе щеки. И хотя завтрак состоял из самых простых блюд, он невольно заставил обоих проникнуться к Бай Го куда большим расположением.
За столько лет работы в индустрии они повидали тысячи звезд: как бы нежно и доброжелательно те ни держались перед камерой, на деле они обычно задирали нос, ни во что не ставя персонал и относясь к сотрудникам либо с полным игнорированием, либо как к рабам. Тех же, кто проявлял такую же теплоту, как Бай Го, можно было по пальцам пересчитать.
Когда Бай Го притащил в гостиную два больших чемодана, режиссер с оператором уже наелись досыта. На их лицах читалось довольство сытого человека, а настроение заметно улучшилось.
http://bllate.org/book/30090/3666115
Готово:
