Готовый перевод I Became My Arch-Nemesis's Cat / Стал кошкой своего заклятого врага: Глава 8

Соун Личжи. Он поправил черную массивную оправу очков. Нам реально пора вставать, пара по материаловедению.

…Черт.

Разум еще не успел полностью перезапуститься, а в голове уже внезапно всплыло лицо той вечно заставляющей его отвечать средних лет преподавательницы, и Соун Личжи с трудом приоткрыл глаза.

Серьезно, он вовсе не планировал валяться так долго.

Соун Личжи раздраженно взъерошил волосы и, опираясь руками назад, чтобы нехотя поднять тело, подумал: с чего это всё вокруг кажется таким тяжелым?

Однако думать об этом было некогда. Подгоняемый истошными воплями Линь Жэня вроде Черт, черт, осталось десять минут, Соун Личжи под давлением времени был вынужден быстро подскочить с кровати и начать сборы.

Общежитие находилось слишком далеко от учебного корпуса, и хотя все четверо неслись в аудиторию сломя голову, они все равно опоздали.

Но, к счастью, преподавательница сегодня тоже задержалась, так что баллы за посещаемость им снимать не стали.

Соун Личжи опустился на скрипучее от нажима общественное сиденье и наконец смог перевести дыхание.

Запоздалый утренний недосып сейчас отражался на его лице большими жирными буквами: Сон и Раздражение.

Он уже было хотел наплевать на всё, уткнуться носом в парту и немного прийти в себя, как вдруг под мерный монотонный голос преподавательницы в памяти всплыли события прошлой вечеринки.

Словно острая клиза распорола небосвод, пробила тучи и ливневые потоки, вонзившись прямо в сердце земли.

Ударная волна была такой силы, что Соун Личжи резко бросило в холод.

Он механически, чуть заторможенно повернул голову, окинув взглядом знакомых одногруппников, гладкие лакированные парты и зевнувшего рядом Линь Жэня.

Затем он в качестве эксперимента мысленно позвал:

Ноль-двадцать?

Он заранее подготовился, но когда прямо под кожей ледяным уколом прозвучало [Простите, хост, в состоянии животного невозможно вызвать связного, наслаждайтесь своей наградой!], Соун Личжи все равно судорожно зажмурился.

Было чертовски непривычно ощущать это странное, просверливающее мозг покалывание.

Стоило перенести внимание на голову, как тут же заболел затылок, а в желудке заворочалось тошнотворное ощущение.

Соун Личжи тихо цыкнул и, поморщившись, сбросил запястье, которое только что бессознательно прижимал к голове.

Черт бы побрал всё это дерьмо, как же не хочется возиться со всеми этими невезучими проблемами.

На беду, он держал глаза закрытыми и не рассчитал силу — выступающая белая косточка запястья с размаху врезалась в край парты, издав глухой стук столкновения плоти с твердым предметом.

Длинные ноги под партой судорожно дерзнули от боли, и можно было не смотреть, чтобы догадаться: кожа там наверняка покраснела.

Линь Жэнь, сам пребывавший в полудреме, вздрогнул от этого звука и еще не успел выразить сочувствие шипящему и затягивающему воздух Соуну, как со стороны кафедры раздался голос преподавательницы материаловедения:

— Итак, студент Соун Личжи. — Она с улыбкой постучала по экрану проектора, в ее тоне проскользнули шутливые нотки. — Иди-ка сюда с этой задачей?

— …

Соун Личжи напустил на себя страдальческое выражение лица, неохотно поднялся и ткнул пальцем в учебник, даже не сдвинув его с места.

— Преподаватель Соун… В конце концов, мы же с вами однофамильцы, почему вы вечно цепляетесь именно ко мне?

В его дерзкой жалобе не было ни капли сходства с прилежным учеником.

Но преподавательница не обиделась — она с улыбкой парировала выпад, торопливо призывая его поторопиться.

Когда он, наконец, ответил и сел на место, Соун Личжи мгновенно преобразился: с потухшим видом слегка опустил голову и тяжело, с трудом перевел дыхание.

В профиль было видно, как плотно сжаты его губы, а брови нахмурены.

— Эй, братец Соун, — вполголоса позвал Линь Жэня. — Чего тебя на уроке так вырубает? Ты же вчера вроде завалился спать чертовски рано?

Соун Личжи проигнорировал его.

Линь Жэня, мастера поболтать, это ничуть не смутило. Скользнув взглядом по покрасневшему запястью Соуна, он забормотал сам себе: — Но вообще, братец, везет тебе сегодня и правда паршиво…

И так продолжалось до тех пор, пока из-за сонной одури он не пропустил запись на факультативы, а затем, узнав, что следующим уроком на злобу дня стоит выматывающая физра, и приплетясь с тяжелым, ватным телом в зал для настольного тенниса —

Соун Личжи воочию познал истинный смысл трех слов: Везет. Мне. Паршиво.

Обязательный двухгодичный курс физкультуры, каждый год выбираемый в начале семестра. Пару они перевыбрали совсем недавно, и сегодня пришли на занятие впервые.

Стоило Соун Личжи войти в спортивный зал, как первое, что он увидел — это был

Му Лянь.

В памяти тут же всплыли воспоминания о том, как вчера, обернувшись котом, он подвергался издевательствам этого парня с кошачьей дразнилкой.

Его и без того унылое выражение лица мгновенно помрачнело, и он бросил взгляд на Линь Жэня, с которым они попали в одну группу:

— Трепло чертово.

Линь Жэнь, уже давно забывший, что именно он там ляпнул: — ??

Плетясь следом за человеком, чье настроение внезапно упало еще на пару градусов, он озадаченно выдал:

— Чего не так-то, братец Соун?

Соун Личжи вовсе не горел желанием отвечать.

Свежий, чистый, красивый, сейчас он излучал вызывающую ауру с надписью не подходи, прибью нахрен, и быстрым шагом направлялся вглубь площадки, неизбежно привлекая к себе всеобщее внимание.

Но, по правде говоря, даже без всех этих внешних данных Му Лянь заметил его с первого же взгляда.

В этот момент преподаватель физкультуры как раз собирался всех построить, студенты в зале суетливо перемещались тенями, и Му Лянь вскоре обнаружил, что Соун Личжи направляется в ту же команду, что и он.

После той нелепой лабораторной работы в прошлом семестре это был второй раз, когда они вместе оказались в одной группе на выборном модуле.

Соун Личжи и так чувствовал себя отвратительно, а заметив боковым зритением, что этот тип встал с ним в один класс, он почувствовал, как сердце кольнуло, в груди поднялось удушливое волнение, и раздражение только усилилось.

Как назло, Линь Жэнь на этом уроке столкнулся со знакомым парнем с другого факультета и теперь вовсю болтал с ним, пользуясь моментом построения.

Почему он раньше этого не замечал? Этот его сосед по кровати и правда хуже вороны, только и знает, что целыми днями трещит языком, ни малейшего понимания обстановки.

Соун Личжи испытывал к нему лютое отвращение и уже собирался приказать Линь Жэню заткнуться хоть ненадолго, как впереди прозвучал свисток физрука, за которым последовал зычный командный голос:

— Вы чего там делаете? Красавчик на правом фланге в последнем ряду, на что уставился на левого соседа? Разве не слышал, когда я только что велел встать на место? Раз такие кореша, так и стойте вместе!

Малыши из первых рядов дружно обернулись назад — судя по всему, многие уже узнали их двоих. Следуя указанию физрука, некоторые даже начали о чем-то шептаться, прикрывая рты руками.

Соун Личжи опешил и на секунду замер.

Он-то знал, что Му Лянь стоял на самом праве, и теперь, приведенный в чувство этим окриком, с опозданием сообразил, что они с Му Лянем…

Над ними что, пошутили?

Нет, вы послушайте только эту чушь.

Кореша?

Слепые, что ли?

Он уже собирался возразить, как уловил довольный взгляд преподавателя, и сразу после этого совсем рядом прозвучал чей-то холодный голос:

http://bllate.org/book/30174/3676754