Готовый перевод Sherlock's Younger Brother / Младший брат Шерлока Холмса: Нелёгкий путь к нормальности: Глава 18

Глава 17. Предчувствие Шерлока

Отправив сообщение прямо в комнате допроса, Шерлок убрал телефон, но выражение его лица ни капли не изменилось.

— Профессор Майкл, напишите это, — Ватсон знал: это значило, что его партнёр полностью готов.

Майкл бросил последний взгляд на Лестрейда и лишь после кивка инспектора Скотленд-Ярда взял ручку левой рукой. Брови Ватсона нахмурились: из-под красных чернил постепенно вырисовывались до боли знакомые буквы. По правде говоря, если бы не пишущая рука, он бы решил, что перед ним сидит сам убийца.

— Другой рукой, ещё раз.

На голос Шерлока Майкл хоть и отреагировал с некоторым удивлением, но всё же подчинился и принялся выводить слова правой рукой. Лестрейд молчал, в его голове снова и снова всплывал отчёт с места обнаружения четвёртого тела: там чётко фиксировалось наличие орудия убийства, и этот кинжал был сплошь покрыт отпечатками пальцев правой руки Майкла.

— А где ваша помощница? — не дожидаясь, пока Майкл закончит писать во второй раз, начал допрос Шерлок.

Ватсон смотрел на две строчки на белом листе бумаги, между которыми почти невозможно было найти разницу, а в памяти всплывали те листки со стола профессора Фитцвильяма — те же стандартные буквы, словно напечатанные на печатной машинке. Истинный владелец этих строк не нуждался в пояснениях.

— Сьюзан уже некоторое время находится в отпуске.

Закончив писать, Майкл аккуратно поправил листок, а затем положил ручку ровно параллельно краю бумаги.

— Всё это не имеет к ней никакого отношения, она хорошая девушка, её не о чем расспрашивать.

— Она любит вас, возможно, даже признавалась в чувствах, — верхняя часть туловища Шерлока подалась вперёд, напоминая хищника перед броском. — Я был в вашем кабинете. Семь книг на левой стороне полки, семь на правой: названия разные, жанры разные, а толщина в сумме практически одинакова. Два кресла у окна установлены под безупречным углом в девяносто градусов. На вашем письменном столе углы наклона бумаг и ручки выдержаны с такой же педантичностью, и лишь одна крошечная статуэтка с совершенно асимметричными сторонами стоит на самом дальнем краю. Она вам не нравится, но по какой-то причине вы не можете её выбросить. Её присутствие бросается в глаза, словно фальшивая нота в идеальной музыкальной партитуре, она не ваша. Наконец, кроме вашей помощницы, в последнее время в ваш кабинет никто не заходил. Что она с вами сделала, перфекционист?

На лице Майкла на мгновение промелькнуло раздражение, смешантое со стыдом. Ватсон прекрасно знал это выражение: большинство людей испытывают подобную неловкость, когда Шерлок безжалостно срывает с них покровы.

— Мы просто пытаемся докопаться до истины, понимаете, чем больше информации мы получаем, тем выгоднее это для вас.

В Ватсоне, пожалуй, всегда жила способность успокаивать людей. Майкл глубоко вздохнул:

— Сьюзан работает моей помощницей уже несколько лет, наше сотрудничество было весьма приятным. Да, она испытывает ко мне симпатию, но мне больше нравится тип Джулии. Вы правы, та статуэтка — подарок Сьюзан. Раз уж я не могу ответить на её чувства, я старался лишний раз её не ранить. До тех пор, пока несколько недель назад... — он сжал пальцы в замок. — Джулия позвонила в мой офис узнать насчёт группы поддержки, и Сьюзан постепенно обо всём догадалась. Она была очень импульсивна...

— Женщина, обуреваемая ревностью и разочарованием, и мужчина, терзаемый угрызениями совести после разоблачения измены. Вы заперли её, затем задушили, завернули в мешковину и сожгли, — речь Шерлока ускорялась, а в голосе звучала непреклонная уверенность.

— Нет, я этого не делал! — взволнованно закричал Майкл. — Сьюзан мне как младшая сестра! В тот день мы действительно поссорились, она не могла смириться с тем, что происходит между мной и Джулией, и я сожалею об этом, — он попытался взять себя в руки. — Она говорила, что любит меня, но я отказал, мы не подходим друг другу. Сьюзан горько плакала, я дал ей отгул, а после этого больше её не видел.

— Последний вопрос, — редкий случай, когда Шерлок обошёлся без шпилек в адрес чрезмерной эмоциональности Майкла. — Вы же левша, почему вы так упорно заставляли себя пользоваться правой рукой?

При упоминании этого Майкл немного успокоился:

— Я сказал Сьюзан, что между нами ничего не выйдет, на что она ответила, будто нет ничего невозможного. Тогда мы заключили пари: если в течение полугода я привыкну пользоваться правой рукой, я обязан буду пойти с ней на свидание.

Шерлок кивнул, резко поднялся на ноги и зашагал к выходу.

— Шерлок! — Ватсон и Лестрейд бросились следом. Лицо Лестрейда особенно заметно окаменело. — Ты не можешь просто так взять и уйти, ничего не объяснив! Ты хоть представляешь, через что мне пришлось переступить, чтобы ты вообще оказался здесь...

— Единственная причина, почему я здесь, — Шерлок резко остановился, и в его тоне зазвучала колоссальная уверенность, — заключается в том, что вы неспособны раскрыть это дело! Только что подтвердилась личность второй жертвы с кладбища, той самой безымянной мисс. И мне казалось, что вместо того, чтобы ходить по пятам за мной, вам следовало бы отправиться на поиски последнего места, где видели некую Сьюзан!

С этими словами он самостоятельно завязал шарф и уверенно направился к выходу.

— Шерлок! — Ватсон с досадой остался стоять на месте. — Не обращай внимания, сам же знаешь, какой он.

— Знаю, — устало потёр лицо Лестрейд, мысленно уже распределяя людей на поиски некой Сьюзан. — Джон, как друг, я должен тебя предупредить: не позволяй Шерлоку слишком зазнаваться, рано или поздно он сядет тебе на шею.

— Мы не... — Ватсон уже почти отчаялся объяснять природу их с Шерлоком чистых соседских отношений. — Джон!

Детектив тоже никогда не подыгрывал — по крайней мере, стоило Ватсону собраться с очередными оправданиями, как у Шерлока тут же находилось что-то более увлекательное.

Еще раз виновато улыбнувшись Лестрейду, Ватсон поспешил догонять товарища. Краем глаза Лестрейд заметил, что внешне погруженный в глухое раздражение детектив хоть и сохранял непроницаемое лицо, но всё же выслушал всю тираду Ватсона до конца. Опустив взгляд на верхнюю строчку свежего отчета, инспектор увидел заявление от профессора Фитцвильяма о незаконном проникновении в его дом и поступивших в его адрес угрозах убийством.

«Вмешивающихся в чужие дела ждет смерть» — знакомая фраза пестрела в отчете. Сопоставив её с тем, что произошло в допросной, Лестрейд понял: Шерлок явно что-то утаил.

— Черт бы побрал этого Холмса... — Лестрейд с грохотом захлопнул папку и свирепо уставился на объектив известной ему камеры слежения. Подумаешь, детский сад! Шерлок и Майкрофт оба те еще геморрои, Уилтону оставалось только посочувствовать тому, что ему приходилось жить с ними столько времени.

По другую сторону объектива некий государственный чиновник с невинным видом потрогал собственный нос и сделал глоток стоявшего рядом черного чая. О, сахар в чашке отсутствовал напрочь — просто ужасно.

— Себиния, отчет, который я просил.

В разумных пределах Майкрофт не возражал против маленьких хобби своих подчиненных. А имена... в конце концов, это всего лишь псевдонимы.

— Запись с камер 221C уже обработана. Отчет показывает, что объект покинул помещение вчера во второй половине дня и больше не возвращался. Перед уходом он опустил в почтовый ящик письмо, а десять минут спустя проходивший мимо почтальон забрал корреспонденцию в рамках обычной доставки.

Девушка по имени Себиния — в миру мисс Блэкбери — молниеносно завершила доклад, не позволив себе ни единого субъективного предположения.

— Получатель?

Майкрофт принялся изучать поступающие данные под шифром WH3780.

— Прошу прощения, босс, из-за ракурса камеры разглядеть не удалось, — тон Себинии остался ровным.

— Вы отлично поработали.

Майкрофт снова отпил чая. Своего младшего брата он знал как облупленного: раз агенты МИ-5 не смогли разглядеть адресата, это значило лишь одно — Уилтон не собирался позволять ему об этом узнать. Сопоставив это с соглашением, к которому они пришли при последней встрече дома, Майкрофт был уверен более чем на пятьдесят процентов, что получателем того письма была некая Мэри.

— Ответьте: Уилтон занят, присмотри за своим доктором.

Убедившись, что поток данных зафиксирован на прежней отметке, Майкрофт отдал распоряжение Себинии:

— Как продвигается расследование того дела?

Пальцы Себинии застучали по клавиатуре BlackBerry.

— Из трех подозреваемых в поджоге один исключен, осталось двое. Сегодня вечером проведем последнюю проверку.

— Отлично.

Майкрофт кивнул. Осушив чашку, он посмотрел на пустой фарфор:

— Себиния...

— Босс, ваш дневной лимит исчерпан. Инспектор Лестрейд уже позаботился об этом и записал вас к стоматологу на выходные.

Себиния на удивление не отрывала глаз от экрана телефона, не предпринимая никаких лишних движений. Вообще-то ей куда больше хотелось взглянуть в лицо собственному боссу, но на это у неё категорически не хватало духу.

— Хоть кто-нибудь говорил тебе, что ты прекрасная подчиненная? — спустя долгую паузу произнес Майкрофт.

— Инспектор Лестрейд так говорил.

Тревога миновала. Мысленно Себиния показала себе победный жест. На каждого человека найдется своя управа, и у их собственного босса она уже объявилась — разве это не прекрасно?

Проверив отредактированное сообщение в последний раз, она нажала кнопку отправки. Десятью секундами позже в гостиной дома 221B раздался звуковой сигнал входящего SMS.

— Джон, сообщение! — завопил Шерлок.

— Ради Бога, я в душе! Ты что, не можешь сам взглянуть в телефон?! — голос Ватсона доносился сквозь шум льющейся воды.

— Скука. Последний выживший, — Шерлок плотнее запахнулся. Личность убийца он уже установил, оставались лишь детали, требующие времени, а до главного доказательства он еще не добрался. Партия была разыграна почти до конца, теперь оставалось только ждать.

— Боже мой!

Стоило Ватсону привести себя в порядок, как он застал детектива лежащим на диване с остекленевшим взглядом, устремленным в потолок.

— Ради чего я вообще терплю тебя столько времени?

Это звучало скорее как жалоба, нежели вопрос, но Ватсон всё же взял телефон:

— Смс от твоего брата. Говорит, Уилтон занят, и еще велел присмотреть за мной. Присмотреть за мной — за чем именно? Шер...

Телефон резко вырвали у него из рук. Ватсон успел заметить, как Шерлок яростно потыкал в экран, а мгновением позже обнаружил, что сообщение удалено.

— Ты переживаешь, что Уилтон в беде?

Задним умом сопоставив поведение детектива в допросной со свежим сообщением, Ватсон впервые так отчётливо понял: Шерлок вовсе не был лишён способности о ком-то беспокоиться.

— Подручный великого злодея? — Шерлок взмахнул телефоном, словно клинком. — Кто поручится, что он не помогает планировать войну? Доктор, вам, как обычному обывателю, следует проявлять бдительность!

Ватсон закатил глаза. Ладно, он не впервые сталкивался с вредностью Шерлока: казалось бы, чистое братское беспокойство, но почему оно принимает такую невыносимо заносчивую форму?

— Уилтон хороший человек, — подчеркнул Ватсон. — К тому же он джентльмен.

— Джентльмен, приводящий домой незнакомых дам?

Из-за резкого движения Шерлок как раз оказался у окна. И надо же было такому случиться: он как раз увидел своего младшего брата, который, как и каждый день, неспешно вышагивал по Бейкер-стрит. Под руку с ним шла дама, а широкие поля шляпы скрывали её лицо, однако от этого зрелища в каком-то уголке подсознания Шерлока зашевелилось смутное предчувствие, заставившее один из нервов послать сигнал тревоги.

— Брось, Уилтон уже взрослый.

Ватсон, тоже подошедший к детективу, проследил за этой сценой взглядом. Он с улыбкой похлопал Шерлока по предплечью, решив, что психологический возраст его соседа по комнате действительно застрял на отметке двенадцати лет.

— У каждого кто-то появляется.

На этой фразе Ватсон невольно подумал о себе.

Шерлок еще не успел осознать, против чего протестует его инстинкт, как заметил на лице Ватсона тень одиночества. Его мозг на секунду завис, и на оконном стекле отразилось глупое лицо с приоткрытым ртом и неспособностью вымолвить хоть слово.

Дзынь! — телефонный звонок резко расколол сгустившуюся в комнате тишину. Ватсон поднёс трубку к уху, тихо бросил в неё: «Сара», — и вышел за дверь, притворив за собой створку.

Бессильно наблюдая, как врач исчезает без малейших объяснений, Шерлок с раздражением наклеил на руку сразу три никотиновых пластыря, чтобы заставить мысли снова крутиться в голове. На фоне этого отвлечения он начисто забыл о только что замеченной прогулке младшего братца с какой-то женщиной.

Тем временем в гостиной 221C Уилтон заварил себе чаю, опустился в кресло и с интересом наблюдал, как его бойфренд без всякого стеснения сбрасывает с себя одежду, переодеваясь в мужской спортивный костюм.

— Ты знаком с кем-то на этой улице? — сквозь поднимающуюся от чашки белую дымку Уилтон припомнил манеру поведения своего спутника, замеченную ими при входе на Бейкер-стрит. — Ты никогда раньше не вел себя настолько подчеркнуто по-дамски.

По идее, они знали друг друга достаточно близко, чтобы не нуждаться в подобных маскарадах. Однако перед тем как ступить на Бейкер-стрит, его бойфренд не только облачился в длинное платье, но и утрировал манеры. Если это делалось не ради него самого, значит — ради кого-то другого.

Уилтон ещё никогда не радовался своей способности так сильно: когда они проходили под окнами 221B, уровень адреналина в крови его спутника подскочил почти до тех значений, что сопровождали их беседы о собственной смерти.

— Я знаком с тобой.

Надев капюшон спортивного костюма и изменив походку, Мориарти в один миг превратился в обычного уличного хулигана. Он весело чмокнул Уилтона в лоб:

— Я побежал, дорогой! Замечательное было свидание, до скорого.

Уилтон улыбнулся, глядя, как человек, чьего настоящего имени он до сих пор не знал, с абсолютно естественным видом отворяет дверь и спускается по лестнице, не оставив даже номера телефона.

— Кто же ты на самом деле? И какое отношение имеешь ко второму брату?

Тихий шепот больше походил на разговор с самим собой. Вспомнив всё пережитое за последние дни, Уилтон нажал спрятанную под одеждой кнопку. Раз уж он вернулся, старшему брату больше не придется беспокоиться о нем понапрасну.

http://bllate.org/book/30402/3706416