Выслушав хорошие новости от Юй Цзиньлин, Сюй Аньжань сразу же направилась в офис.
Не прошло и минуты, как явилась бывший менеджер. Лицо её было бледным, половина щеки сильно опухла, выглядела она так, будто лишилась половины жизни, и на неверных ногах плелась следом за какой-то женщиной.
Она суетливо терела руки, то и дело задевая плечо этой женщины, а когда та повернулась, на её лице застыла угодливая улыбка:
— Нуан-нуан...
Та не успела договорить, как женщина взмахнула рукой и отвесила ей звонкую пощёчину.
Закончив, она закинула за ухо выбившуюся у виска прядь, обнажив изящный полупрофиль, распрямила плечи и широким, уверенным шагом удалилась, ни капли не колеблясь.
Всё произошло настолько быстро, что никто из сидевших в зале опомниться не успел. Даже бывший менеджер замерла у входа, чуть приоткрыв рот, пока кожа на её лице наливалась кровью и отекала.
Спустя мгновение бывший менеджер, прижимая руку к щеке, зашагала внутрь офиса. Заметив Сюй Аньжань, она впилась в неё таким свирепым взглядом, будто собиралась разорвать на куски.
Бывший менеджер злобно выплюнула:
— Ну погоди у меня!
Сюй Аньжань лишь изогнула брови и усмехнулась, словно предвкушая интересное зрелище.
Стоило ей войти, как Жэнь Цинтянь развернула кресло и с любопытством спросила:
— Это что ещё с бывшим менеджером? Сама налево сходила, получила за это, так теперь на тебя зла?
Сюй Аньжань загадочно улыбнулась, не отвечая.
Жэнь Цинтянь прижалась грудью к спинке кресла и с огромным интересом затараторила:
— Та женщина, что только что её ударила, — это менеджер Цзян из отдела кадров. Они с бывшим менеджером встречались, уже года четыре-пять вместе были. Говорят, менеджер Цзян настроена была на всю жизнь, а бывший менеджер оказалась той ещё сучкой.
Сюй Аньжань произнесла:
— Менеджер Цзян поступила весьма решительно, редкость в наши дни.
Жэнь Цинтянь понизила голос:
— Я слышала, было так: вчера бывший менеджер укатила с любовником в отель, они на пару напились крепкой водки. Ну и загремела в больницу, тут-то всё и вскрылось. Сегодня утром она выписалась, приехала домой — а менеджер Цзян её оттуда и выставила.
Еще бы, на ней ведь до сих пор была надета вчерашняя одежда.
Сюй Аньжань заметила:
— Сколько ни ходи у реки, ноги замочишь.
Жэнь Цинтянь добавила:
— У неё же шашни с нашей Фан Сяосяо были. Фан Сяосяо сегодня даже нос на работу не казала — если менеджер Цзян до неё доберётся, живой не отпустит.
Менеджер Цзян была дамой крутой, по компании давно ходили слухи: как-то раз один сотрудник тайно был в неё влюблен и стал преследовать, так она его голыми руками в больницу отправила.
Говорят, ему тогда несколько костей сломали.
А та пощёчина бывшему менеджеру — ещё цветочки.
Поболтав немного, они увидели, как в офисе появилась ещё одна гостья — Юй Цзиньлин.
Строгое форменное платье облегало её фигуру, подчёркивая сексуальность и манкость. Цокая каблучками, она прошла внутрь, направилась прямиком в кабинет бывшего менеджера и швырнула на стол уведомление об увольнении.
Бывший менеджер чуть на месте не рухнула в обморок. От её былого высокомерия не осталось и следа: она принялась рыдать и закатывать истерики прямо там, а выбежав, принялась на чём свет стоит материть Сюй Аньжань.
Сюй Аньжань подошла, подняла приказ об увольнении, вложила его ей в руку и, поджав губы, ослепительно улыбнулась:
— Менеджер, счастливого пути, я буду скучать.
Бывший менеджер тут же умолкла — у Сюй Аньжань были слишком темные, слишком мрачные глаза, казалось, это бездонная пропасть, угодив в которую, уже не выберешься.
Наконец, утирая слёзы и еле переставляя ноги, она подхватила свою коробку с вещами и поковылнила на выход.
Пару минут спустя Юй Цзиньлин вышла из кабинета — теперь она официально заняла эту должность.
И украдкой послала Сюй Аньжань воздушный поцелуй.
— Люблю тебя.
...
Вечером Юй Цзиньлин пригласила сотрудников отдела на хого.
Сюй Аньжань за целый день так устала, что садиться за руль не захотелось, и она поехала на машине Юй Цзиньлин.
Пристегивая ремень безопасности, Сюй Аньжань сказала:
— В ближайшее время веди себя поскромнее, выдели подчиненным побольше благ, завоюй их расположение. Даже если верхушка захочет тебя подсидеть, повода не найдут. А потом карабкаться выше и выше станет намного проще.
— Хорошо. — Юй Цзиньлин чувствовала себя так, будто ей всё это снится. Подруга крутанула руль и спросила: — Аньжань, вообще-то это место больше подошло бы тебе, почему ты...
Она никак не могла взять в толк: ещё сегодня утром всё было решено окончательно — кресло менеджера должна была занять Сюй Аньжань, а сама она собиралась горячо рекомендовать её руководству.
Но Сюй Аньжань отказалась.
Откинувшись на спинку сиденья и чувствуя лёгкую усталость, Сюй Аньжань ответила:
— Я же говорила тебе раньше: если ты хочешь стать королевой, я буду твоим стражем и сделаю всё возможное, чтобы помочь.
По правде говоря, Юй Цзиньлин не помнила этих слов.
Она удивилась:
— Когда это ты такое говорила?
Сюй Аньжань прикрыла глаза:
— В начальной школе, когда мы с тобой сбежали с уроков.
Неудивительно, что фраза звучала так наивно. В воспоминаниях Юй Цзиньлин они с Сюй Аньжань в детстве вечно сбегали с уроков, только и делали, что лазали через заборы, а потом шлёпались в грязевые ямы, которые учителя предусмотрительно выкопали по ту сторону стены, и перемазывались с ног до головы.
Если подумать, это было прекрасное время.
И надо же, Сюй Аньжань говорила всерьёз.
Как же здорово иметь такую подругу.
У Юй Цзиньлин защипало в носу, она взглянула на подругу затуманенными от слёз глазами:
— Аньжань, давай ты забудешь Гу Наньбэй? Я угоню электроскутер и буду тебя содержать, у-у-у.
Сюй Аньжань брезгливо фыркнула:
— Жить надоело? Следи за дорогой!
Ей вовсе не нужно, чтобы ее кто-то содержал, у неё уже есть свой маленький принц.
Что же до их с Юй Цзиньлин отношений...
Это чистая, абсолютная дружба без малейшей примеси романтических чувств.
Когда-то Юй Цзиньлин подарила ей лучик солнца, а теперь она возвращает Юй Цзиньлин собственное маленькое солнце.
Добравшись до места, Сюй Аньжань почувствовала, что безумно хочет спать, и примостилась в самом углу, но, боясь вырубиться и испортить всем настроение, взяла в руки телефон и принялась листать ленту.
В этот момент Гу Наньбэй, словно обладая с ней телепатической связью, стоило Сюй Аньжань зайти в WeChat, тут же прислала сообщение:
— Чем занимаешься?
Сонно прищурившись, Сюй Аньжань подняла телефон.
Она напечатала одной рукой:
— Начальство угощает, жду еду.
— Начальство? — переспросила Гу Наньбэй. — Вы сменили менеджера?
Не раздумывая, Сюй Аньжань честно ответила:
— Ага, сегодняшним утром бывшего менеджера уволили, Цзиньлин перевели к нам в отдел управляющей. Вот она нас сейчас и водит по ресторанам.
Отправив сообщение, она зевнула так сильно, что на глазах выступили слёзы, а затем перевела взгляд на текст и с ужасом обнаружила, что назвала Юй Цзиньлин уменьшительно-ласкательным прозвищем.
Она тут же села ровно, закусив губу и судорожно соображая, как теперь всё объяснить.
Вскоре Гу Наньбэй прислала ответ:
— Разве не тебя должны были повысить?
К счастью, та ничего не заподозрила.
Впрочем, этот вопрос заставил Сюй Аньжань призадуматься.
По идее, кадровые перестановки — внутреннее дело компании, посторонние обычно не узнают об этом так быстро. С чего вдруг Гу Наньбэй оказалась так хорошо во всём осведомлена?
Неужели её влияние простирается так далеко? Это пугало, если вдуматься, становилось не по себе.
Одолеваемая сомнениями, Сюй Аньжань ответила:
— Нет, у меня недостаточно стажа.
Гу Наньбэй недовольно отозвалась:
— Какая жалость, ей досталось даром.
А? Сюй Аньжань не удержалась и спросила:
— Увольнение бывшего менеджера — это твоих... рук дело?
Гу Наньбэй ответила:
— Если я скажу да, мне полагается награда?
Даже через экран телефона Сюй Аньжань живо представила лукавую улыбку на её губах. На сердце сразу потеплело, и она ответила:
— Какую награду ты хочешь?
— Ещё не придумала. Запишу в блокнот, а как решу — обращусь к тебе.
— Ладно. Но всё-таки, как тебе удалось заставить бывшего менеджера уйти?
— Корпорация «Цзинлин» — мой партнёр по бизнесу, — просто пояснила Гу Наньбэй, но Сюй Аньжань всё равно живо представила, как та с ледяным выражением лица швыряет контракты в лицо оппонентам.
Потрясающе до мурашек!
Сюй Аньжань почувствовала, что у неё перехватило дыхание. Какая же она очаровательная. Так и тянет поцеловать!
Порадовавшись про себя ещё пару секунд, она получила от Гу Наньбэй новый вопрос: где она находится.
— Смотри, корпоративная вечеринка, ем хого.
С этими словами Сюй Аньжань отправила фотографию.
Она любила остренькое, перед ней стоял котелок с бульоном малат: ярко-красный, с плавающими островками жгучего масла — один его вид разжигал зверский аппетит. Она тут же сделала снимок и переслала собеседнице.
Кто бы мог подумать, что Гу Наньбэй сначала пришлёт вопросительный знак, а следом — целую строчку текста, набранную убийственно-серьёзным тоном:
— Ешь такое, а грудь не болит?
Сюй Аньжань мгновенно вспыхнула, и та самая странная, саднящая боль накатила с новой силой.
Приятное, щемящее покалывание... Она до сих пор живо помнила, с каким выражением лица Гу Наньбэй ласкала её вчера — одержимо, яростно, властно покусывая и прихватывая зубами, словно собираясь проглотить целиком.
Женщины больше всего на свете любят, когда их очарование признают. Когда любимый человек смотрит на тебя с таким безумным, исступленным обожанием, это действует сильнее любого возбудителя.
Вокруг сидели люди, а у неё невыносимо ныла грудь. Едва она попыталась незаметно оттянуть край одежды, как откуда-то сбоку на неё упал чей-то взгляд. Лицо Сюй Аньжань залилось краской, она поспешно подняла руку, чтобы прикрыться и тут же одёрнуть ткань, случайно бросив взгляд на экран с перепиской.
Пропало. Возникло ощущение, будто Гу Наньбэй видит её насквозь.
Как неловко, как стыдно.
Сюй Аньжань уже собиралась погасить экран, как телефон звякнул снова — Гу Наньбэй, казалось, и впрямь неотрывно следила за ней, прислав ещё несколько строк.
Лицо горело огнем.
Гу Наньбэй писала:
— Только заставляя тебя чувствовать боль, я могу добиться того, чтобы ты думала обо мне весь день.
— Ты страдаешь, и я страдаю.
— Сердце болит.
Сюй Аньжань была готова сгореть со стыда.
Если подумать, сегодня она и правда намучилась: сбегала в уборную на работе, украдком заглянула туда пару раз — кожа оказалась искусана, вся покраснела и распухла, просто ужасное зрелище.
Она даже дотрагиваться до неё боялась.
Вскоре Гу Наньбэй прислала новое сообщение, на сей раз без всяких иносказаний:
— Сделай фото, я посмотрю, насколько всё серьёзно.
Это... да как такое сфотографировать?!
Сюй Аньжань зажала лицо руками:
— Ни за что.
Гу Наньбэй парировала:
— Если всё серьёзно, придётся вести тебя к врачу. Или тебе хватит смелости показаться доктору?
Показывать врачу ей, конечно, было бы до слёз стыдно, но показывать это Гу Наньбэй — ничуть не легче! Впрочем, рассудила она, Гу Наньбэй ведь уже видела всё дважды, ещё разок погоды не сделает.
Хотя нет, стоп! С какой стати ей вообще кому-то что-то показывать?!
Гу Наньбэй торопила:
— Маленькая лисичка, неужели застеснялась?
Ах, Сюй Аньжань была готова сквозь землю провалиться от стыда.
Она тихонько помассировала себя — как же больно, и к тому же так странно набухло.
http://bllate.org/book/30480/3715807
Готово:
