Готовый перевод The Scorned Ascends After Transmigrating / Путь отвергнутого: Возвращение из пепла: Глава 9

Члены Древней расы, находившиеся в уединении для культивации, толпой высыпали наружу. Всё больше людей собиралось вместе, с лицами, полными благоговения, глядя на пугающий своей мощью вихрь духовной энергии в небе.

Тяжелые слои темных туч полностью окутали эти места, и зловещие молнии, постепенно накапливая силу, то ярко вспыхивали, то угасали, освещая всё вокруг. Мощное давление заставляло содрогаться от страха всех прибывших, но даже несмотря на то, что их Сердце Дао начинало неконтролируемо трепетать от ужаса, они не разбредались, а лишь пристально смотрели в самый центр, где клубились тучи и зарождались молнии.

Там стоял молодой человек в развевающихся белых одеждах, обладающий поистине бессмертным обликом, а его аура ничуть не уступала небесной грозовой каре.

Успели, успели! Как только я почувствовал здесь колебания ци, сразу же помчался сюда, — взволнованно произнес кто-то, глядя на юношу в белом. — Неужели молодой господин собрался прорваться на Стадию Зарождающейся Души? Какая мощная аура! С ней не сравнятся даже обычные грозовые испытания на Стадии Превращения Божества!

Молодой господин и правда опередил У Яня в прорыве на Стадию Зарождающейся Души! На Битве Секты Бессмертных через три месяца молодой господин непременно займет первое место и заслуженно станет сильнейшим среди молодого поколения!

Когда тучи скорби заполнили небо, вокруг поднялся шум, а кровь зрителей закипела от восторга.

Их Древняя раса слишком долго скрывалась от мира, и в Великом мире подвиги их предков постепенно забылись, а старшие в роду неизменно запрещали им покидать Мир Древности.Но незадолго до этого старейшины рода предсказали появление во внешнем мире великих возможностей и судеб, и наконец разрешили им выйти в свет.

Правда, с одним условием: нужно было дождаться, пока Бай Юэ совершит прорыв на Стадию Зарождающейся Души.

Момент прорыва Бай Юэ должен был стать моментом возвращения их Древней расы в мир смертных.

Грозовая кара продолжала формироваться, но долго не желала обрушиваться вниз — это ясно доказывало, насколько ужасна была данная кара и сколь потрясающим обладал потенциалом Бай Юэ, которому предстояло её выдержать. На глазах у изумленной толпы среди бурлящих темных туч смутно заструился золотой свет, вырисовывая постоянно меняющиеся силуэты древних божественных зверей. Ещё до того, как прохождение испытания завершилось, оно вызвало поистине ошеломляющее небесное знамение.

Когда первая молния грозовой кары наконец накопила всю мощь, в раскатах грохочущего неба внезапно раздался некий звук.

Он напоминал то звучание цитры, то мелодию флейты, и когда он пронесся в ушах каждого, их Сердце Дао мгновенно очистилось, а уровень культивации во всем теле забурлил против воли.

Неужели это голос Великого Дао, резонанс Небесного Пути! — с невероятным изумлением воскликнул кто-то.

Молодой господин одарен божественным талантом, он непременно полностью раскроет силу крови в своем теле и преодолеет оковы нашей Древней расы! — страстный голос пронесся над толпой.

Все неотрывно смотрели на юношу в белом в самом центре происходящего, нетерпеливо желая постичь процесс прохождения им грозовой кары.

Раздался грохот, от которого, казалось, задрожал весь Мир Древности, и свирепый грозовой дракон яростно бросился на Бай Юэ. Но в тот момент, когда все ожидали увидеть, как Бай Юэ играючи развеет дракона в прах, только что шумевший Мир Древности погрузился в мертвую тишину — стало слышно, как падает игла.

Звуки дыхания исчезли, голос Великого Дао и раскаты грома полностью стихли, и все ошеломленно уставились на Бай Юэ, в уголке рта которого выступила яркая кровь.

Небо прояснилось, став чистым и лазоревым — эта грозовая кара неожиданно резко рассеялась.

Что произошло?

Почему Бай Юэ, ценой неизбежного ответного удара Ци, подавил грозовую кару, которую был абсолютно способен преодолеть?!

Что заставило Бай Юэ поступить подобным образом?

Все с недоверием смотрели на Бай Юэ, но в глазах самого Бай Юэ, на которого они были устремлены, читались удивление и растерянность.

Бай Юэ сжал губы. Только что, во время прохождения испытания, его дух внезапно встревожился, и часть силы крови в его теле неестественно отторгла его собственное физическое тело.

Словно...

Словно произошло что-то тесно связанное с ним и способное повлиять на его будущее.

Вспомнив внезапно накатившее чувство тревоги и беспокойства, Бай Юэ слегка опустил взгляд.

Любые предчувствия Культиватора не возникают на пустом месте. Бай Юэ мысленно заглянул внутрь себя, к своей Зарождающейся Душе: таинственная Зарождающаяся Душа, которая должна была быть безупречной и наполненной силой Дао, оказалась оплетена черной нитью.

Бай Юэ с удивлением разглядывал эту черную нить, не понимая, откуда она вообще взялась из ниоткуда. Он знал лишь одно: черная нить на Зарождающейся Душе исходила вовсе не от него самого.

Но...

Почему его собственная Зарождающаяся Душа претерпела столь странные изменения из-за чего-то постороннего?

Где же кроется причина этого?

Бай Юэ попытался ощутить эту черную нить, и чем сильнее он концентрировался, тем страннее становился его взгляд.

Она ведет в Малый Мир, — пробормотал Бай Юэ.

Как она могла указывать на Малый Мир? Он всегда жил в Мире Древности и не должен был иметь никаких связей или кармических ууз с Малым Миром.

Бай Юэ ошеломленно смотрел на черную нить на Зарождающейся Душе. Непонятно почему, хотя эта нить выглядела крайне зловеще и напрямую мешала его продвижению в культивации, из-за чего он по идее должен был испытывать раздражение, сейчас он инстинктивно чувствовал тяжесть и щемящую боль в груди.

Это было похоже на...

Бай Юэ прислушался к своим нынешним ощущениям, подбирая подходящие слова.

Странное, неприятное чувство вины и долга.

Бай Юэ мысленно перебрал события своего прошлого, но так и не смог найти источник этого чувства.

Неужели существует какая-то скрытая от него подоплека, связанная с ним?

Бай Юэ коснулся слегка нывшей груди, и в его сердце созрело решение.

Как бы то ни было, он непременно должен отправиться в Малый Мир и отыскать корень этой кармы.Внутри Малого Мира дыхание У Яня становилось всё более ровным и сильным. Кровь приливала к его лицу, возвращая ему прежнюю красоту. Длинные брови, которые больше не были нахмурены, делали его облик ясным и открытым, и даже в состоянии беспамятства он сохранял этот возвышенный и острый нрав, из-за чего, в каком бы месте он ни находился, неизменно приковывал к себе всеобщее внимание.

Все практикующие демонический путь считали одаренного У Яня своим заклятым врагом, и даже Си Сюань всегда уделял особое внимание всему, что было связано с этим человеком.

Однако сейчас, когда У Янь лежал прямо перед ним и его ненавистный аромат постоянно витал вокруг, Си Сюань не удостоил его даже беглым взглядом.

Едва закончив приводить в порядок тяжелые раны У Яня, он перевел взор на Бай Му.

Бай Му уже достиг Стадии Семени Демона, и демоническая энергия успела проникнуть в его тело. Си Сюаню было любопытно посмотреть, как именно выглядит человек, оскверненный этой силой.

На самом деле, Си Сюаню даже не нужно было специально приглядываться: как только Бай Му освободился от особого состояния Падения в Демонический Путь, он нетерпеливо подошел к кровати.

Поскольку Си Сюань тоже находился здесь, а места у постели было совсем немного, при приближении Бай Му его прядь волос случайно коснулась кожи Си Сюаня.

Мгновенное ощущение тепла и легкое прикосновение вызвали у Си Сюаня странное, отчетливое чувство. Он едва заметно замер.

Из-за проклятия, наложенного его матерью, Си Сюань всегда инстинктивно отвергал любые телесные контакты. Его сила и положение позволяли ему следить за тем, чтобы ничего подобного не происходило.

Си Сюань уже давно ни с кем не соприкасался — даже сейчас, когда только кожа почувствовала чужую прядь волос.

Подавив странное смятение в глубине души, Си Сюань продолжил пристально смотреть в глаза Бай Му — эти прекрасные очи, способные так ясно отражать внутренний мир своего владельца, оставались пугающе чистыми.

Демоническая энергия способна пробуждать в человеке самые темные стороны, доводя любую, даже самую малую и грязную злую мысль до невероятных размеров. Си Сюань видел немало тех, кто до Падения в Демонический Путь был кристально чист, но, оступившись, тут же предавался низменным желаниям. Даже самые праведные люди после заражения демонической энергией так или иначе проявляли свою теневую сторону.

Но...

Этот прекрасный юноша перед ним ничуть не изменился.

Си Сюань мог отчетливо видеть в глазах Бай Му отражение У Яня, чувствовать радость и беспокойство юноши, а также его искреннее обожание, которое ни на йоту не угасло.

Си Сюань вдруг ощутил, как это зрелище режет глаза.

С фальшивой улыбкой он произнес довольно резко то, о чем ранее предупреждала Система:

— Тебе осталось жить всего месяц.

Радость Бай Му застыла. Кровь, с таким трудом вернувшаяся на его лицо, побледнела от этих слов. Он слегка опустил голову, скрывая эмоции, и Си Сюань видел лишь его плотно сжатые губы.

— Чтобы продлить жизнь, ты должен в течение месяца прорваться на следующую ступень и войти в Стадию Демонического Тела. — Подумав о чем-то предвкушающем и забавном, Си Сюань злобно усмехнулся: — А ты знаешь, что нужно сделать, чтобы достичь этой стадии?

Как только эти слова сорвались с его губ, Си Сюань передал Бай Му технику культивации практикующих демонический путь.

Большинство подобных техник были крайне жестоки и шли против Небесного Пути, однако в ничтожной их части все же можно было совершенствоваться самостоятельно, шаг за шагом.

Си Сюань занимал высокое положение и, естественно, владел такими ценными знаниями. Но то, что он передал Бай Му, было самым стереотипным, воплощающим все худшие представления о демонических практиках: чтобы совершенствоваться, нужно было стать беспощадным и лишенным человечности.

Он не мог выносить, что Бай Му остается таким чистым.

Он хотел, чтобы юноша пропитался той же тьмой, что и он сам.

Когда голос Си Сюаня наполнился злобой, лицо Бай Му стало мертвенно-бледным. Его ресницы мелко дрожали, словно крылья пойманной бабочки, которая тщетно пытается взмахнуть ими перед тем, как их отсекут. Хрупкость момента пролилась в пространство.

— Ты должен поглотить плоть и кровь живого человека, — голос Си Сюаня звучал словно шепот демона.

Си Сюань смотрел на лишенное красок лицо Бай Му, испытывая некоторое разочарование: он видел лишь боль и неспособность принять услышанное. В этом растерянном и отрешенном взгляде он не нашел того, что хотел увидеть больше всего — сожаления.

Си Сюань замер.

Неужели то, что он больше всего хотел увидеть — это сожаление юноши о том, что он ценой стольких жертв спас У Яня?

Си Сюань остро почувствовал, что в этих мыслях что-то не так — это отличалось от всего, что он испытывал раньше.

Он не мог понять, что означала эта странность. Стерев улыбку с лица, он помолчал мгновение, после чего вокруг него забурлила демоническая энергия, и он исчез, прежде чем У Янь успел прийти в себя.

Ведомый каким-то внутренним порывом, Си Сюань напоследок холодно предупредил Бай Му:

— Если ты расскажешь У Яню о том, что между нами произошло, я немедленно явлюсь и убью его.

Си Сюань еще не осознал, что его настойчивое повторение этой угрозы лишь выдавало глубокое внутреннее желание, чтобы это событие действительно произошло.

Му Фэн был потрясен до глубины души. Наблюдая за всем происходящим своими глазами, он сбился с дыхания.

Он никак не ожидал, что Бай Му, даже зная о риске Падения в Демонический Путь, все равно без колебаний выберет спасение У Яня.

Чем больше действия Бай Му выходили за рамки ожиданий и логики Му Фэна, тем сильнее становилась дрожь, пронизывающая его сердце.

http://bllate.org/book/30148/3673092