Раздался низкий голос Цинь Гэна.
Он, казалось, только что докурил, и его голос был слегка хриплым.
— У тебя… в последнее время ничего не случалось?
Тан Бай задумался и лишь тогда понял, что тот имеет в виду недавний инцидент с У Шэнем.
— Всё в порядке, сколько времени уже прошло, да и я не настолько слаб.
— О, тогда хорошо. Тан Бай, мои съемки закончились, у тебя завтра будет время? Мы так давно не собирались, давай завтра вместе сходим куда-нибудь поесть.
Тан Бай опустил телефон и бросил взгляд на сидевшего рядом Чисяо.
— Цинь Гэн, в последнее время у меня дома гостит один родственник, ты же знаешь, у него… э-э, с психикой не совсем в порядке, за ним нужен присмотр. Можно завтра добавить еще одну палочку для еды?
На том конце провода долго не отвечали.
Тан Бай уже подумал, что тот собирается повесить трубку, как низкий голос раздался снова:
— Ничего страшного, бери его с собой.
— Угу-угу, Цинь Гэн, ты такой хороший. С тех пор как я вернулся, ты единственный, кто приглашает меня пообедать. Тогда до встречи завтра!
— Угу. До завтра.
Тан Бай повесил трубку.
В мгновение ока наступил следующий день.
Тан Бай умывался в ванной и, подняв голову, увидел, что Чисяо снова поднялся ни свет ни заря и уткнулся в телевизор, устроившись на диване.
Вообще-то ему было всё равно, но сегодня в полдень предстояло идти в ресторан, а встреча была назначена на 10 часов — в конце концов, нужно было еще сначала повидаться и поболтать о старом.
Было уже почти полдевятого. Тан Бай чистил зубы, поглядывая на наручные часы, и прополоскал рот водой.
— Чисяо, сегодня в обед едим вне дома.
Чисяо всё еще был поглощен сериалом.
Он уже хотел ответить, но вдруг сообразил:
— Едим вне дома?
— А у нас есть деньги?
Острый меч по имени Нищета вонзился прямо в грудь Тан Бай.
Он схватился за сердце.
— Денег нет, но это не может заглушить мою жажду вкусной еды. С тех пор как я вернулся, я еще ни разу нормально не поел.
— Я обязательно обоеру его до нитки… Ой, то есть, как следует отблагодарю!
Чисяо повернулся вполоборота:
— Кто-то угощает?
— Ага.
— Твой друг?
— Ага.
Чисяо наконец повернулся к нему полностью:
— Тот самый, которого зовут Цинь Гэн?
Тан Бай удивленно уставился на него:
— Откуда ты знаешь?
— Если бы он не вызвал полицию, мы бы давно преподали урок тому типу по фамилии У, и нам не пришлось бы прятаться под кроватью, да еще и целую ночь.
Тан Бай вспомнил о таинственных травмах У Шэня и наконец понял причину. Ему стало неловко: он слышал, что У Шэнь получил довольно серьезные увечья и до сих пор лежит без движения.
— Чисяо, разве ты можешь причинять вред людям только впадя в безумие? Вы — драгоценные артерифакты, как вы можете ранить людей ради такого простого смертного, как я? Я ведь всего лишь временный хранитель Меча Чисяо, к тому же новичок.
Тан Бай уговаривал его самым искренним образом, ведь он видел, во что превращается безумие, и очень боялся, что Чисяо впоследствии станет таким же.
— С чего ты взял, что раньше я не превращался в безумца? Я — Меч Чисяо, с момента своей ковки я обречен идти рука об руку с резней и кровью.
— Я рожден проклятым.
Чисяо насмешливо усмехнулся над самим собой.
Тан Бай посмотрел на него:
— Я верю, что ты — это не резня, а защита.
Чисяо перевел взгляд и, заметив серьезные глаза Тан Бая, замер.
＊＊＊＊＊＊
Внутри элитного ресторана.
В отдельном кабинете.
Цинь Гэн заказал грандиозный пир из блюд японской кухни.
Тан Бай и Чисяо сидели по одну сторону дивана, а Цинь Гэн — напротив них.
Тан Бай и Цинь Гэн долго беседовали о былом, и у обоих пересохло в горле. Они заказали воды и не смогли сдержать улыбок, глядя друг на друга.
— Тан Бай, неужели это правда так удивительно? Ты совсем не изменился за десять лет.
Цинь Гэн погрузился в воспоминания, и его взгляд, устремленный на Тан Бая, наполнился глубокими мыслями.
Говоря это, он взял Тан Бая за запястье и принялся его рассматривать:
— Ты просто слишком худой. Посмотри на свою руку — одни кости, обтянутые кожей.
— Эй, убери руку, веди себя приличнее.
Чисяо внезапно перехватил запястье Цинь Гэна, резким движением вскочил с дивана и впился в него тяжелым взглядом, в котором сквозила убийственная аура.
Цинь Гэн посмотрел на него. На его точеном лице застыла безупречная улыбка. На нем был костюм, идеально подчеркивающий фигуру — он ведь не зря носил звание популярного киноимператора, следить за собой он умел первоклассно.
Мускулы на руках Цинь Гэна четко проступали под тканью пиджака, в то время как Чисяо в своей футболке с изображением медвежонка выглядел ничуть не менее внушительно. Со стороны казалось, что силы этих двоих абсолютно равны.
Тан Бай поспешно остановил Чисяо:
— Чисяо, всё в порядке, он мой хороший друг.
Чисяо наконец разжал пальцы, оставив на чужом пиджаке заломы. Цинь Гэн в ответ одарил его мягкой улыбкой.
С многозначительным видом он произнес:
— Тан Бай, ничего страшного, я в курсе ситуации.
Чисяо нахмурился:
— Какой ситуации?
Тан Бай тут же поспешил перевести тему:
— Ничего-ничего, давайте уже заказывать еду! Ай-яй-яй, как же я проголодался!
Раньше, чтобы хоть как-то объяснить появление Чисяо, Тан Бай придумал первую попавшуюся отговорку на ходу.
Если бы Чисяо узнал правду, он бы наверняка взбесился до смерти.
— Тан Бай, ты проголодался? Как неловко, я сейчас же велю официанту подавать блюда.
Цинь Гэн взмахнул рукой, и в комнату тут же заглянул сотрудник ресторана, который что-то ответил и сразу удалился.
Чисяо продолжал сверлить Цинь Гэна тяжелым взглядом, таким лютым, будто между ними лежали семь или восемь жизней вражды, так что от его взгляда на лице собеседника скоро могли появиться дыры.
Цинь Гэн прищурился и, повернувшись, посмотрел на Чисяо:
— Младший брат, на моем лице вроде бы ничего нет.
Поняв, что ведет себя неприлично, Тан Бай тут же оттащил Чисяо, который был готов уже вплотную прижаться глазами к чужому лицу.
Он шепнул ему на ухо:
— Хватит пялиться на человека, почему ты вечно с ним пикируешься?
— Из-за него мне пришлось спать под кроватью целую ночь. К тому же, злодей, которого он сыграл, просто бесит.
Тан Бай вдруг вспомнил, что в сериале, который Чисяо смотрел даже сегодня, Цинь Гэн исполнял роль главного злодея.
http://bllate.org/book/30341/3699853
Готово:
