Ближе к полудню солнце разыгралось не на шутку. Хотя майская погода еще не казалась знойной, находиться под прямыми лучами было неприятно. Нин Сянъюн поморщился, с трудом пропустил опорную стойку сквозь палатку и залез внутрь, воспользовавшись возможностью проверить внутреннее устройство и заодно спрятаться от палящего солнца.
— Брат Сянъюн!
Стоило ему только войти, как Нин Сянъюн услышал чей-то зов. Он слегка выглянул наружу — это был Шан Цзяньсяо.
— Держите.
Юноша в сером фартуке полусогнулся в поклоне, протягивая бутылку воды и кепку.
— Спасибо.
Уголки глаз Нин Сянъюна изогнулись в улыбке. Он как раз испытывал жажду, но забыл взять воду, собираясь уже потерпеть до обеда. Он никак не ожидал, что Шан Цзяньсяо принесет всё сам. Нин Сянъюн не стал церемониться, взял бутылку и сделал несколько жадных глотков, после чего протяжно выдохнул.
Спасен.
Выбравшись из палатки и глядя на Шан Цзяньсяо, который ждал хоть какой-то реакции, Нин Сянъюн водрузил на голову протянутую им молочно-белую кепку и с улыбкой сказал юноше:
— А ведь она неплохо сочетается с палаткой.
В отличие от его мягкого голоса, черты лица Нин Сянъюна были резкими, яркими и точеными, однако плавные изгибы кончика носа и уголки губ придавали ему мягкое очарование. Весь его облик сочетал в себе противоречие и гармонию.
Без улыбки — отстраненный, с улыбкой — обаятельный, он заставлял невольно гадать, не скрываются ли в нем и другие неожиданные грани.
Шан Цзяньсяо стоял рядом с Нин Сянъюном, буквально в двух шагах. Столкнувшись с таким Нин Сянъюном, он невольно отвел взгляд, кивнул и тут же присел на корточки, принявшись за дело.
Нин Сянъюн хотел было остановить его, но не успел: Шан Цзяньсяо сделал пару ловких движений, и обвисшая ткань палатки мгновенно натянулась, преобразившись до неузнаваемости.
— Не ожидал, что ты и в этом мастак. Настоящий мастер своего дела, сразу видно высокий класс.
Нин Сянъюн открыл для себя еще один навык юноши и проникся к нему еще большим уважением. Он уже собирался расспросить его подробнее, как прибежал Шэнь Сюань.
— Брат Нин, я вернулся! У меня тут живот прихватило, пришлось принять лекарство.
Живот болит? Только не думай, что я не заметил, как ты сюда вприпрыжку бежал.
Нин Сянъюн слегка поморщился, но подыграл Шэнь Сюаню:
— Ничего страшного. Наверное, просто непривычная обстановка, акклиматизация. Отдохни пока.
— Нет, я уже лучше себя чувствую, могу продолжать.
Шэнь Сюань с важным видом покачал головой, показывая, какой он стойкий, а затем повернулся к Шан Цзяньсяо, который все еще закреплял палатку:
— Цзяньсяо, иди занимайся своими делами, мы с братом Нином сами справимся.
В его словах сквозило явное желание выпроводить гостя: в конце концов, стремление схалтурить не означало, что твою работу должен выполнять кто-то другой.
На шоу можно было схалтурить и сделать вид, что ты все выполнил, если это не попало в объектив камеры. Но если ты лентяишь, а работу за тебя делает тот, кого здесь вообще быть не должно, это непременно даст повод для сплетен. Если вдруг съемочная группа смонтирует этот момент или его раскопают зрители, последствия будут плачевными.
Однако, несмотря на слова Шэнь Сюаня, Шан Цзяньсяо продолжал усердно возиться, очевидно, полностью сосредоточившись на том, чтобы помочь им закончить палатку.
Нин Сянъюн перевел взгляд с него на слегка нахмурившегося Шэнь Сюаня и, опасаясь, как бы между ними не вспыхнул конфликт, сказал Шан Цзяньсяо:
— Иди, тут уже почти все готово. Как только закончим, пойдем помогать тебе и сестре Мэнлинь с готовкой.
— Хорошо.
Услышав слова Нин Сянъюна, Шан Цзяньсяо прекратил работу. Он глухо отозвался, развернулся и сделал несколько шагов, но затем обернулся и бросил Нин Сянъюну:
— Я принес фрукты, они на столе.
Нин Сянъюн проследил за его взглядом: на столе стояла большая тарелка с нарезанными фруктами, выглядевшими очень аппетитно.
Нин Сянъюн внезапно проникся чувством благодарности и крикнул вслед удалявшемуся Шан Цзяньсяо:
— Спасибо за труд, младший брат Цзяньсяо!
Он окликнул его громко, и шаги уже отошедшего довольно далеко Шан Цзяньсяо заметно споткнулись.
В лучах яркого солнца румянец на ушах юноши был виден отчетливо.
— Брат Нин, жарко?
После того как Шан Цзяньсяо помог разобраться с палаткой, работа Нин Сянъюна и Шэнь Сюаня стала намного легче. Сидя перед палаткой и поглощая фрукты в ожидании, пока надувной матрас автоматически заполнится воздухом, Шэнь Сюань уже через пару минут на солнце покрылся испариной. Он с некоторой завистью поглядывал на Нин Сянъюна, который был в куртке, но при этом выглядел свежо и сухо.
— Нормально, я почти не потею.
Нин Сянъюн был полностью сосредоточен на надувном матрасе.
Матрас надувался так быстро и без человеческих усилий — пожалуй, такую штуку стоит захватить с собой на съемочную площадку. Бросить на складной стул: мягко и упруго, лежать или сидеть одинаково удобно. Вот только интересно, прочный ли материал? Не проткнет ли его Сяоди своими коготками с первого же раза?
— Брат Нин, держи.
Пока Нин Сянъюн витал в облаках, перед его глазами неожиданно возникла вилка — это Шэнь Сюань наколол для него кусочек ананаса.
Нин Сянъюн поблагодарил его и машинально подался вбок, увеличивая дистанцию, чтобы взять вилку, но ананас последовал за его движением прямо к его рту.
— Ешь давай, брат Нин, не усложняй, — Шэнь Сюань протягивал вилку, прислонившись к столу в слегка наигранно-героической позе.
Нин Сянъюн поджал губы. Раз Шэнь Сюань уже всё сказал, отказываться было неудобно, и он молча съел угощение.
Вот только на душе у него скребли кошки.
Как назло, он терпеть не мог ананасы.
Автор считает нужным сообщить:
Шан Цзяньсяо наблюдал за вами обоими.
Наконец закончив с первой палаткой, они вдвоем вместе с младшим братом Сяо Нином отправились на кухню. Кухня была оформлена в теплых тонах, с полуоткрытой планировкой и большой площадью. Помимо мангала для барбекю у большого окна, там имелось всевозможное кухонное утварь и инвентарь.
В этот момент на кухне кипела жизнь: толпилось много людей. Оглядевшись, Нин Сянъюн заметил, как Шан Цзяньсяо что-то обжаривает на сковороде, Сюй Мэнлинь моет овощи неподалеку, а У Янь и Бай Шаньшань уже вернулись и наводили порядок за обеденным столом у входа.
— Мы провозились полдня и поймали всего две рыбины. А вы как? — увидев пришедших Нин Сянъюна и Шэнь Сюаня, У Янь решил поинтересоваться сам.
— Мы с братом Нином оба не особо умеем, долго разбирались и еле-еле одну палатку поставили, — ответил Шэнь Сюань, попутно разминая затекшую руку, чтобы показать, как он устал.
— Вы часом не ленились? — словно в шутку бросила стоявшая рядом Бай Шаньшань.
При этом она произнесла «вы», но глазами вперилась прямо в Нин Сянъюна, будто собственными глазами видела, как тот лодырничает.
http://bllate.org/book/30326/3697640
Готово:
